𝟷𝟾.

𝙿𝚘𝚟 𝙻𝚊𝚗𝚎

      — Добрый вечер, — мама приветствует очередных гостей. — Добро пожаловать. Рада вас видеть.        Я стою рядом и взглядом сверлю дверь.       — Улыбнись, Снежная королева, — я открыто раздражаю её унылым лицом. Чувствую себя лишней на этом празднике.       — К чему это представление? Ты прекрасно справляешься без меня.       — Рот закрыла, — шипит в ответ.       Отрешенно устремляю взгляд в окно, но тут же оборачиваюсь на звук приближающихся шагов.       — Эрнст Шейнин. У него десять процентов акций холдинга, — тычет мне локтем в бок. — Мелкий планктон, как называет его Николас.       Тучный лысый мужик целует маме руку. Я машинально прячу свою за спину.       — Здравствуйте. Проходите Эрнст, –очередное приветствие. — Почти все в сборе, остался самый главный гость сегодняшнего вечера. О! А вот и он, — в гостиную вваливается молодой мужчина. На вид ему около тридцати лет. Высокий, в дорогом костюме. Он жмет руку отчиму, они начинают тихую беседу.       — Эдуард Митчелл, ведущий юрист нашего холдинга, правая «рука» Николаса.       — Ты хотела сказать Эвелины Беркутовой. Холдинг «Восток-Запад» принадлежит ей. Она основательница и полноправная хозяйка.       Мама с усилием воли поднимает на меня презренный взгляд.       — Николас — генеральный директор, к твоему сведению.       — Временно. Всё изменится, как только его жена придет в себя.       — Этого не случится.       Неприятно такое слышать.       — Я тебя не узнаю. Почему ты такая жестокая? Она же…       — Каждому своё, Лэйн, — резко обрывает меня. — Николас никогда не одобрял её дурацкое хобби. Взрослая женщина, а вела себя как наивная школьница. Летала по миру с фотоаппаратом на перевес, чтобы что… запечатлеть красивые кадры? Оставляла мужа и сына одних. Жиру бесилась! Деньги не знала куда девать. Вот и долеталась.       — Это цинично, так говорить!       — Надо было надежнее закреплять декорации, чтобы они на голову не падали. Глядишь, сейчас бы она стояла на моем месте. Но, всё что не делается — к лучшему.       У меня от шока даже слов не находится.       Вспоминаю с каким трепетом Ян рассказывал о матери, чуть ли не со слезами на глазах. Горечь разливается по сердцу.       Есть ли надежда? Не знаю. Ян говорит, что есть. Так хочется верить!       — Эдуард уже занимается бракоразводным процессом, — продолжает мама. — Приведи мысли в порядок и постарайся ему понравиться. Судьба дает тебе шанс. Ты получишь фамилию, положение в обществе, обеспеченность, прекрасного мужа. Семья и дети — великолепная перспектива.       Качаю головой.       — Надеюсь, ты не собираешься меня сватать ему?       — Наконец-то, дошло. Именно это я и собираюсь делать. Отличный вариант для тебя, Лэйн.       Истерика медленно, но верно поднимается из недр моего сознания. От услышанного, едва удерживаюсь на ногах.       — С ума сойти. Мы что в средневековье? Не смешно, мам. Я замуж не собираюсь.       — Он идет к нам, — заключает строго. — Добрый вечер, Эдуард. Как я рада видеть тебя у нас в гостях. Познакомься, моя дочь Лэйн.       — Привет, — радостно тянет, окидывая меня заинтересованным взглядом.       — Здравствуйте. Очень приятно, — тихо произношу в ответ.       Протягивает букет цветов.       Зачем?       — Я не люблю цветы, — говорю прямо.       — Не слушай её, — встревает мама. — Скромничает. Шикарные розы, какой нежный цвет.       Ужин проходит в дружественной обстановке, все обмениваются любезностями, вот только я никак не могу расслабиться. Не притрагиваюсь к еде, моя тарелка так и остается нетронутой.       — О чем задумалась, Лэйн? — спрашивает Эдуард.       Кислород почему-то от его слов забивается в груди.       — Всегда такая серьёзная и молчаливая, принцесса? — голос звучит низко. Отшатываюсь, когда мужская ладонь ложится нагло на мою коленку.       О, небеса!       От его прикосновения я будто получила удар поддых.       Инстинктивно дергаюсь и вижу, как спокойное лицо сменятся раздражением. Почему-то становится не по себе.       — Не будь недотрогой, Лэйн, — шепчет он. — Выйдем на пару минут?       Противно. До тошноты противно.       Чувствую, как грудь захлестывает ненависть и мерзость. Под гнётом моего взгляда он убирает руку. Тяжёло сглатывает и залпом опустошает бокал вина.       Я гордо задираю подбородок и делаю вид, что не замечаю придурка, сидящего рядом.       Телефон в моем кармане оживает.       Сообщение от Яна.

«Салют, незабудка» «Как ты? Как проходит ужин?»

      Не задумываясь набираю ответ.

«Привет. Никак. Скучно».

      Хочется просто послать всех к чёрту.

«Понял. Полный тухляк. Херово. Терпи, малыш. Скоро всё закончится».

      Сознание начинает плыть. Отчётливо вспоминаю его запах, его шрам на щеке, прикосновения и поцелуи.       После новой вибрации заторможено моргаю.

«Какие на тебе трусики, Лэйн? Покажи».

      Вопрос приводит к растерянности.       Кончики пальцев начинают приятно покалывать. От самого плеча до пяток бежит дрожь.

«Долго ждать?»

      Стараюсь переключится, но Ян валит сообщениями.

«Пока не покажешь, не отстану».

«Хочу снова тебя раздеть».

«Сегодня буду спать в твоей кровати, и ты никуда от меня не денешься, не сбежишь!».

      Провожу быстрый анализ мозговой деятельности.       Мама не заметит мое отсутствие, она увлеченно рассказывает новым подружкам о прошедшем отпуске.       Тихо встаю из-за стола, и быстрым шагом иду в уборную. Умываюсь холодной водой, чтобы, как мне кажется, убрать красноту с кожи. Нет, не кажется. Лицо огнём горит.       Ян продолжает донимать.

«Малыш, я жду».

«Отшлепаю твою маленькую попку».

«Не нарывайся».

      Я не понимаю, зачем я это делаю. Откуда берется смелость.       Ты с ума сошла, Лэйн. — кричит разум.       Сделай это, Лэйн. — твердит сердце.       Задираю платье. Слегка оттягиваю резинку трусиков голубого цвета с порхающими бабочками. Знаю, что Ян тащится от моего нижнего белья. Немного оголяю ягодицу. Принимаю, по-моему мнению, сексуальную позу. Облокотившись на раковину, прогибаюсь в спине.       Щёлк. Щёлк. Щёлк.       Лихорадочно рассматриваю фото. Нажимаю «отправить».       Не знаю, сколько времени проходит, но по ощущениям две секунды.

«У меня встал».

      Снова и снова обдаю лицо холодной влагой.

«Я так скучаю по моей нежной и сладкой девочке».

      «Мне надо идти». Нехотя прячу телефон.       Когда возвращаюсь к гостям меня ударяет разряд молнии.       — Лэйн, ты где была? — спрашивает мама строгим голосом.       Я ничего не понимаю. Мой взгляд тупо виснет на разглядывании брюнета. Такого сюрприза явно никто не ожидал. На секунду отвожу глаза. Отчим багровый от ярости, а на маме и вовсе нет лица.       Ян сидит вальяжно на моем месте и невозмутимо ест салат.       До боли впиваюсь зубами в нижнюю губу, чтобы не опозориться падением в обморок. У меня внутри всё огнём объято. Голова кружится.       Экран телефона загорается, издавая знакомый звук.       Все резко поворачиваются в мою сторону.

«Дашь? Не дашь? Дашь, моя Лэйн!».

      Ян вдруг встает и идет ко мне.       Я пытаюсь привести себя в чувства. Похоже, ничего не получается. Меня знобит.       — Привет, сестрёнка, — целует в щёку.       Я лишь киваю в ответ.       Его порочный каре-зелёный взгляд кричит «Пойдем потрахаемся».       С каким-то противным звуком отдаленно доносится голос мамы.       — Они сразу нашли общий язык… Да… да…прекрасный мальчик. Чувствуется воспитание Николаса. Вы знаете…       Как же я хочу, чтобы она замолчала. К моему облегчению в ушах нарастает шум, заглушающий всё звуки. Голова вращается от бесконтрольного потока мыслей. Ян всё ещё рядом.       — Уже уходишь? — интересуется Эдуард.       К горлу подступает горький ком и давит на мой рассудок. Настраиваюсь на падение, но в конце концов беру себя в руки, морщась от взглядов гостей.       — У сына спортивный режим. Ему пора на вечернюю тренировку, — выплёвывает отчим словно ругательство. — Если желаете воочию увидеть триумф Яна Ньютона, то приглашаю вас на поединок, который состоится в ближайшее время.       — Приятного вечера, — на высоких нотах выпаливает Ян. — Проводишь? — подмигивает мне.       Не понимаю, как он выводит меня в соседнюю комнату.       — Надо вернуться к гостям. Что они подумают?       — Забудь. Им сейчас не до нас.       — В смысле?       — Забей. Похрен на них. Лучше дай посмотреть на тебя. Так соскучился, — очень быстро сгребает в объятия.       Я задыхаюсь… задыхаюсь от проклятого влечения! Сердце начинает стучать быстрее, находясь под воздействием его взгляда. Его палец очерчивает контур моих губ.       — Цветочек мой… моя девочка… Моя Лэйн.       — Нас увидят, Ян. — едва могу говорить.       Мягко прикасается губами к моим губам. Целует нежно и сладко, что у меня просто дух захватывает. Отвечаю на поцелуй. Чувствую горячие пальцы на своем плече. Рывком оголяет грудь с торчащим вверх соском. Холодный воздух приятно охлаждает кожу. Я закрываю глаза, чувствую, как он сжимает и целует ноющее полушарие. Обводит языком, а затем медленно втягивает его в рот.       Замираю и выдаю сдавленный стон.       — Ян… пусти, — пальцы нервно сжаты в кулаки. Только сейчас до меня доходит, что мы стоим на крыльце, который освещен уличными фонарями. Это уже совсем за гранью приличия. Нас могут застукать.       Теряю над собой контроль, когда он снова меня целует. Запускаю обледеневшие пальцы под его рубашку.       — Я хочу тебя, незабудка. Хочу тебя любить.       Снежинки, летящие с неба, неслышно садятся на наши носы, щёки, волосы. Быстро тают, оставляя мокрые следы на коже.       — Ян, — жарко шепчу ему на ухо. — Нас увидят.       Продолжает жадно ласкать мою грудь, и я позволяю. Нет ни малейшей возможности бороться.       — Лэйн, ты где? — ошарашено столбенею. Встречаюсь с взглядом Яна, и почему-то не могу выйти из ступора. Он быстро поправляет на мне одежду. Потом оставляет короткий поцелуй на губах и скрывается за углом дома.       — Лэйн? — повторяет мама, толкая входную дверь. — Ты чего здесь застыла? Ушла провожать этого недоумка и пропала.       — Я… я просто смотрю на снег. Красиво.       — Ну, что, обиженный мальчик уехал?       — Зачем ты так его называешь? Он не мальчик, а…       — Как раз-таки мальчик, который не оставляет в покое своего отца. Неблагодарный щенок. Кидает претензии. Зачем он приехал? Мы его не звали. Всё ходит, вынюхивает что-то, пытается строить козни. Испортил гостям вечер.       — Пойдем в дом, — обхожу её сбоку, не желая слушать очередной поток грязи в адрес Яна.       — Я тебе уже говорила, чтобы ты не подходила к нему.       — А что мне оставалось делать? Думаешь, надо было закатить скандал? — роняю тихо. Не хочу спорить и разговаривать.       — Он что-то задумал. Я чувствую. Не просто так тут ошивается. Если он и дальше продолжить нас донимать, Николас лишит его наследства. Посмотрим, как тогда Ян запоёт. Гордый, отказался от денег отца. Но это пока. Мне интересно, на что он живет. Машет кулаками…       Качаю головой, не желая осознавать суть сказанного.       — Эдуард намерен пригласить тебя на свидание, — фраза окончательно добивает меня.       Захожу в холл и наблюдаю за тем, как названный мужчина натягивает на себя пальто.       — У меня к тебе предложение, –обращается ко мне.       — До свидания, — не слушаю его, несусь вверх по лестнице.       Мама продолжает орать у моей двери о невоспитанности, о том, что ей надоело за меня краснеть.       Устало приваливаюсь к стене. Слёзы удушливо сдавливают горло. Мысли стремительно разгоняются в голове. Чем быстрее удаляются шаги, тем громче нарастает шум в ушах.       Вдруг становится гадко. Паршиво.       Больше всего хочется оказаться рядом с Яном. Уснуть сегодня в одной постели.