Вернутся к фанфику
Нежность
15 ноября 2023, 17:31Если вы поймали птицу, то не держите её в клетке, не делайте так, чтобы она захотела улететь от вас, но не могла. А сделайте так, чтобы она могла улететь, но не захотела. (с) Ошо
Микаса возвращается в казарму ближе к вечеру, отдохнувшая и выспавшаяся. За время, проведенное в комнате Леви, они успели еще трижды насладится взаимной мастурбацией и выспаться. Леви так и не сказал ей, как будет оправдываться перед Командором, но уверил, что все будет в порядке, и ей не о чем волноваться. Он уже не раз доказал, что ему можно довериться, поэтому к себе девушка уходила со спокойной душой. Она ему верит. В дверях на нее налетает Саша: - Микаса! Ты где была? - У Капитана, помогала разбирать бумаги, - ее щеки даже не краснеют от такой маленькой лжи, но внизу живота разливается тепло, когда она вспоминает, что были за документы и как она их разбирала. - Мы весь замок обошли, но к нему в кабинет не решились постучать. Сама понимаешь. «О, Саша, ты не представляешь, как вам повезло, что вы не решились. Он бы разорвал вас всех на мелкие кусочки». - Все в порядке. С полигона никого не привезли? Мысли об Эрене успокаивают ее воображение, рисующее в голове то, что происходило в комнате Капитана, и то, что могло и может произойти еще. Она не планирует заканчивать то, что началось этой ночью. Слишком уж хорошо было рядом с нежным и сильным Леви, чтобы прекратить все на полпути. - Нет, Ханджи сказала, что не вернется, пока не проведет все задуманное. Микаса вздыхает так, чтобы Саша подумала, что она расстроена, но где-то внутри полыхает успокоение и ожидание. Садится на кровать и вытаскивает из-под подушки свой шарф, вдыхает знакомый запах и… ничего не чувствует, кроме благодарности за старания. Эрен повязал ей шарф, проявив заботу. Она отвечала взаимностью все прошедшее время, с готовностью приходя ему на помощь. Микаса всегда заботилась и оберегала других, полностью забывая о той, кто нуждался в ней гораздо больше окружающих: она сама. За прошедшие пару недель Леви показал ей что-то новое и неизведанное, со своими глубинами и подъемами, и она не готова развернуться и уйти, пройдя путь на половину. *** Холодные потоки ветра насквозь продувают форменное пальто, которое должно согревать и оставлять тело в тепле. Несмотря на тренировку вместе с новобранцами, Микаса продрогла. Она бегала вместе с ними по лесным тропинкам, а затем отжималась, чтобы согреть задубевшие мышцы. Изредка ее зубы постукивают, подушечки пальцев теребят края рукавов, чтобы согреться трением. - Замерзла? – Леви берет в свои теплые руки ее ладони и согревает их своим дыханием, когда она придвигается к нему ближе, - Нужно сказать Эрвину, что пора заканчивать эти бессмысленные дежурства. - Они не бессмысленные, - слегка злится девушка, и прикусывает его губу во время нежного поцелуя. - Не бессмысленные для нас. А для корпуса это лишний повод распуститься, потому что Капитан Леви сегодня ночью не будет бродить по замку. - Я и забыла, что ты еще и Капитан, - она показательно закатывает глаза, а затем на губах появляется ласковая улыбка. - Капитан, который позволяет руководить подчиненному. Я совсем теряю командирские навыки, когда дело касается девчонки Аккерман. - Никогда не думала, что ты такой разговорчивый. На ее плечи опускаются сильные руки, которые притягивают к себе еще ближе для того, чтобы согреться. На таком холоде оголять любой участок кожи совершенно не хочется, но им обоим не хватает тактильных прикосновений к коже тела, чтобы почувствовать маленькие бугорки мурашек, пустившихся в путешествие по всему телу. - Может, поспишь? – шепот Леви запускает поток электричества по телу. - На холоде вряд ли получится, но, если Капитан разрешает, я попробую. В объятьях, которые стараются ее согреть, Микаса проваливается в сон, если его можно так назвать. Холод заставляет тело периодически подрагивать, и, как бы Леви не старался ее согреть, получается скверно. Он потирает рукава ее пальто, чтобы согреть руки. - Ебаный холод, - произносит он так, чтобы девушка полностью вышла из поверхностной дремы, - в пизду это все. Пойдем в замок. Ты заболеешь, если просидишь здесь еще хоть несколько минут. - Но Леви… - Закрой рот, Аккерман. Мы идем в замок. Это приказ. Возвращение Капитана для нее больше не значит что-то тревожное и неприятное. Он больше не злой неприступный карлик, который заставит ее отрабатывать все свои косяки физическим трудом. Он ласковый и нежный мужчина, который заботится о ней. Пусть и Капитан. Дверь его кабинета захлопывается громким стуком от сквозняка. С тихим «Блять!», он быстро подходит к камину и подкидывает в него дров, чтобы он давал больше тепла. Возвращается к Микасе, стоящей у порога, и помогает ей снять пальто. Взгляд цепляется за красную тканевую полосу на шее. - Ты опять надела эту бесполезную тряпку? – со злостью выплевывает он. - Это шарф. С ним теплее. Твой белый платок вряд ли согреет мою шею. Леви дергает ее за шарф, придвигая ближе к себе, и распускает его. - Платок, может, и не согреет. А так? – поток глубокого дыхания касается ее шеи, а затем сменяется надавливанием зубов и скольжением горячего влажного языка. Микаса готова потерять голову, чтобы раствориться ощущениях, которые дарит Леви своей близостью. Инстинкт толкает ее в раскрытые горячие объятья, обволакивающие страстью и безграничными ласками. Ладони ложатся на его затылок и прижимают еще ближе к шее. Леви понимает ее призыв и продолжает царапать нежную кожу на шее зубами, сглаживая болезненные ощущения языком. Дрожащими пальцами он расстегивает верхние пуговицы ее форменной рубашки и стаскивает ее через голову, оставляя девушку в одних бинтах. - Капитан, Вы все еще одеты. Это не по Уставу, - мурлычет она в ухо, зубами прикусывая мочку. Леви накрывает волной страсти, которую он не в силах сдержать. Не контролируя свои эмоции, он резко срывает с себя пальто и толкает Микасу на кровать. Стаскивает с нее форменные брюки вместе с трусами, пуская в местах прикосновения с кожей разряды тока, а сам становится перед ней на колени. - Никаких Капитанов, Аккерман, - голос больше похож на рык дикого зверя. Его рот накрывает влажную промежность, а язык скользит по входу во влагалище. Микаса низко стонет, освобождая себя от оставшейся одежды. Ее пальцы сжимают в кулак волосы Леви, от чего он еще плотнее прижимается к пульсирующей влажной плоти. Язык проходится вверх по половым губам, а зубы легонько прикусывают клитор. - Ты же говорил, что ты не кусаешься, - сквозь стон произносит Микаса, которую разрывает на куски от наслаждения. Холод сквозняка не чувствуется от жара, исходящего от ее тела. Леви все еще в одежде, от чего все действо выглядит как что-то запретное. - Микаса, посмотри на меня. Девушка с трудом отрывает голову от подушки, чтобы посмотреть в глаза тому, кто делает с ней непотребные, но до боли приятные вещи. Зрачки полностью заполнили ртутную радужку, его платонический голод заражает ее своей необузданностью. Он медленно погружает пальцы во влагалище на доступную глубину, от чего по телу девушки проходит очередная волна блаженства. Затем он вытаскивает их и подносит к своему рту. По ним медленно стекает густая прозрачная субстанция, а по пространству, занятому их телами, расходится пряный запах возбуждения. - Как же ты приятно пахнешь, когда течешь. Он облизывает пальцы и вновь опускает голову, прикасаясь кончиком языка к клитору. Руки отпускают ее ягодицы и рваными движениями снимают с себя мешающую одежду. - Леви, я хочу тебя. Сейчас. Ворот его рубашки оголяет острые ключицы. Тени от огня пляшут по стенам, призывая не останавливаться. В глазах искры, будто камин переместился в зрачки и пускает жар туда, куда направлен взгляд. - Микаса… - Леви, пожалуйста. Прямо сейчас. Я не могу больше. Дважды повторять ему не нужно было никогда, и этот раз – не исключение. Где-то под ребрами у Леви расстилается волнение, будто это он девственник. Но рано или поздно это должно было случиться. Не собирались же они и дальше продолжать удовлетворяться оральными ласками и мастурбацией. «Соберись, сука! Она доверяет тебе!» Не отрываясь губами от ее тела, он снимает брюки вместе с трусами, оставаясь в расстегнутой рубашке. Вены на шее напряжены перекачиванием крови, в которой смешались желание и возбуждение. Ее тихие стоны в такт движениям пальцев вытаскивает из его головы все мысли, оставляя приятную пустоту, которая приказывает поддаться инстинктам. Пряный запах смешения тел наполняет пространство еще сильнее, и он прижимается к ней всем телом, мягко скользя губами по шее. - Если будет больно… - Я потерплю! Трахни меня уже! Пожалуйста! Под напором возбужденной Микасы, которая почти хрипит стонами, Леви сдается. Дополнительной стимуляции для того, чтобы член пришел в возбужденное состояние не требуется, и он просто направляет его ко входу во влагалище, где сталкивается с преградой, несмотря на обилие влаги. Он знает, что боль будет притупленной и мимолетной, но это не меняет того, что это все равно будет боль. Если только не замаскировать ее приятными ощущениями. В пустой до настоящего момента голове рисуется план, провернуть который до сих пор не удавалось, но попробовать сейчас помешать никто не сможет. - Микаса, я кое-что попробую. Только разговаривай со мной, пожалуйста. - Что угодно, только не останавливайся, - шепчет она с улыбкой: со вчерашнего дня они поменялись местами. Леви снова спускается вниз, нежно прикасается языком к клитору, накрывая его жарким теплом, и начинает хаотически двигать им, приближая момент оргазма. - Говори со мной, - произносит, отрываясь, и снова возвращает язык к жаркой промежности. - Это… Ах… Нереально просто… Не останавливайся… Я уже скоро… Я… А-ах… Ее глаза широко раскрыты в момент проникновения. Леви почти довел ее до оргазма, отвлекая от неизбежной боли, и она почти не заметила, как он моментально оказался внутри. Непривычное, но приятное ощущение наполненности и легкого жжения внизу приводит ее в чувства. - Все хорошо? – она кивает, - Тебе нужно привыкнуть. Прижав к себе ее тело, он невесомо проводит подушечками пальцев по чувствительной коже. Под ними пробегают миллионы мурашек, кажется, что он чувствует движение крови по капиллярам. Микаса громко дышит и целует его в шею, привыкая к тому, что внутри нее пульсирует член. Бедра слегка подрагивают как бы намекая на то, что можно продолжить телодвижения. Леви понимает язык ее тела и начинает медленно двигаться, так, чтобы она привыкла не только к наполненности, но и к трению, которое, скорее всего, оставит ощущения жжения внутри. Несмотря на тесноту, которую создает заполнение физической пустоты, влага продолжает сочиться из тела девушки, что создает хлюпающие звуки. Возбуждение постепенно возвращается в тело Микасы, и она тихо стонет в такт движениям Леви, иногда отвлекаясь на поцелуи. По их телам от трепетности и волнения струится пот, запах которого смешивается с пряным запахом смазки. Движения становятся более размашистыми и резкими, когда Леви понимает, что приятные ощущения постепенно вытесняют боль. Он близко к оргазму, но заканчивать раньше Микасы не хочет. - Ты можешь помочь себе сама, Микаса. Дотронься до себя пальцами, как тогда, когда думала обо мне. Она слегка краснеет, но подчиняется. Подушечки пальцев ложатся на возбужденный клитор, от которого сразу растекаются струйки сладострастного блаженства. Оргазм подкатывает все ближе, а губы Леви на ее шее подкрепляют его волнами удовольствия. Микаса впивается в плечи Капитана ногтями, выгибается дугой, кончая громким стоном и произнося его имя на выдохе. Стенки ее влагалища сжимаются вокруг члена Леви, завершая процесс соития его громким стоном в ответ. Он резко выходит из нее и изливается на ее плоский живот. Микаса проводит пальцем по лужице белесой жидкости, а затем размазывает оставшуюся на подушечке пальца сперму по соску, от чего ее тело пронзает легкая дрожь. Леви наконец снимает рубашку и вытирает ее. Она расслабленно улыбается. - Никогда не думала, что моим первым мужчиной станет Капитан Леви, сильнейший воин человечества. - Ты сошла с ума от оргазма? Она ласково прижимается губами к его соленому от пота лбу. - Это гораздо лучше, чем я себе представляла. - Тебе нужно в душ. И будет лучше, если мы примем его вдвоем. Только сначала нужно перестелить постель. «Гребаный ты чистоплюй, Леви!» После горячего душа с нежными прикосновениями пальцев Леви, его руки укутывают ее в уютное одеяло, предварительно надев на нее рубашку. Аромат чая медленно наполняет пространство, которое считанные минуты назад было заполнено густым возбуждением. На смену пряному аромату приходит запах заботы и ласки. Микаса смотрит на Леви поверх чашки с чаем, которую он заботливо передал ей в руки с ворчанием о том, что в постели нужно делать другие вещи. В груди растекается тепло, но не от чая. Она не помнит, когда в последний раз она принимала столько заботы в свой адрес. Это ощущение снова переворачивает ее привычный мир с ног на голову, заставляя ее тянутся к тому, кто дарит ей его. - Леви, - он поворачивает голову, отрываясь от чашки чая, - спасибо. - Перестань постоянно меня благодарить. Так бы поступил… - Не каждый, - перебивает она, - Ты особенный, Леви. Микаса тянется к нему с чашкой чая в руке и оставляет на его щеке нежный поцелуй, который – думает она – более красноречиво скажет ему о том, что творится у нее внутри. Вихрь чувств к человеку, который совсем недавно представлялся ей чем-то неприятным и противным, сметает все тезисы прописных истин, унося их в неизвестном направлении.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!