16.5 глава –

Центральная башня CCT, глубоко за полночь. Всё было погружено в полумрак. Просторный зал, обычно гудящий от голосов студентов, преподавателей и сообщений, сейчас был пуст. Только свет ламп вдоль стен создавал мягкое, почти стерильное освещение. Где-то в глубине работал сервер — его гул напоминал далёкий прибой. На одном из терминалов сидел Жон Арк, лицо бледно освещено голубым светом экрана. Он сидел, не шевелясь, только пальцы изредка нажимали клавиши. Монитор отображал что-то нестандартное — не просто список контактов, не сообщения. Это был доступ к архивным файлам, скрытым от обычных студентов. С правой стороны экрана виднелось подтверждение: Уровень допуска — "Омега-Бронз" Подтверждено: директор Озпин. Жон глубоко вдохнул, опёрся локтями о стол и прикрыл глаза. Плечи были опущены, в его позе не было ни решимости, ни страха. Лишь усталость… – Чертова Блейк... Его слова навалились тяжелым грузом для него, а все из-за видео которое проигрывалось перед ним. Или же группа видеозаписей с камер которые он смог собрать с помощью особого разрешения от Озпина. Он давал допуск к засекреченым архивам, скрытыми как от общества, так и для многих вышестоящих в совете Вейла. Здесь было множество собранных данных о деятельности Белого клыка, некоторые подробности SDC и MTC (Mistral Trade Company). Но это не все, информация о миграции гримм, классификация о Старейших Гримм, их возможные местонахождения. Была даже информация о Драконе который находился около Горы Гленн. И словно дракона там было мало, в самой Горе Гленн находился Гримм под названием Veneranus Murenasphera или же кодовое имя "Плющ". Гримм типа растения которые окутывал всю Гору Гленн своими лозами и щупальцами, Гримм класса Левиафан. Сами гриммы делились на несколько классов. Самый низкий из них были Крипы, слабые гриммы каждого вида, в основном те кто не прожили еще даже год. Дальше были Беты. Это были особи проживших больше года и имеющие опыт. Они были гораздо опаснее чем крипы часто собираясь в стаи и нападая группами, хотя и были исключение в виде Дезсталкеров. Конечно же дальше были Альфа гриммы, но они отличались тем что могли с рождениями быть Альфами. Альфа гримм были намного опаснее других, умнее и даже хитрее. Их живучесть была колоссальной, зачастую те могли прожить еще пол дня, если бы им отрубили голову и не уничтожить полностью. Как пример тот Невермор и Дезсталкер против которых команда JNPR и RWBY сражались во время поступления в Бикон были именно этого класса. Дальше были Старейшины, Альфа гриммы которые прожили достаточно долго и имеют способность контролировать низших гримм кроме Альф. Опасные особи Гримм, каждое появление которого рядом с населенными пунктами означает "Прорыв", термин принятый когда-то давно, как определение для огромного нашествия Гримм. И конечно же был класс Левиафан. Гримм древние, редкой и абсолютно уникальной особи, в большинстве случаев уникальные. Гриммы невероятной силы которые могли стирать страны и делали это с королевствами прошлого. Каждый гримм класса Левиафан уникален, но у каждого из них есть одна общая особенность. Их слюна может пораждать низших Гримм. А пролитая кровь же рождает Альфа гриммы. Гриммы класса Левиафан это не просто угрозы, это буквально сила природы в физическом обличии. Но как бы не было интересно узнать местоположения всех известных Левиафанов, волновало Жона далеко не это. Нет. Он пришел сегодня в ССТ для того что бы узнать, как можно будет снизить напряжение между Фавнами и Людьми. Одним спасением и предотвращением Падение Бикона и вторжение в Вейл ведь не ограничиться. Вражда между фавнами и людьми и так длилась слишком долго, гораздо дольше чем они могли себе позволить. Жон не был тупым идеалистом, веря что он может исправить целые века ненависти между двумя расами, но ему нужно было сделать хоть что-то. Особенно в будущем когда между Манаджери, Атласом и Митсралем чуть ли не разразилась война. И все из-за Белого клыка. …ведь если он действительно собирался что-то изменить, изменить по-настоящему, то нужно было понять, где началось всё это кровопролитие. Жон глубоко вдохнул, провёл рукой по лицу и нажал на следующее видеофайл из зашифрованной директории с грифом «MASS INCIDENT // REDLIST – VERIFIED». Он дрожал. Не от страха. От злости. Файл: Архив наблюдения — операция “Тихая Заря”. Место: Аутпост «Марлтон», юго-западная граница Вейла. Дата: 3 года назад. На экране появилась размытая картинка с камеры дрона. Заброшенный приграничный городок, больше похожий на перевалочную базу. Маленькие здания. Много людей, но и фавнов — торговцы, дети, семьи. Жон сразу понял: это был нейтральный сектор, место, где люди и фавны жили и работали вместе. Но потом появились они. Первые выстрелы. Взрывы. Горящие крыши. Камера дрожала, переключаясь на высококачественную съёмку с офицерского беспилотника. Белый клык шёл через улицы, в масках и с заряженными оружиями. Они не разбирали — кто фавн, кто человек. Стреляли во всех, кто не поднимал кулак в поддержку или не носил их символ. Это была резня. Под предводительством Адама Тауруса. Жон сжал кулаки, когда на экране одна из фигур — стройная, с чёрной лентой на голове и янтарными глазами — мелькнула в кадре, помогая сломать вход в хранилище Праха. Он узнал её сразу. — …Блейк… Она была молода. Моложе, чем сейчас. Неуверенная. Периодически оглядывалась, будто боясь, будто надеясь, что кто-то остановит их. Но она всё равно помогала. Помогала, когда группа из Белого Клыка заминировала здание, где укрылись семьи. Фавны и люди. На экране мелькнул взрыв. Камера погасла. Появилась надпись: АРХИВ ЗАВЕРШЁН. ПОТЕРИ: 43 человека. 28 фавнов. 71 пропавший без вести. Жон опустил голову, дышал тяжело, сквозь зубы. Он не винил её. Не сразу. Он знал, что она ушла от них. Знал, что сожалела. Знал какой она станет в будущем. Но видеть, как она стояла там, рядом, когда всё это происходило… Он нажал на другой файл. Файл: Интерцепт Сигнала — Акт «Залп Грозы» Место: Восточная линия поставки SDC, регион Атлас. Дата: 2 года назад. Этот раз — хуже. Это была спланированная диверсия. Целый поезд с прахом, с охраной, но также и с инженерами, техническими рабочими, даже детьми рабочих, ехал из одного лагеря в другой. Белый Клык заминировал рельсы и атаковал на повороте. Они знали, что там не будет военных. Они знали, что охрана — это обычные люди, не бойцы. Но они всё равно пошли. И они смеялись, когда вагоны падали в ущелье. Снова — Блейк. На этот раз она спорила с кем-то, она спорила, кричала, махала руками. Но потом… она ушла. Не осталась спасать. Не остановила. Она просто ушла. Запись завершается. Потери: 112 погибших. 9 выживших. Жон откинулся на кресло. Он не мог даже выругаться. Не мог кричать. Только закрыл глаза. Это была не просто юношеская ошибка. Не просто политический протест. Это был террор, пусть и под лозунгом равенства. Пусть и с благими намерениями в чьих-то сердцах. — …ты просто не можешь быть серьёзна Блейк, и их ты оправдывала как заблудших фавнов? - спросил Жон в никуда. То что началось просто как небольшое исследование, обернулось.... Вот этим. – Надо заканчивать...боюсь что если продолжу, то не могу продолжать смотреть на Блейк прежними глазами. Жон выключил компьютер, прежде чем выйти из башни ССТ и вернуться в комнату своего общежития.

***

– Пожалуйста Жон... Ты должен это сделать. Это мое желание. Сделай это. - она умоляюще смотрела на Жона, прося его убить её. Все ради того чтобы силы Зимней девы не попали в руки Синдер. Пенни встревожено открыла глаза, пробуждаясь из своего "сна". — Я… — прошептала она в пустоту, глядя в темноту комнаты. — Это был… сон? Она приложила ладонь к груди, прямо к тому месту, где должно было быть сердце. Механизмы под её кожей мерно гудели, сигнализируя о стабильности систем. Ни сбоев, ни перегрева. Всё работало… идеально. И всё же тревога не уходила. Пенни поднялась, медленно, как будто боялась нарушить хрупкую реальность вокруг. Сны. Она никогда не видела снов. И все же... — Он… убил меня, — прошептала она, вспоминая — Жон. Его лицо. Его рука, дрожащая, с мечом. Её слова. Её просьба. Сделай это… Всё было таким реальным. Эмоции. Страх. Безысходность. Принятие. Боль. — Я не могу… — тихо выдохнула она, — Не могу выбросить из головы. Она подошла к зеркалу, глядя на своё отражение. Та же улыбка. Те же круглые глаза. Та же аккуратная причёска. Но внутри… что-то изменилось. Пенни провела пальцами по лицу, затем по шее, потом приложила ладонь к груди. Электронные сенсоры в ней среагировали на прикосновение, отобразив зелёную сетку биометрии, как всегда. Всё в порядке. Но это не помогало. Это были очень странные ощущения. Но что еще более странно... Пенни заметила что почти половина ее запасов ауры отсутствовала, так будто она сражались несколько часов на максимум своей мощности. - Что это было? Это вопрос остался висеть в воздухе, но никто не дал четкого никакого ответа. Пенни отступила от зеркала и опустилась обратно на кровать. Она свернулась, подтянув колени к груди — поза, совершенно неестественная для искусственного тела, созданного из металла и проводов. Но сейчас — она не была просто машиной. Она чувствовала. — Я должна выяснить, что это было… — пробормотала она. Внутренние системы вновь отреагировали. ИИ-ядро подало автоматический сигнал в отладочную подсистему. Запрос: поиск сбоя сна. Ответ: нет нарушений логики. Нет активности во внешней сети. Нет следов загрузки новых файлов. Но один файл всё же был. В памяти, глубоко заархивирован, с отметкой: «Неавторизованная визуализация. Источник: нераспознан. Объект: личный протокол восстановления. Статус: активирован принудительно». Пенни нахмурилась. Протокол восстановления? Это был один из тех механизмов, которые использовались в крайних ситуациях — при физическом разрушении ядра, при перезапуске. Он не должен был запускаться. И тем более — вызывать… сон. Она глубоко вдохнула, имитируя человеческий жест. И вдруг — в её памяти мелькнуло ещё одно лицо. Седые волосы. Очки. Добрая, чуть рассеянная улыбка. — Отец… Её отец. Создатель. Человек, вложивший в неё не только код, но и душу. Он когда-то говорил: "Ты больше, чем просто программа. Иногда — воспоминания, даже которых у тебя не было, могут найти путь к тебе. Потому что ты — часть чего-то большего." Пенни сжала ладонь. — Это не был просто сон. Это было… видение?

***

Он пришёл в себя… не сразу. Веки были тяжёлыми. Воздух — затхлым. Что-то тёплое и мягкое под спиной. Он лежал на мхе. А может — на лепестках. Здесь, в Ever After, граница между реальностью и сказкой была стёрта. Он моргнул. Жив. Он сел. Жив. Он закрыл глаза. Жив. Он вскрикнул — но звука не вышло. Лишь беззвучный хрип, срывающийся в воздухе. Он ударил кулаком землю. Снова. И снова. Боль была слабой. Почти неощутимой. Аура вернулась сама? — всё равно. Ему было плевать. Он не чувствовал ни тела, ни мира. — Почему… — выдохнул он. Он не плакал. Слёзы ушли вместе с чувствами. Осталась только глухая, выжженная пустота внутри. Он снова жив. И это — худшее, что могло случиться.