Глава 1. Кто ты?

             Лун Хаочень нашёл её в лесу.       Тело было странно изогнуто — будто она упала на землю в затейливом прыжке с небес. Порванный плащ. Оголённые предплечья, покрытые ссадинами. На ногах — ничего. Лодыжка в крови от рваной раны. Фиолетовые волосы прилипли ко лбу. Губы бледные, пересохшие. Но жива. Точно жива. Он почувствовал дыхание, когда присел рядом.       — Эй... — позвал он почти шёпотом.       Её веки дрогнули.       Он протянул руку — осторожно, как к удивительному дикому зверю.       И тут же оказался с лезвием у горла.       Кинжал был в её руке. Маленькой, с ободранными костяшками. Она держала его неровно, дрожащими пальцами, но уверенно и без колебаний. Её глаза — необычного фиалкового цвета смотрели пристально, как у хищника. Или как у того, кто слишком долго был добычей.       — Я... — начал Хаочень, но замер.       В её взгляде было что-то не то. Ожидание? Нет. Облегчение? Возможно.       — Я не враг, — подтвердил он, присматриваясь к диковинной девочке.       На вид — его ровесница или чуть младше. Милая… но какая-то дикая..       Она не отвечала.       Немая?       Медленно, не отводя взгляда, она убрала кинжал.       И тогда он заметил: губы двигаются. Без звука.       Она взяла его руку.       От удивления Хаочень не подумал возразить, когда она развернула ладонь к себе.       На секунду — только на секунду — её пальцы коснулись его кожи. И тут же начали писать. Быстро. Неловко, но разборчиво: «За мной гонятся. Спаси меня, сестра!»       Он моргнул.       — Что? Я мальчик!       Она уставилась на него. Он понял: она не верит. Ему не раз говорили, что лицо у него «слишком красивое». Даже отец вздыхал, когда мимо проходили девочки. Дедушка только пожимал плечами: «Наследственность, Хаочень. Смирись».       «Меня преследуют».       Хаочень хотел было заявить, что справится с любой угрозой, но вспомнил, что дед всегда велел сначала правильно оценивать обстановку.       Странную девочку преследовал явно не обычный человек.       Хаочень поднял её на руки. Она почти не весила. Была горячей — как будто внутри у неё горел маленький огонь, чуть было не угасший.       — Потерпи, — прошептал он. — Дома тебя вылечат. Я не дам тебе умереть.       И побежал.       Он бежал вниз по тропе, едва не оступаясь на корнях, которые знал наизусть. В этот момент они все словно сговорились — хватали за сапоги, шептались под ногами, мешали. Острая ветка поцарапала щеку.       Девочка не двигалась. Замерев на его руках, она во все глаза смотрела на него. Время от времени её судорожное дыхание обжигало щеку… необычно и волнительно.       Он стремительно пробежал мимо руин и ускорился, перепрыгивая через камни. Воздух становился плотнее. Небо — темнее. Где-то позади, совсем недалеко, хрустнула ветка — слишком ровно, чтобы быть случайностью. Демоническая аура накрыла их, вблизи послышался характерный рык.       Но впереди уже виднелись очертания дома.       Особняк стоял на пригорке, окружённый роскошным садом: виноградные лозы обвивали перголы, в клумбах — пышные цветы, на грядках — лекарственные травы, пахнущие горечью и дождём. Каменные ворота, словно из другого времени, с рельефами, покрытыми золотом. Дальше — гравиевая дорожка, уходящая к террасе.       И всё это — привычное, родное — внезапно показалось странным. Слишком неподвижным. Слишком спокойным.       Он пересёк порог двора, запнувшись. Сердце колотилось, как бешеное. Ещё шаг — и он рухнул бы на колени. Но он держал её.       Девочка слабо выдохнула — словно хотела сказать то, что он и сам уже понимал: преследователи не отступят.       Неожиданно её тело обмякло... Потеряла сознание!       — Дедушка! — выкрикнул Хаочень, понимая, что не успевает.       И тут воздух перед ним сдвинулся.       Тень у колонны стала глубже. И из этой тени — будто из другой плоскости — выступила фигура.       Высокий мужчина в чёрном шелковом халате был совершенно спокоен. В синих глазах — таких же, как у самого Хаоченя, не читалось тревоги. Только расчёт. И лёгкая, едва заметная насмешка.       — Опять, — тихо сказал он. — То птицы у окна, то ужин сгорел, то волки на пороге.       Он подошёл ближе.       — Что это у тебя?       — Девочка, — прохрипел Хаочень. — Немая. За ней гнались демоны-волки. Они…       Он осёкся. Не знал, зачем оправдывается.       Фэн Лин, его дед по матери, склонился. Взгляд его скользнул по девочке, по её кинжалу, по следу крови на ноге, оставленному волками. Он не прикоснулся. Просто стоял, глядя на внука и его ношу.       — Упрямая, — заметил он. — Не отпускает даже в обмороке. Это хорошо.       Он щёлкнул пальцами. За спиной что-то хрустнуло. Воздух дрогнул.       Демоны-волки, догонявшие детей, застопорились на границе двора. Один из них завыл, но звук оборвался, будто наткнулся на стекло. Второй сжался и отступил. Третий исчез — словно его и не было.       — Думаешь, это не вполне по-геройски, убегать от врагов? — сказал Фэн Лин негромко. — Но ты сделал правильно.       Хаочень молчал. Он тяжело дышал и держал девочку на руках. В этот момент чувствовал себя кем-то... другим. Не таким, каким был утром.       — Неси её в дом, — сказал дед. — Я посмотрю. Ты — отдохни.       И, немного помедлив, добавил:       — Молодец.       Это было сказано почти равнодушно. Но от этих слов — коротких, сухих — Хаоченю вдруг захотелось закричать на весь особняк.       Продолжение следует…