Вернутся к фанфику

Часть 6.

26 февраля 2024, 20:20
      Ничего не было — это их легенда. Деви и Рам это даже ни разу не обговаривали, но всё равно умело врали, притворялись, что ничего, совсем ничего не случилось. Словно они не исчезли на целую ночь совместно. Будто это был всего полёт фантазии, случившийся в реальности снов — не более. Для всего мира их путешествия не существовало. Только боги могли знать, что случилось в лесу, если, как желала Деви, они не решились оставить их попросту совсем наедине. Дивии хотелось, чтоб их быстрое счастье было видно только им, больше никому. Чтоб ни одна душа, даже божественной природы, не ведала, как Деви отыскала в себе некую новую, негласную женскую чакру, где сосредотачивалось всё возможное человеческое удовольствие от физических ласк. Ей хотелось, чтоб всё произошедшее, все те первые азы любви, проскользнувшие между ними, не мог счесть никто и чтоб только её собственная душа ликовала от чего-то прекрасного, пережитого в озере вдали от цивилизации, всех невзгод и прочего.       Ничего не было — так должно казаться всему сущему. В любой локе, даже в высшей, населённой богами. Всему случившемуся стоило стать всего очередным элементом хаоса земного мира. Настолько незначительным, что в момент утерянным. Но только не для Дивии.       Деви, вероятно, эгоистка, но ей не хотелось делиться своим счастьем ни с чем и ни с кем. Только разделять прекрасные мгновения с Рамом и дальше. Больше ни с кем. Только с человеком, который подарил ей самые прекрасные ночь и утро, какие могли быть.       Вот только они снова перестали разговаривать. Свадьба уже предстояла вскоре, но количество хлопот только возрастало. Спина Рама почти никогда не мелькала, а столкнуться с ним взглядом — почти невозможно.       Как и со всеми. Деви перестала видеть даже двойняшек — Сарасвати и Радха уходили по утрам и целыми днями носились по калану и окрестностям, почти не распространяясь, чем их нагрузили.       Дивия одна осталась той, кто словно ничего не делал. Только занималась заботой об алтаре Кали, продолжала находить себя в молитвах, служении всей душой богине и редких прогулках по окрестностям. Иногда требовалось проветриться, выйти за пределы душных помещений.       Она никого не подслушивала — её это даже всё меньше интересовало. Словно она, несмотря на своё скорое присоединение к семье Дубей, отдалилась от Дюжины и её забот больше, чем когда-либо. Отдалилась не телом, а душой. Не было соблазном вникнуть в их проблемы и дела с англичанами, в которых она была повинна.       Для Дивии после той ночи с Рамом словно наконец стало очевидно, насколько она предала Дюжину и их планы, когда выбрала себя. Только в тот момент она поняла, что означало выбрать себя и чем для этого пришлось пожертвовать. Деви тогда себя словно защищала и лишь из закромов души достала слова о выборе себя самой… тогда всё, похоже, шло от страха. От нежелания становиться рабой какого-то иноземца с гордым, но оттого не менее тошным званием жены.       Однако выбрав себя, Деви предала народ Индии. Вместо Индии она предпочла себя и своё счастье.       И она ни о чём не жалела.       Но быть частью Дюжины — это уже не её путь. Даже с фамилией Дубей, даже если ей придётся отстаивать интересы семьи и активно участвовать в делах Дюжины — их частью душой ей не стать.       Возможно, это ужасно, но Деви стало намного проще с этим осознанием. Не возникало больше ни моральных терзаний, ничего — она уже всех предала, они с Рамом сделали это совместно. Жалея о прошлом, ничего не изменить. А Индия как-нибудь, да выстоит. Найдётся выход лучший за фиктивные браки…       Рам всего одной ночью показал, что жизнь не стоила тех несчастий и проблем, которые подставляла под ноги. Не была достойна вызывать столько боли и мук.       Особенно, когда была возможность быть счастливой.       И когда-нибудь эта возможность станет доступна ей каждый день.       Но пока не стала — по ночам, оставляя на время служение Кали, Деви оставляла дверь приоткрытой и ждала. С верой, что наконец придёт Рам и снова пригласит её гулять по ночному лесу, она иногда не могла заснуть до утра, лелея этот тёплый огарок надежды. Даже порой хотела прекратить ждать и самостоятельно прийти к нему.       Но на это ей всё не хватало наглости или смелости. Она предпочитала ждать, содрогаясь от периодических требовательных схваток меж бёдер, которые неизменно стискивали её тело в тиски, стоило сильно долго думать о Раме или вспоминать те несколько прекрасных часов. Поделать с ними Деви ничего не могла — только две ночи подряд едва не плакала, не зная, как успокоить тело. Лишь когда усталость уволакивала её в сон, удавалось вырваться из телесного плена, требующего внимания мужчины.       На третью ночь это стало невозможно. Она сидела на кровати и, словно игрушка, колыхалась на простынях из стороны в сторону, пытаясь хоть как-то себя успокоить, но это не помогало.       И лишь когда её собственная рука, до того зарывавшаяся болезненно в волосы, в странном припадке случайно коснулась её между ног, на том самом месте, где она нашла новую негласную чакру, Деви словно пронзило молнией. Вмиг стало легче. Напряжение спадало, превращалось в удовольствие. К тому же, усыпляющее. Оно действовало, словно успокаивающий чай. Или даже лучше.       Оказалось, касаться себя самой — приятно, как и мужские касания. Они не могли заменить ей Рама, но больше Деви не плакала по ночам.       Неуверенно юркая рукой под ночную рубаху, она накрывала двумя пальцами пульсирующую точку и наблюдала сама за собой. Наблюдала за тем, как разные неловкие касания к влажной плоти постепенно становились увереннее, а после приносили долгожданное облегчение и улыбку на лице.       Пусть Рам к ней не приходил и не мог в полной мере удовлетворить её желания, она стала засыпать умиротворённой. Даже кошмары не снились. И головная боль тревожила меньше. Не отступала полностью, как при Раме, но не пыталась разорвать череп изнутри. Это почти делало её ненадолго счастливой, прежде чем сон отправлял её в новый день.       В новый день, где, казалось, никаких изменений не происходило.       Деви даже не пыталась отыскать Рама — ей хотелось, но смысла не было. Она просто, как и всегда, выполняла свои обязанности. Большего не оставалось. Только как-то ценить настоящее и ожидать, когда хаос их мира чуть упорядочится и отправит в будущее, где её взору Рам будет открыт если не всегда, то очень и очень часто.       Но это должно было настать только когда-то в будущем.       — Ты не против? — вдруг услышала она из тёмного угла, скрытого, кажется, за колонной и густым плющом, когда в своих мыслях, не замечая ничего вокруг, шла по галерее в главному зданию калана.       Не успев даже среагировать, Деви обнаружила себя за рядом листьев, где почти всё место занимала фигура уставшего, но не такого опечаленного, как раньше, Рама. За гордым взглядом открытого глаза горел огонь нежности и какой-то сладкой веры, а уголок губы чуть игриво приподнялся.       — Ты не против? — повторил он, и Деви с удивлением посмотрела на него, но даже лёгкий шок не помешал её губам стремительно расползаться в улыбке.       — Не знаю, против чего… но я уже за, — удалось выдавить чуть хрипло. Но не от шока или иных неприятных эмоций — а от удара счастья, которое мгновенно лишало ума и возможности говорить. Словно дух отделялся от тела и переставал контролировать его.       — Не против этого, — проговорил он, прежде чем заключить её скулы меж тепла своих рук, чуть приподнять голову и одарить губы пылким и таким долгожданным поцелуем, который заставил на пару мгновений забыть обо всём, вплоть до головной боли.       — Я скорее хочу больше, — прошептала честно Деви, когда он отпал от её губ.       — У нас есть всего несколько минут, — предупредил Рам, медленно скользя руками с её скул на затылок и трепетно зарываясь ей в пряди. От этого портилась причёска — но Дивию подобные мелочи волновали с ним меньше всего.       — За несколько минут можно успеть много всего, — рассудила Деви и поспешила положить одну руку ему на шею, а второй легла ему на грудь, которую кстати открывала его одежда на одно плечо.       — Ты так считаешь? — он прищурился и чуть нагнулся: почти так, что мог вот-вот наградить её губы ещё одним поцелуем.       Но вместо этого — заставил нарастать огонь между ног от ласк его горячего дыхания. И Деви это тоже нравилось. Любое взаимодействие с ним — блаженство. Особенно — после пары томительных дней ожидания, за которые, пока она размышляла о жизни, в душе что-то изменилось.       — Скоро у нас будет целая жизнь, — напомнил чуть протяжно он, и Деви улыбнулась шире.       — И в этой жизни нельзя пренебрегать даже парой минут, — сорвалось с уст, а терпение иссякло — Дивия поспешила поцеловать своего жениха первой, вкладывая в каждое нетерпеливое движение всю страсть, что обуревала её в его присутствии.       — Целуешься уже лучше. Быстро обучаешься, — прошептал он, смазанно пронёсшись губами к её уху.       — Хочу обучиться всему.       — За пару минут многому не научиться.       — Но чему-то можно? — Деви, отойдя на шаг, склонила голову. — Например… может, я могу тебя отблагодарить? За то, в озере. Я слышала, что… — Деви не закончила: он вдруг хохотнул, совсем неумело пытаясь побороть улыбку, которая требовательно пыталась выступить на лице.       — Нас могут услышать и обнаружить, будущая госпожа Дубей, — проговорил Рам и кивнул на всего ряд лиан. — Не стесняешься ли? — он всё-таки не удержал улыбку и вновь хохотнул.       Но больше ничего не сказал. Только стал выжидающе смотреть на неё. И от этого взгляда огонь между ног начинал полыхать только сильнее.       И ей стало совершенно всё равно, увидят или нет. Если будет нужно — боги позаботятся и отведут от них напасть в виде ненужных гостей. В этом маленьком углу за плющами было место только им двоим. Больше никому. У них просто должно было стать на один секрет больше. На один секрет, на который у них было всего несколько минут, если слова Рама не врали…       Она неуверенно положила руки ему на бёдра и сначала быстро поцеловала его в шею — так, чтоб на ней не расцвёл бутон фиолетового синяка, — после нырнула ниже, зацеловывая открытую взгляду грудь. Взгляд не поднимала, не могла смотреть за переменами на лице Рама. Доверялась чувствам и тому, как податливо он расслаблялся и словно таял от её прикосновений. Ей не нужно было видеть — она понимала, как ему хорошо.       И хорошо делала ему она.       Чуть осмелев, Дивия опустилась на колени и всё-таки сомкнула веки. Целиком доверилась ощущениям. Отыскала пояс его брюк, поддела узлы, трепетно пропустив их меж пальцев и после потянула одежду чуть ниже. Собиралась следом опустить её на пол.       Но не смогла.       Застыла без движения, когда ткани опирались только на её пальцы. Хотя она не видела ничего, специально не размыкала век — душа стала противиться. Тело хотело быть готовым ко всем ласкам, хотело доставить Раму хотя часть её наслаждения, но где-то внутри её нутро упёрлось. Оно не хотело этого делать.       — Деви! Рам! Хоть кто-то! Сюда едут англичане! — закричал голос Радхи снаружи.       Похоже, сила интуиции решила обезопасить их от страшного конфуза в самый неподходящий момент.       — Вот поэтому я и говорил, что у нас всего несколько минут в запасе, — печально проговорил Рам сверху, а Деви тревожно, испуганно и попав под влияние дрожи, что мгновенно лишила возбуждения, зажала крепче ткань его брюк и заставила себя открыть глаза.       С них должно было слетать вопросительное выражение.       — Так ты знал?.. — прошептала она, столкнувшись с его открытым глазом.       — Ну, хотелось провести несколько хороших минут…       От изумления Деви отшатнулась и всё-таки не уберегла себя от конфуза — пальцы выронили ткани, и расслабленные брюки упали в ноги Рама.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!