Вернутся к фанфику
28. Недостающий ингредиент
18 июня 2024, 10:48— Скажи ему, что нельзя просто обернуть ёлку гирляндой и считать, что это красиво, — Бомгю подсунул свою морду к телефону, целясь в микрофон. — Нужно оборачивать каждую ветку отдельно, чтобы был толк…
— Михо, пожалуйста, — Тэхён взмолился, — закрой ему как-нибудь рот, иначе я его под этой ёлкой и похороню…
Его многозначительный взгляд, устремлённый на кота, должен был источать угрозу, но Бомгю не смотрел в ответ, поэтому ничего такого не заметил.
— Вас нельзя оставлять вдвоём, да? — голос Михо, доносящийся из динамика, был дополнен шумным выдохом. — Странная штука, я пока не мать, но чувствую себя матерью двух детей, когда вы мне звоните, чтобы пожаловаться друг на друга…
— Это отличная репетиция, — сказал Бомгю. — Кто знает, вдруг у вас родится двойня?.. Кстати, если будет мальчик, как вы его назовёте? Что насчёт Бомгю?
— Ни за что, только через мой труп, — чеканя каждое слово, сказал Тэхён. — Одного Бомгю на семью достаточно.
— Так я всё-таки ваша семья? — кот обтёрся хвостом о колючие ветки ёлки, а заодно и об ногу Тэхёна, припрятанную где-то между. — Тогда, может, хватит заниматься ерундой, и нормально повесь гирлянду?
Михо их почти не слушала, глядя в компьютер и медленно листая один из архивных документов семьи Чхве. С помощью отца ей удалось сложить начало семейного древа, и теперь всё медленно ползло к нашему времени, с ответвлениями и неожиданными поворотами вроде переезда каких-то родственников проклявшей ведьмы в Японию. Она списала не один блокнотный лист в надежде отыскать живого потомка. Ей казалось, если она найдёт кого-нибудь из той семьи, у него можно будет уточнить про проклятие и узнать наверняка, можно ли его снять кровью. Ведь такие истории должны передаваться от родителей к детям из поколения в поколение?
— Она нормально висит, — защищаясь, сказал Тэхён.
— А вот и нет.
— Михо. Михо, алло? Ты тут?
— Да-да, я тут… — пробормотала она отстранённо.
— Переключись на камеру и посмотри на ёлку.
Михо навела курсор на строку, на которой остановилась, и взяла телефон в обе руки, переключаясь с обыкновенного звонка на видеозвонок.
Когда она утром уходила на работу, Тэхён спал в их постели в обнимку с Бомгю, и они выглядели едва ли не самыми родными. У одного шёрстка торчала в разные стороны, у другого волосы на голове. Домашние, сонные, смешные — так бы она их описала в тот момент. Но сейчас всё было иначе.
Во-первых, Тэхён причесался и достал где-то ободок с оленьими рожками, во-вторых, надел красивый голубой свитер, которого она прежде у него не видела, в-третьих, огоньки гирлянд, в которых он запутался пальцами, украшая ёлку, отражались в его тёмно-карих глазах, и Михо впервые с их встречи осознала, что вампиры таки могут гипнотизировать.
— Разве не красиво? — Тэхён повернулся к ёлке, поднимая руку выше, чтобы зацепить верхушку со звездой, золотые и синие шары, а также недовольную морду Бомгю, топчущегося в ногах.
— Не знаю насчёт ёлки, — на лице Михо отразилась плутовская улыбка, — но ты очень красивый.
Тэхён немного смутился, выпутываясь из гирлянды и пропуская пальцы сквозь тёмные волосы.
— Спасибо, — сказал он, — хотя моя красота всё равно ничто по сравнению с твоей красотой…
— Опять вы начинаете? — Бомгю застонал. — Эти ваши заигрывания как у третьеклассников…
Он перестал топтаться и просунул пушистую морду между ветвями с колючими иголками, потому что быстро осознал свою ошибку и теперь обязан был предупредить:
— Только повышать рейтинг флирта не нужно. Не хочу слышать все эти пошлости, которые иногда слышу по ночам…
Тэхён очень старался воспринимать говорящего кота как кота, но иногда осознание, что это не просто запертый в теле животного подросток, а взрослый дядя Михо, ставило его в крайне неудобное положение.
— Имейте в виду, — если бы Бомгю мог, потряс бы указательным пальцем в воздухе, — я согласен максимум на двух детей. Так что сбавьте обороты. Нам не нужна армия полу-ведьм, полу-вампиров…
— Ты случайно не забыл, что это не твой дом? — Тэхён выдавил из себя очень натянутую улыбку, и его щёчки немного округлились. — Так что не тебе решать, сколько у нас с Михо будет детей…
— Кхм-кхм, — Михо думала, что у неё-то было хоть какое-то право голоса. — Честно говоря, я тоже хотела бы для начала не больше двух…
— Для начала? — Бомгю фыркнул, а потом замотал мордой, словно уже потерял этих двоих, как и надежду на спокойную старость.
Михо смешила его реакция, а Тэхён надул губы, не то осуждая, не то обижаясь.
Он ещё не успел стать отцом, и хотел большего?
— Ёлка выглядит замечательно, — меняя тему, она таки присмотрелась к дереву, установленному в одном из углов гостиной. — Ты поставил её в ведро или в крестовину?
— В крестовину. Все руки поколол, пока делал это…
— И иголок натрусил, — добавил Бомгю.
— А кое-кто весь в них вывалялся…
Михо не хотела следить за зарождением новой перепалки между этими двумя, тем более у неё было совсем немного времени до окончания обеда, и хотя папа был счастлив видеть её каждый день в архиве, она уже была не рада так часто захаживать сюда.
— Ребята, — она помахала рукой перед фронтальной камерой, стараясь привлечь их внимание, — мне уже нужно возвращаться к поискам. Отправьте фото, как закончите с украшением и уборкой, ладно?
Тэхён состроил расстроенную мордашку, стараясь в эти последние несколько секунд насмотреться на Михо в искусственном тёплом свете архива.
— Я отправлю, — пообещал он.
— Спасибо, люблю тебя, — Михо послала ему воздушный поцелуй, на этой ноте собираясь попрощаться.
— А меня? — втиснулся в кадр Бомгю. Для этого ему пришлось запрыгнуть на табуретку с коробкой, заполненной ёлочными игрушками.
— И тебя немножко.
— Немножко?! — Бомгю совсем нешуточно оскорбился. Его и без того огромные глаза стали больше. — Попахивает предательством и сильнейшим вампирским гипнозом, потому что невозможно холодного кровососа любить сильнее мурчащей грелки в кошачьем обличии…
Тэхён даже не замечал, что Бомгю зазнавался, потому что всё ещё проигрывал в голове признание в любви Михо, и это взращивало его неплохое настроение до отличного.
Он уже давно не был так воодушевлён из-за приближающегося Рождества, и не испытывал столько удовольствия от украшения какой-то колючки, пахнущей на всю гостиную.
В родительском доме они обычно доставали старую искусственную ёлку с чердака и украшали её игрушками из папиного — или, вероятнее, дедушкиного — детства. Та ёлка не пахла заснеженным лесом, только мышиным помётом, и единственным её плюсом были подарки, что скрывались под торчащими металлическими ветками. С Йерим его Рождество, как и любые другие праздники, практически никак не отличалось от остальных ночей вместе. Раз, когда они ещё не встречались, они праздновали его с театральной труппой, дважды подряд отыгрывая «Рождественскую историю», а потом до самого утра мешая джин с кровью. Уже будучи в отношениях они летали на крыши небоскрёбов, чтобы полюбоваться снегопадом, посидеть в тишине и подглядеть за весёлыми людьми в парках и в окнах домов напротив.
В этом же году Бомгю вынудил Тэхёна и Михо ехать на ближайшую ёлочную ферму, что находилась в соседнем городке, хотя они оба были очень заняты — она поиском информации, он поиском работы. Как молодая семья с капризным ребёнком они ходили между рядами, пока Бомгю комментировал каждую ёлку из рюкзака-переноски. С его претензиями чудо, что они нашли подходящую. Но спокойствия от этого они не обрели. Ещё нужно было заказать идеальные ёлочные игрушки, рождественскую посуду с чашками-снеговиками, огромные носки для подарков, которыми пришлось обвешать газовый котёл за неимением камина. И где-то в процессе этой рождественской лихорадки Тэхён вошёл во вкус. Ему понравилось ненадолго откинуть тревоги о прошлом и будущем и вести себя так, словно в жизни нет ничего важнее, чем решить, какой шар где должен висеть, чтобы ёлка в окне выглядела красивее, чем у соседей.
Для Михо же вся эта праздничная суета по-прежнему была просто фоном. Её одержимость чем-то всегда была сильнее происходящего вокруг, но периодически Бомгю или бабушка, которой важно было купить для всех идеальные подарки, отвлекали её, и она брала короткую передышку, чтобы просто полюбоваться новыми чашками, попить из них тёплое безлактозное молоко на пару с Бомгю или прохладную густую кровь на пару с Тэхёном, поболтать о планах на рождественский ужин, который они собирались провести частично в Квачхоне, частично в Танджине, угодив обеим семьям, понежиться в крепких объятиях кого-то, кто обеспечивал порхание бабочек в животе. Но по-настоящему она ни на миг не забывала о проклятии, и успокоиться не могла, пока не найдёт решение.
Отложив телефон на стол, Михо опять склонилась над компьютером и тарелкой очищенного и нарезанного яблока, которую папа незаметно ей подставил после судочка риса с кимчи из дома. Она вернулась к чтению и выписываниям, застряв на девятнадцатом веке из-за того, как внезапно разрослась семья Чхве. Но это давало надежду на то, что и в двадцать первом веке есть множество доноров крови, снимающей проклятие.
Пока Михо беспрерывно пялилась в компьютер, кто-то присел на соседний стул. Было немного странно, учитывая, что в это время архив пустовал, и сесть можно было где угодно.
— Так это правда?
Её словно прострелило молнией от неожиданности, и она резко повернула голову, во все глаза глядя на Домёна.
Они не виделись несколько недель, что, по мнению Михо, было благословением. В какой-то момент он даже перестал засыпать её сообщениями с извинениями и просьбами встретиться в удобное для неё время и удобной для неё обстановке (не то чтобы она следила за количеством и частотой его сообщений, просто заметила, что Домён спустился в самый низ списка в Wizardgram, уступая их общим знакомым, что всё ещё спрашивали, точно ли свадьба отменена).
— Что? — спросила она, недоуменно глядя на него.
Почему он был здесь? Откуда он узнал? Чего он хотел?
— Помолвка с вампиром, — он чуть сжал тонкие губы, отчего в уголках его глаз появились морщинки. Его веселье было подозрительным. Особенно когда он касался пальцев Михо, указывая на её новое кольцо.
— А, — она поспешно отдёрнула руку, — да.
— Хм, — он расстроился тому, как внезапно она напряглась рядом с ним, — ты оказалась такой быстрой… Включила всё своё обаяние или просто воспользовалась приворотным зельем?
Он рассмеялся собственной шутке, а Михо было не смешно, потому что про приворотные зелья и вампирский гипноз она слышала слишком часто, чтобы это могло вызвать у неё улыбку. Должно быть, они с Тэхёном были обречены на подобные подозрения из-за своей природы, и мало кто верил, что их любовь могла зарождаться постепенно благодаря тому, что они каждый день проводили вместе.
— Что ты здесь делаешь? — хмурясь, спросила Михо.
— Зашёл по работе, — он кивнул куда-то в сторону, оставаясь полностью расслабленным, — и услышал, что тут «дочь господина Ку». Вот и решил убедиться, что слухи, которые разносит моя мать про твою помолвку, правдивы.
Чёрт, мама, бабушка или папа кому-то проговорились раньше времени, и Михо уже бросало в жар от страха, что они не забыли упомянуть и причину такой скорой свадьбы. Невольно она подняла левую руку, что прежде покоилась на столе, и переместила её на свой живот. Домён решил, что она так прятала от него кольцо.
— Что ж, — он снова улыбнулся, — думаю, я должен тебя поздравить…
Звучало не очень-то искренне, но Михо всё равно должна была его поблагодарить, чтобы он свалил отсюда и дал ей спокойно дышать.
— Ага, спасибо.
— Свадьба в январе? В том же зале, который родители бронировали для нас? А что со списком гостей? Я буду приглашён хотя бы как твой друг?
Он набросился на неё с этими тупыми вопросами, и лоб Михо покрылся испариной от того, как неловко всё это было.
— Мы не собираемся никого звать, — сказала она. — Только самых близких…
— Эх, когда-то я был для тебя достаточно близким, — его напускная расслабленность заставляла её оставаться настороженной. — А теперь мы выставляем наш общий дом на продажу…
Лучше бы он не вспоминал тот дом с той спальней и той кроватью. Михо была безразлична к его измене, но воспоминания о тех гадких чувствах, что она испытывала поначалу, способствовали появлению тошноты.
— Прости, — она отодвинулась от стола вместе со стулом, — мне нужно в уборную.
К глубочайшему удивлению Михо Домён не ограничился простым разрешением, которого она у него даже не спрашивала, и зарылся пальцами в её распущенные волосы, стараясь смахнуть пряди, что лезли ей в лицо. Прежде он никогда так не делал.
— Конечно, — сказал он, улыбаясь на то, как она дёрнулась, убегая от прикосновений и всё стараясь расчертить границы, потому что больше они не были парочкой по принуждению. — Я подожду тебя здесь…
— Не нужно. Я собираюсь потом уходить.
— А, вот как… Тогда я обязан пригласить тебя на субботний шабаш прямо сейчас. Другие наверняка тоже захотят тебя поздравить и попытаться выбить местечко на твоей свадьбе. Приходи, чтобы разом всем отказать, — он ей подмигнул, беззвучно барабаня пальцами по столу и внимательно наблюдая за тем, как она встаёт и сбегает.
☽ ⚝ ☾
— Так он поздравил тебя? — Тэхён спрашивал с недоверием. — Да. — Без ехидностей? Без ревности? — Кажется, да. Он допрашивал её о той встрече с Домёном уже два дня подряд, заставляя жалеть о том, что она вообще об этом обмолвилась. Михо хотела, чтобы это была просто забавная информация о её дне, но вышло совсем не забавно, и после аханья Бомгю, впоследствии которого он выронил пережёванный мокрый корм изо рта прямо на пол, Тэхён схватился за грудь. Это не был драматичный жест, пусть это и было очень в духе вампиров, скорее поводом забеспокоиться о его сердце. Он говорил, что из-за неё оно билось намного быстрее, чем обычно, а в моменты волнения так и вовсе разгонялось так, что ему трудно было дышать. — Какой-то он подозрительный… Ты так не думаешь? Не то слово. И это ещё Тэхён не знал, что тот козёл руки в её волосы запускал. Но волновать его лишний раз не хотелось. — Нет. Он меня никогда не любил, так что вряд ли его это как-то коснулось. — В человеческих книгах и фильмах так бывает, — Тэхён стал ёрзать на диване, поворачиваясь больше к Михо и шевеля своей рукой у неё под шеей. А она так удобно последние полчаса лежала на ней за чтением архивных документов, в тишине, нарушаемой только неразборчивым бормотанием Бомгю и его гостя с кухни, пока они там химичили с зельями. — Кажется, что любовь прошла, но как только появляется повод для ревности, чувства снова вспыхивают, а тогда… — Ничего подобного, — Михо заглянула в его перепуганные большие глаза, не считая его страхи беспочвенными, но нелепыми — очень даже. — К тому же, у него всё равно нет шансов. Ты уже похитил моё сердце, и ему до него никак не добраться. Тэхён хотел бы не переживать об этом, но Михо ведь была ведьмой, а её сердце — изменчивым. О чём вообще говорить, если даже сердце Йерим, притом, что она была вампиром, оказалось изменчивым? — Правда? — спросил он с надеждой, беспрерывно глядя ей в глаза. — Правда. За утвердительным кивком Михо прижалась к щеке Тэхёна ладонью и потянула его к себе, чтобы украсть не очень быстрый, но очень нежный поцелуй. Её пальцы стали ласково поглаживать его, успокаивая, но это лишь больше раззадоривало и пробуждало голод, с которым он боролся каждый день, зная, что она устаёт, что занята, что Бомгю сидит у них над душой. Поддаваясь ему буквально на мгновение, он снова прильнул к её мягким и податливым губам, сминая их в несдержанном поцелуе. Тэхён прижимался всё ближе, под пледом с оленями оттягивая её пижамную кофточку и вызывая мурашки прикосновениями к голому животу. Рядом с ним вся её напряжённая работа и поиски шли насмарку, потому что один поцелуй — и её уже ничто не волновало так, как его язык, изучающий полость её рта, и его рука, исследующая её тело вдоль и поперёк. — Михо, можно мне?.. — Бомгю запнулся, присаживаясь в проходе между гостиной и кухней и пристально глядя на Тэхёна, что секунду назад ещё нависал над Михо, а теперь опирался на диванную спинку, как ни в чём не бывало, и без конца облизывал покрасневшие губы. — Вы что, делали тут что-то неприличное? Когда у нас гость в доме?! Он нарочно кричал, чтобы его престарелый приятель точно расслышал в кухне. — Ничего мы тут не делали, — Михо обменялась взглядами и кивками с Тэхёном, телепатически договорившись притворяться, что они были заняты чтением и ничем другим. — Только изучали документы. — Ага, — Бомгю упёрся взглядом в руку Тэхёна, всё ещё скрытую под пледом, — документы… Разве я не сказал, что у вас будет по одному дню в неделю? Тэхёну совершенно не нравилось это дурацкое правило, как и то, что дядя Михо их так строил, словно он один был тут взрослым. — Так что ты хотел попросить? — торопясь сменить тему, спросила Михо. — Твою карту. Нам нужно кое-что докупить для наших экспериментов. — Опять? — вздохнул Тэхён. — Вы же уже сегодня что-то докупали… А потом расхаживали по гостиной, мешая им с Михо обниматься своими неловкими покашливаниями, пока забирали у курьера из волшебной доставки свои посылки. — Ты такой неблагодарный, — упрекнул Бомгю. — Мы вообще-то для тебя и твоих клыкастых родственничков стараемся. А ещё для того, чтобы ты не торчал весь день дома и нашёл себе дневную работу, как все нормальные существа, которые должны оплачивать коммунальные счета. Тэхён чувствовал, как его любовь и терпение к Бомгю иссякали, когда он заводил эту надоедливую тему о работе, хотя с «Лунным театром» пока всё было непонятно, и Тэхён просто выпросил выходные. Джэхун без лишних вопросов ему позволил, догадываясь, что дело в Йерим, которая сначала всех ошарашила своим появлением, а теперь продолжала захаживать, чтобы вспомнить былые времена и помучиться с гримом для актёров, всё обещая вот-вот улететь восвояси, только вещи свои соберёт. — Хватит донимать его этим, — приказала Михо, прижимаясь ближе к Тэхёну, но не для того, чтобы поддержать его объятиями, а чтобы дотянуться до своей сумочки. — Пожалуйста, трать мои деньги в пределах разумного. — Хорошо, — Бомгю открыл пасть, дожидаясь, пока Михо всунет туда карту совсем как в терминал. — Мы закажем буквально один недостающий ингредиент. — Я потом проверю, что именно вы заказывали. — Я и так могу сказать: кровь дампира. У Тэхёна ушло несколько секунд на то, чтобы осознать, что это за кровь такая, но Михо всё поняла сразу же и этот азарт, вспыхнувший в её глазах, не сулил ничего хорошего. — Вы хотите добавить в солнцезащитное зелье кровь ребёнка от союза вампира и обычного человека? Как вы к этому пришли? — Всё благодаря твоим книгам о беременности и младенцах-дампирах. Тэхён додумался до этого ещё в прошлую встречу, но мы уже перевели всю заказанную кровь… — Безуспешно? — спросила Михо. — Почти. — Почти! — она была в полном восторге, топчась по коленям Тэхёна, пока переползала по дивану к коту. — А я могу к вам присоединиться? — Михо… — Тэхён только произнёс её имя, но в следующее же мгновение понял, что это бесполезно. — Иди, конечно. Он подобрал с пледа её мобильный с открытым файлом. — А я почитаю эту штуку вместо тебя. Тут ведь… нужно просто искать и выписывать родственников?.. Михо закивала, всучивая в другую руку Тэхёна ручку и подкладывая ближе к нему прилично исписанный блокнот. — Перепроверяй информацию в других документах в этой папке, — дала наставление она. — Всегда сверяйся с большим списком колдунов и ведьм, не забывай выписывать отцовские фамилии… — Да-да, я знаю, — кивнул он. — Но ты уверена, что мы должны заниматься этим сами, когда можно просто нанять генеалога? Он может быстрее и лучше нас составить генеалогическое древо семьи Чхве… Когда папа узнал, что Михо ищет чьих-то потомков, тоже предложил ей поискать в колдунете специалистов, но их услуги стоили дороговато, да и она не нашла ни одного с нормальными отзывами, а это дело было слишком важным, чтобы доверить его кому попало. Малейшая ошибка могла привести их не к тому человеку, и тогда проклятие не удалось бы снять. — Всё-таки лучше сделать это самим, — она потрепала Тэхёна по щеке, зная, как он утомлён всем этим, и желая подбодрить его. Тэхён, наверное, чувствовал бы большее воодушевление, если бы её поиски в течение целой недели к чему-нибудь привели, но так «ветви» обрывались раньше двадцатого века, а о некоторых родственниках и вовсе невозможно было что-нибудь отыскать, особенно, если это были союзы с людьми, от которых дети рождались без магических способностей. В каком-то роде нужная им информация тоже была недостающим ингредиентом. — Ла-адно, — нехотя протянул он, растягиваясь в одиночку на диване и комкая плед между ногами. Помочь на кухне с зельями он никак не мог, но почитать архивные документы было несложно. Чувствуя себя настоящей ищейкой, он изучил последнюю страницу блокнота, чтобы выяснить, на чём Михо остановилась. Сейчас на очереди была госпожа Чон, которая до замужества была Пэк (а вот её мать ещё Чхве), но дети благодаря мужу получили фамилию Кан. Выглядело как будущая мигрень, если бы такая могла донимать слишком здоровую голову Тэхёна. Продвигаясь крохотными шагами, он выписывал, в какие семьи пошли её дети и ставил кресты на тех, кто не оставил после себя потомства. Это автоматически отбрасывало на пару шагов назад, заставляя возвращаться к началу и четырём детям дочери проклявшей семью Тэхёна ведьмы. До этого, судя по записям Михо, никому из них не удавалось сохранить свою фамилию, оставаясь Чхве из Ёсана от начала и до конца, но один уникум нашёлся — младший сын Чхве Есин. Он взял в жёны дочку торговца магическими кристаллами, и у них родился сын, который в итоге наградил фамилией Чхве своего сына, и благодаря тому, что у этой ветки в роду всегда были мальчики, Чхве из Ёсана продолжали разрастаться, пуская корни во всех уголках Кореи. У Михо почерк был более круглый и аккуратный, у Тэхёна — вытянутый и размашистый, и чем чаще ему приходилось брать в руки ручку, тем менее разборчивым становились слова, зато внешне более красивыми. Не думая, что такое возможно, он погрузился в поиски с головой, прошляпив момент, когда прибыла кровь, а гирлянды на ёлке где-то по сороковому кругу стали мигать, а не плавно перетекать из синего в жёлтый и белый. Будучи очень увлечённым составлением родословной, он игнорировал приглашение Михо прийти на ужин, а отвлёкся только когда она принесла ему стакан с трубочкой, плавающей в крови, и навалилась сверху, блокируя руки и ноги Тэхёна. — Ты ведь хотела, чтобы я перепроверял и выписывал, — напомнил он, утыкаясь подбородком в блокнот и чуть-чуть поворачивая голову, чтобы уловить её запах и увидеть её собранные в неаккуратный пучок волосы. — Но не двадцать четыре часа в сутки без перерыва, — она пошлёпала его по бедру, но без намёка на игривость. — Вставай и давай кушай. — Как я встану, когда ты на мне лежишь?.. Тэхён немного пожалел о своём вопросе, когда она оттолкнулась от его спины ладонями, и её вес исчез. Лучше бы она и дальше лежала на нём, чтобы он чувствовал её тепло, стук её сердца, её сладкий запах. — Как дела с зельем? — спросил он, тоже садясь и послушно обхватывая трубочку губами. — Бомгю решил взять за основу солнцезащитное зелье, которое используют в травологии для выращивания лунных культур, — это те, которым нужен лунный свет вместо солнечного, — и комбинировать его с устойчивой к солнцу кровью дампира, потому что его друг выяснил у своего друга, который изучает фантастических существ, что ваши и наши гены при смешивании дают такой эффект, соответственно, дампиры близки к вам так же, как к нам, и такое зелье вряд ли навредит… — Пока что ничего не получилось? — догадался Тэхён. — Сложно сказать, потому что солнце уже село, и мы пока не можем проверить, но мы угробили с дюжину стеблей хищного плюща до этого… Тэхён не сомневался, что найти что-то такое будет непросто, если не невозможно. Природа на то и расставляла ловушки, чтобы их не получилось обойти. — Ничего страшного, если не выйдет, — сказал он, протягивая Михо стакан, чтобы она тоже угощалась. — Я уже почти привык к графику бодрствования после обеда и сна после полуночи… Он и правда неплохо справлялся с тем, чтобы ложиться раньше и вставать раньше. Проблемой оставались только дни спектаклей, когда он был занят практически до рассвета, и выходные, когда хотелось встать пораньше, чтобы провести больше времени с Михо. — Другие семьи, как у нас, тоже так живут? То, что они оба уже на данном этапе считали себя семьёй, отдавалось приятным волнением в груди. — Наверное, — ответил Тэхён. — И в этом есть свои плюсы. К примеру, когда ребёнок родится и будет устраивать нам бессонные дни и ночи, мы сможем работать по очереди: ты — в светлое время суток, я — в тёмное… Михо заметно расстроилась из-за его предложения: уголки её губ немного опустились, в глазах появилась тоска. — Я планировала делать всё вместе, — сказала она. — Вдвоём. — Не спать сутками напролёт и укладывать его? Михо согласно кивнула, а потом добавила: — Или её. — Или её, — Тэхён улыбнулся, потому что теперь-то у них был шанс на что угодно. Он с нетерпением ждал, когда проклятие превратится в дурной сон его предков, они с Михо избавятся от всех своих страхов и можно будет сосредоточиться на том лучшем, что их ждало впереди. — Кормить? Она снова кивнула. — Купать? Менять памперсы? Вывозить на прогулки? Читать сказки?.. — И проводить ритуалы. — Ритуалы? — брови Тэхёна поползли вверх в удивлении. Он совсем забыл о любви ведьм к такому. — Вроде того водного, который мы обсуждали. — Тот пугающий для новорожденных? Ты хочешь его провести с нашим ребёнком? — Конечно. Он ведь будет маленьким колдуном или ведьмой так же, как и вампиром. Тэхёна одолевали сомнения. — А это точно безопасно? — спросил он. — Точно кошмаров потом не будет? — Мы это уже обсуждали… — дотянувшись до открытого блокнота, Михо взяла его в руки и поднесла к лицу, стараясь разобрать почерк Тэхёна. — Ты дошёл до пятидесятых годов?! Это Чхве? Они из Осана?.. Тэхён обработал за сегодня столько информации, что она вся слиплась рисовой кашей в его голове, и без подсказок в блокноте он ничего не мог вспомнить. Но Михо не очень-то и нужно было его подтверждение — она могла выяснить всё сама. — Хватит на сегодня. Тебе тоже стоит отдохнуть и перекусить, — сказал Тэхён, стараясь отобрать у неё телефон и блокнот, но она была той ещё упрямицей и вскочила с дивана. — Это ведь финишная прямая! — сказала Михо. — Наконец-то! Отговорить Тэхён её не мог, а чтобы он ей не мешал, она забрала все свои вещи и сбежала от него в спальню. Ему ничего не оставалось кроме как допить кровь в тишине и понести грязный стакан на не менее грязную кухню, с уборкой которой ни одна волшебная вещь не справлялась. Казалось, метла уже смирилась с тем, что в этой части дома будет царить хаос, и устало опиралась на стену. — Вы всё ещё колдуете? — поинтересовался Тэхён, тихонько фыркая из-за того, что его тёзка рефлекторно чесал у Бомгю за ушком, пока тот восседал на стуле рядом. Кот от этого так же рефлекторно мурчал. Громче, чем у Тэхёна и Михо. — Нет, мы уже закончили, господин Ким. Бомгю просил опустить формальности, потому что «чувствовал себя как в суде», из-за этих «господин», но ни один из Тэхёнов не хотел звать кого-то другого своим именем, поэтому… — Вот и славно, господин Кан. Планируете покинуть нас в ближайшее время? У них не было причин недолюбливать друг друга, но какое-то напряжение, скрытое за напускной вежливостью, между ними присутствовало. Фамильяр ни за что не подумал бы, что это из-за него. — Да, уже ухожу вообще-то. — Побудь ещё немножко, — попросил Бомгю, вытягивая шею, чтобы подставить под мужские руки место, которое особенно сильно зудело. Он подозревал, что это после этих проклятых хищных растений, что всегда подлавливали идеальный момент, чтобы ужалить его за лапу, за нос, за ухо… Его друг с радостью оказал бы ему эту услугу, но ему и правда хотелось домой. Да и неудобно было столько торчать в чужом доме. — У меня ещё есть планы на сегодня, — в своё оправдание сказал он, напоследок легонько похлопывая Бомгю по макушке и вставая из-за стола. — Когда завтра утром выставите горшки на солнце, сообщите мне, есть ли успехи. Это было само собой разумеющимся. — Ты основательно взялся за зелье, — сказал Тэхён, когда господин Кан вышел из кухни и стал шуметь в прихожей, обуваясь и одеваясь. — Не терпится выгнать меня на солнце? — Давно уже, — ответил Бомгю, виляя хвостом и так же вытягивая шею навстречу, когда рука Тэхёна коснулась его головы. — Да-да, вот так, но теперь чуть ниже… Фух, блаженство… — Признайся честно, ты занимаешься этим зельем, потому что в случае успеха можно будет подать апелляцию? Бомгю перестал жмуриться в удовольствии и воззрился на Тэхёна с удивлением. — Причём здесь это? — спросил он, искренне не понимая, как зелье и апелляция могут быть связаны. — В MageMingle я выждал длиннющую очередь к популярному адвокату по вопросам обращения в фамильяров, и хотя он был категоричен по поводу подачи апелляций, так как в большинстве случаев невозможно оспорить решение суда, он сказал, что наказания, назначенные до девяносто восьмого, имеют неплохие шансы. Изначально он говорил о семьях, в которые фамильяры попадают, намекая, что при условии верного служения можно получить помилование лет через пятьдесят, но в зависимости от масштабов помощи срок может сократиться. А зелье, которое спасёт миллионы вампирских жизней, можно ведь считать масштабной помощью? Бомгю сам не заметил, как его взгляд смягчился и стал едва ли не влюблённым. — Ты спрашивал обо мне у волшебного адвоката? — Конечно, — Тэхён сжал чёрное ушко между пальцами, потирая его. — Как ты впадаешь в панику от мысли, что нам придётся жить здесь всем вместе и растить как минимум одного ребёнка, так и я. Не пойми неправильно, мне нравится твоё присутствие, но было бы намного лучше, если бы ты был кожаным, а не шерстяным, и если бы жил отдельно, — своей жизнью, — иногда наведываясь к нам и наводя суету. Бомгю не преследовал никаких корыстных целей, всё, чего он хотел — взять немного забот Михо на себя, но теперь в его мыслях крутилось это слово «апелляция», и оно было слишком привлекательным, чтобы он мог выкинуть его в урну на задворках мозга. — Вы сейчас офигеете! — Михо прокричала из спальни безумно счастливым голосом. Тэхён не мог припомнить, чтобы прежде она так выражалась. — Просто офигеете! — повторила она. Её шаркающие тапочки прокатились по полу гостиной, и она влетела в кухню, тыча телефоном им обоим в лицо. — Видите? Видите это? Тэхён осторожно сжал её кисть, чтобы она прекратила трясти телефоном и он смог приглядеться к пометке на карте, а также фото волшебного секондхенда, который был ему хорошо знаком. — Что это? — усы Бомгю несколько раз вздрогнули, пока он тщетно пытался скривить свою кошачью морду. — Ты нашла магазин с барахлом? Михо покачала головой, делая глубокий вдох, чтобы потом выпалить всё на одном дыхании и поскорее сообщить им потрясающую новость. — У меня не было свежих документов, а папа сейчас дома и никак не может мне найти то, что нужно в архиве, поэтому я решила, что раз речь про пятидесятые, есть шанс отыскать этого Чхве Усика в Wizardmates. Знаете эту соц. сеть для стариков, в которой они регистрируются в надежде наладить связи со старыми знакомыми, и в которой никто уже сто лет как не сидит? — сто лет было преувеличением, но лет десять ей уже точно никто не пользовался. — Я поискала там, но ничего не нашла, тогда воспользовалась более новым Magic Ball и по счастливой случайности наткнулась на объявление о похоронах пятилетней давности там. Хоронили нашего Чхве Усика, прощание проходило в Осане. Организовывал их его сын. Сын, понимаете? Его страничка уже давно не обновлялась, и до этого на ней было крайне мало информации, но городом проживания отмечен Квачхон, а в основной информации ссылка на магазин подержанных вещей! Бомгю не понимал, зачем так кричать, но Тэхён всё слышал словно сквозь толщу воды, поэтому звонкий голос взбудоражённой Михо был очень кстати. — Хочешь сказать, — замямлил вампир, — этот господин Чхве — один из потомков нужной нам ведьмы? — Сто процентов, — сказала она. — Моя мама знает его жену, они часто пьют вишнёвый сидр вместе. Знаешь, какой у них символ семьи? Лисица. Прямо как в сказке про ведьму-лисицу! — Подумаешь, лисица, — Бомгю не мог отказать себе в удовольствии поспорить. — Раньше у… — Это точно они. Давай поедем к ним? — Михо сама ухватилась за руку Тэхёна, дёргая за неё. — Ну давай поедем… Она думала, ему нужно просто извиниться и попросить немного крови. Всего-то. — Нет, — Тэхёна пробивал озноб, пока он осторожно отцеплял девичьи пальцы от своей ладони. — Лучше полетим.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!