Вернутся к фанфику
4. Потому что она ведьма
9 декабря 2023, 21:05Какими бы угрожающими ни были слова говорящего кота, Тэхёну не следовало поддаваться.
У него ведь был план. Даже два!
— Кхм-кхм, — он прочистил горло, переводя взгляд с янтарных глаз на карие и решая, на каких бы сосредоточиться.
Кот смотрел безотрывно, даже не моргая, но Михо казалась не настолько враждебно настроенной, поэтому Тэхён установил зрительный контакт с ней. Вглядываясь в карюю глубину, он старался её пленить.
— Ты ничего не видела, — его низкий бархатный голос прокатился по мансарде, отдаваясь шелестящим эхом. — Ты ничего не…
— Ты?! — Бомгю привстал на задних лапах, чтобы дотянуться до Тэхёна и загородить ему парочку когтей не только в белый рукав, но и в бледную кожу. — Чего это ты ты-каешь ей?
Было неприятно, даже больно. Тэхён поморщился, но смотреть на Михо не прекратил. Он до последнего верил, что она поддастся, но ему давно нужно было признать, что его гипноз не просто барахлит, а совсем не работает.
Папа сказал, что так бывает после сильных потрясений, и что рано или поздно всё наладится, но чем чаще вампирские способности подводили Тэхёна, тем больше он убеждался в том, что ничего не будет как прежде.
Благо, его способность обращаться летучей мышью, на которую Бомгю точил зуб, всё ещё была при нём. Это позволило ему выскользнуть из мягких пушистых лап и узреть ещё большее удивление на лице Михо. У неё даже рот приоткрылся, настолько она была поражена его обращением.
Прежде она уже видела обращение Бомгю из кота в человека и обратно, и наравне с бабушкой, которую это обычно пробирало едва ли не до слёз, восхищалась пятисекундным процессом. А как иначе? В одно мгновение он был пареньком с раздражающей ухмылочкой, а в другое — пушистым, мягким чучелом-мяучелом.
С Тэхёном было практически так же, за исключением того, что он превратился в летучую мышь с продолговатой мордочкой, блестящим чёрным носом, большими карими глазами-бусинками, что смотрели испуганно, прижатыми ушками, тощим тельцем и слишком большими для него чёрными крыльями, которые в свете лампы отдавали красным.
Он поднялся к косому потолку, загоняя себя то в один угол, то в другой.
— Я его поймаю! — решительно заявил Бомгю, а его увеличившиеся при пристальном наблюдении чёрные зрачки демонстрировали пугающий восторг хищника.
— Даже не… — приказ Михо был прерван кошачьим воем, а потом грохотом сыплющихся с письменного стола вещей.
Тэхён подавался к окну, а Бомгю уже взбирался по шторам; Тэхён летел к люку в полу, а Бомгю уже был у крышки, опасливо поднимая когтистые лапы, чтобы как следует загородить летучему.
Михо запыхалась, только наблюдая за ними и стараясь сказать что-нибудь, чтобы они прекратили.
Она так устала после работы, что у неё совсем не осталось сил на решение конфликтов между котами и мышами. К тому же, в двери позвонили.
Звон заставил Бомгю опуститься на все четыре лапы, а Тэхёна воспользоваться секундной передышкой и присесть на пыльную верхушку одного из деревянных стеллажей, оставляя на ней следы от лапок.
— Прекращайте ссориться, — Михо, наконец, смогла сказать что-то, адресуя упрекающий взгляд в основном коту. — Я пойду и выясню, кто пришёл, а вы разойдись немедленно. Бомгю — в спальню, господин Ким, вы… прилетайте на кухню, пожалуйста. Мы не можем оставить всё так. Придётся поговорить.
Она тяжело выдыхала, устало потирая виски и всё ещё подрагивая из-за холода.
— К нему так на вы, — запричитал Бомгю, цепляясь когтями за деревянные половицы, пока Михо старалась стащить его с мансарды.
— Ради всего святого, уймись, — шептала она ему, разочек оглядываясь на дыру в потолке, чтобы проверить, последует за ними Тэхён или нет.
— Ты не понимаешь, — Бомгю шипел. — Ведя себя с ним уважительно и оставляя его одного, ты буквально благословляешь его на побег. Он сейчас выпорхнет в окно. Вот увидишь. И плакали наши денежки…
— Мои денежки, — шёпотом исправила его Михо. — Так что позволь мне самой решать, как мне и с кем разговаривать.
Она опустила кота на пол, а затем осторожно подтолкнула ногой к двери спальни. Она была ласковой, но он всё равно почувствовал себя оскорблённым, потому что с Тэхёном она явно была ласковее. За что, спрашивается? За то, что задрал цену за этот паршивый дом? Или за то, что умничал прошлым вечером, не позволяя ей обустроить даже спальню под себя?
Бомгю хрипло выдохнул.
— Ну конечно! — пробормотал он, догадываясь, что Михо слишком долго отвечала на подавленный взгляд. Тэхёну наверняка удалось её загипнотизировать.
Некоторым вампирам достаточно и мгновения, чтобы наложить чары, а у них было гораздо больше времени. Да и не каждая ведьма сможет противостоять, а уязвимая из-за личных проблем — тем более.
Но Михо не чувствовала себя околдованной. У неё лишь немного болела голова. И заболела ещё больше, когда она открыла двери, с недоумением глядя на стоящего на пороге Домёна.
Если он и залетал домой после работы, переодеваться не стал — деловой костюм выглядывал из-под распахнутого чёрного плаща. Зато рабочий портфель заменил прозрачный пакет, забитый судочками с закусками и полноценным ужином, а может ещё и завтраком. Михо сразу узнала этот набор — у родителей в таком вся еда хранилась.
— Ты дома, — Домён констатировал факт с неким облегчением. — А я тут как посыльный от твоей бабушки. Впустишь?
Он знал, что его она запросто могла выставить, но упоминание её родных автоматически лишало её такой возможности. Ей ведь наверняка потом позвонят, чтобы выяснить, спрятала ли она закуски в холодильник, попробовала ли всё, поделилась ли с Бомгю.
— Прости, — Михо вытянула левую руку, правой крепче сжимая дверную ручку, — у меня тут не прибрано. Не хочу, чтобы это кто-то видел.
Даже если бы не ситуация с Тэхёном, она всё равно его не впустила. По её мнению, всё ещё было слишком рано. Он дал ей недостаточно времени.
— Да брось, — Домён приблизился, игнорируя её слова. — Мне всё равно на бардак. Я ведь пришёл к тебе.
Его грудь, обтянутая белой рубашкой, упёрлась в девичью ладонь, и Михо пришлось приложить силу, чтобы заставить его отойти на шаг от порога.
Домён был высоким и крупным парнем, в объятиях которого ей обычно было удобнее всего, но сейчас, поглядывая на эту гору перед собой, она не чувствовала никакого комфорта, только обиду и бессилие. Страх, что она никогда с этим не справится, заставлял её дрожать ничуть не хуже холодного ветра, обдувающего её разгорячённое после душа тело и забирающегося в рукава и штанины пижамы.
— Не сегодня, — сказала она, с трудом сглатывая ком в горле. — Давай мне еду. Это всё бабушка передала?
Домён сжал пакет крепче, чуть хмуря густые чёрные брови и глядя на Михо так, словно во всём произошедшем была виновата только она, словно это её на измене поймали, а не наоборот.
— Долго ты ещё собираешься избегать меня? — спросил он, больше не пытаясь поддерживать непринуждённый тон и позволяя себе парочку упрекающих ноток. — Хоть понимаешь, сколько всего мне приходится выслушивать из-за твоего переезда? Родители думают, что у нас какие-то проблемы. Я уже не знаю, как им доказывать, что всё в порядке…
— Считаешь, что всё в порядке? — Михо хотела бы смотреть на него убийственно, чтобы чувство вины не вздумало его покидать, но её взгляд исподлобья наверняка выглядел жалко.
Её голосу не хватало твёрдости, действиям решительности, а самой ей смелости. Она по-прежнему колебалась, не зная, что ей делать со всем этим — бросить или оставить как есть?
— Михо, — Домён произнёс её имя как можно мягче, всё-таки вспоминая, кто именно провинился, — сколько ещё мне нужно извиниться? Сколько ещё сказать, что я даже ничего не помню?
— Если не помнишь, можно считать, что этого не было?
Он покачал головой скорее автоматически, нежели с осознанием того, какую глупость пытался ей продать, только бы их свадьба не отменилась. Конечно, он ведь вложил в это столько денег и пригласил столько друзей…
— Это было всего раз, — с напором произнёс Домён. — Лишь раз, Михо. И больше никогда не повторится. Клянусь. Это ведь даже не назовёшь изменой, скорее случайностью. Тогда Сухян сама…
Впервые всё выглядело так, словно они обсудят то утро, а может и ту ночь, а Михо не хотела ничего знать сразу после того, как поймала их, и не хотела на следующий день, и даже через неделю. Ей ни к чему были его оправдания, потому что она всё равно больше ему не верила, и ни к чему были детали его измены, потому что не к такой искренности в отношениях она стремилась.
— Уходи, — она отпустила дверную ручку и открыла двери шире, чтобы задействовать обе руки и выгнать Домёна окончательно.
— Стой, — он даже из вежливости не поддался ей, с лёгкостью отталкивая её руки. — Кто это там? Мужчина?
Обычно не особо внимательный и глазастый, высокого молодого парня он сразу заметил.
Оставляя пакет в прихожей, он прямо в туфлях пошёл через гостиную, по следам только что спустившегося с мансарды и исчезнувшего в кухне Тэхёна.
— Куда ты идёшь? — Михо была не в силах остановить Домёна, и только бежала следом, обиженно бормоча: — Нельзя врываться в чужой дом!
Они оба вошли на кухню, когда Тэхён расхаживал вдоль столешницы и плиты, кусая губы в волнении и коря себя за то, что выбрал такой неподходящий момент, чтобы спуститься на первый этаж. Он был отстойным вампиром. Более того, он позорил всех не отстойных вампиров своим существованием.
— Кто это?
Домён бегло осмотрел парня, что на вид был одного возраста с ним и Михо. Смущало даже не то, что он был подозрительно привлекательным, а то, что был одет по-домашнему, а волосы его пребывали в лёгком беспорядке. Словно только после сна.
— С работы? Или сантехник? — ноздри Домёна раздувались от гнева. — Или это месть в чистом виде? Хочешь отыграться за то, что случилось?
Его обвинения были такими оскорбительными, что Михо не сразу нашлась, что сказать в свою защиту.
Разве он её не знал? Или ставил под сомнение её преданность, потому что сам оказался предателем?
— Я владелец, — отвечая вместо неё, Тэхён смотрел максимально невинно. — Это мой дом.
— Ну конечно, — с издёвкой выпалил Домён, упрямо глядя на Михо. — Владелец? И что же здесь делает владелец в такой час?
У Тэхёна было несколько подходящих вариантов. К счастью, он ещё не успел починить дверцы шкафа и разобраться с другими мелкими недочётами, которые упустил при сдаче дома в аренду.
— Не будь идиотом, — Михо сложила руки на груди, чуть вздёргивая подбородок и отвечая на упрямый взгляд жениха ещё более упрямым. — Разве не очевидно? Это его дом. Он здесь живёт.
Домён был в долгожданном ауте. Как и Тэхён.
Вдруг его гипноз как-то, да сработал? Через одно место, но может это потому, что она ведьма? Тэхёну ещё не приходилось гипнотизировать ведьм. Вполне вероятно, что его убеждения возымели другой эффект, и вместо того, чтобы забыть о его проживании наверху, Михо просто взяла и приняла это.
— Отойдём, — решил за двоих Домён, хватаясь за рукав розовой пижамной рубашки и таща девушку прочь из кухни.
В такой спешке Бомгю, крадущемуся по гостиной вдоль дивана, чуть не отдавили хвост.
— Какого чёрта?! — кричащим шёпотом спросил Домён. — Ты разве не сказала, что хочешь пожить одна? Какой ещё владелец? Ты вообще видела его?
Михо даже оглянулась, чтобы в который раз окинуть Тэхёна, что выглядывал из кухни, взглядом.
— Видела, и что?
— Как «и что»? Он молодой и красивый…
Михо лишь раз видела, как Домён терял контроль. Его отчитали на работе, и он прямо-таки задыхался, жалуясь на начальство и всю ту несправедливость, которую ему пришлось вынести. Тогда он выглядел милым, и ей хотелось его утешить. Сейчас же, резко вдыхая и часто моргая, он был настолько смешным, что Михо хотелось продлить веселье.
— И правда красивый, — сказала она, — но ты не волнуйся. Ты всю жизнь проработал в окружении красивых людей, и всего раз дошло до случайности. А я здесь только на пару месяцев до свадьбы. Разве я успею совершить нечто подобное?
Домён всё ещё был заведён, но поскольку Бомгю расселся в дверном проёме, поглядывая исподтишка, развивать эту тему не хотелось. Он свято верил, что Михо сдержала слово и никому не обмолвилась о том, почему всё катится в тартарары. Даже своему фамильяру.
Играя желваками и сжимая руки в кулаки, он хранил молчание несколько секунд. Он так старался себя сдержать, что вот-вот мог лопнуть как мыльный пузырь, но в итоге всё же выдохнул.
— Ладно, — он сдавался ей уже второй раз, потому что эти битвы ничего не значили, если в итоге они всё равно завершили бы войну, подписав мирный договор и заключив брак. — Ты уже заставила меня поволноваться. Довольна? Если усмирила свой гнев, давай вернёмся? Не хочешь к родителям, тогда можно сразу в наш дом. Мебель и техника там есть, остальное будем доделывать постепенно…
И как он не понимал, что дело было не в желании проучить его или заставить ревновать? Михо несколько раз говорила ему, что ей нужно всё обдумать, а для этого было необходимо, чтобы он находился как можно дальше от неё. Не в соседнем доме и тем более не в одной постели.
— Давай, — он так дёрнул за пижамную рубашку, что верхняя пуговка расстегнулась, приоткрывая вид на белый топик. — Пойдём…
Он был готов вывести её из дома в таком виде, усадить на свою метлу и отвезти как можно дальше отсюда — якобы в счастливую супружескую жизнь.
— Прошу прощения, — Тэхён так тихо подкрался к двери, что Бомгю от неожиданности подскочил, а затем завилял хвостом, показывая, насколько он недоволен затянувшимся перерывом на колдуна перед судом над вампиром.
Хотя он был бы не прочь провести сразу два заседания и дважды вынести один и тот же приговор: «Голову с плеч».
— Мы с госпожой Ку уже подписали контракт, так что вы не можете её забрать.
Очень наивно с его стороны было полагать, что те бумажки что-либо будут значить после того, как правда вышла наружу, но этот надоедливый парень ведь не знал, как обстояли дела. Он вёл себя как придурок, и Тэхён, подслушивающий это всё, чувствовал себя обязанным сделать что-то. В первую очередь для себя. Он умирал от страха в ожидании разговора с Михо, и не хотел ещё больше откладывать неизбежное.
— И в целом, — Тэхён незаметно сделал глубокий вдох, чтобы как можно спокойнее сказать: — Я не хочу, чтобы вы находились в моём доме. Не могли бы вы уйти? Пожалуйста.
Если бы не волшебное слово в конце, Бомгю наверняка проникся бы большей симпатией к Тэхёну, но после он, по крайней мере, немного отпустил свою одержимость гильотиной и стуком судейского молотка.
— Тебе и правда лучше уйти, — Михо ухватилась за эту возможность, отцепляя пальцы Домёна от своей пижамы. — Можешь не передавать спасибо за еду. Я сама всех наберу.
Из-за того, что на него ополчились сразу двое, а Бомгю так и продолжал вилять хвостом, не сводя взгляда с непрошенного гостя, ему самому захотелось уйти.
— Набери меня тоже, — попросил Домён, стараясь схватить Михо за руку и хотя бы пару секунд подержаться за её пальцы. — Наберёшь?
— Иди, — попросила она тише, спиной чувствуя, что Тэхён на них смотрит.
— Я тебя очень люблю, — напоследок сказал Домён, наклоняясь к Михо для поцелуя в щёку.
— Запри за собой двери, — отстранившись, сказала она, а затем развернулась к Тэхёну, указывая ему руками на кухню.
Ну вот и его час пришёл.
Не зная, за кем важнее проследить, Бомгю так и остался на границе кухни и гостиной, своим укоризненным взглядом таки выгоняя Домёна, а потом им же вынуждая Тэхёна нервно приглаживать волосы и громко сглатывать.
— Простите, — извинения сорвались с языка вампира, несмотря на попытки убедить себя в том, что он сможет взять ситуацию под контроль и решить возникшую проблему.
Жизнь отшельником приучила Тэхёна убегать от неприятностей так быстро, как только можно было. Чтобы ничего не решать, он был готов запустить дом и свою жизнь. Поэтому он игнорировал уведомления о долге, рекламные брошюры по обрезке сада, сообщения коллег с прежней работы и бесконечные приглашения отца перебраться к ним с дедом. Ему нужно было признать, что он давно уже ничего не контролировал, и недоверчивый взгляд Михо это лишь подтверждал.
— По-твоему, дурацкие извинения изменят тот факт, что ты спал в гробу наверху? — Бомгю не мог сильно открывать рот на Домёна, чтобы потом не получить от родных и не лишиться бабушкиной стряпни в судочках, но на вампира — запросто.
— Почему ты говоришь с ним формально? — спросила Михо. — Если он вампир, это ведь значит, что он значительно старше… Так ведь, господин Ким?
Больше поражало, что Михо продолжала сюсюкаться с ним.
От удивления и благодарности брови Тэхёна складывались домиком, и он тихонько бормотал:
— М-мне немного за пятьдесят, но если считать по человечески меркам, то мне двадцать восемь с половиной.
— С половиной, — профырчал следом Бомгю. — Кто вообще считает эти половины? И кого интересует вампирский возраст, если у нас принято считать людские года? По кошачьим меркам мне двадцать семь, а вот по человеческим пятьдесят четыре, так что я старше и вполне могу опустить формальности…
Михо закатила глаза, поражаясь тому, какую околесицу нёс Бомгю.
— Какие пятьдесят четыре? — говоря с фамильяром, она сразу начинала ворчать, а когда говорила с Тэхёном, её голос смягчался: — Не обращайте внимания. Он немного зазнайка и грубиян. Так о чём мы?..
— О том, что он жил в этом доме без спроса? — поспешил напомнить Бомгю. — Или о том, что попивал чью-то кровь на крыше, пока ты сладко спала в кровати и ни о чём не подозревала? Ох, Боже, а вдруг он, как в той книге про вампиров, сталкерил и прятался в тёмном углу комнаты, наблюдая за нами, сонными и беззащитными?
Тэхён поднял руки, махая ими и вместе с тем головой.
— Я не сталкер, — сказал он. — Я за вами не подглядывал, просто… спал на мансарде днём, а ночью улетал из дома…
Михо потянулась через небольшой стол, ловя Тэхёна за кисть и поднося его руку к свету.
— Бомгю, посмотри, что ты сделал, — она тяжело вздохнула, выворачивая кисть парня, чтобы показать коту три тонкие багровые полосы на тыльной стороне ладони. — Ты его поцарапал.
— Ма-ало, — с протяжным мяуканьем сказал Бомгю. — Он ведь обманул тебя. А теперь, видимо, ещё и загипнотизировал… Иначе почему ты с ним такая милая? Почему сидишь напротив и протягиваешь к нему свои руки? Не боишься, что он тебя укусит?
Тэхён всё ещё был напряжён, так как Михо крепко держала его за кисть, но напрягся ещё больше, когда она резко разжала пальцы, срываясь на несколько смешков.
— Загипнотизировал? Укусит? — повторила она.
Из-за улыбки её глаза лучились теплом и весельем, и Тэхён этого никак не мог понять.
Неужели Михо ни капельки не злилась?
— Мы живём в двадцать первом веке, — напомнила она. — Камеры на каждом шагу, и у меня такая семья, что из-под земли достанет, так что кусать меня — себе дороже. Но дело, в общем-то, не в этом.
Михо сложила губы трубочкой, понемногу выдыхая и без конца заправляя более короткие пряди давно отросшей чёлки за уши.
— Я тоже немного приврала, притворившись простым человеком, — пролепетала она. — Ещё и другим советовала так поступать в MageMingle…
Она не была уверена в том, послушался ли Тэхён лично её совета или додумался до всего сам, но почему-то чувствовала себя ответственной за то, что потревожила его. Сначала в гробу, затем на кухне, пока втягивала его в любовные ссоры с Домёном.
— Я соврал больше, — Тэхён опустил голову, начиная водить большим пальцем по царапинкам. Они уже совсем не болели.
— Вот именно, — вклинился Бомгю, — он соврал больше. Что мы будем с ним делать?
Михо понятия не имела, что можно с этим сделать, но не хотела думать, что ей придётся потребовать свои деньги обратно и снова взяться за поиск жилья. Отсюда было удобно добираться до офиса, да и в целом место было тихое и пустынное — самое то как для отдыха, так и для магии.
— Я перееду, — сказал Тэхён, опуская голову ещё ниже.
Видит Дракула, он не хотел уживаться с двумя старческими маразматиками в лице папы и дедушки, но куда ещё он мог отправиться? В пещеру на какой-нибудь горе, куда вряд ли доходят туристы? Или оккупировать чей-нибудь чердак в облике мыши и всё время болтаться вниз головой, забыв об удобном и мягком гробе?
— Хорошая идея, — сказала Михо.
— Хорошая, — закивал Бомгю, запрыгивая к ведьме на руке и крутясь у неё на коленях.
Если бы Тэхён переехал, его переживания точно испарились бы. Даже разговоры об этом расслабляли, поэтому чёрные лапки сжимались и разжимались, понемногу массируя девичье предплечье.
— Только я уже сказала своему жениху, что вы тут живёте со мной. Разве он не почувствует себя победителем, если вы внезапно съедете?
— Эй, Михо! — шикнул Бомгю после того, как в животе заныло в предчувствии чего-то действительно нехорошего.
Тэхён молча поднял голову, глядя на Михо в догадках и ожидании. Он боялся предполагать, что ему посчастливилось повстречать не просто ведьму, а добрейшую ведьму из всех, пока она сама не предложила:
— Может, оставим всё как есть? — она использовала запрещённый приём, начав поглаживать у Бомгю за ушком, потому что обычно ему было настолько приятно, что он забывал слушать, а главное — разговаривать. — Вампиры ведь избегают солнечных лучей? Тогда вы наверняка не будете беспокоить меня днём, а поскольку ночью я сплю, я не буду беспокоить вас. Конечно, из-за того, что дом больше не будет сугубо моим, я бы хотела немного снизить арендную плату… Возможно до семисот тысяч вон? И коммунальные платежи поделим на двоих. Вы ведь используете воду и электричество, верно? За отопление могу платить только я, раз вам не нужно тепло.
Это предложение было отличным, учитывая, что изначально за комнату Тэхён планировал попросить максимум пятьсот тысяч вон.
— А за разрешение сменить шторы в моей комнате и купить одну тумбочку, я обещаю привести сад в порядок, — Михо обаятельно улыбнулась, глядя на него выжидающе. — Ну что, господин Ким?
Тэхён всё пытался найти какой-то подвох. С его удачей не могло всё быть так просто.
— А вы, — он чуть прищурил глаза, глядя на неё с подозрением, — случайно не умеете готовить «Солнечное зелье»?
— Что там уметь? — Михо не прекращала ласкать Бомгю. Он был милейшим существом на свете, пока не болтал и не отрыгивал шерстяные комки где попало. — Пять грамм куркумы, три грамма солнечной соли, два лепестка чайной розы, одна капля солнечной росы, три капли крови ведьмы, немного воды и прокипятить на небольшом огне. Для лучшего запаха можно добавить бергамот или цедру лимона.
Она перечислила все необходимые ингредиенты, особо не задумываясь, и этим лишь усугубила мнительность Тэхёна.
— Но я, конечно, обещаю не готовить его. Я не собираюсь вас обижать, надеюсь, как и вы меня. Чтобы вам было спокойнее, можем прописать это в новом контракте.
— И закрытые на день шторы тоже? — спросил Тэхён.
— Везде, кроме моей спальни, — кивнула Михо.
— А поведение кота?
— Я не кот, я фамильяр, — поднимая голову, сказал Бомгю.
— Он пообещает больше не царапаться, — предложила Михо.
— Пускай пообещает говорить со мной вежливо, — попросил Тэхён.
— Ещё чего, — Бомгю завалился на бочок, кладя голову на руку Михо. — Я его поймал, и он мне будет ещё условия ставить? Я, между прочим, бывший колдун, и тоже умею «Солнечное зелье» готовить. Могу ненароком пролить его в чью-то кровь, оставленную на крыше…
Плечи Тэхёна приподнялись на вдохе и резко опустились.
— Наверное, мне нужно лучше обдумать это, — он зарылся пятернёй в чёрные волосы, приглаживая длинную чёлку. — Не хочу ненароком лишиться жизни.
Он вредничал, хотя Михо на данном этапе казалась ему хорошей соседкой, так же, как и он казался неплохим соседом ей.
Если бы не проныра Бомгю, она бы не скоро обнаружила вампира на чердаке, а значит, он вёл себя достаточно тихо для того, чтобы их соседские отношения сложились наилучшим образом.
— Конечно, как хотите. Но пока думаете, почините шкаф? Поскольку мы уже друг о друге знаем, могу ведь рассказать, что пыталась починить сама, но магии такая древность не поддаётся? Точнее, шкаф наверняка поддался бы волшебным инструментам, но личных у меня нет, а ехать домой за папиными не хотелось…
— У меня есть обычные, — сказал Тэхён.
Бомгю не догладили до конца, столкнув на пол, а тогда Михо встала из-за стола, показывая хозяину дома путь в спальню, как будто он сам не мог его найти.
Она жила в этой комнате всего ничего, но уже успела поменять постельное бельё с тёмно-синего на светло-розовое, очень подходящее к её пижаме, поставить вешалку с платьями и костюмами разных цветов и оттенков, выложить некоторые книги по зельеварению на письменный стол, прямо рядом с маникюрным набором и планером на 2023 год, и повесить над кроватью белый ловец снов с блестящим круглым глазом, что следил за всеми передвижениями по комнате.
— Он… настоящий? — шепнул Тэхён, немного наклоняясь к Михо, дёргающей дверцу шкафа, что обычно сама по себе открывалась.
— Кто? — она обернулась. — Глаз? Вряд ли. Бабушка купила на секондхенде, потому что ей доказывали, что это глаз дракона.
Он и правда был похож: по краям зелёная радужка к центру становилась светло-жёлтой, но контур вытянутого зрачка как будто опоясывал оранжевый огонёк.
— Только разве бывают такие маленькие драконы? — она сжала большой и указательный пальцы до очень маленького круга, меньше, чем на самом деле был глаз, а после того, как взглянула через него на Тэхёна, вспомнила, ради чего они сюда пришли. — Вот эта дверца каждую ночь открывается.
— Что-то с магнитом, наверное, — предположил парень, пару раз закрывая-открывая шкаф и невольно заглядывая внутрь, на новые склады одежды и обуви.
Выглядело так, словно Михо сюда перебралась навсегда, а не на один-два месяца.
— И она как-то вниз съезжает, когда открывается, — чтобы показать ему, она ухватилась за край дверцы, рядом с его рукой, и её взгляд вновь зацепился за царапины, оставленные Бомгю. — Это не нужно обработать?
— Нет, — Тэхён думал только о шкафе, — если проседает, стоит петли подбить…
— Я про руку. Бомгю иногда лазит по волшебным ингредиентам, кто знает, что именно он трогал перед тем, как поцарапать вас.
У вампиров был замедленный обмен веществ, из-за чего многие процессы осуществлялись в разы медленнее, — дыхание или старение, к примеру, — но на заживление ран и борьбу с болезнями это не распространялось. На Тэхёне всё затягивалось за пару часов, если не минут.
— Если бы это была солнечная соль, я бы определённо почувствовал, — ответил он, вручную немного приподнимая дверцу, чтобы понять, как именно она должна стоять. — А так само пройдёт.
Михо согласно кивнула, и не думая настаивать на том, чтобы притащить для него аптечку. Не хочет — не надо.
— В общем, я понял, что с этим делать, — Тэхён прикрыл шкаф, убирая руки в карманы штанов. — Схожу за инструментами, а тогда сделаю всё в течение десяти минут.
Обернувшись, он опёрся на деревянную дверцу, не ожидая, что Михо стоит так близко. Он улавливал почти выветрившийся запах шампуня, а также её крови.
Практически со стопроцентной уверенностью он мог сказать, что у неё четвёртая отрицательная. В крайнем случае, положительная.
— А я разберу пакет из дома. И покормлю Бомгю. Он может быть особенно грубым, когда голоден.
Заинтересованный взгляд Тэхёна переметнулся с Михо на драконий глаз, как только появился риск быть пойманным. Странно, что он видел её уже несколько раз, но её образ в его голове был каким-то смазанным и слишком нечётким, и чтобы восполнить пробелы, ему приходилось снова и снова смотреть на неё.
— Это точно вас устроит? — спросил он, погружённый в некоторые свои мысли настолько глубоко, что не сразу додумался уточнить. — Жить с вампиром.
Если он решил ей отказать, а теперь пытался запугать, чтобы она сбежала сама, даже не потребовав назад свои деньги, то он понятия не имел, с кем связался. Доброта Михо не делала её наивной и глупой, она позволяла ей проще и быстрее решать большинство проблем и обеспечивать себя простой и беззаботной жизнью, к которой она всегда стремилась.
— Только если вас устроит жить с ведьмой.
Тэхён пожал плечами. Михо думала, что так он демонстрировал нерешительность, но на самом деле он тоже отмахивался от идеи искать кого-то другого. Он больше боялся о том, что она о нём думает, нежели сам думал о ней. Ему главное было немного встать на ноги и не угодить в сиделки к родителям, а Михо походила на того, кто мог ему помочь с этим.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!