Вернутся к фанфику
Часть 3
10 февраля 2026, 22:00 Тевкр ёрзает где-то позади и сопит, кажется, уже отчаянно решившись не засыпать этой ночью. Тарталья уже даже не оборачивается к маленькой фигурке непоседливого братика, предпочитая этим копошениям вид спокойной снежной долины перед ними. Правда, перед ним не долина вовсе, а гора, да ещё и освещением служит только красная ерунда позади да догорающий уже костёр, но Чайльда это мало волнует.
Сейчас его куда более волнует возможность наконец-то отдохнуть. Он любит Тевкра, конечно же любит, и готов провести с ним хоть бы и вечность, но всё же у всех есть свои лимиты. Тарталья чувствует, что не выдержит ещё несколько часов странных вопросов, ответов на которые нет даже у всезнайки Чжун Ли, и вопиющих выходок на грани риска.
Это мило. Конечно, это мило. Это же его маленький непоседливый братик, его единственная родная семья, оставшаяся после всех совершённых им ошибок. Однако Чайльд уж точно не ожидал, что простая прогулка по снегу с останками дракона способна превратится в игру на выживание.
Он тоже был достаточно диким подростком, это так. Тарталья прекрасно помнит все свои выходки. Но как же, Бездна забери, мама справлялась с целой оравой маленьких хаосов, когда он, бывший великий воин Снежной и бесстрашный возлюбленный Гео Архонта, не может одолеть даже одного? Очевидно, пока солдаты практикуются с мечом, матери тайком учатся всё видеть, знать и слышать. Иного объяснения у Чайльда нет.
***
Чжун Ли подходит тихо. Он ничего не говорит, просто садится рядом, замирая в своём теплом коконе и смотря туда же, куда направлены глаза Тартальи. Вероятно, он тоже мало что видит. Всё же зрение юноши уже давно натренировано замечать каждую мелочь даже в кромешной темноте, и он сомневается, что Моракс обладает глазами со внутренним свечением. Однако Архонт всё равно не отрывается от какой-то далёкой точки, скорее всего, на самом деле даже зарытой в снегу. И Бездна забери, это не должно казаться таким правильным. Молчание не окружает их как эта ледяная ночь, даже наоборот. Эта тишина даже согревает, зависая вокруг них как мягкое тёплое облако. Чайльд легонько сдвигается поближе к Чжун Ли, кутаясь в шарф. Он пока не касается возлюбленного, но уже ощущает его влажное дыхание в холодном воздухе ночи. Чжун Ли кидает на него один быстрый взгляд, и Тарталья уже хочет растаять. Золотые глаза, сейчас светящиеся на самом деле, отбрасывают смешные рваные тени на щёки и нос Архонта. Вообще, подобному следовало бы вызывать восхищение или страх перед высшим существом, но Чайльд только улыбается. Моракс может быть кем угодно, но Тарталью это волновать никогда не будет. Конечно, иметь право находиться подле самого Архонта уже великая честь, но юноша она досталась слишком просто. Несомненно, он не станет намеренно издеваться над Чжун Ли или переть наперекор, однако Чайльд не отдаёт своё право голоса так легко. Он будет совершать собственные ошибки столько, сколько пожелает сам, и ни один Архонт Тейвата остановить его не сможет. Да, он и сам похож на Тевкра с нелепым стремлением найти себе приключения и уверенностью, что ему всё по плечу. Однако и что же? Тевкр так и не оказывается наказан или загнан в угол. Тарталья тоже продолжает поступать так, как пожелает сам. Может быть, в этом и есть слабость великого Моракса, но юноша считает это просто любовью. Чайльд подвигается ещё чуть ближе и кладёт свою голову Чжун Ли на плечо. Архонт не двигается, даже не вздрагивает, когда ощущает привычную уже тяжесть. Он лишь косит глаза на возлюбленного и смотрит так, словно хочет сжечь несчастное сердце Тартальи. Тевкр опять ворочается где-то позади, и глаза Чжун Ли вспыхивают ярче, словно предупреждая Чайльда, но юноша только легонько отмахивается. Скорее всего, братик итак уже давным-давно должен был начать что-то подозревать. Ничего страшного в том, чтобы позволить ему увидеть и это, нет. Чжун Ли просто молча принимает тишину и недвижимость Тартальи. Он всегда такой: не пытается забираться в отношения двух братьев и что-то исправлять, но всегда замечает и помогает. Иногда даже спрашивает разрешения, прежде чем помочь. Чайльд не знает, почему, но именно это заставляет его тысячу раз убедиться в том, что он сделал совершенно правильный выбор. Конечно же, он бы не потерпел плохого отношения к Тевкру, но настолько хорошего тоже не осмеливался ожидать. Порой Тарталье даже хочется проронить слезу, когда он видит, насколько может доверять Чжун Ли даже в вопросах о брате. Однако он, конечно же, держится. Плакать из-за того, чему следует радоваться, может позволить себе девочка вроде Люмин, но никак не отважный воин, мечтающий о титуле лучшего на весь Тейват. Это попросту глупо. Моракс оставляет на его щеке мягкий, тёплый поцелуй, который тут же начинает кусаться из-за окружающего их холода. Тарталья фыркает и закрывает глаза. Сейчас Чжун Ли и правда похож на большую ящерицу, выброшенную на мороз и отчаянно ищущую тепла в своей шкуре. Даже восхитительные всегда собранные тёмные волосы уже порядком извалялись в снегу от попыток поймать Тевкра и порой настигавшего их снегопада. Чайльду честно хочется извалять несчастного возлюбленного ещё больше, но ему слишком лень шевелиться. Эта слишком довольная ящерица ещё получит какое-нибудь наказание за то, что заставляет его сердце сжиматься, но позже. Сейчас день Тартальи и так был слишком уж насыщенным даже по его скромному мнению, да и Чжун Ли всё-таки выглядит слишком счастливым. Архонт мягко играется с рукой Чайльда, спрятанной в перчатке, о чём-то размышляя. Очевидно, не один Тарталья сейчас глубоко потерян в туманных тёплых мыслях, растекающихся по всему телу и согревающих кровь. Правда, юноша не уверен, так же приятно ли то, чем занят Моракс, но осмеливается надеяться, что он не озабочен делами Ли Юэ вместо отдыха. Здесь холодно и бело, как в Снежной. Было бы печально, если бы Чжун Ли не обратил на это внимания и продолжил переживать о делах жаркой Гавани. Конечно, это было бы хорошо для жителей, да и для несчастной госпожи Нин Гуан, к которой Чайльд уже проникся даже каким-то сочувствием, но это совершенно не то, чего хочется юноше. Аякс хочет ощущать Снежную, а не Ли Юэ. Ли Юэ может хоть тысячу раз оказаться его прибежищем, местом, где он нашёл спасение и буквальное возрождение, но семья для юноши всё равно осталась в Снежной. Он просто не может представить себе семейную жизнь в Гавани, полной торговцев и пылающей жаром в особенно солнечные дни. Для него семья как раз и есть тепло, разделённое поровну на всех, ограждающее от холодной тёмной ночи. У Чжун Ли ассоциации, конечно, должны быть другими, но Тарталья не особенно об этом задумывается. Не ему лезть в сердце Властелина Камня с нелепыми вопросами, если тот не считает нужным этим поделиться. Не жениться же им, в конце концов. Это просто невозможно, а потому Чайльд даже не хочет забивать себе голову. Аякс и так уже имеет куда больше, чем смел мечтать. Свободу от приказов, настоящую свободу, а не бесчисленные кутежи среди солдат или худших из приближённых Богини Любви, лишь бы забыться и не перебирать в уме самые отвратительные подробности чётко построенных схем обмана. Товарищей, на которых он на самом деле может положиться, а не плюющихся ядом коллег, от которых можно ожидать как неожиданного почти незаметного проявления человечности, так и предательства настолько жестокого, что лучше уж сразу повеситься. И, наконец, что кажется ему самым важным, любовь. Как забавно, что в регионе Любви он так и не смог обнаружить свою суженую, а регион Контрактов преподнёс ему самого Бога. Куда ему мечтать о большем? Конечно, Тарталья подумывал найти себе девчушку подобрее да помилее и взять в жёны, только это уже тогда было лишь жалкое оправдание. Ни девчушки, ни новой семьи Чайльд не хотел. Он был воином Царицы, Предвестником, Бездна забери, и такая глупость просто не могла казаться ему стоящей. Однако это помогает ему открыть глаза. А так ли много на самом деле значит брак? Господин Чжун Ли, этот уж слишком помешанный на традициях и законах старый дурак не сможет ничего сделать. Технически они считаются созданиями одного пола, а потому не могут позволить себе такой роскоши, как свадьба. К тому же, Тарталья и сам не стремится к этому. Что это изменит? Чайльд уверен, что просто любить и быть любимым уже более чем достаточно. Всё остально так, мелочи, жалкие формальности для тех, у кого слишком много свободного времени, вот и необходимо от него как-то избавляться. — О чём ты думаешь? — тихо осведомляется Чжун Ли, заглядывая скорее даже не в глаза, а в самую душу. Тарталья вздыхает. Он никогда не был мастером искренних признаний, тем более, таких глупых, но иного выбора у него, очевидно, нет. Моракс умеет быть настойчивой ящерицей, когда хочет, и Чайльд понимает, что куда проще будет сдаться и рассказать честно. Только не засмеёт ли его Чжун Ли? Зачем он вообще начал думать о браке? — О семье, — бормочет Чайльд себе поднос и поспешно добавляет, когда замечает напряжение заинтересованности. — Тевкру так грустно без них. Это не совсем ложь, но и не полная правда тоже. Юноша действительно не может забыть, сколько горя переносит его несчастный маленький братик без тех, кого уже нет. И, что хуже всего, Тевкр остаётся в невинном неведении. Каждый вопрос о родителях и братьях с сестрой оказывается острейшей иглой, о которой малыш просто не имеет представления. За что ему была уготована такая судьба? Моракс вздыхает. Наверное, он куда лучше понимает, какого это — потерять близкого. Сколько раз он должен был через это пройти? — У него есть ты, Аякс, — мягко говорит Архонт, едва заметно печально улыбаясь. — И ты даёшь ему веру. Я бы не смог представить семьи более счастливой. Отчего эти слова звучат не как простая попытка подбодрить?Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!