Вернутся к фанфику

Лед и пламя

9 ноября 2023, 17:01

Всё равно придётся помучиться - вопрос только в том, сейчас или попозже. (с) Chevelle

Микаса мчится вниз по лестнице, чтобы поскорее выбежать во двор и увидеть Эрена, которого привезла Ханджи. Увидев в окно кабинета Капитана, как он машет рукой встречающим его ребятам, рядом шел Армин, она… «Так, стоп, Микаса!» - она резко тормозит прямо посреди лестницы и своих мыслей, - «Твою ж мать, ты только что целовалась с Леви, и тут же бросилась к Эрену. Вот же блядство! Что теперь делать?» Мышцы лица не двигаются, но извилины в голове шевелятся с бешеной скоростью. Она только что целовала Капитана, сорвалась с места и унеслась, оставив его одного в кабинете. И это точно не было сном или наваждением. Ладонь до сих пор пахнет свежестью и чаем, а губы пощипывает от новых ощущений. Она напрягает слух: за ней никто не идет, только с улицы доносятся радостные голоса друзей. Надо идти к ним, но ноги не двигаются. Она все еще босиком, сапоги остались в кабинете. Микаса застает Капитана все так же стоящим у окна. Он наблюдает за подчиненными с высоты третьего этажа. Хотелось бы очень тихо забрать сапоги и уйти, чтобы он не заметил. И девушка уверена, что у нее получится это сделать. Но где-то на уровне груди начинает стягиваться колючий узелок совести. - Капитан? – максимально тихо. Вдруг он все-таки не заметит ее, или не захочет замечать. Он оборачивается. На лице все то же выражение безразличия. - Сапоги. Я их забыла. Он снова отворачивается, не говоря ей ни слова. «Твою ж мать, Микаса! Иди уже отсюда! Ему сейчас не до тебя!» Игнорируя собственные мысли, Микаса закрывает дверь кабинета и подходит к столу, который разделяет их. - Сапоги у двери. Забирай и уходи. - Капитан… - Это приказ, Аккерман. Приказ – есть приказ, но ноги будто вросли в каменный пол, подобно дереву. Она не может уйти, обманывая себя нежеланием здесь находиться. - Леви, - Микаса приближается к нему и прикасается ладонью к плечу. Он дергается. - Вас не учили исполнять приказы, рядовая Аккерман? - Почему ты такой засранец? Последнее слово застыло в воздухе, раздаваясь эхом в каменных стенах кабинета. Леви пальцами сжимает переносицу и опускает голову. - Ты охуела, Аккерман. Это не вопрос. - Леви, посмотри на меня. Я сейчас не рядовая. Мы несколько минут назад целовались. Вряд ли Капитан мог бы себе позволить делать это с рядовым солдатом. - Да, мы несколько минут назад целовались, а затем ты убежала к своему братцу-недотитану. Как, по-твоему, я должен на это реагировать? – его голос не выражает никаких эмоций. - Я не знаю. Но я же вернулась. - За сапогами. - И не ушла, забрав их. Не исполнила приказ. Да посмотри ты на меня! Последнюю фразу она почти кричит, сдерживая себя так, чтобы ее не услышали в соседних комнатах. Слегка содрогнувшись от неожиданности, Леви поворачивается к ней лицом, но не приближается, так и стоит у окна, чуть поодаль. Микаса не знает, что ей сделать: подойти к нему ближе, стоять на месте, забрать сапоги и уйти. Последнее - логичнее всего, но она не хочет. Где-то внутри загорелась маленькая искра, которая пускает огненные ручейки по венам и не дает ей уйти из его кабинета. Кажется, что, когда она выйдет, ее накроет ледяной волной пустоты и разочарования. Она кладет ответственность за происходящее на инстинкты и приближается на шаг так, что их ладони почти соприкасаются. - Пожалуйста, давай поговорим, Леви. Не как Капитан и солдат. - Можешь взять с собой Микасу на дежурство, Аккерман. Я постараюсь уговорить Леви прийти. Микаса протягивает пальцы и прикасается к его ладони. Горячая, мягкая, слегка влажная. Опускает голову и чуть заметно дергает уголками губ. *** - А ты чем занималась, Микаса? – наконец спрашивает у нее Эрен, сидящий рядом на ужине. Он успел спросить о делах всех, а ее будто оставил напоследок. - Тренировки, дежурства. Капитан попросил помочь с разбором документации. Эрен слушает ее в пол-уха, спросил только из вежливости. Ему интереснее рассказывать об экспериментах, которые над ним проводила Ханджи. Микаса чувствует тепло чужой ладони, которое не вызывает трепета в ее существе, но отдает заботой. Армин внимательно смотрит на нее, как бы говоря: «Ну, это же Эрен». Она понимающе отвечает ему взглядом и переплетает их пальцы в дружеском рукопожатии. Армин всегда лучше понимал ее. Держась ближе к ним обоих, он отдавал дружбу двоим, деля ровно пополам. И сейчас, когда Эрена отправили на полигон, а Микасу поставили на ночную вахту, он сам вызвался проследить за чистотой экспериментов, проводимых Ханджи Зоэ. Эта женщина могла сделать с ним что угодно, поэтому блондин сразу дал понять, что «просто хочет понаблюдать», прикрывая «наблюдением» защиту и опеку. - Нас снова скоро заберут на полигон. Расскажи, как проходят дежурства, - его голос окутывает чем-то ограждающим от внешнего воздействия и приятным. Микаса смотрит в его голубые глаза и вспоминает, как часто Армин рассказывал ей о море, и как сильно он хочет туда попасть. Она оказывается где-то далеко от всего, что сейчас происходит с ней, и погружается в короткий рассказ о ночной вахте рядом с Капитаном, намеренно опуская подробности их разговоров и того, что дежурства проходят только у него. Она в это время сладко спит. *** - Я не отдам тебе сегодня свое одеяло, Микаса! Я замерзла ночью! – Саша вцепилась в свое имущество, как зверь в кусок мяса - Забери одеяло у Конни. Или у Жана. - Конни не отдает! Зачем тебе одеяло на дежурство? - Забери, пока он в столовой. - Но я же пропущу ужин! И ты не ответила! Микаса пропустила вопрос мимо ушей. Ей нечего было ответить на него этой болтушке-обжоре. Она всем сердцем любит Сашу, но говорить ей что-то с посылом секрета – себе дороже. «Ладно, хватит одного. Надеюсь, что хватит.» Всю дорогу до места вахты Микаса сжимает кулаки и теребит подушечки пальцев. Что она ему скажет? О чем будет говорить? Одно она знала точно: поговорить о сложившейся ситуации нужно. Возможно, списать случившееся сегодня в кабинете Капитана на помутнение рассудка, и продолжить нести ночную вахту на соседнем дереве. Это было бы лучшим исходом. Но внутри девушки по венам все еще разливаются огненные ручейки, уже запущенные маленькой искоркой, которая вспыхнула в момент прикосновения губ. И дело не только в крепком здоровом сне по ночам в теплых руках Капитана. Здесь замешано что-то неправильное, запретное. И оно кажется максимально верным сейчас. Леви сидит к ней спиной и смотрит на исчезающую в темноте линию горизонта. Стараясь как можно тише приземлиться рядом с ним, будто это отсрочит запланированный разговор, Микаса не отводит взгляда от его осанки. «Что же Вы со мной делаете, Капитан?» Молчание прерывается шуршанием присаживающейся рядом девушки. Она садится и протягивает руку, чтобы прикоснуться к его пальцам так, как это делает он в моменты ее отвлечения. Через подушечки пальцев снова проходит электрический разряд, ставший привычным. - Леви? - Нет, Леви пока не пришел, Аккерман. Здесь только я. Микаса чуть поджимает губы, но не убирает руку. Спустя некоторое время она чувствует взаимные прикосновения теплых пальцев Капитана. Разговор не клеится, девушка не знает, с чего можно начать, а постоянно уточнять «пришел ли Леви» кажется ей верхом глупости. Их пальцы переплетены, но оглушительная тишина давит на уши. - Мне нужно приходить завтра на документарную отработку, Капитан? - Если хочешь мне помочь. Я не заставляю. Думаю, тебе захочется провести день рядом с Йегером. - Леви… Он поворачивает к ней лицо, на котором ничего не меняется, независимо от времени дня и ночи. Взгляды встречаются, в руках увеличивается разряд тока. Микаса тянет ладонь к его лицу и накрывает ею щеку. - Я не подумала. Это был привычный для меня порыв. - Почему ты с ним носишься? «Леви наконец-то пришел». - У меня, наверное, нет ответа на этот вопрос, - шепчет она, опустив голову, - Это происходит само собой. Ладонь все еще на щеке, и сверху ее накрывает приятное покалывающее тепло. В глазах Капитана появилось что-то новое, невиданное никому и никогда. Уязвимость? Его тянет к ней, как магнитом. Но и ее влечение к нему не меньше. Губы вновь встречаются в нежном поцелуе. Покалывания переходят с зон соприкосновения кожи дальше и глубже. Каждый волосок на теле становится маленькой антенной, которая принимает разряды. Легкое дуновение ветра, которое заставляет волоски шевелиться, вынуждает тихо стонать в такт движениям языков. «Что ты творишь со мной, Леви?» Микаса разрывает прикосновение рук и кладет ладонь на затылок Леви, легонько царапая ноготками обритую зону. Капитан тихо стонет и притягивает ее к себе еще ближе, углубляя поцелуй. Переплетение языков разносит жар по телу. Кажется, что от их тел отходит яркое томное свечение, когда они встречаются основаниями. Леви разрывает поцелуй и тяжело дышит. «Твою мать, Микаса, если бы это была не ты, я бы уже давно трахнул тебя», - проносится в голове, а вслух произносится: - Может, поспишь? - Я не буду спать, пока мы не поговорим, - тяжело дышит Микаса, будто у нее отобрали баллон с воздухом. - Начинай, - Леви немного успокаивает разбушевавшиеся гормоны и снова выпрямляется рядом с ней, не размыкая рук. - Это все неправильно, - ужасное начало разговора, но отступать некуда, - Мне кажется, что я предаю Эрена и свои чувства к нему. Он спас мне жизнь, вытащил меня, дал мне полную семью и заботу. И то, что я делаю, вообще никак не вяжется с тем, что я чувствую и думаю. - Зачем тогда это все, Микаса? - Я не знаю! Я не могу от этого отказаться! Можешь считать меня ебанутой эгоисткой, охуевшей тварью, но я не могу, Леви! Мне нужно то, что происходит между нами! Я четыре дня уже не могу выкинуть тебя из головы! - Тогда выкинь из головы этого выродка! В ней слишком мало места для нас обоих! - Он спас мне жизнь! - Один раз!!! Один ебаный раз, Микаса! Он спас тебе жизнь один раз, а ты теперь всю свою жизнь ему посвящаешь! – голос Леви срывается на крик. Хорошо, что в округе никого нет. Его глаза светятся яростью в темноте, - Сколько еще раз тебе нужно спасти его, чтобы избавиться от ноши в виде сводного братца??? Микаса опускает голову, ее плечи подрагивают, будто она плачет. - Он спас мне жизнь, - тихо повторяет она, - Я жива, благодаря ему. - Он спас твою жизнь один раз. А теперь подумай и посчитай, сколько раз твоя жизнь была спасена мной. Остаток ночного дежурства проходит без сна для обоих. Они сидят рядом, руки все еще соединены. Леви смотрит в сторону горизонта и слушает, как на плотную ткань форменной куртки падают слезы Микасы.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!