Часть 2

“Чего это он…” – подумал Лололошка, идя за сверкающей ниткой, единственным проводником в этой кромешной темноте. — Мог бы и имя сказать, хм, – хмыкнул тихо гость, надеясь, что владелец сна услышит, но ничего дальше не произошло, разве что, нитка начала потихоньку тускнеть. “Черт! Я же без него не выберусь, его же сон” – ругнулся про себя Лололошка и побежал по тропинке. Странности не заканчивались, по мере приблежения к красноглазому парню, нитка снова начинала светиться и окрашиваться в золотистый цвет. “Это знак” Лололошка стал мчаться быстрее, но вдруг наступила кромешная темнота. Тропинка вдруг исчезла, приглушенного света тоже не стало, буквально ничего, одна лишь нить светиться. “Вот бывают же сны у некоторых” Парень сбавил темп и стал шагать осторожно, двигаясь за нитной. Изначально он хотел познакомиться с белобрысым парнем, но когда тот назвал его проекцией мозга, так еще и взъелся за не за что, то слегка обиделся. Лололошка бы просто исчез, но по непонятным причинам не мог, так еще в голове застрял тот странный образ красноглазого, вот-вот он был готов рухнуть от накопившийся усталости. Ему даже стало жаль его, что же за жизнь у того парня раз устает даже во сне? “Нить стала светиться так же, как и тогда, когда мы стояли совсем рядом” И не зря, наконец-то Лололошка увидел спину владельца сна, который даже не сказал собственное имя. Он стоял неподвижно, будто всматриваясь во что-то, правой рукой держался за шею, а его плечи слегка подрагивали. — Хей, я тебя нашел, ну и пришлось мне повозиться в твоем сне, – чуть громче сказал парень и стал двигаться ближе к знакомой фигуре. — Люциус, вот что ты сделал? – раздался строгий голос незнакомого человека. Лололошка сомкнул губы и сжал руки, увеличил темп. — Брат… Ничего… – всхлипывая говорил кто-то маленький. — Люциус, Люциус… Ты знаешь, что вещи в доме тебе трогать нельзя, почему теперь я вижу изрисованную картину, м? — Это…Я… Хотел порисовать… — За такое последует наказание, в принципе ты и сам это знаешь. —Да…Бр… – прозвучал писклявый голос. Слыша все новые подробности, Лололошка наблюдал, как рука на шее незнакомого парня все больше сжимается. Еще немного и он не сможет нормально дышать. — ДА ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ! Лололошка закричал, подошел ближе и крепко взял чужую руку, не думая отпускать. Он заглянул в чужие глаза и обнаружил в них лишь тревогу. — Да что ты знаешь, – взгляд быстро стал осуждающим. Люциус вытер небольшой пот с лица. Он пытался вырвать руку у собеседника, но попытка провалилась. Ему стало противно, противно от себя самого, противно от того поведения, что сейчас демонстрирует. — Отпусти меня! – еще раз, снова не получилось. — Чтобы что? Чтобы опять обнаружить тебя в таком состоянии? Знаешь ли это не в первый раз! Может я тебе помочь пытаюсь? — Да не нужна мне твоя помощь, я тебя вообще не знаю! — Лололошка я! – крикнул он, а потом продолжил тише, – мне не важно знать человека, чтобы предложить ему свою помощь, да и какая помощь в здешних рамках, я могу выслушать тебя, это обязательно поможет и никак не навредит, да мы с тобой возможно больше не встретимся! Люциус замолчал и прикусил губу, действительно, его доводы были вполне обоснованы. Лололошка вздохнул, почувствовав, когда атмосфера перестала быть такой напряженной, опустил чужую руку. — Ну что? Нужна помощь? – он спросил это снова, ожидая положительный ответ. — Нет, – твердо сказал Люциус, – ненавижу принимать чью-либо помощь. Он выпрямился, отрыхнулся и начал пялиться в чужие глаза. — Что ты на меня смотришь? — Давай вместе выберемся из этого сна? – красноглазый протянул руку с ниткой на мезинце, – возьми меня, когда мы держимся, я не слышу назойливый голос брата, ц. Люциус цокнул и отвел взгляд, но руку не убрал, его заостренные уши немного покраснели. — Хорошо, я помогу тебе, – Лололошка лишь улыбнулся и положил сверху свою ладонь и скрепился пальцами. — Я тебе сказал это не помощь мне, хм, – резко ответил собеседник. — Как скажешь! – он сжал чужую руку еще сильнее, от чего красноглазый немного смутился и опустил взгляд в пол. Он впервые, кроме как в детстве, держал чью-то руку, ему впринципе чужды какие-либо прикосновения. Ладно, чтобы выбраться из сна, парень был готов и на это. — Пойдем, – Люциус сделал пару шагов и перед ним снова появилась белая тропинка, освещенная черными столбами фонариков, – вау, впервые тут так светло. Он действительно удивился, впервые его донимали не болезненные воспоминания, а слишком яркий свет. — А я уж думал, что сон полный отстой, а тут вот какая красота, – не сдержался Лололошка. Он изредка поглядывал сверху-вниз на собеседника и умилялся с его реакции. — Я тоже такое впервые вижу… – не пряча удивления, сказал Люциус и посмотрел наверх. Небо осталось таким же темным, но оно теперь не вызывает никакого беспокойства, как было раньше, а лишь некоторое умиротворение, может это было из-за излишнего света? На этот вопрос он так и не нашел молниеносный ответ. Люциус пошел дальше, молча. Ему было стыдно, стыдно за все. Стыдно за свою слишком поспешную и агресивную реакцию, наверное стоило бы извиниться, но некая сущность внутри не позволяла. Кажется, одно извинение – смерть. Люциус вздохнул, поразмыслив, что это еще одно последствие воспитания в доме старшего брата. — Все хорошо? – спросил нежный голос где-то сверху. Лололошка беспокоился за своего нового знакомого, учитывая некоторые особенности его жизни. Люциус вздрогнул от резкого звука. — Да, – сухо ответил он. — Это славно… Чем ты любишь заниматься? Лололошка пытался хоть как-то завести диалог, а то шагание в тишине напрягало даже его. — Да так, офисный планктон в дочерней компании отца, – с некой грустью ответ тот. — Ты кажется не понял мой вопрос. Что ты любишь? Что тебе нравится? Как тебе нравится проводить время? Парень в шарфе остановился и посмотрел собеседнику в глаза, тот лишь поднял взгляд полный недоумения. — Что? Видимо ничем… Правда иногда я делаю оригами из ненужных документов, но те быстро оказываются в мусорке по совету брата. А что насчет тебя? Лололошка лишь грустно улыбнулся. Перед ним стоял человек жизнь которого полностью контролировал кто-то родной, ну как после этого сохранять самообладание? — Понимаешь… Тебе не обязательно выкидывать эти бумажки, разве ты сам хочешь этого? — Я вроде ожидал ответа на другой вопрос, – с маленьким раздражением проговорил Люциус, – но ради исключения прокомментирую и твои слова, нет, я не буду противоречить собственному брату, это всегда плохо заканчивается. — Но это твоя жизнь, разве у тебя нет собственного мнения на все его слова? – Лололошка сотресал всю душу своими голубыми глазами. — Отстань. Люциус отвел взгляд и резко пошел вперед, так, что незнакомцу пришлось поспевать за ним. — Тот факт, что ты сейчас пытаешь убежать не сулит тебе ничего хорошего, – послышалось где-то сзади,делав пару шагов, парень остановился, Лололошка вздохнул и подошел ближе, – тебе стоит… — Стоит что? – эмоционально крикнул Люциус, вздёрнув свою руку, – идти против брата? Против этого жестокого карьериста? Нет уж, я лучше потерплю, пока он про меня вовсе забудет. Люциус продолжал кричать, ком в горле продолжал нарастать. Лололошка слегка вздрогнул, но не отошел ни на метр, людям важно быть вместе с такие моменты. — Да что ты про меня вообще знаешь!? Ты… Появился из ниоткуда и еще поучаешь меня!? Ты… Боже… Да с кем я вообще разговариваю… Он опустил взгляд в пол, чтобы скрыть очередные капли слез. Все, что связано с его семьей, как нож по сердцу. Лололошка в один миг оказался совсем близко к владельцу сна, взял того за щеки ладонями и пондял наверх, заставляя заглянуть в свои глаза. — Ты сильнее, чем тебе кажется. Хватит убегать, – голос был тверд, а руки теплы. — Я сильнее, поэтому не позволю кому-то, как ты влиять на меня! Хватит! Отпусти! — Люциус поднял свои руки, пытаясь убрать чужие, но те были непреклонны. — Ты все сможешь! – настойчиво произнес Лололошка. — Да ничего я не могу! Доволен!? Ты этого добивался!? – белобрысый опустил свои руки и вновь заплакал. — Да, сначала нужно принять в себе беспомощность и страх, а потом уже что-то делать, – руки Лололошки соскользнули с щек на плечи, он прижал Люциуса к себе в объятия, – ты можешь проплакаться, тебе полегчает, обещаю. Люциус уже не мог сопротивляться и просто провалился в чужую грудь, иногда похлипывая, заплакать на разрыв не позволяла гордость, а не плакать вовсе – сложно. Иногда он бил кулаком в чужую грудь, таким образом сопротивляясь, но Лололошка спокойно выносил все тяготы, ведь для него нет ничего важнее, чем помочь человеку. Золотая нить, что связывала их пропала. Они оба заметили ее исчезновение и просто молча ждали конца сна. — Наверное, я должен сказать тебе спасибо? – спустя некоторое время тихо прошептал буйный парень. — Ты можешь не говорить. — Без тебя сон был бы еще ужаснее. — Это сойдет за спасибо. В следующую секунду Люциус проснулся от назойливого будильника. Он встал, поморщился от вида разбросанных вещей, но с удивлением для себя вздохнул с облегчением. Это был самый лучший сон за последние полгода. Парень взял в руки телефон и запостил от своего лица что-то в твиттер, своего рода личный дневник. [Люциус] Сегодня я видел странный сон. У вас тоже бывает такое, что мозг генерирует рандомных людей, чтобы помочь справиться с переживаниями? Он запостил это и отложил телефон, сегодня обещается хороший день, завернул за угол в душевую, как не заметил новое сообщение. [Lololowka] Братан, тебе тоже?