Вернутся к фанфику

25. Летучая мышь, что перекусила шею лисице

15 мая 2024, 16:50
Какао с корицей немного проигрывало латте, но Михо так замёрзла, пока добиралась до библиотеки, что была рада наколдовать себе стаканчик легального шоколадного блаженства в бумажном стакане из-под воды. Она смаковала его по глоточку, подолгу облизывая сладкие и липкие губы, пока ходила взад и вперёд между высоченными стеллажами.   Изначально она понятия не имела, куда ей идти, но юная помощница библиотекаря, услышав скомканный пересказ о проклятиях и вампирах, тихонько воскликнула: «О, я знаю эту легенду!» — и отправила Михо в отдел с литературой на древних языках. К сожалению, точного названия книги девушка вспомнить не смогла, поэтому Михо приходилось пользоваться волшебным переводчиком, наводя его сперва на корешки книг, а потом прогоняя через него содержание. Но иногда переводы были недостоверными. И ей пока ещё ни одна легенда, связанная с вампирами, не попалась.   — Простите, — помощница библиотекаря показалась из-за стеллажа, — вы ещё не нашли то, что искали?   Михо не успела убрать стакан от губ, да и проглотить какао, поэтому едва заметно качнула головой.   — Отлично! — удивительно, что кто-то видел в безуспешных поисках что-то отличное. — Пришёл мой помощник, так что, пока он занят моей работой, я найду для вас книгу.   — Помощник помощника? — полюбопытствовала Михо.   Девушка неловко рассмеялась, в то же время качая головой.   — Он не буквально мой помощник и здесь не работает, но он мой парень, поэтому… — её тихий голос понемногу сошёл на нет, а после короткой тишины, она забормотала снова: — Кажется, она была где-то на этом стеллаже… Да вот же она!   Достав старую потёртую книгу, девушка сперва смахнула с неё пыль, а потом уложила на полку, чтобы было удобнее листать. Видимо, она знала язык, потому что ей не нужен был переводчик, чтобы просмотреть содержание и вычислить нужную легенду.   — «Летучая мышь, что перекусила шею лисице», — огласила она. — Вот эта легенда.   Михо встрепенулась, отставляя стаканчик с какао на другую полку и подходя ближе к открытой книге. Язык, которым она была написана, больше был похож на каракули, неужели иероглифы, кем-то тщательно выведенные вручную на плотной кремовой бумаге, но она искренне надеялась, что волшебный переводчик с этим справится.   — Вы пользуетесь телефоном, чтобы читать? — удивилась девушка. На мгновение Михо почувствовала себя неловко, распознав в её голосе осуждение, которого на самом деле там не было. — Переводчик иногда переводит ерунду. Особенно, когда речь о древней каллиграфии. Хотите, переведу и распечатаю для вас? Вам нужна только эта легенда?   Михо пожала плечами, в глубине души очень сомневаясь, что обойдётся одной легендой. Ей следовало провести целое исследование и перевернуть не одну библиотеку, как ей казалось, чтобы найти варианты и немного успокоить свою душу тем, что проклятие всё же можно снять. Но пока у неё была только легенда.   — Идёмте, — девушка улыбнулась ей и махнула рукой. — Я, кстати, Но ДаСом. Я тут сравнительно новенькая — в конце лета перевелась по рекомендации библиотекаря из «Поглинеса». Знаете «Поглинес»?   — Конечно, — ответила Михо, — я училась там. Пару лет назад. Я Ку Михо.   — Ку Михо? — переспросила ДаСом. — И ищете легенду о ведьме-лисице? Какое забавное совпадение.   — Да, забавное, — согласилась Михо, сама не видя в этом серьёзном деле ничего смешного. Это буквально был вопрос жизни и смерти.   Но как тут винить других, если обычно её собственное имя ей казалось скорее шуткой, чем идеальным выбором и её характеристикой? И всё становилось на свои места, когда выяснилось, что имя ей предложила Алая Зельда, — та ещё шутница, — а Бомгю его окончательно утвердил.   Они оба поиздевались, обозвав её лисицей, но так и не вырастив из неё осторожную и смышлёную или хитрую и ловкую. Всё чаще Михо чувствовала себя глупой и запутанной, но в основном растерянной, потому что иногда мир разгонялся до таких темпов, что она за ним не поспевала, и боялась однажды быть сбитой с ног всем тем, что нагоняло её в жизни.   — Можете присесть здесь, госпожа Ку, — с улыбкой предложила ДаСом, отодвигая для Михо один из стульев за длинным столом с библиотечными компьютерами.   Михо с удовольствием присела рядом, чтобы наблюдать за тем, как девушка запускает компьютер, создаёт чистый документ и берётся за перевод легенды, опуская взгляд в книгу, а затем печатая едва ли не в слепую, из-за чего частенько с опечатками. Но Михо не волновали мелкие ошибки, она торопилась прочитать каждое слово, и чем быстрее переводилась легенда, тем более одержима ею она становилась.   «В дервние времена в горах Ёсана жила ведьма-лисица, чьи чары и мудрость равнялись силе самой природы. В зимние ночи, конда снег покрывал вершины, она отправлялась в глубины густого леса, чтобы выращивать чудесные горные цветы. Эти цветы были не просто красивы, но и обладали силой, способноц излечивать и приносить благополучие. Однаждв зимней ночью, когда лес затаил дыхание и лишь снежинки тихр шептались с ветром, в горах появился заморенный гололом вампир. Он три ночи бродил по округе в поисках теплокровной жертвы и вдпуг увидел ведьму. Маскируясь летучей мышью, он выследил её и напал, пронзив шею своими клыками. И хотя ведьма сопротивдядась, борясь за свою жизнь и свою магию, вампир оказался сильнее. Схватив свою жертыу, он понёс её в уединенный дом на склоне, где гео беременная жена дожидалась его. Там они стали пить кровь вежьмы, чтобы подкрепить свои силы. Они пили и пили, не в сотсоянии остановиться. Умирая, ведьма-лисица из последних сил произнесла проклятие, обрушившееся на род вампиров. Она арокляла их, чтобы они лишались самого драгоценного в своей жизни, пока не спиравят свои грехи и не найдут истинное спасение. С тех пор род вампиров был обременён проклятием, несущим страдания и потери, и так проклятие ведмьы-лисицы стало вечным напоминанием о том, что истинное спасение может быть обретено только через искреннность и добросовестность, а не через жестокость и самнадеянность».   — Искренность и добросовестность? — Михо выдохнула с разочарованием. — И это всё, что там сказано?   ДаСом снова пробежалась взглядом по последнему абзацу в книге и даже перевернула страницу, чтобы убедиться, что это и есть конец легенды.   — Да, это всё, — сказала она. — Вы не это искали? Не исключено, что у легенды есть другие версии и концовки, но думаю, что суть одна — голод привёл к проклятию, которое вряд ли выйдет снять, пока все потомки вампиров не вымрут или хотя бы не будут страдать.   Михо могла понять обиду ведьмы, могла понять, к чему было это проклятие, но потомки? В чём виноваты потомки? Они ведь могут оказаться отличными вампирами: добрыми, хорошими, безобидными. Как Тэхён. Но самое главное — страдают ведь не столько они, сколько те, кто решаются с ними сблизиться. Несправедливо.   — Это не проклятие, а ерунда, — выплюнула Михо, откидываясь на спинку стула. — Ничего не ясно…   — А что именно вы пытаетесь выяснить? — осторожно поинтересовалась ДаСом.   Ненадолго в зале повисла тишина. Михо обдумывала, как бы лучше подвести к тому, что это вовсе не легенда, а реальность, с которой нужно что-нибудь делать, и в то же время не знала, стоит ли рассказывать об этом незнакомке из библиотеки — кто знает, как бы она отреагировала, будучи ведьмой? И вот, когда она открыла рот, чтобы завуалировано поведать о том, что у неё есть проклятый знакомый с похожей историей, её прервал громкий глухой стук неподалёку. Как будто что-то упало. А потом снова. И снова. И снова…   — Ой! — донеслось издалека.   Книги падали с полок буквально каждую секунду, и не было этому конца, поэтому ДаСом вскочила со стула, не успев отредактировать и сохранить документ или хотя бы отправить его в печать. Она так быстро рванула к месту книжного сумасшествия, что Михо за ней ни за что не поспела бы со своим какао. Но она всё равно пошла следом, считая себя обязанной подсмотреть, что там происходит.   — Ой, ай! Ой! — кое-кто получал книгами по голове и по груди, и со стороны выглядело так, будто этот кто-то чем-то разозлил стеллаж, из-за чего тот стал плеваться книгами. — ДаСом, помоги!   Парень сложил руки у лица, стараясь прикрыть хотя бы его, но немного раздвинул тонкие длинные пальцы, чтобы одним глазком взглянуть на помощницу библиотекаря.   — Ох, снова? — устало спросила ДаСом, ступая на эту тонкую дорожку между двумя стеллажами, и после каждого её шага книги прекращали выстреливать с полок как лопнувшие зёрна кукурузы. В последний раз парню прилетело прямо в лоб, и он отшатнулся к полкам позади, потирая ладонью ушибленное место, глядя на своего деревянного врага исподлобья и при этом виновато поджимая губы. — Сколько раз я говорила тебе не заходить в секцию с запрещённой литературой без специального разрешения, Субин?   — Я вечно забываю, что это та секция. Тут даже нет табличек, как в «Поглинесе»…   ДаСом покачала головой, несколько секунд сдерживаясь, а потом всё же смягчаясь и небольшими шагами, чтобы не наступить на книги, подбираясь к парню, что был на две головы выше неё.   — Наклонись, — приказала она, вытягивая свои руки.   Она обхватила его лицо, а потом стала крутить его голову, подставляя под тёпло-жёлтый свет ламп и подмечая все мелкие ссадины и будущие синяки. С такой меткостью выбить на лбу огромную шишку нужно было уметь…   — Этот стеллаж можно использовать как национальное оружие, — шепнул парень, искоса поглядывая на того, о ком говорил, и на одной из центральных полок дёрнулась особенно агрессивная книга по защите от тёмных сил.   — Только от оболтусов вроде тебя, — любя сказала ДаСом, сама морщась так, словно это её лицо багровело от многочисленных ударов книжками. — Иди, найди госпожу Го и попроси её принести тебе лёд.   — С-с, а заживляющую мазь можно? — шипя от неприятных ощущений, спросил Субин.   — У нас нет…   — Кхм, — Михо приблизилась буквально на шаг, не рискуя входить на территорию этой секции, но взглядом изучая её ассортимент, — у меня есть заживляющая мазь с собой.   У Михо она лежала едва ли не в каждой сумке, потому что после укуса Тэхёна она частенько брала её с собой, да и та была настоящим спасением, когда она резалась бумагой на работе — всё исчезало без следа буквально через десять минут.   — Правда? Можно немного, пожалуйста?   Михо быстро кивнула и ДаСом выдохнула с облегчением, отпуская лицо Субина и перемещая руки на его широкую спину, чтобы вытолкать его в просторный читальный зал.   — Иногда мне кажется, что он или мазохист, или очень недалёкий, или и минуты прожить не может без моего внимания, — поделилась девушка полушёпотом, но у Субина уши были открыты и он всё отлично слышал.   — Или ему просто не везёт, и он действительно перепутал пролёты, — добавил он, говоря о себе в третьем лице.   Михо немного усмехнулась, краем глаза наблюдая за тем, как они поддевают друг друга локтями, балуясь по пути к столам с компьютерами. Там Михо вывернула сумочку, ища мазь, а потом вернулась к напряжённому изучению легенды и истреблению опечаток, пока ДаСом натирала ноющие щёки парня под его болезненные стоны и уговоры поцеловать его туда, где у него болит сильнее всего, чтобы мазь сработала лучше.   Она вовсе не хотела их подслушивать и уж тем более подглядывать за ними, но это выходило как-то само собой, и ей одновременно становилось тепло на душе, потому что из-за витающей любви в воздухе она сразу думала о Тэхёне, и тоскливо, потому что его здесь не было, а ей бы не помешало несколько безобидных поцелуев, чтобы немного отвлечься от этой дурацкой легенды.   — Я всё-таки принесу лёд, — сказала ДаСом, оставляя своего парня наедине с Михо ненадолго.   Поскольку из-за этого стало неловко и тихо, а Субин такое терпеть не мог, он подсел поближе к компьютеру, с умным видом изучая то, что читала Михо.   — Проклятия? — спросил он. — Я просто обожаю проклятия! Многолетние самые интересные. А это вам для чего?   Он не производил впечатления мудрого или сообразительного человека. Как и ДаСом, Михо он казался несколько недалёким, но это и позволяло ей немного расслабиться и быть честной.   — Мне кажется, эта легенда очень похожа на то, что произошло с моим парнем. Найдя её, я надеялась найти ответ, как снять проклятие.   — Ваш парень вампир? Уверены, что он вас не загипнотизировал? — Субин расплылся в широкой улыбке, заметив, как глаза Михо сузились в раздражении. — Шучу.   Он скрипнул ножками стула, двигаясь впритык к Михо и выхватывая у неё из рук мышку, чтобы водить курсором по строкам, что, несомненно, указывали на возможность снять проклятие.   — Моя сестра как-то нечаянно прокляла свою будущую любовь с моей помощью, — рассказывая об этом, он будто хвастался. — Вы бы знали, через сколько попыток и неудач нам пришлось пройти, прежде чем выяснилось, что снять его легче простого, только нужно было логично подумать... Ну и иметь дома очень умного полтергейста, который нам подсказал. Кстати, хотите я его позову? Вдруг он и вам что-нибудь подскажет?   Глаза Михо округлились, когда она замахала руками, всячески отвергая идею встречаться с призраками. Кладбищенской истории ей было с головой, и ей больше не хотелось проходить через те ощущения.   — Что ж, — Субин пожал плечами, — тогда давайте я попробую вам подсказать. Смотрите, здесь сказано про исправление грехов… Вероятно, если речь о вампирах, тогда нужно перестать есть людей и перейти на более гуманные способы питания.   Тэхён и его семья уже перешли на пакетики с кровью, если он об этом.   — Ещё акцент на искренности и добросовестности, — продолжил парень. — Первая мысль, которая приходит на ум, когда слышу об искренности, — прощение. Возможно, стоит попросить прощения.   — У кого? У мёртвой сотни лет назад ведьмы?   — Необязательно, — ответил Субин, выделяя первую строку последнего абзаца и подчёркивая её. — Видите, здесь говорится про род вампиров? Если проклятие распространяется на потомков, значит, и на ведьминых тоже. На всякий случай стоит принести искренние извинения внукам её внуков. Если они у неё есть, конечно.   Михо не хотела относиться к извинениям со скептицизмом, но речь ведь шла о серьёзном проклятии, которое никого не щадило. Верить в извинения всё равно, что верить, что демон из глубин Ада покинет тело одержимого, как только услышит «пожалуйста» перед «сгинь, окаянный».   — А как же «проклятия на крови можно снять только кровью»? — спросила она, вспоминая советы из колдунета.   Субин быстро кивнул, выделяя другую строку.   — Это уже про добросовестность, — сказал он. — Если подлый и нечестный поступок с нападением и «кражей» крови — то, за что наказали, тогда за честно полученную кровь можно ведь и помиловать, потому что это в каком-то роде тоже «исправление грехов». Понимаете?   У Михо голова шла кругом, и она ни за что не додумалась бы до такого. Какая ещё честно полученная кровь? Чья?   — Не понимаю… — промямлила она.   — По моему мнению, первое, что нужно сделать, — найти потомков ведьмы-лисицы, второе — попросить у них прощения за своего предка, третье — попросить у них крови. Выпив кровь, добровольно отданную потомком, наверняка можно будет избавиться от гнева ведьмы. Кровь смоет кровь. Теперь понимаете?   — Субин, не расходись, — попросила вернувшаяся с пакетом льда ДаСом. — Ты кричишь на всю библиотеку. Хочешь разбудить домового?   Субин ещё несколько мгновений смотрел на Михо в надежде на то, что она подхватит его мысль и азарт, а тогда поймёт, к какому гениальному умозаключению он пришёл и какое классное решение её проблемы придумал. Но она всё ещё смотрела на него с прищуром и недоумением.   — ДаСом, — он схватил свою девушку за локоть, притягивая её ближе и усаживая к себе на колени, — скажи этой госпоже, что я прав. Ты ведь тоже думаешь, что снять проклятие из легенды можно прощением и кровью потомков?   Она шлёпнула его пакетом со льдом по плечу, чтобы он ослабил хватку на её талии и дал ей встать. Из-за него она выглядела некомпетентным и отвлечённым библиотекарем.   — Раньше ты думал, что снять проклятие неудачи можно с помощью «Дыхания вампира» и другого проклятия, поэтому я бы на твоём месте не раздавала глупые советы.   — Но этот точно не глупый, — сказал Субин. — И разве в таком деле не стоит пробовать всё, пока не получится? Проклятия — это не шутки…   — Да-да, — ДаСом стащила его со стула, уводя подальше от Михо, — именно поэтому ты проклял ни в чём неповинного начальника своей сестры?   — Ты не понимаешь, это была случайность…   — Начальник — да, а проклятие — нет.   Они исчезли между стеллажами, а потом их голоса полностью растворились в библиотечной тишине. И так Михо осталась один на один с бестолковой легендой и непреодолимым желанием выпить ещё стаканчик горячего какао. Но перед ещё одной порцией волшебства в стакане она напечатала первое, второе и третье, что насоветовал ей этот странный «любитель проклятий».

☽ ⚝ ☾

Бомгю оповестил Тэхёна о возвращении Михо домой ещё за минуту до того, как она вставила ключ в замочную скважину. В какой-то момент он просто почувствовал, что совсем скоро она придёт, и всполошил Тэхёна, что задремал на диване после крови с каплей настойки пиона для успокоения. С самого начала он отказывался верить, что Михо замышляет что-то нехорошее, что так беспокоило Бомгю, но даже во сне его донимали страхи, связанные с Йерим и «Солнечным зельем».   То, как быстро всё переворачивалось с ног на голову, не позволяло ему расслабиться.   — Ты дома, — сонный и уставший он выплелся в прихожую, чтобы встретить Михо, но вместо того, чтобы помогать ей раздеваться, был нагружен сумкой с книгами и пакетом из продуктового. — И ещё всего… семь часов вечера?   Как же, всего. Уже! Ему скоро нужно было лететь на репетицию.   Не верилось, что он весь день проспал вместо того, чтобы провести его с Михо, и весь вечер тоже должен был провести вдали от неё.   Соблазн прогулять работу был навязчив и силён, как никогда.   — Да, дома, — она улыбнулась, дотягиваясь до его лица и вытирая уголки его губ. Пока он спал, успел проголодаться, а из-за клыков рот сам по себе приоткрывался, так что Тэхён, видимо, напускал слюней. — Успел отдохнуть от меня?   — Шутишь? Мне давно не было так скучно в твой выходной. Так ты уходила в библиотеку, чтобы отдохнуть от меня?   — Нет, — её улыбка стала чуть шире, и она ласково потрепала его по щеке. — Я искала кое-что о проклятиях, потом о влиянии солнца на вампиров, потом о беременности от вампиров, и так нечаянно засиделась до вечера… Меня выгоняли оттуда сразу два библиотекаря и колдун-дурак, который за один день разозлил стеллаж, библиотечного домового и наколдовал бочку пива прямо посреди холла библиотеки.   — Нашла что-то о проклятии? — топчась на месте от страха и нетерпения, спросил Бомгю.   — Там был какой-то колдун? — спросил Тэхён.   — Дайте мне две минутки, — попросила она, закатывая рукава, чтобы не намочить их, когда будет мыть руки. — Пока я буду занята, разложите, пожалуйста, покупки.   Оказалось, Тэхён ошибся, и вместо продуктов в пакете лежали ингредиенты для зелий, просто некоторые из них были похожи на чай (сухие лепестки чайной розы), специи для мяса (оранжевые и пряные), петрушку (с крупными листьями), морковь (фиолетового цвета) и пакет с морской солью (на самом деле солнечной).   — О, нет, — ахнул Бомгю, вовсю виляя хвостом, — она купила недостающие ингредиенты для «Солнечного зелья».   Она обещала Тэхёну не готовить такое ещё до того, как у них стало что-то намечаться, так зачем ей солнечная соль, куркума, чайная роза и капли росы в прозрачном флаконе?   — Она точно задумала убийство, — драматично протянул Бомгю. — Как пить дать, задумала. Приготовит зелье, подкараулит твою бывшую и напоит её отравой…   — Не выдумывай, — строго оборвал его Тэхён, флакон с росой крепко сжимая в ладони. — Наверняка есть и другие зелья, для которых всё это нужно. Ты же сам знаешь, что Михо колдует сейчас каждый день…   Он мысленно звал это колдовским обострением — периодически в ней просыпался сумасшедший гений, и она дни напролёт проводила на кухне со своими экспериментами, но рано или поздно у неё или получилось бы что-то, или она устала бы, и тогда на смену вечерам над котлами пришли бы вечера в компании Тэхёна. Вот и всё. Никаких убийств.   — Загляни в её сумку, — приказал Бомгю.   Тэхён не хотел лазить по её вещам, но сделал это и для собственного успокоения, и для успокоения Бомгю. Он становился таким раздражающим, когда подозревал Михо в чём-то нехорошем. И Тэхён не сомневался, что это его личная травма так проявляется.   — «Вампирология», «Проклятия на крови», «Правильный уход за младенцем-вампиром», — поочерёдно выкладывая книги на стол, стал зачитывать Тэхён. — «Как вырастить здорового дампира», «Вампирская этика» и ещё распечатка с…   — Что за закладка в предпоследней книге? — перебил его Бомгю, лапой стараясь дотянуться до торчащего кончика ляссе.   Тэхён без особого энтузиазма потянул за мягкую ленту, а когда она показалась между страницами, открыл книгу. Это была глава из раздела о здоровье детей от вампиров и людей, — дампиров, — и в ней Михо выделила некоторые строки простым карандашом.   — Ага, упоминание «Солнечного зелья»! — Бомгю ткнул пушистой лапой в книгу.   — Вам говорили, что вы слишком нетерпеливые? — Михо обошла кухонный стол, становясь рядом с Тэхёном, и смахнула кошачью лапу с заинтересовавших её ранее строк.   Тэхён успел пробежаться взглядом, и там не было ничего такого. Говорилось о сохраняющейся у детей аллергии на чеснок, но больше как о преимуществе, нежели как о слабости, потому что автор книги хоть и был простым колдуном, чеснок искренне недолюбливал, а также о безопасности для них «Солнечного зелья» и всего, связанного с солнцем. Эту способность дети наследовали от человека, и людская устойчивость к солнцу полностью подавляла его пагубную реакцию на вампирские клетки.   — Что ты собралась делать? — набросился на Михо Бомгю. — Зачем тебе ингредиенты для «Солнечного зелья»? И зачем ты читаешь о вампирах?   От этого внезапного допроса Михо опешила.   Изначально она была в неплохом настроении, но тон Бомгю портил его. Разве она сделала что-то такое, чтобы заслужить этот обвинительный тон?   — Да что с тобой? — невольно прижимаясь к Тэхёну, цепляясь за его предплечье и прячась за его плечом, спросила Михо. — Мне нельзя читать о вампирах, когда мой парень вампир, и у меня в животе подрастает полувампир? Я весь день провела за чтением, стараясь выяснить, как работают проклятия на крови и как их можно снять, в промежутках изучала литературу для беременных… И я купила эти ингредиенты не для «Солнечного зелья», а для экспериментов с хищными кустами.   — Ну да, ну да, — с недоверием сказал Бомгю, — скажи ещё, что не думала избавиться от Йерим, чтобы избавиться от проклятия…   Тэхён цокнул языком, чувствуя себя так неловко из-за того, что Бомгю даже не пытался действовать осторожно, а сразу с подозрений перешёл на обвинения.   — Что? — Михо подняла голову, чтобы убедиться, что Тэхён удивлён так же сильно, как и она, но он не был удивлён, потому что слушал об этом полдня. — Вы что?..   — Не мы, — возразил вампир, защищаясь, — он.   Тогда Михо снова посмотрела на Бомгю.   — Ты что, подумал, что я собираюсь готовить «Солнечное зелье» для Йерим?   Это было так нелепо, что у Михо вырвался смешок.   — Что за бред? — спросила она.   — Вот именно, бред, — занимая её сторону, сказал Тэхён. И за это Михо его ущипнула. Сильно.   — Ты ведь тоже об этом думал, — упрекнула она его, — поэтому заглядывал в мои книги?   Тэхён поднял руки в оборонительном жесте.   — Это он меня заставил, — сказал он, кивая на Бомгю. — Он с самого утра говорит, что ты что-то задумала…   Поскольку он стоял ближе кота, его плечу снова досталось. Только теперь кулачком Михо.   — Святой Дракула, — нахватавшись у Тэхёна, выпалила она. — Вы что же это, думаете, я совсем ку-ку? Убийства наказуемы законом. Мне ведь запретят колдовать в лучшем случае, а в худшем — засадят в какую-нибудь тюрьму. А у меня ведь в планах ремонт, снятие проклятия, создание зелья для вампиров и роды!   У неё из-за них двоих поднялось давление и щёки стали пунцовыми.   Да как они могли додуматься до такого? Убийство Йерим, которое Михо провернёт с таким очевидным зельем?   — Прости, — Тэхён обнял её за плечи, сжимая в осторожных, но крепких объятиях и зацеловывая её покрасневшие щёки. — Прости, мы все на нервах последние дни, всякое в голову лезет…   Для Михо его оправдания ничего не значили. А немое облегчение Бомгю так тем более.   — Душно, — сказала она, отмахиваясь и от губ, и от рук Тэхёна. — Лучше взгляни на это, — подобрав со стола лист с легендой, она передала его ему. — Я нашла историю, вроде как сказку, очень похожую на проклятие твоей семьи, и тот колдун, о котором я говорила, придумал, как снять такое проклятие. Я решила, что это глупо, но помимо своей идеи он сказал, что в таком деле все способы хороши, так что, как думаешь, мы могли бы попробовать?   Бомгю протоптался лапами по столу, требуя, чтобы Тэхён присел и показал ему тоже, что в той распечатке.   Несколько минут они в тишине читали и перечитывали, а потом Тэхён задрал голову, устремляя на Михо взволнованный взгляд.   — Тебе кажется, это может сработать? — спросил он с надеждой.   Задолго до его появления на свет его предки пытались снять проклятие, но ничего не получалось. Они думали, что обречены. А тут, казалось бы, такой простой «рецепт». Каковы шансы, что он действенный?   — Поискать потомков ведьмы в любом случае хорошая идея, — сказал Бомгю, наконец, немного расслабляясь и отгоняя подальше предчувствие, что что-то ещё несомненно пойдёт не так. — Вдруг они знают, как снять проклятие? Да и попросить прощения лишним не будет…   И это говорил тот, кто и не думал извиняться за свои проступки.   — И как же мы их найдём? — взбудораженно спросил Тэхён.   Ему впервые за все эти месяцы захотелось самостоятельно набрать отца, чтобы рассказать ему, что нашла Михо. Радоваться пока было рано, но от восторга вперемешку с леденящим душу ужасом его едва ли не подкидывало.   — Архив, — сказала Михо. — Мой отец работает в волшебном архиве. Мы можем начать с оцифрованных документов, а потом перейти к бумажным.   Тэхён был готов начать прямо сейчас. От этого и сонливость как рукой сняло, и не до репетиции стало.   — Отлично, когда полетим? — спросил он.   — На выходных архив закрыт, а в будни он работает до шести, — так что «мы» Михо было не совсем «мы». — Я заеду туда в понедельник, и буду заезжать каждый день во время обеда, пока не выясню, кем была ведьма из Ёсана, и где её дети сейчас.   Чем больше Бомгю об этом думал, тем лучше ему казалась идея. Невольно он проникался уважением к тому, кто её предложил.   — Я могу помочь, — вызвался он. — Попрошу своего Тэхёна завести меня в архив утром в понедельник, и подключу господина Ку к поискам.   — Я бы предпочла, чтобы папа не знал, — сказала Михо. — Не хочу, чтобы родители за меня переживали.   Тэхён как-то странно взглянул на Бомгю, зацепившись за эти его слова.   — Что ещё за Тэхён? — спросил он, проявляя ревности больше, чем Михо проявляла по отношению к нему из-за появления Йерим.   Всё потому, что Тэхён не был уверен во взаимности их дружбы. Бомгю был таким типичным котом, который нуждался в нём только когда хотел кушать, заставить его убрать лоток, покапать ему на мозги со своими страхами насчёт Михо и поделиться кусочком очень личной истории. Ну и загородить ему когти в порыве не то мурчащей благодарности, не то рычащей ярости.   — Мой друг Тэхён, — ответил Бомгю бесстрастно. — Тогда, может, попросить его заняться поисками, чтобы дело пошло быстрее?   Будь это какое-нибудь пустяковое проклятие, она с радостью поручила бы его знакомым Бомгю, но она не доверяла другим судьбу Тэхёна и своего ребёнка.   — Нет, не нужно. Я найду всё сама, — Михо отозвалась тихим стоном. — А у нас есть что-нибудь съедобное? Я ведь день ничего не ела и умираю с голода. Даже думать нормально не получается…   — Сейчас приготовлю, — спохватился Тэхён, направляясь к холодильнику и шкафчику с крупами и лапшой, чтобы решить, что у Михо будет на ужин. Между делом он взглянул на Бомгю, спрашивая его: — И много у тебя Тэхёнов среди друзей?   — Только он, — надменно ответил Бомгю, но спустя десятисекундное наблюдение за обиженным вампиром, сдался и заговорил куда мягче: — Я пошутил. Мы с тобой тоже друзья. Но только до тех пор, пока Михо с тобой в безопасности. А так Тэхёнов у меня больше, чем хотелось бы.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!