Часть 11

      — Как у тебя вообще дела со сном обстоят? — Артем ставит перед Алисой чашку с кофе. Она с непониманием смотрит на отца, пытаясь понять, чем вызван его вопрос, — да брось, — махнул рукой мужчина, — я в курсе, что ты просыпалась сегодня ночью и ходила по квартире. Так что да, я повторю, как у тебя в целом дела со сном? Бессонница? Кошмары? Сложно заснуть? Проснуться?       — Ну, — протянула Алиса, подбирая более подходящие формулировки, — иногда сложно уснуть, бывает бессонница и кошмары, — честно ответила девушка, сделав глоток.       — И как часто? — уточнил Артем, сделав себе бутерброд с сыром и ветчиной. Он сел рядом с дочерью и внимательно посмотрел на нее, — пойми, мне важно иметь целостную картину.       — Временам, — Алиса пожала плечами, так как в самом деле не могла дать более точного ответа.       Сегодня ночью она в самом деле долго не могла уснуть. Ворочалась на диване, хотя он был довольно удобный и к нему у нее никаких претензий не было. Ближе к полуночи уснуть все же получилось, но сон продлился не долго. В три Алиса снова была на ногах. Ходила по квартире, как мышка, стараясь не разбудить отца, который, как ей казалось, крепко спит в спальне. Но теперь она понимала, что он все равно ее слышал, а значит, у него не такой крепкий сон, как думала Алиса.       — То есть, каждый день или почти каждый день, — сделал вывод Артем. Алиса замялась, чем только подтвердила его слова, — понятно, — он шумно выдыхает носом, — а еще говоришь, что произошедшее никак на тебе не отразилось, — с ноткой издевки добавил отец.       — Я в курсе, что проблемы со сном не редкость после пережитого стресса, — ответила девушка, — но у меня они могут быть связаны с резкой сменой часового пояса и климатической зоны, — пояснила Алиса, почесав переносицу.       — Тогда у тебя не было проблем со сном в штатах, так? — уточнил Артем, пристально посмотрев на дочь, — и спала нормально, и засыпала, и среди ночи не подскакивала в холодном поту, так?       — Может и спала, — неуверенность девушки в ответах росла с каждой секундой, — в любом случае, стало хуже.       — Тебе нужно больше отдыхать, — констатирует Стрелецкий, на что его дочь громко усмехается, — что? — он скривил губы, — это самый действенный способ, кто-бы и что не говорил. Больше отдыха, меньше еды и работы перед самим сном, прогулки и проветривания помещений.       Он считал, что на данном этапе этого вполне достаточно. Артему в принципе не нравилось то, что многие специалисты стремятся как можно скорее начать пичкать пациентов сильнодействующими препаратами или таблетками в целом. Да и его дочери таблетки не помогут, это казалось очевидным. Да, лекарства дадут ей возможность спать по ночам, но это не решит тех проблем, которые у нее были. Решить их могла только психотерапия.       — Я итак почти ничего не делаю, — парировала Алиса, уставившись на чашку с остатками кофе, — занятия начнутся только через пару дней.       — Может спорт? — предлагает Артем, — можно походить в зал или просто на пробежки. Тут недалеко есть парк с неплохой дорожкой для бега.       — Неплохо, — отметила девушка. В США был культ на спорт. В школе практически все занимались каким-нибудь спортом, как и в университете, а имея неплохие спортивные достижения можно было даже получить стипендию в престижном учебном заведении. И хотя Алиса не относила себя к фанатам спорта, все же немного занималась то бегом, то волейболом, то плаванием, — я подумаю, — обещает она.       После завтрака Артем ссылается на какие-то важные дела и покидает квартиру, а Алиса, убрав после завтрака посуду, садится с ноутбуком, чтобы почитать лекции, которые ей скинули из ассоциации для самостоятельной работы. Конечно, большую часть того, что в них было изложено, девушка давно знала, но все же решила отнестись к дополнительному обучению серьезно, так как сама на это подписалась.       Около одиннадцати утра ей пришло сообщение от Матвея, который предложил встретиться и пообедать в каком-нибудь кафе. Алиса только сейчас поняла, что с того момента, как ее отец выставил парня за дверь, она ничего не сообщала Селиванову, и тот, наверняка, теряется в догадках о том, чем все закончилось. Приняв его предложение, девушка направилась в душ, чтобы привести себя в порядок.       Матвей ждет ее в том же кафе, где они встретились первый раз и увидев парня, Алиса почти сразу отмечает, что он какой-то грустный и расстроенный. Сделав заказ, она направилась к столику около окна.       — Привет, у тебя все в порядке? — участливо спрашивает Алиса, оставив пальто в свободном кресле, — ты такой загруженный просто.              — Привет, — Матвей шумно выдохнул и отложил салфетку, которую теребил в руках, — да так, ерунда, — отмахнулся он, решив, что не хочет грузить Алису своими проблемами, но она сердито смотрела на него в ответ.       — Можешь рассказывать, — настаивает она, устроившись в кресле.       — С девушкой поссорился, — коротко сказал Селиванов, — ерунда, уже не первый раз.       В последнее время их отношения с Ритой все чаще стали заходить в тупик. Они словно внезапно начали говорить на разных языках, хотя изначально такого не было и им было комфортно и интересно. Сейчас же они часто спорили, ругались, а порой не общались друг с другом по несколько дней. Его это беспокоило, но он не знал, переживает ли Рита на этот счет тоже. Когда Матвей видел ее первый раз, то она была слишком спокойной для человека, который переживает за свои непростые отношения.       — Часто ссоритесь? — уточнила Алиса профессиональным тоном, в котором Матвей быстро заметил нотки, схожие с теми, что были в голосе ее отца, когда он говорил о работе.       — Ну так, время от времени, — поежился парень. С одной стороны, ему хотелось разобраться в том, что происходило между ним и Ритой, но с другой — не хотел впутывать во все это Алису, у которой своих проблем было по горло, — да не бери в голову, сами разберемся.       — Хорошо, — не стала настаивать девушка. Она забрала у официанта свой заказ и тот ушел к бару, чтобы не мешать посетителям.       — Как закончилась твоя провокация? — интересуется Матвей. Это его волновало куда больше, чем собственные отношения с Ритой. С этим он потом как-нибудь разберется, не впутывая Стрелецких.       — Как надо, — Алиса расплылась в довольной улыбке, — папа перестал жить в той конуре, вроде начал приходить в норму.       На самом деле, у нее еще было много вопросов касательно психологического состояния отца. Он часто замыкался в себе и был не особо разговорчивым, к тому же, он часто куда-то уходил, но не говорил, куда именно. Алиса предполагала, что это как-то связанно с компанией, в которой ее отец проводил время после побега из дома отца, но точных ответов у нее не было.       — Я рад… ну что вы смогли поговорить.       Селиванов понимал, что они оба нужны друг другу. Она потеряла мать и тяжело переживала это, так тяжело, что стала отрицать свое состояние и искать любой способ переключиться с самой себя на что угодно. Артем же ушел в полное самоуничтожение, заливая раны алкоголем или чем-то еще. Пока они были вместе, то была надежда на то, что все изменится в лучшую сторону.       — Я думаю, что нужно…       Она не успевает договорить. На ее телефон приходит звонок, номер не забит в контакты, но Алиса уже его видела — номер ее дедушки. Девушка не знала откуда дед знает ее номер, но предположила, что его он мог получить в ассоциации.       — Будешь отвечать? — интересуется Матвей, который тоже узнал номер Александра Андреевича.       — Да, дедушка, — Алиса поднесла смартфон к уху.       — Алиса, родная, — елейный тон поцарапал ее барабанные перепонки и девушка с трудом преодолела желание разорвать звонок прямо сейчас, — я тут подумал, мы же даже не отметили твое возвращение…       — Я приехала не отмечать, — рыкнула Алиса, — а потому, что у меня умерла мать, — строго напомнила она. Матвей заметил, как она изменилась в лице на последней фразе.       Горечь и боль. Работая в психиатрической клинике, Матвей часто сталкивался с этими чувствами, пациенты часто упоминали их в терапии. Теперь он видел это на лице девушки, в том, как хмурятся ее брови, как поджимаются губы и стекленеют от подступающих слез глаза. Хотелось вырвать у нее из рук чертов телефон, швырнуть его и обнять Алису, прижимая к себе так крепко, чтобы она поняла, что не одна и он с ней рядом. Что уж на него она точно может положиться.       — Я знаю, Алиса, — тон дедушки стал сострадательным, но Алиса ему не верила, — и мне искренне жаль Ольгу, но я подумал, что мы могли бы просто поужинать… ты, я, Катя…       — Папа? — перебила его Алиса, но встретила звенящую тишину. Александр явно не ожидал, что она спросит об этом, — что? Он тоже часть семьи или это не так?       — Конечно часть, — она слышала, как он пытается выкрутиться из ситуации, — и он может прийти тоже, если захочет этого сам.       — Ладно, я спрошу у него, — обещает Алиса и заканчивает разговор. Она смотрит на Матвея, который встречает ее встревоженным взглядом, — он пригласил меня на семейный ужин, — она нервно рассмеялась, опустив телефон на столик, — представляешь? На мать его семейный ужин! — Алиса не сразу поняла, что повысила тон и теперь на нее смотрит добрая половина посетителей заведения. осекая саму себя, девушка стала говорить значительно тише, — но я хочу пойти. Хочу поговорить с ним.       Алиса отлично понимала, что дедушка может дать ей ответы на многие вопросы, которые помогут понять то, что происходит в ее семье. Он знает о том, как возник их с Артемом конфликт и что стало его причиной. К тому же, ей хотелось понять некоторые моменты в истории с Дашей и ребенком, которого она родила от Александра.       — Твое право, — спокойно ответил Матвей, не став говорить о том, что на самом деле очень волнуется за Алису. Александр не самый простой человек, который мог в любой момент выкинуть что-то такое, что по своему уровню урона будет сравним с атомной бомбой. Да и последствий от этого может быть не меньше.