Вернутся к фанфику
2. Глава 10
6 июля 2024, 11:14 — Что же, — начал Ваймак, когда все снова разобрали закуски, а Аарон всё-таки вернулся в комнату. — У нас осталось ещё чуть меньше половины книги. Надеюсь мы справимся за сегодня.
— Ну, чисто теоретически, — протянул Сет, — нас ждёт самый пиздец, так что…
— Именно поэтому я сказал «надеюсь», Гордон. — Парень поднял перед собой ладони в жесте поражения. — Есть добровольцы?
Все посмотрели на компанию монстров, большая часть которых как раз таки ещё не читала главы из второй книги. Парни демонстративно смотрели куда угодно, словно не замечая взглядов окружающих.
— Нет? Ну, значит, Аарон, настала твоя очередь, — заметив как он начал было открывать рот, чтобы возразить, тренер жестко припечатал: — Мы читаем по очереди, Аарон. Все.
Устало вздохнув и закатив глаза, Миньярд взял с журнального столика чёртову книгу и открыл десятую главу.
В понедельник после математики Нил отправился искать Рене.
— Вау, — воскликнул Ники, — сразу быка за рога!
Все ещё хорошо помнили, что в предыдущей главе действительно заходила речь о разговоре с Рене. Но никто не верил, что это случится так скоро (да и вообще в то, что случится). Лисы начали поглядывать на Нила, пытаясь понять за каким чёртом ему это надо.
Джостен действительно хотел бы и сам знать. Действия его книжной копии не подавались логике. Он ещё больше забеспокоился: какого чёрта он всё-таки так докопался до Миньярда? Прямо-таки покоя его книжной версии не дает.
За последние два месяца он невольно запомнил учебное расписание всех товарищей по команде. Ему не нравилось, что эта информация занимает место у него в голове, но он слишком много времени проводил с Лисами и потому всегда знал, кто где находится.
Эндрю насмешливо фыркнул. Вот невольно задашься вопросом, лукавит Джостен даже в собственных мыслях или он занёс Эндрю в особую категорию и поэтому про него информацию он запомнил явно не «за пару месяцев». Насколько он помнил из книг, Джостену хватило нескольких дней, чтобы выучить расписание приёма его таблеток.
— Сталкер, — усмехнулся Сет.
— Ты не должен этому удивляться, — Элисон припомнила факт, который до сих пор не давал ей покоя: — Кое-кто, между прочим, знает пароль от моей карточки. Так что расписание — это мелочи.
Нил пожал плечами. Ну знает он это, и что с того? Он же не собирается этим пользоваться.
Девушка раздражённо поджала губы. У неё слегка упало настроение, а потому ей хотелось поскандалить. Сет ласково намотал на палец её локон, а затем провёл по спине ладонью успокаивая и утешая. Она выдохнула и закрыла глаза. Никто не виноват в том, что книжные лисы практически забыли о существовании Сета, — это жизнь. Но это было так больно, кто бы знал.
Она переглянулась со своим парнем: он знал. И стало чуточку легче. Желание поскандалить не ушло, но слегка притупилось.
Как и у него, у Рене было две пары подряд, затем «окно» и потом еще одна пара. Фокус заключался в том, чтобы поймать ее прежде, чем она уйдет из аудитории неизвестно куда. К счастью, ее и Нила разделял всего один корпус. Именно из-за такого близкого расположения ей поручили отвести Нила с математики на историю в день стартового матча «Лисов».
Нил проворно сбежал по ступенькам крыльца, лавируя между теми, кто никуда не спешил, и аккуратно избегая столкновений с такими же торопыгами, как он сам. Огибая угол здания, он ухватился за торговый автомат, чтобы легче войти в поворот, и метрах в шести перед собой разглядел радужные кончики волос Рене. Поглубже затолкав сомнения и смутное беспокойство, Нил двинулся за ней.
— Мне вот просто интересно, — пропел Эндрю, — какого хрена тебе нужно от Рене? — Нет, он отчётливо помнит как к этому пришло, но всё-таки мотивацию этого поступка Джостена он в упор не видел.
— Если бы я знал, — голос Нила прозвучал устало.
Он старательно отгонял из мыслей слова Элисон, но чем дальше, тем больше он сомневался. Что самое странное: сомневаться он начал именно в самом себе. Опасное чувство.
Он сморгнул, отгоняя воспоминание о том, как мать его лупила, а затем тягала за волосы монотонно вбивая в его голову постулат: «Женщины опасны, а любовь ещё опаснее».
— Я правда совсем перестал понимать свои действия.
— Ну, возможно ты ещё поймёшь, — подмигнул Ники.
Он думал, что понимает куда всё идет. Да, заинтересованность Нила была странной, но она была, это уже нельзя отрицать. Так что Ники был твердо уверен: то, что случилось в книге, запросто может произойти и в реальности. И если книжный Нил влюбится, то и этот сможет. Хэммик не совсем понимал, как это вообще могло произойти и как Эндрю может ответить на его чувства, если у него скорее всего тайные отношения с Рене (после всех взаимодействий кузена с Нилом, он уже не был так в этом уверен).
— В жизни всё возможно, — пробормотал он, отвечая на собственные мысли.
— Надеюсь нет, — отрезал Джостен, ужасаясь самой мысли стать таким же одержимым Эндрю, как его книжная версия.
Когда он ее нагнал, Рене повернула голову, и он не мог не заметить, как удивленно приподнялись ее брови.
— Привет, Нил. Вот уж не ожидала.
— Ты сейчас занята? — осведомился он. — Есть минутка поговорить?
Рене засмеялась.
— Пора мне прекращать спорить с Эндрю, когда дело касается тебя. — Нил озадаченно нахмурил брови, и она пояснила: — Он утверждал, что ты захочешь поговорить со мной, но я была уверена, что ты пока не готов. Отвечая на твой вопрос: нет, не занята. Может, пройдемся?
— Ну вот! — воскликнула Элисон. — Ещё один спор и без нас! Это предательство, Рене!
Девушка ответила мягкой улыбкой:
— Ты же знаешь, что Эндрю не участвует в общих спорах. Так что мне приходится спорить с ним один на один. Я просто поддерживаю традиции Лисов.
— Вот что такое настоящее предательство, Рейнольдс, — весело ответил Эндрю, погрозив Рене пальцем. — Как ты могла так коварно поступить, монашка?!
Улыбка Рене стала озорной:
— Наверное, это потому что я не монашка. — Эндрю цокнул языком и закивал головой:
— Это имеет смысл.
— А может вы заткнётесь? — рявкнул раздраженный Аарон.
— Это было грубо, — укорила Уокер.
— Да мне плевать, — огрызнулся парень, он уткнулся в книгу и продолжил читать.
Элисон сделала жест «слежу за тобой» для Рене, но та только улыбнулась в ответ.
До следующей пары у Нила оставалось целых два часа, поэтому на прогулку он согласился. Между кампусом, Окружной дорогой и центром города располагался парк, который все называли просто Зеленым. Если у него и было официальное название, то в университетских брошюрах оно Нилу не встречалось. Он решил, что Рене хочет поваляться на травке под солнышком, как другие студенты, однако вскоре обнаружил, что она просто срезала дорогу и, обходя загорающих, направляется в сторону магазинов.
— Эндрю сказал, о чем я хочу с тобой поговорить? — спросил он примерно на полпути из парка.
— В подробности не вдавался, — пожала плечами Рене.
— Я тебя уже об этом спрашивал, но ты не ответила. Может, теперь откроешь тайну, за что Эндрю тебя так любит?
Аарон почувствовал, как закипает. Он считал, что это утро не может стать ещё хуже? Что ж, теперь он точно знает: может. Особый вид пыток читать главу, в которой говорится о его брате и его «любви». Спасибо большое блять. А то он не в курсе, что тот и сам не скупился в нарушении договора.
Эндрю не облегчал ему задачу, мерзко хихикая. Он злорадствовал? Да, без сомнения. И над глупостью бегунка, и над перекошенным лицом брата. Для него день однозначно удался.
— В прошлом году он приглашал кое-кого из нас в «Райские сумерки». По одному, — начала Рене. — Зачем он повез туда Мэтта, ты уже знаешь. Дэн он пригласил, чтобы проверить, заслуживает ли она быть капитаном. Ну, а меня — потому что, как и в случае с тобой, не купился на фасад. — Она жестом указала на свое лицо и коснулась кончиками пальцев крестика на груди. — Он хотел услышать правду, и я ее рассказала. Оказалось, что у нас много общего. — Они остановились у пешеходного перехода, и Рене посмотрела в лицо Нилу. — Единственное, чем мы отличаемся, — это удача и вера.
— И психоз, — прибавил Нил.
— Высокая оценка от гуру, — развеселился пуще прежнего Эндрю. — Так сколько ты там говоришь у тебя стоят консультации, доктор Джостен?
Нил показал ему средний палец. Хоть что-то в этом мире не меняется.
Рене улыбнулась.
— Не совсем так. Я — плохой человек, который изо всех сил старается быть хорошим, но я бы даже не пыталась стать хорошей, если бы не внешние обстоятельства.
— Ты всегда была хорошей, — возразила Элисон. — Дети не несут ответственности за то, во что их превращают взрослые.
Рене несогласно покачала головой, но спорить и настаивать не стала. Она-то знала, что принимала осознанные решения, пускай не совсем зрелые и иногда слишком самоуверенные, но это были её решения. И убить она захотела сама.
— Элисон права, — с сочувствием произнесла Эбби. — Мир вас сделал такими, а не вы сами.
— Жесток не мир, а люди, — пробормотал Эндрю, припоминая слова Джостена.
Нил бросил на него напряжённый взгляд. Чёрт побери, у него действительно хорошая память, слишком хорошая, чтобы это не вызвало у него лёгкой паники.
Рене посмотрела на Элисон и задорно произнесла:
— Если мир сделал меня такой, то-о…
— Не начинай это снова!
— То-о, — тянула Рене. Элисон закатила глаза:
— Ладно-ладно, я поняла. Монстр тоже человек. — Рене слегка нахмурила брови. Элли сдалась: — Миньярд.
Эндрю встретил взгляд Рене своим предупреждающим прищуром. Он погрозил ей пальцем:
— Осторожнее, не-монашка.
— Я попробую.
Она произнесла это совершенно спокойно, устремив перед собой безмятежный взгляд.
— Я росла вместе с мамой и чередой ее любовников, поголовно имевших привычку к рукоприкладству.
Аарон проклял всё и вся за то, что именно ему досталась эта грёбанная глава. Почему-то с каждым абзацем она становилась только хуже. Он уже предвкушал нервный тик или паническую атаку к её концу.
На самом деле ему очень не хотелось проводить параллели и аналогии с кем-либо из лисов. Он привык считать себя нормальным и адекватным, а их последними психами. Не сравнивать, чёрт побери, становилось труднее, когда он видел схожести и начинал понимать некоторых лисов лучше, чем когда-либо вообще желал.
— Может, это даже закономерно, что я и сама пошла по кривой дорожке. Я начала работать на одну из детройтских банд — стояла на шухере, была девочкой на побегушках. За пару лет дослужилась до более серьезных заданий. Делала все, что мне приказывали, и плевала на то, что ломаю людям жизнь.
Лисы сочувственно посмотрели на девушку.
— Не надо меня жалеть, это был мой жизненный путь. — Она одаривала их привычной спокойной улыбкой по очереди, пока не наткнулась на слегка настороженный взгляд Нила.
Он слишком хорошо помнил вот таких девочек на побегушках в бандах. Парень отвёл взгляд. Снова вспомнилась мать. И то, как они мчались через весь город, когда на них устроила облаву банда, решившая сдать их отцу.
— На мое счастье, я оказалась не такой умной, какой себя считала. В пятнадцать лет меня взяли копы. Адвокату удалось выторговать смягчение приговора в обмен на свидетельские показания.
Рене со вздохом отвела взгляд от Нила, понимая, что её прошлое задевает его за живое, напоминая о том, о чём он наверняка предпочёл бы забыть. Она бы тоже не хотела помнить.
Ни полицейских, обращающихся с ней, как с мусором (да она фактически им и была).
Ни холодную, пустую камеру, в которой от отчаянья и ломки хотелось грызть прутья решетки, как дикий зверь.
Ни допросы, когда часами ей задавали одни и те же вопросы по кругу, очевидно надеясь подловить её на лжи и упечь со всей бандой.
Ни мрачное удовлетворение и собственную широкую улыбку, когда матери и её любовнику вынесли приговор, и их заковали в наручники. Мать только и могла, что поливать Натали помоями, грязно матерясь, а её любовник клялся выйти из-за решетки и убить мелкую суку, перед этим жестоко надругавшись. Тогда она точно знала, что если он и выйдет, то тогда уже она сама сядет за решетку за особо тяжкое.
Рене действительно не хотела этого помнить, но знала, что помнить обязана. Иначе ей никогда не стать лучше.
— Мое признание навредило многим, в том числе маме. В суде мой адвокат ссылался на неблагоприятные условия в семье, убеждал присяжных, что у меня перед глазами не было положительных примеров. Из-за этого маму и ее тогдашнего дружка отправили в тюрьму — обвинений набрался целый букет. Там обоих насмерть забили разъяренные члены банды, которых упекли за решетку из-за меня.
— Ох, твою мать, — пораженно воскликнул Ники. — Сочувствую, Рене.
— Не стоит, — покачала головой девушка, и лицо Хэммика вытянулось. Это было не то, чего он ожидал.
Элисон переглянулась с Сетом. Они оба наверное лучше других (за исключением Эндрю) знали девушку, поэтому не были удивлены. Иногда она говорила поразительно жестокие вещи с самым милым видом. К этому стоило просто привыкнуть, как и к тому, что она не терпела жалости к себе. А ещё была для самой себя самым жестоким надсмотрщиком.
— Мне очень жаль, — сказал Нил, хотя на самом деле слегка позавидовал Рене.
— Ебнулся? — вежливо уточнил Сет.
— Видимо да, — поддержала его Элисон.
— Вы просто не понимаете, — Нил поёжился. — Моего отца, — последнее слово он привычно выплюнул, — в тюрьме никто не трогает. Я мечтал бы о том, чтобы его забили насмерть. Но его слишком боятся.
Кевин нервно сглотнул. Да уж, Мясника вряд ли кто тронет. А если даже захочет, то убоится тех, кто за ним стоит. Он мог бы бесконечно спорить прав насчёт Морияма Нил или нет, но факт оставался фактом: Натан Веснински был крепко связан с Кенго Морияма. И они оба были для Кевина мифическими бессмертными божествами, призванными карать и уничтожать. Дэй был уверен, что никто и никогда не выйдет против них.
И она, и Ваймак лишились родителей в результате тюремного насилия, а вот расправиться с балтиморским Мясником никто не смел. Если бы только его сокамерникам хватило пороху, для Нила разом бы решился миллион проблем.
Джостен тяжело вздохнул. Если бы, если бы… Эх, а ещё бы Малкольмов туда, и жизнь бы вообще удалась. Да, от Мориям его это не спасёт, но жить всё-таки стало бы легче.
— А мне нет, — сказала Рене, выдернув его из задумчивости, и пошла через дорогу.
Ники всё ещё не мог прийти в себя. Это было совершено не то, чего ожидаешь от командного ангела. Но наверное, какая команда, такие и ангелы, да?
Нил, не сразу стряхнув с себя оцепенение, последовал за ней лишь через несколько секунд.
Эндрю окинул взглядом комнату и хохотнул. Как мало людей могут разглядеть за крестиком и разноцветными кончиками волос настоящую опасность.
Отсмеявшись, он задумался, а от чего бегунок впал в оцепенение? От слов Рене или из-за мечтаний о смерти собственного отца? Первое было бы слишком разочаровывающим. Эндрю моргнул, прогоняя эту мысль. Он не строит ожиданий насчёт окружающих, к чёрту это. Плавали, знаем.
Когда они вновь поравнялись, она улыбнулась.
— Знаю, я тоже должна сожалеть, но пока не получается. Да, это из-за меня они погибли, но, если честно, я ненавидела и маму, и ее любовника. Кроме того, если бы не мамина смерть, меня бы здесь не было.
Рене горько вздохнула. Что ж, значит и через полгода ничего не изменилось. Она всё также не сожалеет о своих поступках и принятых решениях. И даже мать она так и не простила. Она сжала в ладони крестик и тихо извинилась перед Богом за это. Она правда старается, но здесь поможет только время и вера.
— Учитывая, что моя мать умерла, а биологический отец скрывается от закона, у судей не было другого выбора, как после года колонии отдать меня под опеку, — продолжала Рене. — Я доставала приемных родителей всеми возможными способами; за два года сбегала восемь раз. Стефани Уокер узнала обо мне от одной из приемных матерей на встрече выпускников. Она подала ходатайство, обила кучу порогов, пока не получила опеку, и, как только формальности были улажены, увезла меня в Северную Дакоту. Она дала мне новое имя, новую веру и шанс на новую жизнь.
— Да ты была настоящей оторвой, — усмехнулся Сет. Он знал многие детали её прошлого, но до конца всё так и не выяснил, принимая в случае Рене правило, что правду лучше узнавать постепенно.
— Я не горжусь этим, но это привело меня к Стефани, — Рене улыбнулась ему в ответ. — Не так уж и плохо, верно?
— И к Лисам, — подмигнул парень. Рене рассмеялась:
— И к Лисам.
Рене не преувеличила, сказав, что у нее с Эндрю много общего. Обоих благодаря матерям с детства окружало насилие, оба побывали в колонии для несовершеннолетних и в системе опеки.
— А ведь получается вы с Эндрю действительно похожи! — пробормотал Ники задумчиво, осмысливая это.
Он никогда не задумывался над их похожестью и не верил в подобное, зная её историю только по обрывкам слухов. Серьезно, где его кузен и где Рене… Сейчас же ему словно открыли глаза.
Рене прошла похожий путь и поэтому так хорошо ладила с Эндрю. И ему, Ники, никогда не понять ни одного из них. Это было больно, но он, со свойственным ему оптимизмом, порадовался тому, что они хотя бы есть друг у друга.
Их судьбы кардинально разошлись только после того, как и тот и другая обрели настоящую семью. Рене позволила Стефани воспитать ее нормальным человеком и раскаивалась в прошлой жестокости, а Эндрю убил родную мать, как только представилась возможность.
Аарон сжал челюсти и книгу в пальцах. Ещё немного и у него от ярости перед глазами звездочки поплывут, честное слово. Это было просто не-вы-но-си-мо!
— Ну-ну, Аарон, не стоит так переживать, — усмехнулся Эндрю, больше раздраконив парня, чем утешив. — Мудрецы сказали, что прошлое нужно оставлять прошлому.
— Единственное, что я хочу оставить, так эту чёртову команду с этой ёбанной книгой!
— Фи, как грубо, — Эндрю демонстративно скривился. — И это меня называют агрессивным близнецом. Однажды людям придется открыть глаза пошире и увидеть тебя настоящего. Вот будет умора, а?
Аарон сделал длинный дрожащий выдох. Он не может сейчас сорваться. Просто не может. Этот день только начался, а он уже на грани. Уйти сейчас — значило не просто пропустить одну главу, а практически половину книги. Что ещё хуже — это её развязка. И да, каким-то невероятным образом всё это будет связано с Эндрю. Как бы Аарона он не бесил, но он должен знать что будет с его братом.
Эндрю следил за этой внутренней борьбой с живейшим интересом. Ну, хоть раз в жизни постой за себя. Но когда брат открыл глаза, он с сожалением признал, что тот снова проглотил обиду. Ох уж эта выученная беспомощность, аж тошнит. Он захихикал от отвращения.
Нил наконец-то понял, почему Рене совершенно не боится Миньярда.
— Тогда почему у вас с Эндрю не срастается? — спросил Нил.
— Извини, не поняла. В каком смысле «не срастается»?
— Почему ты не предложишь ему встречаться?
— Ты тактичный, как слон в посудной лавке, — усмехнулся Ники.
У Эндрю напрочь выбило все мысли о брате и Тильде, когда он услышал этот вопрос книжного Нила. То есть он выполнил свою угрозу и пошёл с этим к Рене, которую побаивался и избегал? Нет, это действительно начинает напрягать. Вроде бы бегунок был одержим экси и Дэем, почему он так интересуется им?
— Это ебанько, — с интонациями гордого родителя подтвердил Сет. — Ебал он ваши тактичность и нормы.
Нил поджал губы, зло зыркнув на веселящихся парней. Из него словно бы выпили все силы, когда расслышал, как Элисон тихо напевает себе под нос нечто очень похожее на «Это любовь», выражение её лица было крайне довольным. Он закрыл лицо ладонью. Когда там ближайший автобус по направлению к Мексике?..
Судя по выражению лица, этого вопроса Рене ожидала меньше всего.
Рене спрятала улыбку. Это было верно, особенно для неё книжной. Но хотела бы она узнать, как протекал диалог между ней и Эндрю до этого. По действиям книжного Эндрю легко было заметить интерес, но разрешил ли он ей рассказать о его ориентации? Какие он установил для неё границы? Интересно… Жаль, узнать не получится.
Зато ей нужно было узнать мнение Эндрю прямо сейчас, и она попыталась поймать его взгляд.
Она потянула время, жестом указав Нилу на дверь ближайшего магазина. Он вошел первым, а потом посторонился, пропуская ее вперед. Проходя мимо, Рене окинула его оценивающим взглядом, но сразу занялась тем, за чем пришла: начала перебирать безделушки на первой попавшейся полке.
— Можно узнать причину твоего любопытства? — спросила она. — Раньше тебя подобные темы вроде бы не интересовали.
— И сейчас не интересуют, — ответил Нил, хотя прозвучало это глупо, ведь разговор завел он сам.
— Реально звучит глупо, — подтвердила Дэн, с сочувствием глядя на Нила. Для них всех было очевидно, что это не только забота о будущем сокомандника. Только вот сам Нил вряд ли это понимает.
Джостен ещё глубже вжался в кресло, полностью теряясь от происходящего в книге. Он никогда прежде не терялся. Очевидно, лисы плохо на него влияют.
— Погоди, — повернулась Элисон к Рене, — получается, несмотря на спор, тему разговора с Нилом монстр тебе не озвучил?
— Элли, — она дождалась, пока Элисон не произнесёт, закатив глаза:
— Ладно, Миньярд.
— Получается так, — безмятежно произнесла девушка.
— Интересно почему?
Эндрю проигнорировал заинтересованные взгляды в свою сторону. Его больше интересовал бегунок, растерянно сверлящий взглядом пространство перед собой, чуть нахмурив брови. Кажется, парень и сам не понимал. Эндрю позабавленно фыркнул, чувствуя лёгкую заинтересованность в происходящем. Не то, что он должен был чувствовать, совершенно не то.
Как бы получше ей объяснить… Он не собирался сообщать Рене, что весь вечер пятницы провел в мыслях о смерти.
— Бля-я, — простонал Сет. — Опять эти резкие переходы от отвлечённой херни к мыслям о собственной смерти!
— Зато это звучит, как прямая цитата из сериала про семейку Аддамс, — хихикнул Ники. — Нилу с его жизнью, кстати, подходит.
— Только Аддамсы любят друг друга, — возразил Мэтт. — А в семье Нила…
— Это да, — уже не так весело согласился Хэммик.
Нил на мгновение задался вопросом, о чём говорят эти люди, но затем отмахнулся от этих мыслей: ясно же что они опять о чём-то из поп-культуры, которая Нилу совершенно не знакома.
Воображать будущее, которое ему не светило, Нил не хотел, поэтому, стоя у перил, думал о товарищах по команде.
Мэтт почувствовал как мороз пробирает по коже от этих слов. Он представил как кто-то смотрит на толпу веселящихся людей и думает о том, что скоро умрёт. Это было жутко. И неправильно. И больно. Хотелось обнять Нила так крепко, чтобы пропихнуть его к самому сердцу и греть там, пока этот глупый мальчишка не станет настоящим. Какая-то странная версия сказки «Снежная королева» о Кае и Герде.
Он не стал отказываться от начального этапа этого плана и спросил у Нила:
— Я могу тебя обнять?
Джостен растерянно моргнул, недоумевая чем опять вызвал подобное желание у Мэтта, но всё же почему-то согласился. Он вспомнил, как Бойд приобнимал его в прошлые разы. Это было не плохо.
Мэтт воспользовался согласием и тут же присел на подлокотник его кресла, притягивая парня к себе. Поза и место были совершенно неудобными, но Мэтт твёрдо знал, что так надо. Надо спасать этого парня, даже если он ещё сам не понимает (или не хочет понимать), что его нужно спасать.
Чувство было странное, захватывающее и болезненное одновременно. Он не привык беспокоиться о ком-то кроме себя и матери и все же попытался представить жизнь Лисов через год или два. Кого из нападающих Кевин возьмет ему на замену? Насколько серьезные последствия ждут команду после того, как он сдастся в руки ФБР? Но в основном Нил думал о Лисах как о людях, с которыми проводил этот вечер, которых близко узнал почти против своей воли.
— Ох, Нил, — протянул Ники. — Ты оказывается в глубине души тот ещё романтик. — Джостен предпочёл не встречать взгляд Хэммика, не готовый к тем эмоциям, что может там увидеть.
— Он не романтик, он просто идиот, — усмехнулся Эндрю.
Его одновременно и забавляло, и раздражало то, как бегунок мечется от одного к другому. Он хотел бежать и остаться, хотел жить и неосознанно искал смерти, хотел привязаться и не умел этого делать. И так во всём. Иногда Эндрю хотелось постыдно схватить придурка за грудки и трясти, пока его мысли не встанут на место. Потом он вспоминал, что ему всё равно.
Элисон с трудом подавила желание растроганно всхлипнуть. Ну что за чудик, в самом деле. Он опять, опять думает о них, как о личностях. Более того, как о тех, к кому он привязался. Прогресс.
Она переглянулась с остальными старшекурсниками и поняла, что думают они примерно об одном и том же. Джостен уже о них заботится. Причём в самой невинной форме, какую они только встречали. Похоже его заботило то, чтобы они были… счастливы? Он не думал о том, что они продуют как они сыграют на следующей игре или кто сможет осуществить его мечту и стать профи. Ничего связанного с экси (вопреки ожиданиям). Он просто хотел, чтобы они были.
Идеальными они никогда не станут, но все у них будет в порядке. Они пришли в «Лисью нору» сломанными одиночками, но здесь постепенно, шаг за шагом, помогали друг другу выбраться. Даже Кевин в конце концов одержит победу и окажется на вершине. Он не канет в забвение, как пророчат Тэцудзи и Рико, именно благодаря ему «Лисы» возродятся из пепла, и к Кевину вернется заслуженная слава.
Отчаянно скучающий Кевин встрепенулся и с недоверием посмотрел на Джостена. Нечто подобное мелькало в словах Нила несколько раз и до этого. Его всё ещё грызли сомнения, и они не желали его покидать. Но всё же было приятно слышать, что кто-то в него искренне верит. А услышать это от человека, как Нил, было вдвойне приятно.
Кевин проигнорировал Сета, изображающего, как поправляет корону на голове.
Единственный, кого, помимо Нила, впереди не ждет ничего хорошего, — это Эндрю. И Кевин, и Ники полагали, будто у каждого из них есть способ решить проблему Эндрю, однако Нил уже сомневался, кому стоит верить.
— Снова комплименты, — закатил глаза Эндрю. — Бесплатный совет: не верь ни одному из моих идиотов. У них нет решения этой проблемы и никогда не будет.
— Это ты так думаешь, мой упрямый дорогой кузен, — проговорил Ники и тут же подскочил с дивана, опасаясь взбучки.
— Как только ты слезешь с таблеток, — тоже начал Кевин, полностью уверенный в своей правоте.
— Бла-бла-бла, — громко и фальшиво заголосил Эндрю.
Аарон посмотрел на свою компанию так, словно мог убивать взглядом. По крайней мере ему об этом мечталось.
— Прекратите его провоцировать, — не хуже змеи прошипел он. — Или сами будете читать это дерьмо!
Ники сделал вид, что закрывает рот на замок, а Кевин просто нахмурился и сложил руки на груди.
Аарон уставился на брата. Тот продолжал напевать одно и то же на разный манер и насмешливо смотрел в ответ. Зло выдохнув, «нормальный» близнец вернулся к чтению, игнорируя то, что его может быть хуже слышно. Впрочем, Эндрю это быстро наскучило, поэтому он замолк.
Впрочем, сказать об этом Рене он тоже не мог, иначе пришлось бы объяснять, почему для него это вдруг стало так важно. Она все равно ничего не поймет, поскольку не знает, кто он такой и что предложил ему Эндрю.
— Ладно, забей, — пробормотал он.
Нил повернулся, собираясь уйти, но в этот момент Рене произнесла:
— Я просто не в его вкусе, Нил. Между нами ничего нет.
— Как ты можешь быть не в чьём-то вкусе? — возмутился Ники. — Ты же потрясающая.
Большинство лисов выразительно на него посмотрели. Ники растерянно задумался, имеют ли они в виду укор из разряда «кто бы говорил» или же они толсто намекали, что Рене как раз-таки не в их вкусе.
Сама Уокер рассмеялась:
— Спасибо, Ники, мне очень приятно. Но не стоит так обобщать, у каждого свои вкусы и вполне нормально, что я многим не подхожу. Особенно с этим, — она приподняла за цепочку крестик.
Хэммик ответил улыбкой. Она как всегда была права.
— Элисон тоже так говорила. — Нил старался разглядеть в лице Рене правду. — Сказала Сету, что насчет вас можно не волноваться, ничего нет и не будет. Но остальные ждут, когда у вас начнутся отношения. Ты, наверное, сама знаешь, сколько раз Лисы на вас спорили. Если ты так спокойно все объяснила мне, почему не внесешь ясность для остальных?
— Хороший вопрос, — усмехнулся Мэтт.
— Я говорила, но вы не поверили, — пожала плечами девушка. — Так что я просто не стала давить и что-то объяснять.
Эндрю лишний раз задумался, зачем вообще люди общаются между собой, если никогда не слышат друг друга. Понятное дело, старшекурсники его практически игнорировали, но с Рене же они дружат. Так какого чёрта? Если она сказала, что между ними ничего нет, значит нет.
Он хохотнул: «нет» — это слово, которое люди просто обожают игнорировать.
— Да, — со вздохом согласился с Рене Мэтт, а Эндрю раздраженно дёрнул головой, потому что это прозвучало ответом на его мысли. — Просто это казалось отговорками, чтобы отвязаться от нас. — Он запустил руку в волосы. — Звучит плохо. Извини.
— Я не обижаюсь, все мы люди.
Мэтт неловко переглянулся с Дэн.
— Сложный вопрос, — улыбнулась Рене. — Кроме того, нам удобнее молчать. Элисон поверила мне, когда я сказала, что не испытываю романтических чувств к Эндрю. А остальные и слушать перестали, как только увидели, что мы с ним начали больше общаться. Я стараюсь отблагодарить Элисон за доверие, поэтому помогаю ей выиграть все споры обо мне и Эндрю. Прибыль мы делим пополам. Я откладываю выигранные деньги на наш проект «Усыновление к Рождеству», Элисон тратит свои на маникюр.
— Как ты могла! — ахнул Ники. — Это жульничество!
Рене пожала плечами, невинно смотря в ответ на взгляды окружающих.
— Нечестно, — возмутилась Дэн. — Так вот почему ты выигрываешь почти все ставки, тебе помогает Рене!
— Но-но, — возмутилась Элисон. — Ты берега-то не путай. Я честно выигрываю все ставки, вы просто не умеете собирать информацию.
— Предлагаю аннулировать все споры, — предложил Мэтт.
— Да, да! — согласно закричали лисы.
— Ни за что! Такой банк пустить под откос из-за того, что я вас выигрывала?!
— Ты жульничала.
— А вот и нет!
— А вот и да!
— Дети, — устало вздохнул Ваймак.
Нил переводил удивлённый взгляд с одного на другого. Они серьёзно больше переживают о ставках, чем о том кем оказался его отец? Почему сейчас их это взбаламутило больше его истории? Странные люди. Сумасшедшие, он бы даже сказал.
— Всё, брейк, — громко хлопнул в ладони несколько раз тренер. — Угомонитесь уже. Разберётесь со своими ставками позже.
Лисы согласились, но Элисон зыркнула на всех так, что становилось понятно — дохлый номер пытаться отнять у неё банк и аннулировать споры.
— А в чем выгода Эндрю? — поинтересовался Нил. — Бесплатное развлечение? Веселится, глядя на спорщиков?
— Есть такое, — фыркнул парень, с удовольствием наблюдавший за предыдущей сварой лисов. А сколько их всего было за всё время…
— Душевное спокойствие, — подумав, ответила Рене.
Лица лисов вытянулись.
Аарон недоверчиво посмотрел на брата. Вот уж на что он подумал бы в последнюю очередь.
— Не понимаю.
Рене снова замолчала и принялась перебирать кожаные бумажники. Взяла один в руки, повертела так и эдак.
— Эндрю предупредил, что ты придешь ко мне с вопросами. Я спросила, что должна отвечать, и он сказал, что ему по барабану и что выступать модератором беседы он не собирается. Если он догадывался, о чем ты будешь спрашивать, то наверняка знал, что всплывет эта тема.
Рене наконец-то смогла поймать взгляд Эндрю. Да, они говорили об этом в книге, но сейчас-то нет. А всё шло к тому, что она расскажет о Миньярде вещи, которые никто не знал. Эндрю оценил взволнованное выражение её лица. Он уважал Уокер за бережное отношение к чужим границам. Это то, что заставляло их так хорошо функционировать вместе.
Он привычным жестом отсалютовал ей от виска и ухмыльнулся.
— Ты точно уверен? — решила уточнить она вслух, чтобы получить вербальное подтверждение.
Лисы недоуменно перевели взгляд с одного на другого. О чём они?
— Действуй, не-монашка. Мне плевать. — Девушка понимающе улыбнулась и едва заметно кивнула, принимая его ответ. Книжная Рене может рассказать.
И всё же интересно, как они к этому пришли в книге. Она отвела взгляд и спрятала улыбку. Насколько книжный Эндрю был готов признать, что заинтересован? Да и был ли он вообще готов? Ей казалось, что последний вариант более вероятен.
Эндрю также отвёл взгляд: на самом деле, он не был так уж уверен в том, что хочет огласить свою ориентацию среди лисов. Но это была не та тема, которую он скрывал или стыдился, это всплыло бы рано или поздно. Что ж, всплывёт рано. Пусть так.
Тем более таблетки рассеивали его внимание, не давая долго размышлять над чем-то одним.
Рене положила бумажник на место, на мгновение задержала пальцы на кожаной поверхности, как будто собиралась с мыслями, потом повернулась лицом к Нилу.
— Я сказала, что не во вкусе Эндрю, и это правда. Но дело не в моей внешности и не в религии. Просто я девушка.
— Подожди, что?! — закричал Аарон, напрочь забывая о книге и роняя её на пол. Он повернулся к близнецу.
— Эндрю, ты гей? — Хэммик так округлил глаза, что стал похож на сову.
Они просто не могли поверить, что кузену всё это время удавалось скрывать свою ориентацию от них и нигде не проколоться. Аарон чувствовал себя так, словно весь его мир перевернулся с ног на голову, он словно потерялся во времени и пространстве, замирая и осознавая эту невероятную новость.
— Ты не можешь быть геем, — потеряно пробормотал он.
Эндрю расхохотался. О да, братец, конечно, из всего что можно сказать, ты сказал именно это. Как знакомо, как привычно. Всегда не тот, всегда неправильный. Эндрю Доу — мальчик рождённый не теми и незачем.
— Да, сучки, выкусите! — Элисон подняла оба кулака вверх и трясла ими, на манер помпонов черлидерш. — Эта ставка закрыта в мою пользу.
— Да твою мать, — ругался у неё под боком Сет. Всё-таки в их команде стало ещё больше геев. — Нет, ну что за пиздец-то, а? — градус его негодования снизила реакция монстров на выход из шкафа своего предводителя.
То как побагровел Аарон было достойно сказания в легендах. Ей-ей, сейчас инфаркт словит. Сет начал посмеиваться. В глубине души ему было немного неловко от того, что ещё пару дней назад он попытался бы громко высказаться по этому поводу и выразить свое «фи», но сейчас уже не мог. Да, внутри ворочалось привычное отвращение, но он больше не хотел быть тем человеком, которого так легко вывели из игры и… ничего не изменилось. Он хотел стать другим человеком, и он становился.
— Почему ты нам не сказал?! — заорал Аарон, наконец отмерев, после того как Ники рискнул попытаться обнять Эндрю с поздравлениями. Очевидно Хэммик нарвался на угрожающий взгляд и руку, выразительно лежащую на повязке в сантиметре от ножа.
— А зачем? — Эндрю демонстративно прочистил ухо после его крика. — Неужели тебе вдруг стало это важно?
— Да, чёрт побери! Я хочу знать подобные вещи о своём брате!
— Забавно. — Он подавил вопрос о том, как часто Аарон вспоминает, что они братья, задав вместо этого другой: — Что, даже блевать не тянет? Растё-ешь.
На самом деле, Аарона тянуло. Его действительно мутило, и он не знал это от того, что его брат оказался геем или из-за того, что узнал об этом вот так. Наверное, всё вместе.
— Ты должен был сказать мне, — хрипло произнес он.
— Всё, что я должен, регулируется законом, а тебе я ничего не должен.
— А мне? Ты мог бы сказать мне, — тихо произнёс Ники, бурный восторг которого сменился грустью.
Ради разнообразия, Эндрю решил ответить кузену прямо:
— Ты не способен держать в себе секрет дольше десяти минут.
Ники почувствовал, как повлажнели глаза от горечи и обиды:
— Твой я бы сдержал и никогда не выдал, ты же знаешь. — Эндрю знал, шрамы под повязками зачесались.
Ники был добрым и самоотверженным мечтателем. Он был его лучшим опекуном, смешно сказать (и Эндрю начал посмеиваться). Но была единственная тема, о которой он бы не смог молчать. Сейчас Эндрю знал, что это последствия жестокого обращения Лютера и Марии и воспитателей в исправительном лагере, но это не отменяет того, что Ники нужно было бы это сказать вслух. Так он чувствовал себя настоящим и правильным, а не воплощением греха. И думал, что для других это работает также.
— Ну-ну, Ники-Тики, не расстраивайся ты так. Однажды я расскажу тебе какой-нибудь секретик, вот увидишь.
Ники только кивнул, проглатывая ком в горле, принимая слова кузена за вызов, проверку сможет ли он промолчать и не выдать секрет. И если только так он будет способен доказать Эндрю свою преданность, что ж, он готов к этому испытанию.
— Удивительные вещи творятся, — пробормотал Мэтт в макушку Нила. Тот слабо кивнул.
Он был немного ошарашен этим признанием, как и все присутствующие. Но не это его поразило. А степень доверия, которое тем самым оказал книжному Нилу Эндрю. Об этом не знал никто, даже его семья. А тут он рассказывает это Нилу, беглецу и лжецу, доверяет свою тайну. Это было невероятно. И более ценно, чем большинство вещей в мире.
— Мне нужно выпить, — говорит Аарон и выдирает из рук Кевина бутылку. Он как раз размышлял, какие последствия подобное открытие окажет на карьеру Эндрю. Дэй хмурился, потому что в большом спорте не было представителей нетрадиционной ориентации. А если и были, их бойкотировали болельщики и соперники. Ориентация Эндрю могла принести столько бед, но сейчас Кевин не был уверен, что его слова поймут правильно.
Эндрю насмешливо проследил за тем как его брат делает несколько крупных глотков и закашливается. Ники перехватывает бутылку у кузена и тоже делает глоток.
Только после Аарон поднимает книгу с пола, держит её в руках с минуту, словно не в силах открыть и продолжить чтение. Но потом всё же перебарывает себя и читает дальше.
Нил услышал слова, но смысл сперва не понял.
— Дебил или не дебил, — задумчиво произнес Эндрю, поднимая перед собой руку, словно держит в ней череп и задаётся риторическими вопросами.
Он растерянно заморгал, потом, когда дошло, моргнул еще раз и, пожалуй, излишне громко произнес:
— А. Значит, Эндрю и Кевин…
— Дебил, — констатирует Эндрю и серьёзно кивает воображаемому черепу.
— Что?! — вопит Кевин. — Как ты мог такое подумать о нас?!
— Ну а что? — слабо хихикает Ники. — Мы уже обсуждали слухи в университете, я просто никогда особо не обращал на них внимания. А может и зря… Вас же иначе как парочкой не называют.
— Фу, — тянет Эндрю.
Аарону хочется плакать. Почему именно эта глава досталась ему?!
Сет заходится хохотом, разглядывая лицо Кевина:
— Да уж, вы та ещё парочка.
— Мы не парочка!
— Ты вот о чем подумай, принцесса, если даже ебанько посчитал вас «той ещё парочкой», то что уж говорить об окружающих…
Кевин смотрит на Эндрю практически безумно. А ведь верно, если даже Джостен заметил, с его полным отсутствием понимания отношений… Но они же не могли быть такими? Нет же?
Эндрю похлопывает его по плечу:
— Успокойся, Кевин, ни одна газета ещё не написала о нашем бурном романе. Можешь жить.
Дэн кусает губы, чтобы не смеяться, Мэтт уткнулся в макушку Нила и тихо хохочет.
— Мы не парочка, — повторяет Кевин. Элисон, небрежно разглядывая ногти, произносит:
— То есть вы не проводите всё своё время вместе, не ходите вместе на перерывах в столовую или кафе, он не возит тебя в бар по выходным и каждую ночь на доп тренировки. Миньярд не защищает твой зад, не останавливает твои панические атаки и вообще не заботится…
— Да, но это не то…
— А звучит как то самое, — Сет смеётся ещё громче.
Кевин открывает рот, чтобы продолжить возражать, но тут осознаёт страшное: Эндрю ведь гей. Он медленно поворачивает голову к нему и спрашивает задушено:
— Эндрю, я тебе нравлюсь?
Хихикающий Миньярд тут же замолкает и таращится на Дэя, как на полоумного.
— Ни за что. — Кевин шумно выдыхает. — Я бы предпочел кого-то, кто не перепутает меня с клюшкой для экси.
Старшекурсники смеялись так громко, что Нил подумал у него отвалятся уши.
Элисон, ухохатываясь, простонала:
— Наш человек. — Эндрю хотелось покрутить пальцем у виска.
Аарону просто хотелось убить их всех, и себя заодно. Мало того что его брат оказался геем, так его активно сводят с Кевином. Более того: он этого не заметил.
И тут его холодом прострелила мысль о Джостене, на заинтересованность которого намекала Рейнольдс. Это было в сотню раз хуже. Его брат вообще когда-нибудь собирался следовать сделке или собирал вокруг себя гарем?!
Когда все успокоились, а Аарон прекратил матерится, он вернулся к чтению.
Рене засмеялась и махнула рукой, отметая эту идею.
— Да нет, что ты. Уверена, скоро ты познакомишься с девушкой Кевина.
— Её зовут клюшка для экси? — уточнил Ники. Мэтт и Дэн, да и Сет, чего уж там, громко смеются.
— Дай пять, Хэммик! — Сет забывая о былой ненависти и брезгливости сам бросается к парню, который с удовольствием стукается с ним ладонью.
Кевин смотрит на них так, словно всерьёз прикидывает возможность убийства. И останавливает его сейчас только нежелание портить себе карьеру.
— Ты врешь. — Нил смотрел ей в глаза. — У Кевина нет девушки. Фанаты и пресса постоянно за ним следят, он бы не смог такое скрыть.
Рене спокойно и непринужденно огляделась по сторонам. В это время дня кроме них в магазине был только один покупатель, и сейчас он находился на другом конце зала.
— Ты только что разбудила в ебанько паранойю, — фыркнул Сет.
— Наверное, — неловко усмехнулась Рене. — Извини, Нил.
Тот только отмахнулся, наблюдая за лисами с полным непониманием.
— Они встречаются тайком. Кевин понимает, что лучше об этом не трепаться. Представляешь, что сделал бы тренер Морияма, узнай он, что какая-то девица отвлекает Кевина от экси? Думаю, тебя не удивит, что она тоже играет в национальной сборной. Кевину подойдет лишь такая девушка, которая ни в чем ему не уступает и способна бросить вызов. К счастью, она бывший игрок «Воронов» и тоже прекрасно понимает, что будет, если ее застукают с Кевином. Может, им станет чуточку полегче после того, как мы разберемся с «Воронами» в этом сезоне.
— Тея? — изумился Нил.
— Ты встречаешься с Теей Мулдани? — лицо Сета вытянулось.
Он вспомнил эту мощную, высокую девушку, которая тараном сносила соперников на поле. Она была великолепна, но встречаться с ней — это что-то для мазохистов. Гордон мог поклясться, что такая девушка скорее трахнет тебя самого, чем ты её.
— И что такая девушка нашла в Кевине? — Дэн вздохнула, она искренне восхищалась Мулдани и была её фанаткой. А тут такие новости. Что ж, каждый из нас рано или поздно делает неправильный выбор.
Кевин угрюмо окинул взглядом свою команду. Какие же они всё-таки мудаки…
Нил же просто смотрел на него, вытаращив глаза. Как?! Просто как? Как у такого одержимого экси ублюдка может быть девушка?
— Нет, ты правда встречаешься с Мулдани? — не мог поверить Мэтт.
— Мы состоим в отношениях уже несколько лет, — ещё более угрюмо процедил Кевин, взбешенный тем, что никто не воспринимает его всерьёз.
— Да быть не может. Ты же её с клюшкой перепутаешь, — неловко хохотнул Мэтт.
— Такую перепутаешь, — пробормотал Сет. — А она тебе потом яйца через глотку вырвет.
— Тоже верно.
Парни переглянулись и заржали. Прекрасная половина команды дружно закатила глаза. Многое они понимают. Тея была воплощением божества на поле, а этим придуркам только дай всё опошлить.
— Прекратите! В конце концов она моя девушка, придурки! — гогот Мэтта и Сета стал громче.
Кевин поджал губы и начал подниматься с дивана с угрожающим видом. Как бы там не было, но он не позволит издеваться над этим.
— Всё-всё, — простонал Мэтт, выставив перед собой ладони, когда заметил его движение.
— Да-да, больше никаких намёков о твоей прекрасной, как танк, девушке, — согласился Сет, утирая уголки глаз. Элисон недовольно двинула ему в бок локтем, и парень крякнул от неожиданности.
Кевин сел обратно, всем своим видом демонстрируя недовольство и угрозу.
Эндрю наблюдал за сценкой с искренним любопытством. Если честно, он и сам предполагал, что в этой паре яйца были именно у Мулдани. Он слегка разочаровался, когда Кевин так и не врезал старшекурсникам. Хребту Кевина ещё расти и расти, к сожалению.
Аарон с облегчением вздохнул и начал читать, надеясь поскорее закончить с этой чёртовой главой. Ему нужно напиться, нет, даже нажраться до потери сознания от открывшихся новостей, это точно.
Рене улыбнулась, оценив быстроту, с которой он сопоставил факты.
— Впечатляет.
Даже при таком туманном описании вычислить таинственную подружку Кевина было несложно. В национальную сборную входили всего две девушки: одна — игрок полузащиты из университета Южной Каролины, другая — Теодора Мулдани, бывшая защитница «Воронов». Два года назад ее появление в сборной страны наделало много шуму, поскольку Тея была единственной, кто с первого раза отклонил приглашение в команду. Официальная причина отказа была такова: Тея не хотела, чтобы игровое расписание накладывалось на учебу в выпускном году. Никто не ожидал, что ее пригласят во второй раз, однако после финального матча НССА к ней подошел представитель сборной.
— Кевин, а почему она в действительности отказалась от приглашения в первый раз? — подала голос Дэн.
Кевин смерил её взглядом, но не заметил насмешки, только искренний интерес.
— Мы хотели играть вместе, — нехотя признался он. В этом не было ничего постыдного, но ему до сих пор было неловко и в то же время тепло внутри, от осознания на какие жертвы пошла девушка ради него. — Если бы она вошла в сборную, то времени на игры за Воронов у неё не осталось.
— Охренеть… — Дэн большими глазами посмотрела на Мэтта, тот ответил ей тем же. Это было достаточно громким заявлением. И если сообщение об их отношениях ощущалось как шутка, то такие поступки ради «шутки» были невозможны, верно?
— Так вы действительно встречаетесь, — удивленно протянул Сет, тоже пришедший к этой мысли.
Привычный мир на глазах Нила рушился. Он отказывался принимать вселенную, где у таких топовых игроков как Дэй и Мулдани существуют отношения, где они могут пожертвовать игрой ради этих самых отношений.
Кевин одарил всех раздражённым взглядом:
— Вас это вообще не касается, отвалите уже!
Аарон просто закрыл глаза и молча считал, надеясь что они скоро заткнуться, и он дочитает эту сумасшедшую главу.
Элисон всё ещё сомневалась в их отношениях. Она не чувствовала в Кевине той искры влюбленности, которая обычно была у парочек. Да даже между Нилом и Эндрю искрило больше, а для Кевина Тея была само собой разумеющимся фактом, как наличие у человека селезёнки. Она просто была.
Когда Кевин еще только поступил в университет, Тея уже пятый год играла за «Воронов», хотя не стоит забывать, что Кевин и Рико выросли в «Эверморе» и с самого детства находились в окружении Воронов. Кевин знал Тею все пять лет, что она входила в состав команды. Нилу стало любопытно, сколько времени прошло, прежде чем они влюбились друг в друга, и что Тея думала о переходе Кевина к «Лисам». Но гораздо больше Нила интересовало, как это у Дэя, жившего и дышавшего одним экси, нашлось в сердце место для другого человека. Казалось невероятным, что он может отдавать себя не только игре.
— Я не бездушный автомат, ублюдки! — крикнул Кевин.
— Мы не знали, — честно ответил Мэтт.
— Идите на хуй.
Нила немного успокоило то, что и его книжная версия находится в таком же шоке.
В этом случае выходило, что правы и Кевин, и Ники.
— Да! — воскликнул Ники, победно вскидывая кулак. — Я знал, я верил! И я оказался прав.
— Редкое исключение, — буркнул Аарон.
— Правда, я думал ты влюблен в Джереми Нокса, — повернулся он к Кевину.
Дэй поперхнулся и с возмущением толкнул Хэммика.
— Нет, ну а что? Ты иногда так на него смотришь, что мне кажется ещё немного, и ты набросишься на него… — Кевин толкнул его ещё сильнее, сталкивая с дивана к чертям, Аарон помог ему в этом благом начинании одной рукой, как никогда желая, чтобы кузен заткнулся.
— Ой, да ещё скажи, что я не прав, ага, — упёр руки в бока Хэммик, когда вскочил с пола.
Ваймак заметил, как Дэй начал багроветь то ли от злости, то ли от смущения и громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание:
— Мы читаем или нет?
— Видимо нет, — процедил Аарон.
— Ладно-ладно, я молчу, — Ники поднял перед собой руки и устроился на полу, заметив два возмущенных взгляда, как бы говорящих: «только сунься на диван».
Старшекурсники только посмеивались.
Мысли Нила вернулись к Эндрю, и он уточнил:
— Об ориентации Эндрю никто больше не знает?
— Насколько мне известно, кроме нас с тобой — никто, — подтвердила Рене. — Эндрю сообщил мне об этом в прошлом году, когда о нас пошли слухи. Он не хотел, чтобы из-за этих сплетен я себе что-то там навоображала.
— А как же Аарон и Ники? — не унимался Нил. — Пускай они знакомы с Эндрю всего пару лет, но они же постоянно рядом. Как можно не догадаться?
Аарон сжал книгу до побеления пальцев, чувствуя тупую боль внутри. Вот как он узнал такую важную деталь о близнеце. Через грёбанные книги, через Джостена. В глазах Эндрю он даже этого не заслуживал. Парень скрипнул зубами.
Ники же смущенно потупился. Он ведь не глупый, он замечал некоторые детали, но думал, что он сам себя накручивает. Ники просто хотел, чтобы брат был хоть чуточку счастлив, он даже против Рене не был, хотя и не понимал их отношений. А получалось, что Эндрю не чувствовал себя достаточно комфортно, чтобы поделиться этим с ним. С ним, человеком, который бы поддержал его в ста процентах случаев. Было горько.
Старшекурсники наблюдали за кузенами с напряжённым вниманием. Их отношения были странными и непонятными, как они вообще функционировали? С прочтением книг яснее не становилось.
— И всё же, Эндрю, почему ты нам, мне, не рассказал? Ты же знаешь, что я бы последний кто осудил тебя.
— Ники, а что бы это изменило? — Эндрю склонил голову набок, позабавленно наблюдая за Хэммиком.
— Ничего. Это не изменило бы моего отношения к тебе, — честно ответил Хэммик.
— Вот видишь, тогда зачем мне тебе это сообщать? — Ники потеряно замолчал.
Нил же задумался над словами Эндрю. То есть, сообщение о его ориентации кузену не имело значения, так как это бы ничего не изменило в их семейных отношениях. Но тогда зачем Эндрю, пусть и через Рене, сообщил о своей ориентации Нилу? Для чего это было? Он что-то упускал, но что?
— А с моей бы изменилось? — зло произнес Аарон, отметив, как брат выделил, что бессмысленно сообщать подобное конкретно Хэммику.
— Как будто нет, — весело фыркнул Эндрю. — Я достаточно наслушался того, что ты говоришь Ники, чтобы выслушивать твоё дерьмо ещё и в свою сторону.
Аарон тяжело сглотнул, чувствуя правоту Эндрю. Не хотелось признавать, но оказывается все его выпады в сторону Хэммика били ещё и по близнецу. И плевать, что он не знал о его ориентации. Эндрю злопамятный мудак, так что Аарон мог сказать со стопроцентной вероятностью, что тот запомнил каждое его слово.
Он не был таким уж гомофобом на самом деле. Он просто не выносил того, как Ники нёс отвратительные вещи об окружающих. Честное слово, если бы Ники говорил тоже самое о девушках, то Аарона тошнило бы от этого не меньше.
Аарон подавил возмущение и обиду и с трудом отвёл глаза в сторону, разрывая напряженный зрительный контакт с Эндрю.
— Думаю, из-за лекарств, которые принимает Эндрю, даже им сложно разглядеть его по-настоящему. Кроме того — и это важнее, — Эндрю не хочет их в это посвящать. Они с Аароном пока не готовы к такому серьезному разговору; сначала надо разобраться с кучей других проблем. Ну а Ники ты знаешь: он даже под страхом смертной казни не удержит язык за зубами.
Ники виновато потупился.
Старшекурсники весело пофыркали над его выражением лица. Даже Сет. Хотя его всё ещё передёргивает от осознания, что ещё один из их команды оказался не той ориентации.
«Пока не готовы», сказала Рене, а значит, Эндрю все-таки собирался наладить отношения с братом.
Аарон на мгновение замер, осознавая прочитанное, но более ничем не выдал своих эмоций по этому поводу.
Эндрю рядом погрозил пальцем Рене, дающей такие необоснованные надежды окружающим. Рене вздохнула. Пускай сказала это не совсем она, но знала, что сказала бы то же самое даже сейчас.
Говорил ли в ней природный оптимизм, или она знала это наверняка, Нил утверждать не брался. Мало ли о чем они беседуют с Эндрю, стоя в сторонке. Уж точно не обсуждают тактику игры — такое и представить смешно. С другой стороны, предположить, что они ведут серьезные разговоры — насколько позволяет угашенное состояние Эндрю, — например, о его тщательно скрываемой ориентации, и вовсе невозможно.
Миньярд захихикал. О, как же глупы и предвзяты люди. Как бы они удивились, если бы знали, что они действительно обсуждают с Уокер игры и тактики, а также иногда позволяли себе «серьёзные» разговоры о своём прошлом, политике и своих занятиях в университете.
Рене коротко дёрнула уголками губ, позабавленная предположением Нила и реакцией Эндрю.
Джостен заметил их переглядывания и с некоторым удивлением понял, что его книжная версия вероятнее всего сильно промахнулась. Предположить, что вратари действительно могут обсуждать экси было невозможно, но их реакции были слишком уж красноречивы. От этих мыслей внутри что-то сжало, и он не мог понять что это такое. Он решил отложить эти мысли на потом.
— Тогда почему мне разрешается об этом знать? — спросил Нил.
— Наверное, Эндрю уверен, что ты не обернешь это против него, — ответила Рене.
Аарон утвердился в мысли, что эта глава призвана доконать его. Отлично, Эндрю ещё и доверяет ебаному Джостену, в то время как его брат…
«В то время как его брат поливал грязью их кузена из-за его ориентации», — Аарону хотелось рассыпаться прямо здесь и сейчас, и в целости его держали только гордость и нежелание ломаться перед командой.
Ему не нравилась мысль, что близнец оказался геем, но его недоверие и отстранённость не нравились ему ещё сильнее. Он хотел быть с Эндрю братьями, а пока у них слишком хорошо получалось быть только врагами. В любом случае, Аарон чувствовал, как у него ноет всё внутри.
Уловив в ее словах завуалированное предостережение, он невольно ощетинился. Наблюдать за отношениями между членами команды интересно лишь издалека, а вообще все это ерунда. Сексуальные предпочтения Лисов Нилу не интересны, ведь на его выживание они не влияют.
Элисон приподняла брови, находя ещё одно доказательство незаинтересованности Джостена. Это всё ещё приводило её в ступор. Разве так вообще бывает? Но чем дальше, тем больше она понимала, что да, бывает. Это было странно и непонятно, но она собиралась со всей серьёзностью рассмотреть и изучить этот феномен.
Ориентация Эндрю слегка его удивила, но использовать ее как оружие он, разумеется, не собирался.
Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить ровный тон:
— Если ему все равно, в курсе я или нет, мог бы и сам мне сказать на Хэллоуин, когда я спрашивал его о тебе. Необязательно было меня гонять.
— Но согласись, это было бы не так весело, — расплылся в улыбке Эндрю, переведя взгляд на бегунка.
— Я вообще не вижу здесь ничего весёлого, — отрезал Нил. Его, как и его книжную версию, совершенно не интересовала сексуальная жизнь кого бы то ни было. Это была чушь, отвлекающая его от по-настоящему важных дел и не стоила его внимания.
Миньярд в ответ пожал плечами. Ему, да и книжному Эндрю наверняка, было весело. Непонятно, но весело.
— Может, он подумал, что нам с тобой давно пора познакомиться поближе. — Рене изучающе посмотрела на Нила.
Дэн нахмурилась. Если Рене права, то Эндрю таким образом налаживал отношения в команде. Эта мысль выбила её из колеи.
Не мог же он специально заставить пообщаться этих двоих, чтобы просто снизить градус напряжения в команде? Это было бы для неё слишком.
— Я уже не та, какой была раньше, но след прошлого останется во мне навсегда. Именно это помогает мне понимать Эндрю. Надеюсь, поможет понять и тебя. Я совсем тебя не знаю, — продолжила Рене, не дав Нилу раскрыть рта. — О чем бы ты ни рассказал Эндрю, со мной он этим не делился и не поделится.
— Но ведь в первой книге было что-то про то, что мы… — Сет задумался припоминая, — что «мы с Рене считаем тебя таким же, как мы». Так что мне кажется, ты привираешь, подруга.
— Вовсе нет. Мы пришли к этому выводу с Эндрю ещё даже до поездки Нила в Колумбию. Вряд ли Эндрю мне что-то ещё рассказывал про него после, — она промолчала о том, как они перебросились маловразумительными намеками на то, интересен ли парень Эндрю или нет после той самой поездки (ей предложили помалкивать и думать о благополучии мира). А большого ей он ничего и не рассказал. И она была уверена, что так будет и дальше.
Сет, да и Элисон смотрели на девушку недоверчиво.
— Но если ты, как мы подумали с самого начала, похож на нас, возможно, однажды ты тоже увидишь во мне друга.
Рене с видом «я же говорила», кивнула на эти слова. «С самого начала», а не после их совместного обсуждения.
Скепсис Сета и Элисон не убавился.
— Все мы здесь потому, что у нас проблемы. Это не значит, что наши проблемы одинаковы. Дэн и Мэтт пытаются прочувствовать, что мне пришлось испытать, но в полной мере все равно не смогут. Эндрю понимает меня, а я — его. Когда знаешь, что кто-то еще пережил подобный опыт, становится легче. Если Эндрю или я можем тебе помочь, пожалуйста, имей в виду: мы рядом.
Рене улыбнулась этим словам. Всё так и было. И она рада, что они вместе читают сейчас этот момент. Она хотела, чтобы каждый из лисов это знал. Она рядом и готова помочь.
— Ох уж эта Рене, — покачал головой Сет, с чём-то вроде нежной улыбки смотря на девушку.
Он тоже не до конца понимал её, но это не мешало им наладить хорошие отношения. Она была первой к кому он пошёл, когда решил окончательно завязать. Он знал, что она поддержит его, поймет и поможет.
Девушка ответила ему, коротко сжав его руку, когда она перегнулась через Элисон.
— Ко мне не обращайтесь, я не благотворительный фонд, — фыркнул Эндрю.
— Судя по тому, скольких убогих ты собрал под своим крылом, у тебя вполне успешная благотворительная организация, — огрызнулся Аарон.
— Можно даже зарегистрировать, — хохотнул Ники.
— А вы тогда кто? — с усмешкой спросил Эндрю.
Аарон сжал зубы, а Ники неловко взъерошил волосы на затылке:
— Видимо те самые убогие? — Эндрю щёлкнул пальцами и указал на кузена, мол верно.
Близнецу захотелось его ударить.
Нил молчал; он просто не мог выдавить ни слова. Слишком многое требовалось обдумать и осознать. Он хотел расспросить Рене про судебный процесс, про то, каково это — давать показания. Ему нужно было знать, каким образом суд обеспечил ей защиту и стоило ли оно того. Если весной он собирается пойти в ФБР и сдать отца, нужно хотя бы представлять, во что он ввязывается. Правда, в этом случае он получит слишком много ответов, переварить которые за сегодняшний день просто не сможет. Нил не собирался выдавать Рене даже ту полуправду, которую сочинил для Эндрю.
— Эксклюзив, чёрт побери, — засмеялся Эндрю.
Он снова задумался над тем, насколько план бегунка — это полная лажа. Да, они договорились о защите до мая, но это не повод сразу же идти на самоубийство после завершения договора. Книжный Эндрю явно не ради такого развития событий старался защищать Джостена и уж точно не рассчитывал, что тот помрёт чуть ли не на следующий день после выхода из сделки.
— Нил, если это ещё будет актуально после прочтения книг, я всё тебе расскажу, — произнесла Рене, хотя она тоже не одобряла подобный план. Её в своё время спасло то, что ей было всего шестнадцать. Нилу в его ситуации мало что поможет и спасёт, если не от Морияма, то от жерновов правосудия.
Джостен кивнул, предполагая, что ему это точно не понадобится. Он просто сбежит в Мексику. Он наткнулся на пристальный и строгий взгляд тренера и отвёл взгляд, мысленно проклиная проницательность Ваймака.
Его затянувшееся молчание не вызвало у Рене ни удивления, ни досады. Она дала ему минутку собраться с мыслями, а потом кивнула и сменила тему — с такой легкостью, что у Нила на миг закружилась голова.
— Ну, раз я удовлетворила твое любопытство, может, поможешь мне? Хочу услышать мужское мнение по поводу подарков Аарону и Эндрю. Ко дню рождения, — пояснила она, заметив недоуменное выражение Нила. — В прошлом году близнецы его не праздновали. Ники говорит, что они вообще ни разу не делали этого с тех пор, как начали жить вместе, но хотелось бы надеяться, что в этом году все будет иначе. В субботу им исполнится по двадцать. По-моему, стоит отпраздновать, а?
— Нет, — хором отрезали близнецы, как никогда единодушные в отвращении к их дню рождения.
Рене только пожала плечами, она всё равно поздравит их с днём рождения. Они заслуживали этого. Даже если узнать это больно. Лучше позже, чем никогда.
— Наверное, — согласился Нил.
Рене его вялый ответ вполне устроил; она показала на ближайшую полку.
— Думаю, надо подарить что-нибудь практичное. Как по-твоему?
Им пришлось обойти два магазина и потратить почти полчаса, прежде чем Рене наконец нашла, что хотела.
— Интересно, что вы там с Нилом выбрали в качестве подарка? — задумался Ники.
Он чувствовал себя неуверенно и разбито от откровений этой главы. Да он радовался за кузена и то, что тот наконец-то вышел из шкафа, но всё же это не было до конца его собственным решением. А ещё в голове настойчиво крутились воспоминания об отце, который говорил, что Ники будет распространять свою грязь и позор на окружающих, словно яд. И вот, пожалуйста, Эндрю тоже оказался геем. Ники знал, что это чушь, но голос отца был громче его собственных мыслей.
— Думаю что-то хорошее, — дипломатично ответила Рене. Ники несколько раз моргнул, отгоняя эти воспоминания, и улыбнулся девушке.
Близнецы посмотрели на обоих с разной степенью предупреждения во взгляде. Им были не нужны ни подарки, ни день рождения.
Она уже почти опаздывала на следующую пару, Нилу же предстояло убить еще целый час. Отсюда до «Лисьей башни» была всего пара минут ходьбы, поэтому у Окружной дороги Нил и Рене распрощались. Она пошла через парк в кампус, а он направился в противоположную сторону к общежитию спортсменов. Его комната, к счастью, пустовала. Швырнув рюкзак на пол, Нил рухнул лицом вниз на койку Мэтта и дал волю мыслям обо всем, что рассказала ему Рене.
Вскоре пришла пора отправляться на занятия, а он по-прежнему не знал, что и думать.
— Тут скип, — произнёс недовольно Аарон.
— Возможно тебе просто не стоит напрягать свой маленький мозг таким серьезными размышлениями? — хихикнул Эндрю.
Нил показал ему средний палец, а затем отвернулся о чём-то думая. Миньярд бы с удовольствием заглянул внутрь этой черепушки, правда опасался, что там прыгают от стенки к стенке мячики для экси.
Джостен тихо хмыкнул своим мыслям. Что бы он ни говорил, а похоже этот разговор сильно выбил Нила из колеи. Хотя, конечно, это было логично. Оказалось, что в жизни нужна не только игра, но и близкий человек. Ситуация Кевина это только доказывала. Есть чему удивиться, он ожидал подобного от Дэя в последнюю очередь.
А ещё книжный Нил переживал за будущее Миньярда и хотел, чтобы это будущее у него было, даже если это значило завести с кем-то отношения. Но по выходу из разговора получалось, что Эндрю опять оказывается с самым нестабильным будущим, помимо него самого. Миньярд не любил экси и у него не было любимого человека. То есть оба решения в его случае не работали.
Нил фыркнул на эти мысли. Какого чёрта это важно для его книжной версии? Но что ещё более важно, почему он сам продолжает размышлять над этим?!
Настойчивый стук в дверь оторвал Нила и Мэтта от субботнего ланча перед телевизором. Мэтт полез искать между подушками пульт, поэтому Нил отставил тарелку и вскочил с дивана. Девушки знали, что Мэтт никогда не запирается на ключ, если он дома, поэтому Нил ожидал увидеть какого-нибудь студента, заблудившегося по пути к соседям. Вместо этого за дверью оказался Ники, который смотрел на него выпученными от волнения глазами.
Ники, вслед за своей книжной версией, испуганно вытаращил глаза:
— Мне это не нравится.
— Никому это не нравится, — огрызнулся Аарон.
Эндрю предвкушающе потёр ладони, а Сет тихо произнёс, следуя своим предчувствиям:
— Вот теперь мы точно добрались до подводки к пиздецу.
Дэн посмотрела на него с опаской, а Мэтт взволновано схватил её за руку.
— Ох, слава богу, — выдохнул Ники, умоляюще протягивая к Нилу руки. — Нужна твоя помощь.
Мэтт наконец отыскал пульт и поставил фильм на паузу.
— Что еще за хрень? В чем дело?
— Я на волоске от смерти. Только что звонила мама — поздравляла Эндрю и Аарона с днем рождения.
Ники вскочил на ноги, его взгляд испуганно заметался, пока он сверху смотрел то на Аарона, то на Эндрю.
— Ой-ей, это плохо! — хохотнул Эндрю.
— Что в этом такого? — удивился Мэтт, хотя припоминал предыдущий разговор кузенов об их семейке. Неудивительно, что Ники так взволнован.
— Вы просто не понимаете, — нервно произнёс Ники, отмахиваясь от старшекурсников, которые начали между собой тихо переговариваться.
Эндрю оскалился, мысленно прикидывая каким образом всплыли Хэммики. После того упорства, с которым пытались всплыть Спиры, появление Хэммиков было совершенно неожиданным и невяжущимся с происходящим событием. Он не удивился бы звонку Кэсс (он скрипнул зубами, растянув губы шире), но за каким дьяволом объявилась Мария?!
— Что такого в том, что кто-то из семьи поздравил близнецов с днём рождения? — шепотом спросила Дэн, ведь это обычная практика среди родственников. Хотя она тут же вспомнила, что свою тётку она перестала поздравлять практически сразу же, после того как она съехала от неё. Ни Мэтт, ни Рене не могли ей ответить.
— Аарон, читай скорее, — взволновано попросил Ники.
— Разве это плохо? — не понял Мэтт.
Ники пораженно вытаращился в ответ, однако его недоверчивость быстро сменилась удивлением. Он смущенно почесал затылок, хотя Нил ожидал, что тот отшутится. При любых личных проблемах кузены в первую очередь объединялись против старшекурсников. Ники раз за разом воздвигал эту стену на протяжении всего сезона, даже если ему самому это не нравилось, поэтому услышать ответ на вопрос Нил и Мэтт никак не ожидали.
— Ну да, — уклончиво произнес Ники. — Так-то мы с моими родителями не общаемся. Отец перестал со мной разговаривать, как только узнал, что Эрик для меня не просто лучший друг. Мама звонит каждое Рождество проверить, не встал ли я на путь истинный, и кладет трубку, когда я отвечаю «нет».
Дэн застыла с открытым от изумления ртом. Хороши родители. Пиздец какой-то, честное слово. Неужели ориентация сына это повод чтобы вычеркнуть его из собственной жизни? Она тут же напомнила себе, что эти самые родители отправили парня в исправительный лагерь и заставляли встречаться с девушками. Она прикрыла глаза, почувствовав внезапную злость.
— То есть, после всего, они полностью отказались от тебя? — переспросил Мэтт. — Чёрт, какие мудаки…
Ники нервно хохотнул:
— Они очень религиозные.
— Это блять не повод! — Хэммик ещё более нервно улыбнулся Мэтту. — Ненавижу фанатиков.
Сету хотелось ругаться, но он не мог быть уверен в самом себе до конца. Он отвёл взгляд в угол комнаты. Логически он понимал, что происходящее — мерзость и необоснованная жестокость, но родись у него такой сын, он ведь мог поступить очень похоже. Слушая историю Хэммика в предыдущих главах он точно знал, что не сделал бы того же, но вот прекратить общение с «таким» ребенком… Он не хотел быть подобным человеком.
Элисон наморщила носик, уже ощущая презрение к этим людям. Она покосилась на ушедшего в себя Сета и слегка толкнула его ногу своей. Они переглянулись, и девушка мягко, совсем не свойственно ей улыбнулась, словно прочитав его мысли.
— Всё хорошо, — тихо прошептала она и чмокнула его в губы. — Главное, что ты понял.
— Всё херово, — возразил он.
— Осознание первый шаг к изменениям.
Он обнял девушку, пряча лицо в её волосах, пробормотав совсем едва слышно:
— Кто бы знал, что Элисон Рейнольдс такая оптимистка.
— Ты не должен удивляться. Ведь я выбрала тебя. — Сет насмешливо фыркнул. Да уж, его никто никогда не выбирал, считая запущенным случаем, но только не она. Та, от кого ожидаешь этого в последнюю очередь. А ещё его выбрал тренер. И на самом деле, это не так уж и плохо.
— Аарон, по-моему, не разговаривал с ними с похорон тети Тильды, а Эндрю и вовсе шарахается от них, как от чумных. У него с моим отцом тоже не заладилось, еще когда они впервые увиделись в колонии.
— Не может быть, что все так безнадежно, — сказал Мэтт. — Это же твой отец добился досрочного освобождения Эндрю, так?
— Да, но… — замялся Ники.
— Так зачем она звонила? — осведомился Нил.
— Чтобы пригласить на обед по случаю Дня благодарения.
Ники осел на пол, проговорив:
— Охренеть…
— Вот это будет весело! — со смехом прокомментировал Эндрю. — Но мне это совсем не нравится.
Он отчётливо помнил взгляды Хэммиков на себя, оценивающие, прикидывающие насколько он виноват в смерти Тильды. Помнил, как именно Мария шарахалась от него в сторону, а когда заметила у него перочинный ножик, который всегда был при нём, и вовсе пригрозила сдать его в полицию и вытребовать запрет на приближение.
Он забарабанил пальцем по коленке, размышляя каким образом его прошлое всплывёт в будущем. Ведь неспроста всё это. Как и Спиры. Он мог поклясться, что одна дурацкая птичка сует свой клюв куда не надо. Вот его «родственники» и всплывают то тут, то там. Что ж, это только доказывает, что они то самое, которое «не тонет».
— Я тоже не в восторге, — буркнул Аарон. Он окончательно убедился, что эта глава призвана свести его с ума.
— И?
— И я повесил трубку! — простонал Ники. — Что мне еще оставалось? Не мог же я отказать.
— Логика — супер, — буркнул Аарон. Хотя, на месте Ники он бы тоже бросил трубку услышав голос Марии. Ему хотелось так думать.
Он представил, что это его мать позвонила и пригласила их в гости, спустя несколько лет игнорирования… Бросил бы он трубку? Никогда. И ему было бы плевать на всё. Это его мама. Что бы она не сделала, она была всем для него. Аарон со вздохом протянул Ники собственный стакан с газировкой.
Ники не отреагировал, потрясённо смотря на книгу, где было написано то, что просто не укладывалось у него в голове.
— Ники, только не падай в обморок, — хихикнул Эндрю.
— Я попробую, — еле ворочая языком произнёс парень.
Аарон раздражённо закатил глаза и практически всунул Хэммику стакан в руки:
— Пей давай.
— Так согласился бы, — фыркнул Мэтт. — Какого черта, Ники?
— Все не так просто, — жалобно проговорил Хэммик. — Приглашены мы все, то есть я, Аарон и Эндрю. Мама выразилась предельно ясно. Но Эндрю ни за что не согласится!
— Ты его еще даже не спрашивал, — возмутился Мэтт.
— Вы не представляете, как сильно Эндрю ненавидит моих родителей, — сказал Ники.
— Теперь хотя бы понятно почему, — произнесла Элисон. — Если они подобное сделали с собственным сыном, то как бы они поступили с племянником, которого знают от силы пару лет?
Ники замер со стаканом у рта, едва не поперхнувшись газировкой, осознавая слова девушки. А ведь точно… Эндрю — гей. А его родители чёртовы религиозные фанатики, которые жестоко обращались с Ники.
Всё оказалось так просто…
У Ники промелькнула короткая мысль: «А было ли с Эндрю вообще когда-нибудь сложно? Может у него всегда были основания поступать так, а не иначе?».
— Мне плевать на Хэммиков, — отрезал Эндрю, недовольный параллелями, которые провела девушка.
Нил отметил, что это не было несогласием, когда Миньярд не говорит твёрдое «нет». А значит Элисон могла быть не так уж и неправа. Но не стоит забывать и то, что Лютер Хэммик не сдержал обещание, данное Эндрю. Это тоже было весомым аргументом.
— И чем я могу помочь? — нахмурился Нил.
— Поддержи меня, стань моральной опорой, — попросил Ники. — Если с этой новостью к Эндрю приду я, он либо отделается шуткой, либо притворится глухим. А тебя он послушает. Ну, ты же уговорил его отпраздновать Хэллоуин всей командой. Может, и насчет семейного обеда уговоришь.
— Нил, прошу, не соглашайся, — слёзно попросил Ники, молитвенно складывая руки.
Да, книжный Ники наверняка принял этот звонок за попытку примирения, и он уцепится за эту возможность всеми конечностями. Но читая книги, он чувствовал подвох. Ники очень не хотелось думать о своих родителях плохо, но он не верил в их искренние намерения, не сейчас.
— Причём тут вообще я? — возмутился Джостен.
— Очень мило. Ты решил что бегунок способен влиять на мои решения, — пропел Эндрю. Вот так один раз дай команде вместе выпить и ты для всех: поводок — ошейник — верный песик. — Ники-Тики, я был о тебе лучшего мнения…
— Мне это вообще нахрен не упёрлось, Ники, я не буду лезть в вашу семью, — попытался успокоить парня Нил, покосившись на крайне озлобленного Миньярда.
— Но по сюжету ты по-любому уговоришь его, — вставил Сет.
— Гордон, у меня от твоих пророчеств изжога, — встрял Ваймак, заметив как оба, и Нил, и Эндрю собирались начать опровергать теорию Сета.
Сет пожал плечами. Что он может поделать, если сюжет достаточно предсказуем? Он не мог предсказать последствия, но точно видел завязку на кульминацию книги.
Аарон начал читать, желая удостовериться, что Гордон ошибся. Он не хочет ехать к шизанутым Хэммикам. Он не хочет ходить в доме, где гостил с мамой. Не хочет, смотреть на иконы и распятия и вспоминать их дом. Её голос. Её тяжёлые руки. И слова: «Не позорь меня, веди себя нормально, чёртов мальчишка».
— Я не уговаривал, — поправил его Нил. — Просто высказал идею, и он согласился. А тут вопрос серьезный, и мне вообще не следует вмешиваться. Я, конечно, могу сказать Эндрю, что для тебя очень важно помириться с родителями, но мы оба знаем, как он на это отреагирует.
Ники совсем приуныл.
— Я вырос в этом доме, а отец не пускает меня на порог с тех самых пор, как я признался в своей ориентации, — жалобно проговорил он. — Знаю, они считают меня безбожником, обреченным гореть в адском пламени, и мне давно пора отстать от них, но я не могу. Может, этот звонок означает, что они хотят наладить отношения. Я должен это выяснить. Ну пожалуйста, Нил. Мне плохо без мамы. Мне страшно ее не хватает.
— Вот про мать было лишнее, — Мэтт болезненно поморщился.
Он переживал за сокомандников, и если они были так взволнованы перспективой встречи с родителями Ники — он тоже начинал за них волноваться. Он всегда знал, что религия и верующие — это опасная фигня. Просто убеждался всё больше.
Ники болезненно морщился от слов своей книжной версии. Это был удар ниже пояса, даже если он не знал куда бьёт.
Джостен вжался в кресло, зная что теперь-то Нил расшибётся, но выполнит просьбу Ники. Несмотря на то, что он ощутил фантомные удары и злое шипение матери, он почувствовал такую режущую боль в сердце, что захотелось кричать.
— Прости, Нил, — шмыгнул носом Ники. — Я не хотел, чтобы получилось так.
Затем Хэммик посмотрел на кузенов:
— Мне правда жаль, что я заставлю вас встретиться с моими родителями.
— Ещё ничего не определено, — процедил Аарон, взбешённый одним только предположением, что его брат согласится на это по просьбе чёртова Джостена.
— Верно, может я пошлю бегунка в пеший эротический тур? — хотя даже сам Эндрю не поверил своим словам.
Элисон ухмыльнулась, думая: «Звучит как приглашение, Миньярд».
Сам Миньярд чувствовал закипающее бешенство под кожей. Да, в этом чувствовался определенный сюжетный поворот, но то как он осуществится… Ему абсолютно точно не нравилась появившаяся тенденция того, что Джостену получается его уговаривать, даже если он просто приводит достаточно аргументов «за».
Аарон снова начал читать, чтобы убедиться что они все не правы. Пожалуйста, пусть они все будут не правы…
Нил сглотнул жгучий комок в горле. Это не его семья. Не его проблема. Не его мать. От его матери осталась кучка костей и пепла, похороненных на пляже в Калифорнии.
Мэтт издал сдавленный звук, а Дэн вцепилась в его руку.
— Блять, блять, блять… — забормотал Бойд, жмурясь и чувствуя тошноту.
Ники тоже забыл о собственных родителях, ему резко поплохело. Он со слезами на глазах посмотрел на Джостена:
— Прости. Прости, Нил, я не хотел.
Парень мотнул головой, проглатывая ком в горле, и вцепился в подлокотники кресла, чувствуя что готов сбежать прямо сейчас. В нос забился запах дыма и солёной воды.
— Ты не знал, — еле проговорил он.
Эндрю склонил голову к плечу, наблюдая за бегунком. Паническая атака во всей красе. Интересно, сколько ему понадобится, чтобы побороть её?
Оказалось, не так уж и долго, спустя минуту напряжения, Джостен расслабил плечи, а взгляд перестал быть как у загнанного зверя. Эндрю цокнул языком. Однажды это не сработает и бегунок сорвётся, причём за все предыдущие случаи разом.
Ваймак с тем же напряжённым вниманием следил за Нилом, одновременно утешающе обнимая Эбби.
Ее больше нет. Нил уже никогда не услышит ее голос, она никогда не позвонит ему по телефону. Не усадит его на стул и не объяснит, почему ударилась в бега; не попросит прощения за то, что скрыла его связь с кланом Морияма. Мать не увидит его в полуфинальном матче «Лисов». Ее не будет рядом, когда он станет давать показания. Не будет рядом, когда он умрет.
Аарон почувствовал, как против воли защипало глаза, и ему пришлось пару раз моргнуть, прогоняя это ощущение. Он пытался утешить себя тем, что у него просто истерика из-за этой ебанутой главы, но глубоко внутри он не мог избавиться от осознания того, насколько эти мысли были похожи на его собственные.
— Я уверен, что она гордилась бы тобой, — произнёс Ваймак, настойчиво ловя взгляд Нила. Тот только судорожно помотал головой, неспособный ничего произнести из-за кома в горле.
Он так скучал по ней, невыносимо просто, даже если знал, что она убила бы его за всё происходящее.
Тренер вздохнул, понимая что его не услышали и его слова не примут. Он притянул к себе Эбби, которая кусала губы и вытирала слёзы.
— Она не могла не гордиться, — поддержала тренера Дэн, тоже чувствуя ком в горле и грусть, девушке было слишком знакомо это чувство.
— Я тоже в этом уверена, — мягко произнесла Рене.
— Для неё же лучше, чтобы так и было, — тихо проворчала Элисон, — даже несмотря на собственную смерть.
— Я знаю, что ты не очень мне доверяешь, но я могу тебя обнять? — спросила Дэн.
Нил замер на мгновение, а потом настороженно кивнул. Он не был уверен как его тело отреагирует сейчас на прикосновения, но он был готов попробовать. Слишком знакомую боль он видел в глазах капитана.
Девушка присела на подлокотник кресла и очень аккуратно прикоснулась к его плечам, готовая отстраниться в любой момент. Нил напряжённо застыл, анализируя ощущения. Это не было похоже на ножи. И он расслабил плечи. Дэн облегчённо улыбнулась и обняла его увереннее.
Ники придвинулся ближе к дивану, где сидят кузены и осторожно положил руку на колено Аарона. Тот судорожно вздохнул от этого прикосновения, слегка приходя в себя. Ники слабо улыбнулся и сжал его колено сильне в жесте поддержки. Аарон кивнул ему, проглотил ежа в горле и продолжил читать.
Горе острым лезвием вспарывало живот Нила, двигаясь по кругу, шинкуя внутренности до тех пор, пока у него не перехватило дыхание. Он набрал полную грудь воздуха и на медленном выдохе принялся считать пульс. Почти отчаявшийся Ники замер в безмолвном ожидании.
— Стой здесь, — наконец бросил Нил.
Ники отчаянно захныкал, утыкаясь лбом в ноги кузена.
По лицу Ники вихрем пронеслось удивление, смешанное с надеждой. Нилу стало еще тоскливее; он не хотел этой преждевременной благодарности. Проскользнув мимо Хэммика в коридор, он направился в комнату братьев. Уходя, Ники не закрыл дверь, и Нил, для приличия небрежно стукнув, вошел.
Аарон развалился в кресле-мешке с джойстиком в руках. Судя по вмятине на втором таком же кресле и застывшей картинке на экране телевизора, звонок миссис Хэммик прервал игру. Кевин сидел за столом, перед ним лежала газета: он изучал результаты вчерашних матчей по всей стране.
Эндрю взгромоздился на стол у окна. Противомоскитную сетку он снял, как только въехал, и теперь мог спокойно курить в помещении.
Ваймак закатил глаза. Ну конечно он это сделал.
Эндрю на его укоризненный взгляд весело отсалютовал.
— А, Нил. — Эндрю приветственно махнул сигаретой. — Здорово.
— Надо поговорить, — сообщил Нил.
— Не, сегодня неудачный день. Попробуй завтра.
— Я бы не стал вламываться на вашу вечеринку по случаю дня рождения, если бы это не было важно.
Сет тихо хохотнул. Он уже говорил, что ему нравится этот язвительный мудак?
Элисон поддержала парня в веселье. Ситуация в комнате была крайне напряженная, но это не мешало ей оценить мудачество Джостена в полной мере. Нет, она будет не она, если не сделает его своим другом.
Остальные старшекурсники устало улыбнулись, оценив слова Джостена по достоинству, но у них уже просто не было сил.
Эндрю пробормотал:
— Он всё-таки комик. А говорил что нет, маленький врунишка. — У Аарона не метафорично задёргалось нижнее веко, очень уж тон его брата настораживал.
Он приложил пальцы к глазу, устроил книгу на коленях и продолжил читать.
Эндрю ухмыльнулся.
— Сарказм из уст Нила? Твой список талантов расширяется.
Миньярд весело закивал сам себе:
— Полон талантов!
— Всего две минуты.
— Какой настойчивый.
Нил подождал, пока Эндрю примет решение. Не выпуская из зубов сигарету, Миньярд что-то мурлыкал себе под нос. Прошла почти минута, пока любопытство победило привычку создавать окружающим сложности. Он щелчком выбросил окурок на улицу, хлопнул форточкой и спрыгнул со стола. Нил вслед за ним вошел в спальню и плотно закрыл дверь. Не проходя вглубь комнаты, Эндрю развернулся к нему лицом.
— Тик-так, часики тикают, — сказал он. — Мое внимание ты привлек, теперь постарайся удержать интерес.
Вся команда напряженно навострила уши, готовая выслушать каким образом Нилу удастся уломать Эндрю.
Ники был разбит и расстроен. Он скучал по родителям, но ситуация отчетливо попахивала дерьмом.
Больше всего на свете, он не хотел подставлять кузенов, но видимо этого избежать не получится. Ники столько сделал, чтобы защитить их, чтобы показать, что семья это не только боль и предательство, и вот тебе…
Эндрю же хотелось проломить стену: все в этой комнате были уверены, что у Джостена получится его уговорить. И что самое худшее, в этом был уверен он сам, заставляя смех бурлить где-то внутри. Но пока он только неглубоко и быстро дышал, сжимая кулаки.
— Звонила мать Ники.
— Ой-ей, время вышло.
Эндрю шагнул вперед. Нил рукой преградил ему путь, хоть и знал, что не сможет помешать, если Эндрю действительно захочет выйти. Он видел, какой вес выжимает Эндрю на тренировках в зале. Более того, у него на глазах взбешенный Эндрю схватил Ники за горло и практически оторвал от земли.
Мысли Эндрю мчащиеся на сверхсветовой волне ярости со скрипом затормозили. Он даже не знал почему, но он глупо заморгал, переваривая то, что бегунок наблюдал за ним в зале.
Элисон прикрыла рот ладошкой и тихо захихикала, заслужив укоризненные взгляды всей команды. Тут можно сказать решается их судьба, а она… Но девушка ничего не могла с собой поделать. Этот дурачок действительно наблюдал за монстром в тренажерке. И да-да, это можно объяснить тем, что Нил рассматривал в эти моменты Эндрю как потенциальную угрозу, но давайте будем честны: у них сделка, Эндрю не был угрозой, а Джостен всё равно пялился.
Ники передёрнул плечами, вспомнив этот момент, только потом он услышал смешки Рейнольдс и соединил точки. Он позабавленно посмотрел на кузена, сидевшего с застывшим выражением лица.
Джостен прикрыл лицо ладонью, чувствуя себя бесконечно уставшим. Боже, неужели Нил мог так заинтересоваться Эндрю?
Жест Нила был просто демонстрацией, Эндрю это знал и все же остановился.
— Приглашала его отметить День благодарения, — сообщил Нил.
— И он согласился, — сказал Эндрю — не вопросительно, а скорее утвердительно. — Ох, Ники, Ники, неисправимый оптимист. Казалось бы, знает этих людей как облупленных и все равно побежит, а обратно вернется в слезах и соплях. Квак-плак. — Эндрю изобразил, будто трет кулаками глаза. — Их любовь имеет цену, которую он не в состоянии заплатить. Ради них Ники не расстанется с Эриком.
Ники жалобно улыбнулся. Да, он такой. Но он просто… любит их? Разве это проблема? В обычном мире — нет, так почему же именно с его родителями — да?!
Аарон толкнул его коленом, то ли показывая, что рядом, то ли намекая подобрать сопли. В любом случае, Ники крепче сжал его ногу, а затем решительно растёр лицо ладонями. Кузен прав, не стоит распускать нюни, как бы ни хотелось.
— На этот раз Эрик их не интересует. Условие другое: вы. Ники разрешено прийти, только если он приведет тебя и Аарона.
— Вопрос решен. — Эндрю сверкнул улыбкой. — Отказать. Может, Эбби снова угостит нас индейкой, как в прошлом году. Она отлично готовит, только вот выпечка ей не дается. Опять придется покупать замороженные пироги.
Несмотря на тревогу и переживания, внутренне Эбби почувствовала удовольствие от похвалы. Эндрю никогда этого не говорил, но она была рада узнать, что её готовка ему нравится. А выпечка — это да, не её, хоть она и обожает это дело.
Она даже почувствовала, как скучает по вечерам, когда Эндрю сидел на столе невдалеке от неё и наблюдал за процессом, а потом со всей ответственностью дегустировал приготовленные блюда.
Прошло всего несколько дней с последнего такого вечера, а такое чувство словно несколько месяцев.
Эндрю проигнорировал её теплый взгляд. Он не был готов признать, что ему нравилось в доме Эбби.
Нил на уловку не поддался.
— Почему ты не хочешь идти?
— А с какого мне туда идти? Мы с Лютером не большие друзья.
— Насколько я понимаю, нас всех тоже нельзя назвать твоими друзьями. Если ты как-то терпишь нас, почему бы не потерпеть Лютера?
— О нет-нет-нет, не сравнивай это. Даже вы более терпимы, чем Лютер. — Он важно поднял палец вверх: — И даже экси.
Нил с Кевином раздражено закатили глаза. А Хэммик неловко улыбнулся. Мда, приглашать близнецов к его родителям — явно гиблое дело. По лицу Аарона тоже видно, что он в гробу видел родителей кузена.
— Ники считает, все дело в обстоятельствах, при которых вы познакомились, но ведь именно Лютер вытащил тебя из колонии и помог вернуться домой к матери, верно?
— Она не была мне матерью. — Эндрю сделал паузу, выждав, пока до Нила дойдет, и рубанул ладонью воздух. — А вот Кэсс…
Аарон на мгновение замер, переваривая прочитанное. То есть Тильду он не признавал, а какую-то левую женщину?..
Эндрю также застыл, услышав это имя. Ещё больше его поразило лишь то, что он пожелал рассказать о ней бегунку. Что не день, то новое открытие. Причем почему-то о себе самом. Дерьмовое чувство.
Аарон медленно повернул голову к брату и процедил:
— Ты, блять, прикалываешься что ли?
— Ну-ну, братец, не стоит так нервничать. Хотя мы можем попросить Эбби поставить тебе укольчик, хочешь?
— Я хочу, чтобы ты заткнулся.
— Как грубо! Вот как ты разговариваешь с родственниками. Хотя кого чему в семье учили, не так ли?..
— А чему тогда учили тебя?
Эндрю наигранно округлил глаза и ахнул:
— Ты что забыл, у меня же не было семьи…
— Оно и видно.
— Ты так считаешь?
Аарон выпустил воздух сквозь сжатые зубы. Он чувствовал, что Эндрю может пререкаться так до бесконечности. Ему хотелось нормально поговорить, но когда кто-нибудь прислушивался к тому, чего он хочет. Так что Аарон, покрепче сжав книгу, продолжил читать.
— Кэсс ее, кажется, звали? Кэсс могла бы ею стать. Очень хотела. А, ты же не знаешь. Сейчас расскажу тебе эту историю, Нил. Ты слушаешь? Кэсс хотела меня оставить. Собиралась усыновить. Говорила: тебя будут звать Эндрю Джозеф Спир. Собрала все бумаги, требовалось только мое согласие. Она считала, что я уже достаточно взрослый и сам могу выбирать.
— Спир, — ошарашенно повторил Нил. — Это же…
— Ричард Спир, — закончил за него Эндрю. — Я тебе про него рассказывал. Последний из моих приемных отцов.
Все напряглись от их упоминания. Если на семью заводят дело — ничего хорошего от этой семейки точно не жди.
— Ты только упоминал о нем, — медленно произнес Нил, пытаясь осмыслить услышанное. Ричардом Спиром звали приемного отца, на которого в августе завел расследование Хиггинс. Эндрю тогда назвал его скучным, но безвредным. — Так почему тебя не усыновили? Из-за ареста?
— Нет, все наоборот. Я сел в колонию, потому что она хотела меня усыновить.
Лица старшекурсников вытянулись, Дэн аж крякнула от удивления.
— То есть это было подстроено специально? — спросил Мэтт, не до конца осознавая что он произносит. В голове просто не укладывалось. Старшекурсники тихо зашептались между собой.
Ники смотрел на кузена так, словно никогда прежде его не видел.
— Эндрю, это правда?
— Не вижу ни одной причины, почему я должен отвечать.
— Ты сбежал из этого дома в колонию, — медленно проговорил Аарон, словно осознавая эти слова с каждым произнесенным звуком всё сильнее.
Этот факт взволновал его куда больше, чем то что это было сделано самим Эндрю.
— Какое дело на них завели, Эндрю? — Он начал чувствовать, как изнутри пробирается страх и холод. Эндрю был свидетелем. Свидетелем чего-то такого, из-за чего он предпочёл сесть в колонию, но не оставаться там и дальше.
— Читай, братец, — усмехнулся Эндрю. Не подтверждая, но и не отрицая его первое утверждение.
Нил уже вычислил, что несогласие Эндрю озвучивал тут же, громко и чётко. Его пробрал мороз по коже. Интуиция отчаянно вопила, что что-то не так.
— Я сел в колонию, потому что она хотела меня усыновить. Но она все равно от меня не отказалась. Говорила, что в стабильной семье я исправлюсь. Ее родной сын после школы хотел пойти в морскую пехоту, поэтому она даже предлагала мне часть денег, отложенных на его учебу. Хотела, чтобы у меня было будущее. Типа, моя личная Стефани Уокер.
Рене судорожно вздохнула. Таких подробностей она не знала. Это было ужасно. Она быстро соединила ниточки, образующие картину в целом. Её бы растрогало то, что Эндрю сравнил её с его предполагаемой матерью, если бы не факт заведения дела.
Сердце Рене дрогнуло и забилось быстрее: если Эндрю сравнил Стефани с Кэсс, то это значит дело не в ней, ведь Стефани была замечательной. Насколько она помнит описание этой семьи, оставался только один подозреваемый. Чё-ерт…
Нил узнал это имя — о Стефани рассказывала ему Рене. Он понимающе кивнул. Эндрю покачался на пятках и протянул к нему руки. Когда пальцы Миньярда сомкнулись на его шее, он с трудом заставил себя расслабиться. Эндрю не сдавливал горло, но постукивал по нему большими пальцами в такт пульсу.
Элисон прикусила губу. Ох, эти мальчики такие очевидные. Очевидные, для всех, кроме друг друга. Эндрю никогда не прикасался к кому-либо так много. Да, был Кевин, но Миньярд прикасался к нему только когда успокаивал его, не больше. Тут же, практически с первой встречи руки у него так и тянутся к Джостену. А Нил, как покорная овечка, принимает это, хотя тоже тот ещё любитель прикосновений.
— Лютер позволил бы ей усыновить меня, если бы я сам того пожелал. Он знал, что матери Аарона я нафиг не сдался, но хотел наладить мою жизнь. Будь он уверен, что Кэсс для этого подходит, сам сделал бы все возможное, чтобы усыновление состоялось. Но я ведь не мог такого допустить, верно?
— Почему? — Нил с тревогой вгляделся в лицо Эндрю, ища ответа. — Что плохого тебе сделала Кэсс?
— Хороший вопрос, блять, — процедил Аарон.
Эндрю разглядывал потолок, напевая песенку. Ему совершено не нравилось то, как из-за таблеток он ходил по краю полной откровенности. Книжный Эндрю почти рассказал всё, наверняка ведь в последний момент удержался… Он ненавидел свои лекарства.
Краем глаза Эндрю заметил, как Аарон покачал головой и вернулся к книге. Правильно, нечего задавать дурацкие вопросы, даже косвенно.
Эндрю явно удивился.
— Кэсс никогда бы не сделала мне ничего плохого.
Мысли в голове Аарона быстро стыковались друг с другом, приходя к тем же выводам, что уже сделала Рене. Теперь он точно знал имя опасности, что жила в том доме.
Ему захотелось кому-нибудь врезать. Он не знал что с Эндрю делал этот выродок, но Аарону было достаточно и того, что его несгибаемый брат буквально сбежал из того дома.
— Тогда что пошло не так?
— Это уже другая история, а я сейчас веду речь о Лютере и Кэсс. Лютер сказал, что может вернуть меня Кэсс. Чтобы он этого не сделал, я открыл ему один секретик.
— И он об этом кому-то рассказал.
— Чёрт побери, — растерянно пробормотал Ники. То есть с Лютером это было что-то личное, а не просто его религия. До этого момента он хотел думать, что с предложением о сделке Нил ошибся… — Твою мать…
Нил напрягся, у него были свои особые взаимоотношения с секретами. Человек, который их разболтал, когда пред ним не стояла угроза смерти — не заслуживал даже презрения.
— Нет. — Пальцы Эндрю забарабанили быстрее, и этот возбужденный ритм до странности не вязался с его насмешливой улыбочкой. — Это было бы слишком просто. Сам знаешь, такие секреты не выдают с бухты-барахты. Сперва мы просчитываем сопутствующий ущерб и пути отступления. Выстраиваем план, готовим себя к реакции окружающих и последствиям. Нет, Лютер никому ничего не сказал, а просто предпочел мне не поверить. И это, как ты понимаешь, в тысячу раз хуже.
— Твою мать, — повторил Хэммик.
— Походу твой отец, Ники, настоящий мудак, — констатировал Мэтт.
Ники загнанно посмотрел сначала на него, а потом на Эндрю.
— Прости…
— За что ты извиняешься, Ники? Ты ничего не сделал. — Кузен закусил губу, сдерживая желание заплакать. Его отец предал доверие Эндрю в самом начале их взаимоотношений. Такое не прощается.
— Я всегда знал, что принял правильное решение, решив не оставлять вас моим родителям, — нашел он себе слабое утешение.
Эндрю хмыкнул. У него руки чесались вытянуть ножи и нашинковать Лютера. Желательно прямо сейчас. Или вообще в любой момент времени. Он всегда готов.
— Все зависит от секрета, — заметил Нил.
— Точно. — Эндрю убрал руки с его горла и отошел. — Нил, возможно, ты удивишься, но я не привык доверять людям. Если я говорю кому-то, что небо синее, а он отвечает, что я ошибаюсь, второго шанса этому человеку я не дам. Не вижу смысла.
Старшекурсники переглядывались. Это была палка о двух концах. С одной стороны, они понимали, что для Эндрю они тоже относятся к тем людям, которые говорили, что небо скорее голубое, а с другой… А с другой они признавали правоту Эндрю. Они лисы — они не верят людям, и в этом могли только поддержать его. Тот кто однажды предал одного из них, никогда не получит доверия. Как бы они не цапались друг с другом, но в этом они могли поддержать друг друга со стопроцентной уверенностью.
Лютер попал в черный список каждого лиса.
— Так Лютер тебе не поверил или сказал, что ты ошибся? Это принципиальная разница.
— О… — Эндрю полуобернулся. — Иногда я забываю, что ты умнее, чем кажешься.
Миньярд раздраженно дёрнул уголком губ. Бегунок был всё интереснее и интереснее, и забыть об этом у Эндрю не получится кажется уже никогда. То, что он был таким тупицей, но при этом таким умником, — бесило неимоверно.
Нил не заметил ухмылку Элисон, занятый кое-чем другим: он анализировал происходящее, а ещё пытался вспомнить. Что-то крутились на краю сознания, что-то Эндрю говорил важное по этому поводу. А потом вспышкой воспоминания:
«— Ненавижу это слово.
— Бурно? — осторожно спросил Нил.
— Недоразумение.»
— То слово которое ты не любишь, — произнёс он. — Недоразумение, так он тебе ответил? — Иногда я забываю, что ты умнее, чем кажешься, — насмешливо повторил Миньярд за книжным собой и расхохотался. Пожалуй, ему не стоит упускать это из виду. Джостен может глупить и не замечать очевидного, но он умён. — Ах, да, последнее предупреждение: не произноси это слово. Нил кивнул, пока остальные переглядывались. Нил напряг память, чувствуя, что ответ совсем рядом. В деталях перебрал визит Хиггинса, информацию о родителях Ники и вдруг вспомнил, как спросил Эндрю о первом звонке Хиггинса — тогда, в раздевалке. Ответ показался ему странным, но в то время он его просто не понял. Сейчас Нил не был уверен в своей догадке, однако проверить стоило. — Он назвал это недоразумением, — сказал Нил. Аарон запнулся на последнем слове и не произнёс его, но всем и так стало всё ясно. Лисы вздрогнули, когда услышали громкий смех Эндрю. А тот смеялся заливисто, запрокинув голову. О, эта умная голова, используемая не по назначению. Удивительно как быстро он мог приходить к верным выводам, когда это было не нужно. Эндрю замер. Всего на долю секунды, однако Нил понял, что не ошибся. — Ш-ш-ш, — выдохнул Эндрю — осторожно, словно успокаивал загнанного в угол зверька. — Ш-ш-ш, не произноси этого слова. Ненавижу его. Я же тебя просил, зачем нарываешься? Лисы этого не показали, но все дружно решили, что это слово исчезнет из их лексикона, даже Сет. Было не важно почему они так решили: из-за опасений перед Эндрю или из-за уважения к нему и чужим триггерам, главное то, что это решение было принято. Старшекурсники переглядывались встревоженно и слегка растерянно. Они не совсем понимали о чём речь, но им действительно хотелось знать. Но также им было очевидно, что Нил понимает в том разговоре куда больше них самих. — Эндрю, — начал было Нил. — Нет. Он не повысил голоса, и все же Нил безошибочно уловил в его интонации предупреждение. Если сейчас надавить, то Эндрю замкнется и разговору конец. Нил судорожно подыскивал нужные слова, только чтобы Эндрю не молчал. Вполне возможно, он прав и родители никогда не примут Ники таким, как есть, но попытаться он обязан. — С тех пор прошло пять лет. Может, теперь он сожалеет о своих словах. — Ты просто не знаком с Лютером. — А познакомишь? Эндрю оборвал смех и вытаращился на Нила, который точно также вытаращился на него. — Ой-ей, бегунок… Ты понимаешь, что ты творишь? — Не я, — привычно огрызнулся Нил, но потом всё же задумался о происходящем. Его книжной версии просто неймётся, как хочется влезть в личные дела Миньярда. Так ещё теперь им всем придётся ехать в гости к больным на голову Хэммикам, где он должен будет противостоять им вместе с Эндрю (возможно книжный Нил и верит, что смогут не устроить конфликт, но ему было очевидно, что без этого не обойдётся). Он бы побился головой об стенку, если бы мог. Эндрю по глазам Джостена понял: тот не совсем осознаёт, что предложил книжный Нил. Он действительно понял как с ним договариваться, заключив этим предложением с ним сделку. Это уже даже не логичные аргументы «за» и «против», которые он может рассмотреть и принять решение, это кое-что куда как значительнее. Неожиданный вопрос позволил Нилу снова привлечь внимание Эндрю. — Что? На кой тебе сдался этот святоша? Ты даже Рене с трудом терпишь, а за одним столом с Лютером и подавно не высидишь. Чуть огрызнешься, и он устроит тебе обряд экзорцизма. Ники нервно хихикнул. О да, отец точно так и поступит. — Это может быть интересно. — Может. — Давайте пойдем все вместе, — предложил Нил. — Аарон согласится ради Ники, а для Ники это шанс увидеть, изменились ли его родители. Раз уж ты все равно не отпускаешь от себя Кевина, бери и его. Кевин издал возмущенный звук. Он не хотел проводить выходные в доме свихнувшихся верующих. И вообще у них сезон в разгаре, куда они намылились?! Он с трудом подавил эти слова, понимая, что сейчас их не стоит произносить. Слишком напряжёнными выглядели близнецы, чтобы его не ударило откатом. — Вместо Лютера сможешь кидаться на меня. Представь, как трудно будет родителям Ники выдерживать нас пятерых разом! Эндрю почувствовал, как кровь побежала по венам быстрее. Это была сделка с чёткими условиями. С ним разговаривали на понятном ему языке, предоставили аргументы и оставили выбор за ним. Более того, Нил готов был встать с ним рядом и бороться, если потребуется. Бороться. Рядом. У него зашумело в ушах, а губы растягивала всё более широкая неконтролируемая улыбка. Эндрю падал. — Есть еще вариант никуда не ходить. — Но это не так интересно, согласись. — Я вообще не способен долго удерживать внимание, так что попытка вызвать у меня интерес — дешевый трюк. — Но действенный. — Фиг там. Дэн не хотела получать подсказки таким образом, но всё равно пометила себе один из способов разговоров с Эндрю. Ей пригодится, если она собирается наладить отношения с ним и его компанией. Эндрю несколько раз моргнул, сосредотачиваясь и возвращаясь в собственное тело. В голове царила непривычная тишина, которой обычно не было при приёме таблеток. Не время и не место думать о Ниле. Заметив краем глаза, как задумчиво нахмурилась капитан, Миньярд окончательно пришёл в себя. Ему было легко угадать, что за мысли бродили в её голове и от этого в жилах закипела теперь уже ярость. Он не позволит никому контролировать себя. — Ну пожалуйста. — Терпеть не могу это слово. — Твоему мозгоправу известно, что у тебя проблемы с половиной слов в английском языке? — поинтересовался Нил, на что Эндрю лишь ухмыльнулся. Джостен нахмурился. Стояла ли за этим словом ещё одна хреновая история из жизни Эндрю? Хотелось бы верить, что нет, но он не рассчитывал на такую удачу. — Ясное дело, у тебя никогда не было нормальной семьи и тебе этого не понять, но Ники обязан дать родителям еще одну возможность. Если все сложится удачно, эта встреча сломает лед. Ники очень надеется, что мать изменит свое мнение. В противном случае он может окончательно порвать с семьей. Эндрю надолго задумался, что-то фальшиво напевая себе под нос. Миньярд прошипел себе под нос ругательство: конечно его книжная версия согласится. Бегунок привел логичные и действенные аргументы. Не поспоришь. Ему не было жаль Ники, но он не хотел, чтобы он мучился из-за своей дебильной семьи и дальше. Плюс он по-любому решит развлечься наблюдая за взаимодействием Лютера и Джостена. Взрывоопасная смесь. Это должно быть весело. Но что более важно: Джостен будет рядом. И без выученной беспомощности. По лицу Эндрю все поняли, что дальше будет в книге. Ники поник. Они едут к его родителям. Пиздец. Нил смотрел на сложное выражение лица Миньярда и думал о том, что он что-то упускает. Но что? Почему у него такое ощущение, будто Миньярд безоговорочно согласится? Он не знал, не то чтобы хотел это знать, но почему-то считал это важным. С каждой секундой Нилу все больше казалось, что у него ничего не вышло. Лисы фыркнули. Им-то как раз казалось иначе. Наконец Эндрю снова протянул к нему руки, но на этот раз стиснул не шею Нила, а горловину футболки. — Последний шанс, — сказал он. — Я даю Ники единственный и последний шанс. Но в День благодарения я к ним не поеду и паинькой тоже не буду. Скажи Ники, пусть перенесет дату и договорится, чтобы пригласили всех. Идет? — Идет, — подтвердил Нил. — Мы все об этом горько пожалеем. — Эндрю с улыбкой отпустил футболку Нила. — Чувствую себя пророком, — рассмеялся Миньярд. — Место занято Сетом, иди в баню, Миньярд, — проворчал Ваймак. Лисы нервно хохотнули. — Мда, я тоже чувствую, что эта поездка не принесет ничего хорошего, — согласилась Дэн. — Мы близки к глобальному пиздецу, — произнёс Сет нарочно растягивая слова и смотря вникуда, подтверждая слова тренера. — Ты заделался пиздецовой Вангой, чувак. Предсказываешь только пиздец, — слабо пошутил Мэтт. — Ага, — слабо усмехнулся Ники, — вы нашли себе неплохой способ заработка, если с экси ничего не выгорит. — Эндрю поднял большие пальцы и серьёзно кивнул: — Отличная идея, кузен! — Нет, — закричал Кевин. — Ники, не сбивай его с пути! — Кевин, полегче, — удивился такой бурной реакции Хэммик, — ты так кричишь, как будто Эндрю прямо сейчас пойдет открывать гадальный салон. — Верно, для начала мне нужно изучить юридические формальности для открытия салона и подбить смету, — бодро согласился Эндрю. Кевин возмущённо ткнул пальцем в Миньярда, выразительно глядя на Ники. — Видишь! — Если бы ты так не отреагировал, он бы об этом не думал. — Ах, это ещё и я виноват?! — Кевин, мне кажется тебя прокляли, вон красными пятнами как пошёл. Ну ничего, в моем салоне для тебя будут скидки, снимем на раз. Дэй возмущённо уставился на довольного Эндрю. Аарон дождавшись секундного перерыва начал громко читать. — А больше всех Ники, если его папаша прямо из-за стола отправится на небеса. Ники нервно покосился на кузена, забывая улыбаться из-за возмущённо лица Дэя. Эндрю же откинулся на спинку дивана и снова бегал пустым взглядом по трещинам потолка, когда Кевин обиженно отвернулся. Нил заколебался, понимая, что и так уже задал чересчур много вопросов, но все-таки не выдержал: — Ты на самом деле убил мать Аарона? — Да блять! — закричал Аарон, окончательно убеждаясь, что эта глава точно доведет его до нервного срыва. Это просто контрольный выстрел. — Джостен, хер ли ты лезешь?! Вот тебя ебёт, а?! — Меня — нет, а вот его, — Нил указал пальцем в книгу, — походу да. — Чего ты вообще прицепился! — Ещё бы я знал… — Ненавижу, — прошипел Аарон, и яростно вперился в книгу взглядом. Старшекурсники переглянулись и уставились на Аарона с ожиданием. Слухи об этом конечно ходили, но доказательств не было. Неужели они сейчас вот так вот запросто узнают правду? Эндрю несколько раз моргнул, чувствуя как сосредоточиться становится всё сложнее, а ему нужно было быть здесь и сейчас в комнате. Кажется, скоро его близнеца порвёт на тысячу маленьких Аарончиков. — Это был несчастный случай. Полицейские отчеты не читал? — невинно ответил Эндрю, но дрогнувший уголок рта его выдал. Уже через несколько секунд он прекратил фарс и засмеялся. — Нельзя же было без конца его колотить. Я предупреждал, чтобы она не смела поднимать на него руку, но она меня не слушала. Вот и получила по заслугам. — ЧТО?! — взревел Аарон подскакивая и вышвыривая книгу к чертям. Он навис над братом и продолжил кричать: — Зачем ты врёшь? Ты сделал это ради себя. Она избила тебя и ты её убил! Эндрю пару раз моргнул, возвращаясь в тело, и перевёл осоловелый взгляд на взбешенного Аарона. Очень хотелось спросить о ком тот вообще, но он предположил, что близнеца тогда точно инфаркт хватит. — Если бы я убивал каждого, кто причинял мне боль — я бы уже сидел в одиночке, как особо опасный маньяк. Нил опасно прищурился, запоминая это на будущее. Его гораздо меньше волновал конфликт близнецов, как то, что причиняли вред Эндрю похоже достаточно часто. Ещё бы знать зачем ему это помнить, если он планирует оказаться через пару недель в Мексике?.. Аарон отшатнулся, изумленно хлопая ресницами и отказываясь делать очевидный вывод из слов брата. — Я пообещал, что защищу тебя, и я это сделал, — Эндрю сверкнул улыбкой и поднялся, чтобы начать теснить Аарона. Рене и Ваймак напружинились, готовые разнимать близнецов, если потребуется. — Ты ничего не делал пять месяцев. — Аарон пятился, но Эндрю всё равно настигал его, а затем начал тыкать пальцем в грудь, выплёвывая слова: — Мне нужно было время, или ты думаешь убить это так просто? — Н-но… — Пошёл нахер, — четко, с расстановкой произнёс Эндрю, в последний раз ткнув брата в грудь. — Я никогда не забывал о нашем обещании, в отличие от тебя. И я сделал всё возможное, чтобы его сдержать. — Эндрю начал давиться смешками, которые вырвались из него против воли. — А ты решил, что я убил её из-за того, что она один раз меня избила?! И после этого ты считаешь конченым именно меня?! Пошёл нахер. Эндрю вышел из комнаты, а Аарон съехал на пол по стеночке, куда прижал его близнец. Пустыми глазами он смотрел прямо перед собой, вцепившись в собственные волосы. Команда тревожно переглядывалась. Они тихо шептались, боясь вызвать агрессию в свою сторону, но и не в силах молчать. — То есть она била Аарона, а Эндрю её за это убил? — уточнил Мэтт. Для него это было чересчур. В его мире люди не убивали, тем более за такие мелочи. Сложно назвать мелочью насилие над ребенком, но всё же… — Видимо так, — мрачно подтвердила Дэн. Она была в ужасе, но чего-то подобного она и ожидала от Эндрю. Больше её беспокоило то, чтобы это никогда не всплыло наружу. СМИ разорвут их вклочья. Кевин полностью разделял её мысли, за одним исключением: внутри всё сжалось от осознания, что и его Эндрю готов защищать также. Он почувствовал себя ещё в большей безопасности, чем раньше. — Но так нельзя, — жалко произнёс Мэтт. — Почему они просто не сдали её в полицию? — Возможно после стольких приёмных семей Эндрю посчитал, что его брату нечего делать в системе, — мягко произнесла Рене. Она, в отличие от других, не была удивлена ни мерой, принятой Эндрю, ни его нежеланием попадать обратно в систему опеки. Она знала какие вещи там иногда творятся. Трудно признать, но иногда лучше жить под мостом, чем с некоторыми людьми. — И вместо этого он решился на убийство, — недоверчиво фыркнул Мэтт. — Он защищал брата и мог умереть точно также, как их мать. — Аарон вздрогнул. — Господи, поверить не могу. Мир Ники трещал по швам, впрочем, как и сам Ники. Каждое слово и обвинение близнецов разрушало его, ему казалось, что он вот-вот рассыпется и уже никогда не собирётся заново. Нил хмуро смотрел на Аарона, не понимая его возмущения поступком Эндрю. Разве это не кричало о заботе громче, чем любые слова? Он был способен на безумные вещи ради близнеца, а тот только винил его в смерти матери. Как глупо... Если бы его мать убила отца, он бы поклоняться ей начал, не то что благодарить. Ваймак дал ребятам ещё пять минут на то, чтобы все обговорить и прийти в себя, а затем решительно поднял с пола книгу, отброшенную Аароном. Он смерил парня внимательным взглядом. Миньярд всё также сидел на полу, вцепившись в волосы и продолжал пусто смотреть перед собой. Тренер вздохнул. Гораздо проще людям жилось бы, если они просто разговаривали друг с другом. Хотя бы иногда. Просто поговори, выскажи опасения и претензии, выслушай собеседника, попытайся понять, будь готов к компромиссу. Но нет же, мы будем молчать и таить обиды, пока они не сожрут нас заживо, пока они не влепят нам такого леща, что устоять на ногах станет невозможно. Он покачал головой. — Я думаю, мы можем дочитать главу, пока близнецы отсутствуют, — обратился мужчина к остальным. Он не хотел давать им достаточно времени, чтобы прийти в себя и начать задавать больше вопросов. Зная лисов, это только вызовет извержение вулкана, но никак не поможет успокоиться Миньярдам. Рене слегка вправив мозги старшекурсникам, подошла к Аарону и присела на корточки. Она вгляделась в пустое лицо сокомандника, затем очень осторожно протянула руки, дав достаточно времени, чтобы он мог отстраниться, и обняла его. Аарон впервые за последние несколько минут осмысленно моргнул. Глаза жгло, а горло сдавливало так, что ему казалось, что голосовые связки пережмёт к херам, и он больше никогда в жизни не сможет говорить. В ушах зазвенело, пока он попытался прийти в себя: в голове было слишком много мыслей сразу, он не мог зацепиться ни за одну из них. Всё это превратилось в белый шум. Рене плавно поднялась, утягивая парня за собой и медленно повела из комнаты. Она совершенно уверена, что ему нужно освежиться и выпить кофе. А ещё наверняка позвонить Кейтлин. Уже выходя, девушка кивнула тренеру, соглашаясь, что главу стоит дочитать без близнецов. Ваймак проводил её взглядом, снова обвел присутствующих взглядом. — Пришли в себя? — Не совсем. — Дэн взъерошила волосы. — Мы все догадывались об этом, но одно дело догадываться… — Другое дело знать, — согласилась Элисон. — Но на самом деле меня больше волнует то, почему монстр это сделал. — Не ожидала от него такого? — Нет, — честно призналась девушка. — Я думала ему насрать на Аарона. — Ну-у, видимо совсем не так. Хэммик судорожно вздохнул. Из глаз текли слёзы и он зажимал рот ладонью, чтобы не было слышно всхлипов. Он должен был понять. Должен был. Он же помнит синяки вокруг запястья пятилетнего кузена или зашуганный взгляд, когда тот случайно разбил у них кружку, да даже те же наркотики… Но он радостно свалил в Германию, бросив Аарона на произвол судьбы. А Эндрю, который до этого даже не знал о существовании брата, решил пожертвовать ради него жизнью, но спасти. Тряпка ты, Ники, как есть тряпка. Ваймак ещё раз тяжело вздохнул. Он подозревал, что до конца главы больше не будет ничего сверхъестественного, поэтому стоит её дочитать как можно скорее. Они не имели права терять время, когда оно отсчитывает минуты жизни Сета и Нила. Он открыл книгу и стал листать, в поисках момента, где остановился Аарон. — Хэммик, ты остаёшься? Или тебе надо выйти? — О-остаюсь. — Ники небрежно вытер лицо от слёз. — Я должен знать. Тренер кивнул, принимая его решение. — Вот и получила по заслугам. Тебя это пугает? — Я с детства привык видеть смерть. И не боюсь тебя. — Вот поэтому ты такой интересный. Прямо бесишь. — Флирт-катастрофа, — констатировала Элисон. — Да ладно, чувак просто нашел такого же ебанутого. Достойный соперник, как говорится, — выдавил усмешку Сет. — Что ещё раз подтверждает, что Миньярд запал на нашего Нила. Сет закатил глаза. Ники слабо улыбнулся на их перепалку. Да уж, кто бы мог подумать. Они старательно вели себя так, словно ничего не произошло, но на душе у всех было гадко. И вроде бы мир не перевернулся, а такое чувство, что ничего не будет так, как раньше. Эндрю отметил это не раздраженно, а скорее с удивлением, поэтому Нил пообещал: — Постараюсь быть более скучным. — Как мило. — Эндрю жестом показал сперва на себя, потом на Нила. — Это между нами, да, Нил? Помни об этом. Попозже я тоже тебя кое о чем спрошу, но на сегодня хватит разговоров, так что давай, двигай. И скажи моему трусливому двоюродному братцу, пусть идет назад. Ники поморщился, когда нашел ещё одно подтверждение, что он жалкий слабак, который не способен защитить кузенов, да даже попросить у них о помощи. Когда Нил вышел из спальни, Эндрю за ним не последовал. Нил предполагал, что Ники болтается где-нибудь в коридоре, однако тот дожидался его возвращения на дальнем краю дивана в их с Мэттом комнате. Завидев Нила, Ники улыбнулся — одними губами. От волнения и затаенной надежды он казался почти больным. — Два вопроса, — начал Нил, подойдя к нему. — Возьмешь с собой меня и Кевина, если мы пообещаем не вмешиваться в ваши семейные дела? — Нил, ты правда думаешь, что сможешь не вмешиваться? — засмеялся Сет. — Да судя по тому как ты на Рико бросаешься — ты и папашу Хэммика загрызть попытаешься. Джостен неопределенно повёл плечами. Книжный Нил очевидно надеялся на это. — Возможно всё дело в самом Рико. — Ну да, ну да, если тебе так проще думать. Джостен раздражено посмотрел на парня, а затем на остальных, которые согласно кивали. Никто не верил, что он сможет промолчать. Замечательно. Похоже в это верила только мать Нила (и то, как показала практика, оказалась не права). Но потом он увидел ободрительную улыбку тренера и понял, что хоть кто-то верит в него и его способность промолчать. — Не переживай, парень, если понадобится — ты это сделаешь. — Нил потеряно смотрел на него в ответ. Кажется Ваймак верил в него больше, чем он сам. И он определённо этого не заслуживал. Такого Ники точно не ожидал. Удивление и замешательство на его лице слегка потеснили страх. Он неуверенно кивнул, и Нил продолжил: — Как думаешь, твоя мама не будет против перенести обед на другую дату? Эндрю отказывается ехать к вам в праздник. — Пожалуй, не будет, — сказал Ники. — Надо перезвонить и спросить, но… Погоди. Эндрю что, согласился? Не может быть. — Интересно, насколько мы вляпаемся в дерьмо с этой поездкой? У меня такое чувство, что нас ждёт просто невъебичесткий пиздец, — произнёс Сет. — Хотя, Сет, помнишь, в первой книге все фиговое случилось прям в самом конце, может здесь будет также? — возразила Элли. В душе Ники всколыхнулась надежда. Без сомнений, эта поездка не обернется ничем хорошим, но возможно она не будет настолько важной для сюжета? — Хотелось бы верить, но я думаю, что в этот раз всё начнется раньше, — произнесла Дэн. Сет согласно кивнул. Нил перевел взгляд на Мэтта, потом обратно на Ники. — Ты разве не этого хотел? Ники вскочил с дивана. — Этого, но я не верил, что у тебя получится, тем более с первого раза. Просто знал, что Эндрю если кого и выслушает, то только тебя. Ты красава, черт побери! — Он сгреб Нила в охапку, прежде чем тот успел опомниться. — Ты — лучшее, что вообще случалось с «Лисами»! — Дерьмовая у вас жизнь, если я — это лучшее, — невольно фыркнул Джостен. Лисы засмеялись. — Какая команда — такое и счастье, — пошутил Мэтт, заслужив подзатыльник от возмущённой Дэн. — Сильно сомневаюсь. — А я — нет! — Сверкнув улыбкой, Ники выпустил Нила из объятий. — Как тебе это удалось? Благоразумно опустив девяносто процентов правды, Нил ответил: — Я его попросил. — Ну да, конечно. А знаешь, что ждало бы меня, если бы я подошел к нему с просьбой? Насилие. Жестокое и необоснованное. Но после предыдущих откровений Эндрю, многие невольно задумались, а было ли это насилие «необоснованным». Помимо прочего, Миньярд же объяснил почему он бы ответил Ники «нет». Нил на самом деле не поменял его мнения, просто привел пару аргументов «за» и «заплатил» за неудобства. Ники задумчиво провёл пальцем по губам. А может и раньше кузен не просто так его отталкивал и говорил «нет»? Трудно это признавать (но Дэн не боялась трудностей), так что она всё же сделала себе пометку внимательнее следить за тем, что говорит Миньярд. Возможно она просто не видит картины в целом, когда он жёстко отказывает или совершает нелогичные (по её мнению) проступки. Нил лишь пожал плечами. Выпытывать, как именно он сумел убедить Эндрю, Ники не стал — видимо, на радостях. Он вытащил из кармана мобильник и показал на дверь. — Пойду позвоню ей. Может, договорюсь на следующие выходные. Пожалуй, на воскресенье, раз в субботу мы только к вечеру вернемся из Флориды. Лучше разобраться с этим пораньше, так? А то Эндрю не дай бог передумает. — Удачи, — пожелал Нил. Ники расплылся в красноречивой улыбке от уха до уха и вышел в коридор. — Никогда так не хотел, чтобы у матери не было на меня времени, — признался Ники, тревожно ломающий пальцы. Лисы молчаливо согласились. В комнату вернулась Рене и ответила кивком на вопросительные взгляды, мол всё нормально. Она устроилась на диване рядом с плачущей Эбби и обняла женщину, а тренер продолжил читать. Проследив за закрывшейся дверью, Нил вопросительно посмотрел на Мэтта, который изучал его с напряженным любопытством. — Что в тебе такого особенного? — спросил Мэтт. — Ничего, — смутился Нил. — Эндрю никому не делает уступок, а тебе раз за разом говорит «да». Почему? — Вот что любовь творит с людьми, — пробормотала Элисон тихо. Монстр даже на поступки готов. Это уже не просто заинтересованность. Из-за тишины в комнате её расслышал не только Сет, так что девушка досадливо скривилась и решительно встретила взгляд Нила. — Элисон, прекрати. Мне неприятно это слышать, и я уверен Эндрю тоже. Девушка вздохнула. Да-да, она в курсе. Но господи, какие они оба глупыши. Как долго они собираются ходить вокруг да около? Всё решилось бы одним откровенным разговором, но видимо не в этой жизни. — Я постараюсь, Нил. — Он же не в себе. — Нил покрутил пальцем у виска. — Ему кажется, это весело. — Ты же так не думаешь, — утвердительно произнёс Сет. — Зачем тогда лжёшь? Нил пожал плечами: — Я сказал лишь то, что Мэтт хотел услышать. Никто бы из вас не поверил бы мне, если бы я сказал, что просто торгуюсь с Эндрю и понимаю что ему предложить. Старшекурсники нехотя признали его правоту. Поверить в то, что Миньярд окончательно тронулся было гораздо легче, чем в то, что Нил научился с ним взаимодействовать. Мэтт задержал на нем взгляд еще ненадолго, затем покачал головой и расслабленно откинулся на спинку дивана. Нил занял прежнее место, и Бойд включил прерванный фильм. Довольно скоро телефон Нила завибрировал: пришло сообщение от Ники. Мария согласилась перенести обед на другой день и принять всю компанию. Эсэмэска на добрую половину состояла из смайликов и восклицательных знаков. В груди Нила тихим теплом растекалось удовлетворение. Нил отогнал непривычное ощущение, и все же оно оставило в душе осадок смутной тревоги. — Похоже даже ты книжный почуял подвох, — произнёс Сет. Нил пожал плечами. У него хорошо развита интуиция, ничего удивительного в этом нет. За Ники следовало порадоваться, однако Нил не был дураком. Он сам шел на эту встречу, только чтобы присматривать за Эндрю. Таблетки вызывали у Миньярда кайф, но отнюдь не делали его безобидным. Стоит Лютеру перейти грань, и Эндрю причинит ему вред. По закону Эндрю упрячут в тюрьму, и на этом игровой сезон для «Лисов» закончится. Допустить этого Нил не мог. Оставалось рассчитывать лишь на то, что он успеет предотвратить худшее. — Я думал ты сделал это ради Ники, разве нет? — удивился Мэтт. — Одно не отменяет другого. — Странный ты. — Знаете, это написано так, что у меня нет ни единого сомнения, что Нил не «успеет», — нахмурившись пронёс Сет. — У меня тоже, — рядом кивнула Элли. Нил тоже согласился. Видимо всё пойдет по одному месту. И виноват в этом будет он.***
Аарон медленно моргнул и увидел собственное отражение в зеркале и Рене за своим плечом. Она что-то говорила, а он смотрел на её шевелящиеся губы в отражении и не слышал ни слова. Он напрягся, пытаясь расслышать, что она говорит: — Аарон… Аарон, слышишь меня? Думаю, тебе не помешает освежить голову. Можешь даже сходить в душ, если хочешь. И вот твой телефон, позвони Кейтлин, если тебе это поможет. Он ещё раз моргнул — и он остался один. Если поможет? Он тупо пялился на телефон в собственной руке. Да ему, блять, уже вообще ничего не поможет. Медленными движениями он отложил телефон, включил воду и засунул голову под кран. От ледяной воды сводило зубы и хотелось кричать, но странным образом это помогло собраться. Он больше не напоминал самому себе заржавевшего робота. Парень отряхнул лишнюю воду с волос и поплёлся к скамейке в раздевалке, лег на неё и набрал номер Кейтлин. — Привет, солнце, — хрипло прокаркал он. Горло было всё ещё передавлено спазмом. — Привет. Ты сегодня какой-то странный, сообщения присылал мне, говорил загадками. Что-то случилось? — от искренней заботы и волнения в голосе девушки, Аарон почувствовал словно груз с его плеч, если не упал, то хотя бы стал гораздо меньше. — Да, случилось… — Что? Что, Аарон, не молчи! Может мне приехать? — Нет, не надо, ты скучала по родителям и сестре, отдыхай с ними. А случилось… — он замолчал на долгую минуту, слушая взволнованное дыхание девушки. Он мог поклясться, что она сейчас кусала губы, раздирая их в кровь. Глупая привычка, которую он давно выучил. — Эндрю убил мою маму. Он знал, говорить этого не стоило, или нужно было хотя бы подготовить её к подобному. Но он ничего не мог с собой поделать. Ему нужно было произнести это вслух, чтобы осознать в полной мере. В трубке послышалось долгое молчание, а затем неуверенный голос: — Я слышала слухи в университете. Разве ты не подозревал этого? — Да, но дело в том, что он сделал это ради меня. Он защитил меня. — Аарон снова подумал о том, что сказал Эндрю. Его слова… Они звучали так, словно он никогда не думал, что выживет в той аварии. Но он же не мог пойти ради него, Аарона, на такое?!.. Кейт посопела в трубку, а затем осторожно произнесла: — Мне жаль, что тебе приходится всё это переживать, а меня даже нет рядом. — Она была растеряна и просто не знала, что сказать. Не каждый день ты узнаешь, что знакомый человек кого-то убил. — Спасибо, солнце. Понимаешь… Он защищал меня и даже не знал, выживет ли сам в той аварии, — голос Аарона начал срываться. — Он мог умереть. — Ну-у, это было очень смело с его стороны, не так ли? — ещё более потеряно пробормотала девушка. Аарон судорожно вздохнул. Она не понимала. Как объяснить, как рассказать обо всём том клубке воспоминаний, обид и эмоций, который он ощущал по отношению к брату. Рассказать о том, как больно было потерять мать по его вине. Как разочаровывающе было осознать, что Эндрю не сдержал обещание и долгие месяцы не менял ничего, но стоило Тильде только его ударить, как она тут же умерла. Как отчаянно он пытался выбраться из ванной комнаты, когда его ломало. Как Эндрю коршуном стоял за его плечом, когда в школе Аарон начинал сдаваться и забивать на задания, потому что «или ты заканчиваешь школу, или я сворачиваю тебе шею прямо сейчас». Аарон считал, что Эндрю просто издевается над ним, особенно извращённым и жестоким способом. Он никогда не думал о том, что всё это, буквально всё, было крайней степенью заботы со стороны брата. Отчаянной, больной заботой. Его замутило от этих мыслей. — Аарон, не молчи. Ты тут? — Да, я тут, просто задумался. — Мне кажется вам нужно поговорить с Эндрю. Когда люди друг друга не понимают, это единственный выход. Возможно ты ощущал себя преданным всё это время, — продолжила девушка совсем неуверенно: — но может быть, он ощущал себя так же? Аарона словно ударило молотом в грудь. Он задохнулся. — Чё-ерт… — Я знаю, что могу быть неправа. И ты мне ничего не рассказывал про брата. Но я же вижу. Ты любишь его. Он наверное тоже, и… — она тараторила, чувствуя себя совершенно растерянно. — Спасибо, солнце, — с нежностью перебил её Аарон. Она всегда так чертовски заботилась о его чувствах и была совершенно неуверенна в себе. В сердце парня слегка потеплело. — Я хотел рассказать тебе всё после каникул, и я это сделаю. Он замолчал на мгновение, принимая решение. Он не должен был этого делать, не должен был нарушать сделку, но Эндрю прав: он сделал это уже давно, и оказывается нарушал её раз за разом. А Эндрю прощал его раз за разом. И это уже никогда не исправить. — Я люблю тебя. Спасибо, ты помогла мне немного разложить всё по полочкам в голове. — Он не должен был этого делать, да. Но Аарон не мог поступить иначе. Он извинится перед братом и разорвёт сделку. Если не ради себя, то ради него. — Правда? — робко уточнила она. Он ещё никогда не говорил о своих чувствах к ней и при любых других обстоятельствах, она бы радостно пищала в трубку, но сейчас она была больше занята другими мыслями. — Истинная. И не рассказывай об этом никому, ладно? Она насмешливо фыркнула: — Ещё бы я кому рассказала подобное. — И тебя это не пугает? — Не пугает? Да я в ужасе. Но я же знала с кем связываюсь. Вы же, лисы, особенные, да? — Да, — с облегчением выдохнул парень, только сейчас в полной мере осознавая как рисковал. — А сейчас я пойду, мне действительно нужно переговорить с… братом. Вечером я тебе ещё позвоню. Пока, солнце. — Хорошо, целую, Аари. Аарон заблокировал телефон и убрал в корман. Он закрыл лицо ладонями. Что он наделал… Он предал брата и пообещал девушке то, что практически невозможно. Возвращаться в общую комнату не хотелось. Разговаривать с Эндрю было страшно. Но ему нужно было выбрать из этого что-то одно. Привычно забиться в темный угол и ждать что произойдет или наконец попытаться всё исправить, вполне возможно всё потеряв?.. Парень решительно вышел со стадиона, направляясь к машине Эндрю. Ему нужно было попытаться. К счастью, сам Эндрю сидел на капоте и курил. Судя по количеству окурков вокруг, Аарон был не совсем в себе достаточно долго. — Поговорим? — предложил он, опираясь на капот и не смотря на брата. — Мы уже. — Нет, Эндрю, я хочу поговорить. По-настоящему. — А до этого мы разговаривали, не знаю, виртуально? — Прекрати быть таким сложным, — раздраженно попросил Аарон, и Эндрю просто замолчал. Аарон тяжело вздыхает. В этом весь он. — Ты мог бы рассказать мне. Эндрю наконец пристально смотрит на него, слегка радуясь тому, что ему скоро нужно было принимать следующую таблетку, а значит он практически адекватен. — Я говорил. — Нет, Эндрю, ты не говорил. Ты подставил меня и убил её, а после единственное, что я услышал: «Так ей и надо». Это не объяснение. — Это не моя проблема, если тебе надо всё разжёвывать, — губы Эндрю подрагивали в улыбке, хотя ему хотелось крушить, и он бы с удовольствием начал прямо с самого себя. — Я сделал то, что должен был, я сказал тебе. Ты не услышал. Аарону захотелось кулаком стереть улыбку с его лица. С глубоким вздохом, как бы внутри всё не рвалось, он заставил себя успокоиться и произнести, чувствуя как от слов немеют губы: — Хорошо. Хорошо, да. — Он судорожно вздохнул. — Но сейчас, Эндрю, я хочу тебя услышать. — Он сказал Кейтлин, что любит её, он должен попытаться. Эндрю засмеялся, он словно тонул. — И что же изменило твоё мнение? Вдруг перестал винить меня в её смерти? Хватило одной дурацкой книжки, чтобы ты разул глаза? Аарон сжал зубы так сильно, что стало больно. — Я говорил тебе. Каждый раз, я говорил тебе, что сдержал слово и ничего больше, но ты не верил мне. Тот день, когда она избила меня, ты его вообще помнишь? — Эндрю хохотнул. — Или ты был так удолбан, что даже не вспомнишь, что я был в твоей одежде и специально выводил её из себя? — Как ты правильно заметил, я был обдолбан!!! Как я мог заметить?! — А кто тебя таким сделал?! Близнецы замерли, тяжело дыша и глядя друг другу в глаза. Губы Эндрю насильно растягивала улыбка, отчего его лицо приобрело жуткое выражение. Но несмотря на злость, Эндрю ждал, даже надеялся, что брат проявит характер, продолжит настаивать. Пусть они поссорятся в очередной раз, всё лучше его выученной беспомощности и бесхребетности. Глядя на то, как Аарон опустил плечи и закрыл лицо ладонями, Эндрю отчётливо ощутил разочарование. Снова сдался. Как всегда. — Эндрю, я не прошу многого, — голос Аарона был усталым, полностью измотанным, — просто ответь да или нет. — Нет. — Я не это имел в виду, — раздражённо скрипнул зубами Аарон. — Ты убил её, чтобы защитить меня и сдержать обещание? Просто да или нет, я хочу услышать это от тебя. Честно. Эндрю смотрит на него пристально. Ему не нравится то, как выглядит близнец. Было отчётливое ощущение, что подуй — и он развеется, как песок по ветру. Он очень давно не видел его таким. И не хотел видеть вообще никогда. Аарон должен был жить, выстоять и не сломаться. Он должен быть не Эндрю. Только это заставляет его разжать челюсти, словно сведённые в судороге, и произнести короткое: — Да. Аарон убито кивает. Внутри привычно всколыхнулись злость и боль. Теперь он знал точно, что смерть Тильды была не случайностью. Он должен бы торжествовать и винить брата, но почему-то чувствует себя смертельно больным и уставшим от этой жизни. Он медленно разворачивается и плетётся обратно в Лисью нору, чувствуя как с трудом ворочаются мысли в его голове, болезненно и тяжело, вставая на свои места. Уже отходя, он полуобернувшись произносит: — Возвращайся, пока эти придурки не начали читать следующую главу без нас. Эндрю хочется сжечь мир дотла, и он долго смеётся, пока не остаётся на капоте машины совершенно обессиленный и разбитый.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!