Вернутся к фанфику
Часть 1
12 июня 2025, 21:52Гул в партере заглушал собственные мысли, но Андрей улыбался. Зрители тянулись со всего зала за автографами и чтобы просто взглянуть на своего кумира поближе. Миронов улыбался так, как всегда умел - широко, искренне, с легкими морщинками у глаз, что делало его ещё обаятельнее. "Андрей Александрович!" - кричали голоса, и он тут же быстро ставил подпись на собственных фотографиях.
Он любил свою работу. Каждой частичкой своего тела он благодарил судьбу за подаренную возможность полностью растворяться в персонажах, отдавая всего себя. Это был его мир, отдушина, истинное призвание, которое наверняка было предопределено свыше. Здесь, на театральных подмостках, на съёмочной площадке он чувствовал себя по-настоящему свободным, и это чувство опьяняло.
За такой невероятной энергетикой и оптимизмом скрывались комплексы, страхи и бездонная усталость, проникающая в самые кости. Но об этом никто не должен был знать.
Когда раздача автографов затянулась, Миронов прошмыгнул между коллегами за кулису, скрывшись от глаз многочисленной толпы. Он шел по узким коридорам, пробираясь к своей гримерке через вешалки, которые были увешаны костюмами и реквизитом. Где-то над головой раздражающе мигала лампочка, которую никто не торопился менять уже которую неделю. Андрея начало подташнивать от усталости и жары, а теперь ещё и от мигания в глазах двоилось. Он ввалился в свою гримерку и рухнул в кресло, закрыв глаза и глубоко вздохнув. Очередной тяжёлый день давил его как прессом. Потянувшись к тумбочке и нащупав там таблетки, он тут же выпил одну и откинулся на спинку стула.
Плучек вошёл в гримерку, довольно улыбаясь:
- Ну что, отыграл, мой золотой, - режиссёр закурил, дрожа от возбуждения после успешного спектакля. - зрители чуть с кресел не выпрыгнули от восторга.
Андрей устало кивнул и расстегнул верхнюю пуговицу костюма, который уже начинал душить.
- Я рад...
- Сам-то как думаешь, как отработал? - голос Плучека вдруг сменился на менее радостный тон.
- Как-как...вполне хорошо! - попытался отшутиться блондин, но от взгляда мастера улыбка пропала так же быстро, как и появилась.
- Да? Вот как...А мне что-то так совсем не показалось. Эти вечные импровизации...ты понимаешь, что это не всегда уместно? Или может тебе лучше знать, как пьесы ставить? У Рязанова снялся, так теперь всё, звездой себя почувствовал?! - казалось, разъяренный голос Плучека раздавался на весь театр. Нескончаемый поток критики, смешанный с колкими высказываниями, усиливали головную боль.
Андрей слушал. Слушал, сжав челюсти, и смотрел на свое отражение в зеркале. Так и хотелось взорваться, высказаться обо всем, что накопилось, но он не мог. Не тогда, когда рядом такой уважаемый человек и режиссёр.
- Надо пахать, Андрей! Па-хать! Это искусство, здесь мало кривляться, надо работать, работать над собой, над речью, над мыслями! С утра до ночи, ты понимаешь?!
- Но я не робот.
Андрей повернулся к Плучеку и посмотрел практически беззащитно, как мальчик, которого отчитали за двойку за поведение. Валентин вздохнул и протёр потный лоб платком.
- Я же как лучше для тебя хочу. Не время расслабляться, и ты это знаешь. Пока есть спрос, должно быть и предложение.
Плучек всматривался в лицо Миронова, раздумывая, стоит ли говорить дальше.
- Ты наш бренд, Андрей. И я сделаю все, чтобы спрос на тебя не упал. Это для твоего же блага. - режиссёр похлопал его по плечу своей пухлой рукой. - завтра после твоих съемок прогон нового сценария, прочитай всё ещё раз, разбери, ладно?
Андрей лишь автоматически кивнул, потупив взгляд в одну точку.
По пути домой Миронов пытался не уснуть прямо за рулём. От этого его останавливало лишь то, что шею ужасно ломило, эти дни тяжёлым грузом оседали на его плечах. Снова та же дорога, двор, подъезд, лифт, квартира...все это так надоедало. Андрей вошёл в тихую, пустую квартиру и бросил ключи на тумбочку. Включив свет, он снял туфли и поплелся в спальню.
Тишина. То, что он так ценил в своей квартире. Здесь не было ни вспышек фотоаппаратов, ни толпы фанатов, ни требований. Не нужно было притворяться и играть. Только тёплый свет от люстры и бездонная усталость, которая успела пропитать его насквозь. Андрей стянул с себя рубашку и рухнул на кровать, накидывая на себя прохладное одеяло.
Маска упала. Под ней не было привычного для всего окружения оптимизма и жизнерадостности. Только безграничные сомнения и страхи, что он делает недостаточно.
Андрей закрыл глаза, когда почувствовал что веки уже невозможно держать открытыми. Любил ли он эту работу? Да, безусловно...он жил ею. Но любил ли он то, во что превратилась его жизнь из-за неё? Ответа он не знал, да и сил думать больше не было, когда он провалился в сон.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!