8 глава

Так Му Иси остался в семье Му. Помимо восстановления после травм, ему предстояло начать обучение. Летние каникулы еще не наступили, поэтому на следующий день после знакомства с Му Иси Му Ици и Му Исюань вернулись в школу. Они учились в престижных учебных заведениях Синьаньчэна — начальной школе «Яань» и детском саду при ней. Му Ици был первоклассником, а Му Исюань посещала среднюю группу детского сада. Ученики начальной школы могли жить в кампусе, поэтому Му Ици приезжал домой только раз в неделю. Му Исюань же возвращалась ежедневно. Занятия начинались в восемь утра и заканчивались в половине пятого. Большую часть времени Сюй Цинли отвечала за сопровождение девочки в школу и обратно, а после возвращения занималась ее воспитанием. Му Иси был почти ровесником Му Ици. Госпожа Му хотела определить его в тот же класс, чтобы мальчики учились вместе. Первоначально ее беспокоило, что Му Иси никогда раньше не посещал школу и может отставать от программы. Однако в больнице она заметила, что у него уже есть базовые знания. На вопрос, где он учился, мальчик ответил, что его обучали «тети и сестры». Госпожа Му предположила, что речь шла о соседках или волонтерах. До летних каникул оставалось немного времени, и она решила нанять преподавателей для дополнительных занятий. Сюй Цинли вызвалась помочь. — Сударыня, не беспокойтесь. Старший молодой господин очень способный и послушный. Никаких проблем не возникнет… Или вы сомневаетесь в моих педагогических навыках? — сказала Сюй Цинли. У нее уже был преподавательский сертификат. Последнюю фразу она произнесла с легкой игривостью. Госпожа Му относилась к ней почти как к младшей сестре. Кроме того, Сюй Цинли прекрасно заботилась о Му Исюань, поэтому сомнений у нее не возникло. Тем не менее, она спросила мнение самого Му Иси: — Ты не против, чтобы сестра Цинли учила тебя чтению и письму? Му Иси покраснел и серьезно кивнул: — Спасибо, сестра Цинли. Сюй Цинли подготовила материалы и начала занятия. Она объясняла все просто и доступно, проявляя терпение и мягкость. Несмотря на то, что Му Иси был внебрачным сыном, появившимся в семье неожиданно, она не относилась к его обучению спустя рукава. Если бы она работала в школе, наверняка стала бы одним из самых любимых преподавателей. Нравилась ли она Му Иси? Разумеется, он «любил» ее ровно так же, как и она его. Остальные могли сомневаться в его происхождении, но Сюй Цинли — нет. Взглянув на его возраст и внешность, она сразу догадалась, что он незаконнорожденный сын Му Цзюжуна. Вероятно, она также знала о его матери, Ху Цинь, и ее мотивах. Му Иси не исключал, что именно Сюй Цинли стояла за внезапным появлением Ху Цинь и последовавшим скандалом. Он был живым доказательством того, что Му Цзюжун принадлежал не только госпоже Му. Сюй Цинли радовалась его присутствию, ведь оно вонзалось в сердце госпожи Му, как шип. Она прилагала все усилия, чтобы обучить Му Иси, надеясь, что он превзойдет Му Ици. Ей хотелось, чтобы госпожа Му увидела, как ее законный сын проигрывает бастарду. Му Иси притворялся перед госпожой Му двенадцать лет, и его игра была настолько убедительной, что обмануть Сюй Цинли не составило труда. Тем более, она не воспринимала всерьез застенчивого шестилетнего мальчика, пережившего жестокое обращение и наконец попавшего в роскошные условия. Из-за своей молодости она иногда позволяла себе проявлять истинные эмоции перед тем, кого считала безобидным. В прошлой жизни Сюй Цинли не причинила ему вреда, поэтому он не вмешивался в ее дела. Но теперь он был полон решимости защитить госпожу Му. Хм… Заодно и Му Ици с Му Исюань. Он пристально следил за Сюй Цинли. Если бы она перешла границы, он без колебаний отрубил бы ей руки. Му Иси никогда не был благородным или джентльменским — он привык действовать подло и расчетливо. Таким образом, Му Иси и Сюй Цинли прекрасно ладили. Вскоре она вошла в круг людей, которых он «любил» больше всего после госпожи Му. Госпожа Му была спокойна. Как будущая глава семьи Му, она была чрезвычайно занята — ей приходилось управлять множеством дел и постоянно учиться. Тем не менее, она находила время для детей. Даже после появления Му Иси она относилась к нему так же, как к родным. Из-за его травм забота о нем усилилась. Убедившись, что Сюй Цинли — отличный педагог, госпожа Му полностью доверила ей обучение. Без постоянного контроля со стороны госпожи Му отношение Сюй Цинли слегка изменилось. Настоящий шестилетний ребенок вряд ли заметил бы это, но Му Иси почувствовал сразу. Это была зависть, смешанная с мимолетным торжеством. Сначала Сюй Цинли радовалась страданиям госпожи Му из-за появления Му Иси. Но когда та проявила к нему материнскую заботу, не вступив в конфликт с мужем, Сюй Цинли разочаровалась. Существование Му Иси било не только по госпоже Му, но и по ней самой. Госпожа Му не была единственной женщиной Му Цзюжуна и не одна родила ему ребенка, но сама Сюй Цинли даже не входила в круг его интересов. Госпожа Му превосходила ее в красоте и происхождении. Но чем Ху Цинь лучше? А ведь она смогла соблазнить Му Цзюжуна и родить ему сына. Эти мысли заставили Сюй Цинли мрачно наблюдать за Му Иси, усердно выводящим иероглифы. Ее слова звучали естественно, но в них сквозили нотки яда: — Госпожа очень заботится о вас. Она относится к вам, как к родному сыну. Или: — Сяо Си скоро будет учиться в одном классе со вторым молодым господином. Он наверняка знает ответ на этот вопрос. Тебе нужно стараться. А также: — Второй молодой господин — лучший ученик в школе. Он гордость госпожи. Основной посыл сводился к двум вещам: Му Иси — не родной сын, а Му Ици — выдающийся наследник, которым госпожа Му по праву гордится. На первый взгляд, в этих словах не было ничего предосудительного — ведь это правда. Посторонний слушатель решил бы, что Сюй Цинли просто учит Му Иси благодарности и усердию. Но для приемного сына, живущего в чужом доме, такие намеки могли стать семенами будущего недовольства. Именно этого добивалась Сюй Цинли. Она не ждала мгновенного результата — ей нужно было посеять зерно сомнения в сердце Му Иси и терпеливо ждать, пока оно прорастет. Когда-нибудь это пригодится. Му Иси делал вид, что принимает ее слова за чистую монету, чем очень ее радовал. Помимо работы над ним, Сюй Цинли зондировала отношение госпожи Му. Если бы она невольно сказала что-то обидное в присутствии Му Иси, эффект был бы сильнее. — Старший молодой господин очень талантлив. Ему достаточно одного объяснения. Он послушный и трудолюбивый, ничуть не уступает второму молодому господину. Неудивительно, что госпожа так его любит, — доложила Сюй Цинли, когда госпожа Му поинтересовалась успехами мальчика. Му Иси стоял рядом. Она намеренно сравнивала его с Му Ици, зная, что ни одна законная жена не потерпит, чтобы бастарда ставили в один ряд с ее сыном. — Сяо Си действительно молодец. Спасибо за ваши старания, — ответила госпожа Му без тени сомнения. — Старший молодой господин выдающийся. Когда он вырастет, станет отличным помощником второму молодому господину, — продолжила Сюй Цинли. — Зачем заглядывать так далеко? Пусть сами решают свою судьбу. Больше не говорите такого, — госпожа Му не придала значения этим словам. Она и не думала делать из Му Иси слугу для Му Ици. Поманив мальчика, она мягко сказала: — Сяо Си, учись в своем темпе. Не перегружай себя. Му Иси поднял голову: — Сестра Цинли сказала, что я такой же способный, как младший брат! Сюй Цинли внутренне обрадовалась. Ее «уроки» давали плоды: Му Иси сам завел разговор о сравнении с Му Ици в присутствии госпожи Му. Та погладила его по голове: — Сестра Цинли права. После того как Му Ици начал учиться, госпожа Му видела его редко и скучала. Лицо Му Иси, так похожее на сына, приносило ей утешение. Му Иси радостно добавил: — Вчера я ошибся в четырех задачах по математике, а сегодня только в двух. — Он показал два пальца. Улыбка Сюй Цинли застыла. Му Ици даже с закрытыми глазами решил бы все задачи начального уровня. Хотя Му Иси говорил правду, после ее похвалы о его «выдающихся способностях» такая откровенность выглядела как пощечина. Тут Сюй Цинли осознала: перед ней шестилетний мальчик из низов, не получивший должного воспитания. Он не был так умен и проницателен, как дети из знатных семей. — Ты значительно продвинулся. Продолжай в том же духе. В награду получишь дополнительную сладость, хорошо? — сказала госпожа Му. — Хорошо! — Му Иси с благодарностью прижался к ней. Сюй Цинли почувствовала, что все ее усилия пошли прахом. Кусочек пирожного — и он уже предан ей всей душой. Было ли что-то более пошлое? Казалось, он слушал ее слова, но совершенно не понимал их смысла. «Типичный бастард. Бесполезный ублюдок», — мысленно выругалась она. Убедившись в его «недалекости», Сюй Цинли перестала стараться. Хотя она по-прежнему пыталась сеять раздор, боялась, что он, не задумываясь, повторит ее слова госпоже Му. Однажды он едва не проговорился, чем сильно напугал Сюй Цинли. Теперь она тщательно подбирала выражения, но если намеки были слишком туманными, Му Иси их просто не улавливал. Она годами скрывала свои мысли от Му Цзюжуна и госпожи Му, но не смогла обмануть шестилетнего ребенка. Это раздражало и злило ее. Порой она срывалась на Му Иси, но тот даже не замечал этого. Постепенно Сюй Цинли расслабилась. В семье Му все были умны и проницательны — даже Му Ици и Му Исюань. Она всегда была настороже, боясь разоблачения. И только с «бестолковым» Му Иси могла вести себя свободно. Ее пренебрежение, вызванное презрением, было тщательно замаскировано, и Му Иси якобы ничего не замечал. Но нашелся тот, кто заметил. Тот, о ком Сюй Цинли даже не подумала бы. Это была Му Исюань.