Вернутся к фанфику
Глава 4. Страхи.
4 декабря 2023, 01:21 Петр резко рванулся с койки. Голова закружилась, а в глазах потемнело. К счастью, дверь была открыта и тратить время на то, чтобы открыть ее, не пришлось.
За окном, в которое так старательно вглядывался студент, заметив там Степана, никого не было, однако, повернув голову на несколько градусов правее, Петр увидел силуэт. Ноги сами понесли его из вагона, не давая даже подумать куда ставить ногу.
— Дядя! Погоди, Степан!!! - студент, уже запыхавшись, смотрел на родственника с широко раскрытыми глазами. Тот, казалось его не слышал. Стоял себе спокойно где-то вдалеке, вагонов через десять от Петра.
Глаз задергался, а в носу защипало. Вскоре племянник не мог нормально видеть из-за пелены слез. Он споткнулся обо что-то и куборем полетел через траву и трупы. Тело обдало приступом жгучей боли, моментально приводящей в чувство, но в тоже время, увеличивающей количество солёной жидкости в глазах. Вытерев рукавом глаза и наскоро оглянувшись, Петр понял, что помехой в передвижении была чья-то нога.
Вагоны отсоединилась друг от друга и находились в самых разных положениях. Какие-то из них отнесло от рельсов на несколько метров, и они смирно лежали на боку, какие-то вовсе перевернуло несколько раз. Какие-то были не похожи на вагоны вовсе... Рядом с каждым вагоном имелся хотя бы один пассажир или кондуктор, распластавшийся в самой интересной позе, завернув ногу так, что она доставала до уха, а локтоть можно было наконец лизнуть.
Петру до жути захотелось извиниться. Перед Степаном, за такой ужасный диалог накануне, перед доктором, за свои выходки, перед трупом, чью ногу не заметил. Однако, труп мог и подождать, не убежит же, в конце концов. Подняв голову, Петр удивился. Степан мало того, что не заметил племянника, так и вовсе куда-то исчез. Студент тут же поспешил к вагону, где мог стоять дядя. Точно опрелелить было бы трудно, если бы все вагоны не были покареженными. На разбитых стеклах красовалась кровь, железные балки и двери лежили по все стороны от них. Шаг за шагом, сердце билось все сильнее, а идти становилось сложнее. Чтобы не идти, Петр побежал, выводя себя из последних сил.
Наконец, Петр добежал до нужного вагона. Сердце бешено колотилось, а дыхание отказывало восстанавливаться. Собственная кровь била в литавры в голове. Но что-то насторожило студента. Из вагона слышались тихие шаги, иногда прерывающиеся или заглушающиеся. Петр перестал дышать на мгновенье, пульс подлетел так, что не было слышно уже ничего. Литавры усилили свой грохот, гоняя кровь по организму. Среди всех мертвых тел, лежащих рядом с поездом, в вагонах, под ними, Петр наделялся не увидеть Степана. Он заглядывал в окна каждого вагона, мимо которого пробегал. Конечно, это не сравнилось бы с полным осмотром на наличие живых и раненых, а именно Степана, но каждый раз, когда Петр видел в окне кого-то угодно, кроме дяди, мозг немного успокаивался. К тому же заботиться о раненых было обязанностью дока.
Вряд-ли в таких условиях можно было успокоиться, видя многочисленные трупы, но это того стоило. Становилось жутко от одной только мысли, что тебе приятно видеть кого-то в таком состоянии, и чем больше людей - тем спокойнее. Главное, что нужно было отыскать того, кто не станет причиной одиночества и беспомощности в этой катастрофе.
Осторожно Петр поднялся в вагон, придеживаясь за стену, и сделал шаг навстречу волнительной неизвестности. Томительно тихо и спокойно оказалось в нем. Степан точно бы ответил, услышав как кто-то зашёл. Студент медленно продвигался по вагону и оглядывал койки, ища людей. Уже в двух первых отделениях обнаружилось пять трупов в самых различных позах и ситуациях. Мужчина средних лет, судя по испачканным в майонезе пальцам, держал в руке бутерброд, который теперь находился у ботинок девочки-подростка, сидящей когда-то слева от него. Остальные находились в худшем состоянии. Ещё несколько часов назад они мирно спали на своих или чужих койках. Кто-то храпел, кто-то не мог вытянуть ноги.
Пройдя ещё отделения три, внимание Петра привлекла аккуратная бумажка на столике. Лист был новый, совсем не потрёпанный аварией. Студент подошёл, и к своему удивлению попытался прочесть аккуратный почерк. Ничего, кроме имени и единственного русского слова понять не удалось.
Жереми-Мишель де Лекур, ЦИРК.
Судя по сочетаниям букв, можно было догадаться, что это был французский. Петр мало что понимал в этом языке, но когда-то учил его в школе в качестве второго языка, так и не выучил. Знакомое имя насторожило. Да и аббревиатура была не чуждой. Центр Исследований Российского Климата. Тот незнакомец с наполовину закрытым лицом направляется туда же? Но почему тогда текст был написан по-французски?
Петр уже третью минуту смотрел куда-то в стену под полкой, обдумывая ситуацию, когда вдруг его внимание привлекли странные звуки. Он не успел довести мысль до конца. Что-то зашуршало, затем начало тихо постукивать стабильно раз в две секунды из коридора. Степан! Если это был не он, то точно другой выживший. Надо было помочь в любом случае. Студент вздрогнул и поспешил было бежать на помощь выжившему, но резко остановился в проходе. Сердце кольнуло, и оно, кажется, ушло куда-то в пятки или ниже. В конце прохода стояла темно-серая тень, медленно покачиваясь из стороны в сторону. Практически черная, освещаемая утренними лучами, эта густая туманообразная материя не шевелилась, и лишь изредка ее очертания подплывали.
"Быть такого не может" - смекнул студент, сам покачиваясь от ужаса. В детстве он часто ходил ночью по длинному коридору квартиры к маме в комнату, когда снились кошмары. Невероятно страшно было идти, хотелось бежать, но нельзя было. Просто нельзя. Побежишь - нападет. Это был внегласный закон, проверять который было слишком страшно. Самое ужасное, что существо из кошмара не вылазило из шкафа или из-под кровати. Оно стояло четко позади тебя и сверлило взглядом. Если даже не позади, то сбоку. Петр не мог видеть его глаз, но точно знал, что они есть и смотрят четко на него. Иногда мальчику даже чудилось, что это самое существо могло быстро передвигается, когда ты не видишь, и лишь краем глаза замечаешь быстрые движения. Но это было только в детских кошмарах, хотя...
Если вернуться ещё раньше, это существо сопровождало Петра всегда, когда он был маленьким. Когда он ложился спать, он видел его на стене. Оно копировало его движения и наводило жуть своей молчаливостью. Чтобы не видеть это существо, Петруша поворачивался и выключал ночник. Тогда оно поглощало все пространство и могло напасть везде. Ничего так не спасало от него, как забраться под одеяло с головой. Позже мать объяснила, что это обычная тень и бояться ее не стоит.
Наверное, все дети тогда испытывали тоже самое. Каждому было страшно идти по темному коридору, за каждым смотрела собственная тень. Но со временем это проходило, и у нынешнего студента тоже. К сожалению, одеяло вряд-ли спасло бы теперь оцепеневшего Петра, да и вырос он из этих страшилок, чтобы прятаться. Единственным правильным решением, которое пришло Петру в голову было идти навстречу неизвестному. Лишь бы не развернуться и не оставить его позади себя. Ни в коем случае не подставлять спину, смотреть в глаза. Да только вот глаз у новой тени не было. Фантом отличался от того, что мерещилось в детстве. Он не был плоским, не был абстрактным. Вот он стоял, прямо здесь, прямо сейчас высокий и темный, понимающий смутную человеческую форму.
Петр нервно сглотнул и начал приближаться, сверля взглядом новое существо и боясь отступить. Это он понял ещё во снах. Нельзя было идти назад, только вперёд, иаче сон обязательно заканчивался, причем не на лучшей ноте.
Тень в то время продолжала бездумно качаться из стороны в сторону, задевая какой-то пакет на столике у боковушки и еле слышно постукивая плечом об обратную стену.
Шаг за шагом, Петр приближался все быстрее, решительно идя навстречу фантому, пока не споткнулся об ручку чемодана, лежавшего почти в проходе. Он на секунду выпустил тень из виду, инстинктивно опустив голову, но когда вернул ее положение, фантома уже не было. Была только дверь в туалет, открывающаяся с звонким скрипом. Когда она хлопнула о стену, Петр уже стоял рядом. Страшно было заглянуть внутрь и столкнуться лицом к лицу с этим серым, почти уверен, осязаемым существом. Как иначе он шуршал пакетом и ударялся плечом?
Собравшись с мужеством заодно, Петруша резко сдела шаг, так чтобы полностью стоять напротив входа в туалет. Он вздохнул с облегчением, увидев, что фантома там нет. Всё-же Петр решился зайти внутрь, ведь в раковине что-то лежало. Только сейчас студент понял, что это коробка с бумагой и ручкой поверх нее. Конечно, коробка заинтересовала Петра первая. Грязно-коричннвого цвета, аккуратная, плоская и небольшая. Внутри оказались ампулы, на каждой из которых крупными буквами было написано "МОРФИЙ".
Казалось, Петра уже ничего не удивит. Он взял с собой коробочку, ручку и бумагу, попытавшись открыть дверь назад. Сложно было заметить как она незаметно закрылась, пока студент в шоке глядел на ампулы. В любом случае, надо было выбираться назад. В глазах снова потемнело, в ушах раздался звон. "Черт, черт, черт, черт! Почему сейчас?" - действительно, контузия дала о себе знать только сейчас, или же... Подергав ещё пару раз ручку, Петр пришел к тому, что дверь отвалилась с жутким грохотом. На этот раз в коридоре никого не было.
Петр сделал пару шагов, опасаясь, что тень появится из-за угла. Он хотел вернуться за письмом, чтобы потом получше во всем разобраться, но его уже нигде не было. Продолжая движение, студент застыл в ужасе перед одним из окон. Мужчина средних лет и девочка-подросток смотрели на Петра широко раскрытыми, безжизненными глазами. В руке у каждого было по чашке, а бутерброд, когда-то лежавший на полу, оказался на столе. На окне кроваво-красным красовалась надпись "ЦИРК".
Студента замутило, возникло резкое желание убежать, но лишь только Петр обернулся, увидел тень, стоящую в проходе, качающую, на этот раз только головой.
— Что?.. Что ты от меня хочешь?! - не выдержав сорвался студент. Он сам испугался своего же крика, тут же зажав рот руками, хотя бояться следовало бы потери рассудка.
Тень спокойно кивнула на предметы в руках Петра. Студент дрожащей рукой выложил их на стол. Взял ручку, щёлкнул ей и обернулся на тень.
Та молчала, не придавая значения ничему, кроме своей цели.
Петр смотрел на нее секунды две, потом по его телу прошли мурашки и он вздрогнул от перенапряжения. Обернулся к окну, стараясь не смотреть на жуткие трупы на сиденьях, после чего осторожно вывел на листке слово "цирк". Снова обернулся на тень, но ее уже нигде не было. Она исчезла, убедившись, что Петр понял задачу. Оставив лист и ручку на столе и подхватив коробочку, студент выбежал из вагона, слушая свое бешено-бьющееся сердце. Конечно, ни в какой Центр Исследований Российского Климата отправляться он не собирался.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!