Часть 39

В комнате повисла тишина. Долгая. Тяжелая. Кларенс смотрел в пол, опираясь на сцепленные в замок руки лбом. Что он мог сказать? Что бы он ни сказал, всё будет мимо. Слишком… слишком много всего.  Наконец он поднял на неё свои глаза – она смотрела на него, не отводя глаз. Ждала. Молча. Покорно. Смирившись, будто уже знала ответ. Не торопила, не давила, давая время обдумать – всё встало на свои места. Почти всё. Кроме бардака, который творился теперь в его чувствах собственных чувствах.  Она поднялась на ноги, он вскочил следом, боясь, что она сейчас уйдёт, а он так и не сможет найти хоть слово.  - Не уходи. Не смей уходить сейчас! – отчаяние и страх звучали именно так. Она улыбнулась: устало и грустно.  - Нет, это ты не смей останавливать. То, что ты услышал, вызывает либо отвращение и презрение, либо жалость. Мне не подходит ни тот, ни другой вариант. Для меня… Мы взрослые люди, я скажу прямо: для меня всё стало слишком серьезно, Кларенс. С тобой. Поэтому ничего не говори сейчас. И обдумай всё, чтобы если ты решишь продолжить, не было никаких сомнений и недосказанности – моё прошлое не то, которое может принять любой. Это нормально, если ты не сможешь. Я не хочу тебя… обременять им. Или неверным решением. Поэтому сейчас ухожу, давая тебе возможность всё обдумать. Вне зависимости от твоего решения, я помогу закончить это дело – теперь ты понимаешь, почему оно мне так… необходимо, - она просто развернулась и направилась к двери. – Просто захлопни дверь, когда уйдёшь.  - Дэш… - всё внутри сжималось от того, что она просто уходила.  Услышав своё имя, она обернулась, улыбнувшись: без осуждения или злости. Скорее, беззащитно: она открыла всё. Всё, теперь защищаться ей было нечем. Ничего не стала говорить, не стала отвечать – просто ушла, оставив его в звенящей тишине и темноте комнаты, хотя за окном светило пронзительное солнце. Кларенс снова опустился на диван, запустил руки в волосы, старясь хоть как-то взять себя в руки. Но решения не было. Идей не было. Было просто больно. За неё. И за её реакцию. За свою реакцию.  И за то, что сейчас хотелось быть совсем не здесь. Не одному. Не разбираться со всем этим ужасом, а просто… просто позавтракать вместе, заняться какой-нибудь ерундой, проведя время вместе… А выходило лишь наоборот. И работа. Собрав оставленные ею и подписанные по всем правилам маркировки пакеты с уликами, Кларенсотправился на материк. Дел было действительно много. И снова дела – попытка забыться и сбежать от чего-то личного. Первым делом он заехал к Шелл, которую уже отпустили после принудительной госпитализации. Она была дома, не спала, но крайне удивилась подобному визиту. И снова разговор предстоял непростой: о Греге, о том, что происходило с ним до падения.  Выслушав историю о том, что кто-то действительно преследовал Грега, посылая странные записки. Записок, конечно, Шелл не хранила, но несколько из них видела своими глазами, смогла примерно пересказать тот фанатичный бред, который был в них. «Обласканный славой вознесётся высоко, но должен иногда смотреть вниз, дабы понимать, кому он обязан всем…» - записка была написана вскоре после выхода громкого фильма «Тугой узел», который стал хитом.  «В нём должен был играть Дэмиан, но из-за нападения роль поучил Грег Вьера. «Дабы понимать, кому обязанвсем…». Выходит, Фанатик напал на Дэма не из-за слепого обожания… Выходит, он расчищал путь Грегу Вьера, о чем тот, похоже, даже не знал. Но зачем? Просто как актёр нравился больше? Просто решил совместить приятно с полезным, устранив Дэма?» - в том, что это было связано, Кларенс больше не сомневался: все ниточки теперь вели к Вьера, слишком плотно обвивая это семейство.  «Забавно, но главу этой семьи Фанатик пока как-то обходит стороной… Выходит, я был прав: основная цель – сделать больно Ларсу, отняв близкий. А Винстон в этот список не попадает».  «Купаться в лучах твоей славы дозволено не всем, лишь избранным: нам же, низкородным плебеям, остаётся лишь молиться на тебя…».  «Даже божество, окруженное всеобщим обожанием, несёт ответственность за деяния свои, за творения свои, за поступки…». Закинул материалы с отпечатками пальцев в лабораторию, прогнав их по базе, - ничего это не дало. Фанатик никогда не значился в системе, никогда не попадался до этого.  Снова подстегнув Дейва перспективами громкого дела, попросил извлечь из хранилища вещь доков личные вещи Кармен Вьера – их так и не забрали. С нескрываемой радостью Кларенс обнаружил в сумочке почти пустую баночку с успокоительными, которые и стали причиной смерти матери Ларса. Изъяв несколько пилюль, вернулся в машину.  Что ж, в сфере медицины у него был всего один знакомый человек. Договорившись с Хиллари, он приехал в её больницу. - Надеюсь, хотя бы сегодня никого шить не буду? – она усмехнулась, тем не менее, радостно поприветствовав его. Он же замер, застыл. Вроде бы, нужно было просто поговорить о работе, но он выпалил: - Она всё мне рассказала. Сегодня утром. Улыбка тут же сошла с лица Хилл. - Идём в лабораторию, там нет никого сейчас. Проведя его долгими больничными коридорами, Хилл завела его в лабораторию. В полной тишине взяла у него пилюли, провела с ними необходимые манипуляции, отправив в аппарат на выпаривание. - Что именно она рассказала? – Хилл сняла с рук одноразовые перчатки, прислонилась бёдрами к столу, скрестив руки на груди, выжидающе смотрела на детектива.  - Полагаю, всё, - Кларенс пожал плечами, опустившись на стул, стоявший у стены, откинулся, прижался спиной к стене, впитывая сквозь рубаху её холод. – Рассказ вышел долгим: она начала с детства и их знакомства с…  - произносить имя было тяжело, но он взял себя в руки: - … со Скаем.  Хилл понимающе кивнула: - Извини, что соврали тебе, но сам понимаешь – дело слишком… личное для неё. Кларенс кивнул, глядя в потолок. - Для меня теперь тоже. Повисла тишина, которую нарушила Хилл: - И что ты думаешь об этом? И снова всё, что ему оставалось, только пожать плечами: - Для начала хочется испортить предвыборную кампанию мистеру Балларду! – он проговорил сквозь крепко сжатые зубы. – Теперь я понимаю, почему произошёл тот припадок, но… но понимание не принесло облегчения: лишь сильнее всё запутало и разодрало.  - Не торопись: ей понадобилось больше пяти лет, чтобы… просто выйти в люди. На тебя же это вывали пару часов назад и… - Никаких «и», Хилл, - он наклонился вперёд, устало уставившись в пол, рассматривая узоры напольной плитки лаборатории. – Всё, что она рассказала – это она. Да, я не знал её тогда, но знаю, узнаю сейчас: вижу, как и на что она реагирует и… И я… Я не хочу ничего менять или прекращать – мне нравится, когда она рядом. Нравится, как она реагирует, как смотрит на меня. Нравится, что чувствую я, когда мы вместе… - И в чём же твоё «но»? – Хилл прекрасно чувствовала и понимала, к чему Кларенс вёл. «Но» было всегда.  - Скай Дюваль. Хилл громко выдохнула, обдумывая, подбирая слова: - Прошло достаточно времени: пять лет, Кларенс. Она отпустила. - Нет, не отпустила. Я же сказал: вижу, как и на что она реагирует. И я видел, что творилось с ней, когда она рассказывала о нём. С мёртвыми живым не тягаться, - он горько усмехнулся, опустив голову. - Я уверена, она с тобой абсолютно искренне.  - Знаю, но… - «Но»… Не может быть никаких «но», Кларенс. Тогда просто прекращай всё. Уверяю: она поймёт. Но… - Хилл горько усмехнулась, повторив противное слово сама: - Но Ская больше нет. И от него уже никогда не избавиться полностью, в этом ты прав: мы с Айваном сами часто замечали, что в ней осталось слишком много от него. Уверена, и в тебе осталось многое от первой любви или от самой сильной… Наше прошлое – наш фундамент. Её фундамент был разрушен, но кирпичи остались прежними: и теперь она выстраивает себя снова, но избавиться от них не может – иначе от неё не останется ничего. Прибор противно запищал, оповещая о готовности результатов.  Хилл снова натянула перчатки, забрала образцы, добавила какие-то реагенты… - Ты не зря подозревал, детектив: доза превышена почти в три раза. Этот же препарат, но… будто порошок из пяти капсул ссыпали в одну.  - Сколько разрешается принимать за раз? - Три-четыре в день. Но до шести разово – без тяжелых и необратимых последствий. Сколько она выпила? Кларенс заглянул в телефон, сверяясь с пересланным Дейвом отчётом о вскрытии: - В образцах из желудка обнаружены фрагменты семи капсул.  - Семь – много, но не убили бы точно, если концентрация, указанная на этикетке.  - А с такой концентрацией? – он кивнул на вскрытые капсулы. - Гарантировано отравление, кома. Смерть. Дождавшись, пока Хилл распечатает все результаты, он направился далее – автомастерская, в которой обслуживались полицейский автомобили. И снова прежние контакты помогли – знакомые автомеханики почли навстречу, тут же обследовав автомобиль. - Ну, скажу одно: кто-то очень хочет знать, где находится Дэмиан Уайлд. Видимо, какая-то рьяная фанатка, - похихикал над ситуацией механик, опустив в Ладонь Кларенса трекер. – Точнее, фанатки! – он кинул в ладонь Кларенса ещё один передатчик. – Были под разными крыльями, Фейн. Видимо, дамочки совсем не дают проходу, а?! – он продолжал посмеиваться, Кларенс же, спешно поблагодарив, снова сел за руль.  И снова направился к Дейву в участок: вернул капсулы на место. Было ещё одно: сказал бывшему коллеге проверить все капсулы на отпечатки. Шансов было мало, но всё же… Если Фанатик хоть на миг потерял бдительность, если… если оставил свои следы на баночке с лекарствами или на оболочке одной из капсул, то это точно свяжет его хотя бы с убийством Кармен Вьера. И сняли отпечатки с передатчиков: одни всплыли в системе сразу. Но доступ к информации оказался закрыт – военное подразделение. - За вами разведка следит, что ли? – Дейв обеспокоенно глянул на приятеля: дело приобретало неожиданный оборот. Кларенс зло фыркнул:  - Ага, одна конкретная! Ты лучше пальцы с другоготрекера пробей. Вторые отпечатки, ожидаемо, в базу не были внесены. До сегодняшнего утра: они же засветились на чипе с простреленного телефона.  - Это уже похоже на улики, Клар! – Дейв радостно хлопнул Кларенса по плечу. - Пока мы знаем только, что следил за машиной и потерял простреленный телефон – один человек.  - Так и не расскажешь, что случилось с телефоном? Твоя работа? - Нет, - Кларенс проговорил сквозь зубы: рассказывать, как и почему остался без пистолета, он не стал.  - И знаем, что есть кто-то ещё… - Я это уже знал. Сам установил – на случай угона или похищения. Выкупил трекер у старого приятеля-военного. Видимо, его пальцы и остались на корпусе, - он сознательно врал, не желая впутывать Дэш. Быстро забрал оба трекера. - Так и позволишь дальше за собой следить? - Я еду в Оазис – едва ли это будет для кого-то сюрпризом. Пусть сталкер пока не знает, что его датчик обнаружен. Так и сделал: вернулся в машину, кинув оба трекерапрямо в бардачок.  Новые зацепки по делу хоть немного навели порядок в голове: хоть что-то начало выстраиваться в чёткую линию, хоть что-то приобрело закономерность. А ещё нужно было найти Ларса Вьера и задать ему пару вопросов – картина его роли в происходящем вырисовывалась все более чётко.  «Ларсу Фанатик пытается вредить через близких. Мы сначала думали, что цель преследования Грега – навредить через него Ларсу. Но что если Фанатик, наоборот, хотел возвысить Грега, освободив ему роль, напав на Дэмиана. Выходит, Грег имел для Фанатика особое значение. Но какое?» - улицы и пейзажи проносились мимо, Кларенс же погрузился в мысли, включив лёгкую музыку на фоне. «Почему он так хотел возвысить Грега, и почему теперь так ненавидит Ларса? И может ли быть, что он снова взялся за Дэма лишь потому, что Уайлду досталась роль, на которую претендовал Грег? Тогда выходит, что Фанатик не имеет никакого отношения к смерти Грега, раз так старательно теперь отыгрывается на Дэме и Ларсе. Итак: похоже, Фанатик боготворил Грега в своей извращённой манере, но ненавидит Ларса. Почему? Они оба – Вьера. Дядя и плем… Чёрт! Отец и сын…» - идея снова резко прострелила разум, когда он уже въезжал на территорию Оазиса. «О том, кто они друг другу, знали трое: Винстон, Кармен и Грег! Сам Ларс и мы узнали об этом из выкраденного письма, которое… которое по какой-то причине забрала администратор Оазиса – Сьюзен! Зачем ей забирать нечто столь личное? Сохранить тайну семьи, на которую работала? Но почему не отдала письмо Винстону? Хотела подстраховать себя им? А по хронологии…» - Кларенсзамер, припарковав машину на не подземной стоянке, а на улице в тени деревьев. «По хронологии выходит, что нападения, связанные с Ларсом начались…  после смерти Грега! То есть и после того, как Сьюзен выкрала письмо! Могул ли эти события быть связаны?» - он был убеждён, что «да»! Слишком много случайностей с одном месте редко собирались сами по себе. Следовательно, это уже не случайности, а закономерности.  Что ж, планы на вечер вырисовывались вполне конкретные: поговорить со Сьюзен. Другой вопрос, станет ли она разговаривать?  Он даже не успел выйти из машины, когда глаза его сами наткнулись на до боли знакомую фигуру: Дэш, не глядя по сторонам, уставившись в телефон, будто пытаясь определить, в какую сторону двигаться, спешно вышла из Оазиса, направившись вглубь жилого района.  «Да что опять?» - он открыл бардачок, проверил её трекер: он всё ещё слабо мигал, передавая сигнал. «Стало быть, она искала Хлоэ – машину бы по приложению заметила сразу? Датчик все ещё активен».  Не думая, он снова завёл машину, направившись в ту сторону, куда так спешила Дэш, старательно пытаясь не выдавать себя. Ехать долго не пришлось: он остановил машину поодаль, наблюдая интересную встречу. Хлоэ и Дэш стояли прямо на газоне напротив… Сьюзен. И судя по всему, беседа была не самой приятной: Хлоэ отступила на шаг, Дэш, наоборот, сделал шаг вперёд, будто вставая между Хлоэ и администратором. В следующий миг он готов был сорваться: в руке Дэш виднелся большой охотничий нож. В ножнах. Пока. Вот только Дэш, казалось, даже не собиралась его использовать, завела его за спину, будто протягивая Хлоэ ценную улику, сосредоточившись на Сьюзен целиком и полностью, не пропуская ни одного движения: теперь-то он знал, на что обращать внимание. Теперь видел сам: как напряглись её плечи, готовые принимать и отражать удар; как повернула тело к противнику под определённым, выверенным годами тренировок углом; как выставила вперёд ногу, прикрывая опорную; как реагировала на малейшее движение кругом.  В следующий миг Хлоэ, стараясь двигаться незаметно за спиной Дэш, достала телефон и принялась что-то бегло писать. Дэш же сделал шаг навстречу Сьюзен, будто собиралась нападать. Та же… Просто достала телефон, спешно набирая чей-то номер. Кларенс продолжал наблюдать, предпочитая не вмешиваться – им была важна любая информация. Тем более, от Сьюзен. Он и сам внимательно следил за ней – стоит ей только шаг в сторону Дэш или Хлоэ, он больше не будет ждать. Но пока нож оставался в ножнах. Он только и мог, что тихо приоткрыть окно, чтобы слышать обрывки разговора – слишком далеко. - … мы вместе… вложили. Сколько махинаций… сообща.  - … - .. ни в коем… нтажировать. … столько лет знаете… моего сына. «У неё есть сын?» - мысль отпечаталась в сознании намертво. - … денты нашего… черту. … безопасность всего… И я … к крайним мерам. … крах всего,  что мы… тилетиями. … сводок… Мы… в тюрьме. Если не…  - … - Хлоэ, Дэмиан Уайлд, папарацци, детектив, Ларс и его адвокат. Все… покинуть район… им связь, - последние слова Сьюзен говорила будто намеренно громко, желая произвести ими больший эффект. – Срочно!  Хлоэ, услышав что-то, в ужасе отпрянула, глядя на экран, Дэш же лишь сильнее напряглась, продолжая следить за администратором.  - Думаете… кипарисами? Попадая в район, … пропуск… резидентов. … полностью наших руках. Оазис – жизне… иты на его теле! … тайтесь улизнуть. Не выйдет.… идти.  Больше ничего не сказав, одёрнув пиджак, Сьюзен пошла прочь, углубляясь в темноту ночной аллеи. Но не в сторону башни.  Со стороны океана послышался раскат грома – надвигался очередной шторм. Ночной воздух пах солью.  Шоу было окончено: нажав на педаль, Кларенсподъехал к девушкам, пытаясь дозвониться до Дэма, но сигнал не проходил. Хлоэ буквально вскочила на заднее сиденье, обнимая себя руками. Дэш молчаливо села на переднее пассажирское.  Два упрямых взгляда встретились, пересеклись, чтобы разойтись в немом договоре: сначала – дело. Остальное… Остальное после. - Что со связью? - Она заглушила её! – Хлоэ во все глаза смотрела на Кларенса, который резко повернулся к ней, хватаясь за соломинку:  - Сама? - Не радуйся так, она не Фанатик! – Дэш даже не посмотрела в его сторону,  задумчиво вглядываясь в полыхавшее на горизонте небо и дыша ночным воздухом надвигающейся со стороны океана бури. – Она всего-то попросила Винстона. Это он приказал вырубить именно нашу связь: понятно теперь, у кого Фанатик позаимствовал идею. Так что не пытайся дозвониться: я, ты, Дэм, Хлоэ, Ларс, Остин – мы все в списке. - Она же сама… Ты сама слышала, она призналась! Кларенс! Сьюзен сама сказала,  что она и есть Фанатик! Прямым текстом.  Кларенс лишь разочарованно отстранился, откинувшись на спинку водительского кресла, глядя в темноту.  - Не думаю, Хлоэ. Она не смогла бы… повались Дэма. Да и… едва ли стала бы скакать по парковке, играя с нами в пятнашки.  - Но нож… - Хлоэ продолжала цепляться за тонкую нить доказательств. Тут же на его колени опустился клинок – Дэш, иллюстрируя слова Хлоэ, тут же бросила нож детективу.  - На нем кровь. - Вот именно! И Ларс узнал нож! Кларенс поднял вопросительный взгляд на Дэш: та лишь кивнула, подтверждая слова Хлоэ.  - Нам нужно убираться отсюда: Сьюзен выставила нас перед Винстоном как угрозу безопасности Оазису. И его трудно винить в принятом решении: полагаю, он уже спустил на нас свою охрану.  Кларенс завел машину, петляя темными аллеями жилого района.  - Дарко успел укусить нападавшего. Со слов Ларса – глубоко. Когда Дарко укусил меня, я даже брюки не мог натянуть, не поморщившись. Сьюзен же свободно двигала руками, когда доставала телефон или когда поправляла пиджак, уходя. Это не она, Хлоэ. - Но она что-то знает! – Дэш внимательно смотрела на него. Кларенс кивнул, соглашаясь: он сам пришёл к такому же выводу. - Как думаете, она согласится после всего этого поболтать со мной?! – он спокойно усмехнулся, старясь разрядить обстановку. – В прошлый раз мой флирт и обаяние, конечно, не особо помогли, но…  - Нам нужно найти место, чтобы все обдумать и спланировать.  - Мне нужно связаться с Дэмом.  Идея пришла к Хлоэ, а в фойе Оазиса они столкнулись с Ларсом, который сломя голову бежал выручать Хлоэ.