1.Tansies (Пижма)

      Нил Джостен знал Эндрю Миньярда примерно две минуты тридцать семь секунд и уже знал, что будет ненавидеть его всю оставшуюся жизнь.       Эндрю, со своей стороны, похоже, возненавидел Нила ещё до того, как они познакомились, так что Нил считал свою ненависть оправданной. Он с грустью попрощался со своим решением не наживать врагов в новой жизни. Сколько он продержался? Пять часов? Неплохо, учитывая его послужной список. Он был уверен, что агент Браунинг был бы впечатлён, если бы Нил всё ещё был его проблемой. К счастью для них обоих, в прошлом месяце Нила освободили из программы защиты свидетелей, так что у них больше нет причин видеться.       Технически, Нил знал об Эндрю уже несколько недель. Да, он больше не был в бегах, но ему было бы некомфортно покупать недвижимость, не зная ничего о своих соседях. Поэтому Нил знал, что в магазине, с которым он будет делить здание, продаются волшебные растения и что владельцем магазина является человек по имени Эндрю Миньярд. Он знал, что Эндрю живёт в квартире над своим магазином, как и Нил. Они не только работали в одном здании, но и жили в нём.       Он не думал, что это станет проблемой: здание было переоборудовано из большого двухэтажного дома в своего рода дуплекс, где первый этаж был разделён на две торговые площади, а второй — на две квартиры. Две половины здания были разделены стеной и заколоченной дверью наверху. Это ничем не отличалось от владения квартирой в большом комплексе или магазином в торговом центре, за исключением того, что в данном случае у него был бы только один сосед. Если уж на то пошло, это было даже лучше: меньше людей, с которыми нужно сосуществовать, — это только плюс.       Но он не знал, что Эндрю Миньярд такой придурок.       Да, Нил знал, что он так-то тоже придурок, но только когда кто-то первым выводил его из себя. С другой стороны, Эндрю спровоцировал Нила ещё до того, как они успели поговорить.       Нил переехал в Пальметто, чтобы начать всё с чистого листа. После десяти лет в бегах от своего отца-мафиози и нескольких лет в программе защиты свидетелей, ФБР наконец-то удалось арестовать последнего из сторонников Натана Веснински, и Нилу разрешили вернуться в мир без нависшей над ним угрозой мести. Из-за того, что он был в бегах и жил в конспиративном доме ФБР, у Нила было довольно поверхностное образование и очень мало востребованных на рынке навыков. Однако у него была особенность — причуда — чрезвычайно редкий магический дар. Люди с причудами могли использовать магию, окружающую их, и направлять её определённым образом. Причуды были сугубо индивидуальны, и не могло существовать двух людей с одинаковыми магическими дарами.       Причуда Нила проявлялась в татуировках. Или, точнее, не совсем так. Нил мог наделять магией любое живое существо, рисуя на его теле. Самый простой способ продавать это — через магический тату-салон, чем Нил и занимался. Он нашёл помещение, которое мог себе позволить на остатки наследства, и теперь был здесь.       В то утро он переезжал, и, когда он разгружал первую коробку с припасами, он почувствовал, что кто-то смотрит ему в спину. Хотя он знал, что за ним больше никто не следит, он не мог избавиться от холодного страха, охватившего его при мысли о том, что за ним наблюдают. Нил резко обернулся, почти ожидая увидеть Лолу или Натана. Он видел, как им обоим выстрелили в голову, но никакая логика не могла преодолеть первобытный страх, который они внушили ему с детства.       Вместо этого Нил увидел невысокого светловолосого мужчину. Он был одет во всё чёрное, с повязками ткани, идущими от локтей к запястьям. Его лицо было бесстрастным, поза угрожающей, но Нил провёл свои юношеские годы, сталкиваясь с худшими монстрами, которых могло предложить человечество. Этот незнакомец — скорее всего, его новый сосед Эндрю Миньярд — не напугал его.       Тем не менее Нил решил, что лучше произвести хорошее первое впечатление, поскольку в обозримом будущем им с Эндрю придётся жить в непосредственной близости друг от друга. Поэтому Нил изобразил на лице дружелюбную улыбку и помахал рукой. Эндрю прищурился. Он не помахал Нилу в ответ.       Ладно, Эндрю явно не был общительным человеком. Наверное, это и к лучшему. Чем меньше Нилу приходилось общаться с соседом, тем лучше.       Нил продолжил разгрузку, не обращая больше внимания на Эндрю. Если ему что-то было нужно от Нила, он вполне мог спросить об этом сам. Нилу предстояло много работы, если он собирался в одиночку подготовить магазин к открытию в ближайшие несколько дней. На несколько часов ему удалось выбросить Эндрю из головы.       Он слышал шум на улице, когда другие заведения на Фоксхоул-лейн открывались на день. Шум шагов людей, идущих по улице, гудки машин, смех детей, играющих в салки, свист мужчины, идущего через дорогу и готовящегося встречать покупателей. Нил открыл входную дверь и оглядел свой новый дом. Солнце палило нещадно, но приятный сентябрьский ветерок не давал ему сильно потеть. Из пекарни через дорогу и цветочного магазина по соседству доносились ароматы свежих цветов и свежеиспечённого хлеба. Плетёные корзины с цветами висели на фонарных столбах, дорога была выложена галькой, а вдоль тротуара росли большие деревья с длинными ветвями, возвышавшимися над причудливыми двухэтажными кирпичными зданиями. Жёлтые и оранжевые листья были разбросаны по дорогам и тротуарам, а более крупные кучи лежали на травянистых участках между магазинами. Мимо Нила пробежала собака, чуть не врезавшись в него в спешке за мячом.       Согласно его исследованиям, ближайшими соседями были бутик, принадлежавший Эллисон Рейнольдс, пекарня, принадлежавшая Рене Уокер, и спортзал, принадлежавший Даниэль и Мэттью Бойд-Уайлд, а также цветочный магазин Эндрю Миньярда, расположенный по соседству. Насколько ему было известно, Эндрю был единственным волшебником на многие мили вокруг. В таком маленьком городке как Пальметто, редко можно было встретить больше одного человека с причудой, не говоря уже о двух волшебных предприятиях, особенно если они располагались по соседству друг с другом. Нил переехал сюда не для того, чтобы конкурировать с Эндрю; это была просто лучшая сделка, которую он смог найти в кратчайшие сроки. Кроме того, в магазине наверху была квартира, так что он убивал двух зайцев одним выстрелом, покупая и магазин, и жильё в одну цену.       Кроме того, Нил не думал, что они с Эндрю будут сильно конкурировать. Конечно, они оба продавали магические товары, но для совершенно разных целей. Татуировки Нила были постоянными, в то время как растения Эндрю обладали лишь временной магией. Из экспериментов своего отца Нил узнал, что чем дольше магия сохраняется в неизменной форме, тем слабее она становится. Поэтому, хотя татуировки Нила держались дольше, магические эффекты, которые он мог предложить, были далеко не такими сильными, как у цветов Эндрю. Нил мог дать своим клиентам небольшой, но более продолжительный магический заряд, в то время как магия Эндрю давала сильный, но кратковременный эффект. Поэтому, хотя клиентская база его магазина и магазина Эндрю пересекалась, Нил не думал, что из-за этого кто-то из них может разориться.       Он не был уверен, насколько распространены эти знания о магии, поэтому, возможно, Эндрю не знал, что магия Нила используется иначе, чем его собственная. Натан Веснински собирал людей с причудами в свой ближний круг, поэтому Нил вырос среди большего количества магов, чем большинство людей встречают за всю свою жизнь. Сравнивая и тестируя их причуды, Натан обнаружил множество тонкостей в работе магии, и Нил тоже кое-что подмечал, наблюдая за ними.       Может быть, именно поэтому Эндрю и приглядывался к нему недавно. Он видел в Ниле своего конкурента, открывшего конкурирующий магазин магии по соседству. Нил действительно не хотел так быстро нарываться на неприятности, поэтому, если бы Эндрю не решил сделать их соперниками, Нил просто занимался бы своими делами.       Этот план просуществовал недолго.       Потому, что после нескольких часов напряжённой работы Нил решил прогуляться. А когда он вернулся, то увидел перед своей дверью букет цветов.       Вероятно, это был приветственный подарок от одного из владельцев близлежащих предприятий. Скорее всего, от Эндрю, так как у него был цветочный магазин. Возможно, Нил неверно его оценил. Возможно, Эндрю не хотел игнорировать Нила, просто ему было неловко в среди людей.       Нил взял цветы в руки, и его тут же окутал тошнотворный запах тухлых яиц и сточных вод. Он выронил букет, но это не помогло. Магия передалась, так что цветы остались просто цветами, а запах прилип к Нилу.       Поблизости донеслось фырканье, и Нил, обернувшись, увидел Эндрю, прислонившегося к стене своей части дома с едва скрываемой ухмылкой на губах.       — В следующий раз тебе повезёт больше.       — Да пошёл ты, — сплюнул Нил. — В чём твоя проблема?       — Прямо сейчас? — Эндрю окинул его скучающим взглядом. — В тебе.       — Я тебе даже слова не сказал! — Нил подошёл к Эндрю, сжимая кулаки.       Эндрю сделал вид, что зажимает нос. — От тебя воняет.       Кровь Нила закипела от гнева.       — Из-за тебя, козёл! Серьёзно, грёбаный розыгрыш? Тебе сколько, двенадцать? Я вижу, что ты ростом с десятиклассника, но, полагаю, чтобы владеть магазином, нужно быть взрослым. Тебе серьёзно больше нечем заняться, кроме как так использовать свою магию?       — Ах, шутки про рост. Ты явно взрослее меня, — насмешливо сказал Эндрю. — От тебя пахнет, словно от мальчика из средней школы, не знающего про существование дезодоранта.       Он сейчас серьёзно?       — Я не идиот! У моей двери лежал волшебный букет, а ты имеешь волшебный цветочный магазин прямо по соседству. В этом явно твоя вина!       — Неправильно.       — Хочешь сказать, что ты этого не делал?       — Нет, тут ты прав. Ты ошибаешься насчёт того, что ты не идиот.       — Ты невыносим! — крикнул Нил. — Не знаю, считаешь ли ты себя умным, забавным или кем-то ещё, но ты просто высокомерный, незрелый, невыносимый придурок…       — Ты действительно знаешь, как заставить парня почувствовать себя особенным, — Эндрю смотрел на свои ногти, покрытые черным лаком, и больше не обращал внимания на Нила. — О, глянь на часы. Мне пора работать. Было приятно познакомиться с тобой, давай не будем больше видеться.       Эндрю крутанулся на каблуках и зашёл обратно в свой магазин, в последний раз отсалютовав Нилу двумя пальцами, оставляя его наедине с гневом. За двадцать два года на Земле у Нила было много врагов, но в кои-то веки не он был зачинщиком конфликта. И всё же, если Эндрю был полон решимости сделать Нила своим соперником, Нил не собирался сдаваться без боя.

***

      Нил поднялся наверх, в свою новую квартиру. Обставлена она скудно, но даже каркас кровати под матрасом или стол со стульями были для Нила чем-то большим, чем он привык, чем-то большим, чем ему было нужно. Он провёл немало ночей на полу, и полы были гораздо хуже, чем богатый коричневый паркет в его гостиной. Стены были голыми, диван — потрёпанным, а в центре стоял старый деревянный стол с двумя пластиковыми стульями. Для его целей этого было более чем достаточно.       Нил долго принимал душ, смывая остатки вонючего запаха. Он ещё не ходил за продуктами, поэтому на кухне было пусто. К счастью, через дорогу была пекарня, и Нил отправился туда за обедом.       Когда он вошёл, дверь звякнула, и на Нила сразу же обрушились запахи кофе, тостов и растопленного масла. У него заурчало в животе, и он подошёл к кассе, оглядываясь по сторонам. Внутри пекарня была похожа на радугу: пастельно-жёлтые стены с белой отделкой, светло-розовые и голубые столики с вазами для цветов из цветного стекла, несколько мягких диванов с зелёными подушками. Даже пол был выложен в фиолетовую и белую клетку. Всё немного не сочеталось, но в очаровательной, уютной манере, которую подчёркивала мягкая фортепианная музыка, доносившаяся из динамиков. Стиль Рене Уокер в оформлении был, конечно, эклектичным, но каким-то образом это работало. Не то чтобы Нил хорошо разбирался в таких вещах; его квартира была воплощением кошмаров дизайнеров интерьера.       — Привет! — прощебетала женщина за прилавком. Должно быть, это Рене Уокер. Нил заметил, что её чувство стиля распространялось и на неё саму: кончики её волос были выкрашены в пастельные цвета радуги, на руках висели массивные браслеты всех цветов, ногти были ярко накрашены розовым, жёлтым и синим, а одеждой служило кружевное платье с цветочным принтом. — Что я могу вам предложить?       Она тепло улыбнулась, её голос был весёлым и приветливым, а поза — вежливой, но непринуждённой. Она была само воплощение доброты, и Нил подавил в себе желание дать дёру. Её наигранная невинность в любом случае заставила бы его почувствовать себя неуютно — никто не может быть настолько милым без скрытых мотивов, — но знакомая тьма в её глазах усилила его подозрения.       Неужели это говорила его паранойя? Рене ещё не сделала ничего, что могло бы вызвать такой страх. Она всё ещё ждала его заказа, и Нил не мог позволить себе нажить двух врагов за один день, поэтому он остался на месте и наугад выбрал блюдо из меню. — BLT и чёрный кофе.       Кто-то фыркнул у него за спиной, и ещё до того, как Нил обернулся, у него возникло ужасное предчувствие, будто этот звук ему знаком. К сожалению, он оказался прав, потому что за ближайшим столиком сидел Эндрю Миньярд, новый соперник Нила, опасно откинувшийся на спинку стула. Он заказал какое-то гигантское сладкое чудовище, утопающее в шоколадном сиропе и содержащее больше посыпки, чем теста.       — Что на этот раз? — Нил сердито посмотрел на него.       Выражение лица Эндрю не изменилось ни на йоту. — Ты похож на испуганного кролика. Собираешься бежать?       Нил почти согласился, но теперь, стоило Эндрю заикнуться об этом, упрямство взяло верх. Он решил остаться, чтобы не подтверждать правоту Эндрю.       — Это не я сбежал после нашего последнего разговора.       — У меня были дела поважнее, чем спорить с вонючим идиотом.       — И всё же ты здесь, — сказал Нил, поздно осознав, что признал себя идиотом.       — По крайней мере, он осознаёт себя, — Тут же подхватил Эндрю и Нилу захотелось пощёчиной стереть это самодовольное выражение лица.       — По крайней мере, у меня нет вкуса избалованной малютки, — парировал Нил. — Ты пытаешься вызвать сердечный приступ?       — Это явно лучше, чем этот утомительный разговор ни о чём.       — Ты уже третий раз жалуешься на это, но продолжаешь со мной разговаривать. Никто не заставляет тебя отвечать.       — Ты такой глупый.       — Половина твоих оскорблений - попытка выставить меня дурачком. У тебя так быстро кончаются идеи? Меньше суток прошло.       — Кхм - кхм, — Рене откашлялась. Нил почти забыл, что они с Эндрю на людях. Половина посетителей кафе смотрела на них. Нил действительно не смог произвести хорошее первое впечатление. По крайней мере, Рене не выглядела осуждающе. Если уж на то пошло, она выглядела немного удивлённой, приподняв бровь в сторону Эндрю. — Вот ваша еда.       Нил поблагодарил её и расплатился, найдя столик в противоположном конце пекарни. Он чувствовал, как взгляд Эндрю сверлит его затылок, и изо всех сил старался не обращать на это внимания. Эндрю, казалось, был полон решимости спровоцировать его, но Нил не собирался доставлять ему такое удовольствие.       — Что это было? — спросил мужчина из-за соседнего столика. Нил не был уверен, что обращались к нему, поэтому не ответил.       — О, простите, я, наверное, должен представиться! — Мужчина продолжал говорить.       Он был полной противоположностью Нила: всё в нём привлекало внимание, начиная с громкого голоса и заканчивая торчащими иглами-волосами и яркой улыбкой. Неужели все в этом городе были неестественно дружелюбны? Кроме Эндрю, конечно. Нилу пришло в голову, что, судя по тому, что он видел до сих пор, у него, вероятно, было больше общего с Эндрю, чем с кем-либо ещё на Фоксхоул-лейн. Эта мысль приводила в ужас.       — Ты разговариваешь со мной? — наконец спросил Нил.       Мужчина широко улыбнулся.        — Да! Меня зовут Мэтт. Я тебя не узнаю. Ты новенький в городе?       Нил предположил, что должен был ожидать этого, переезжая в такой маленький городок, где все друг друга знают. Он задавался вопросом, сколько раз ему ещё придётся вести этот разговор в ближайшие несколько недель.       — Я переехал буквально недавно в тот дом через дорогу. Я Нил.       — О, так это ты тот, кто открывает новую тату-студию! — Мэтт, казалось, говорил восклицательными знаками, громко и взволнованно. — Так, как ты познакомился с Эндрю?       — Он подарил мне зачарованные бомбой-вонючкой цветы.       Мэтт рассмеялся. — В этом весь Эндрю.       — Он всегда такой? — уточнил Нил. Сам он так не думал; ненависть Эндрю к нему по какой-то причине, казалось, была из личных побуждений.       — Вроде того, — сказал Мэтт. — Он всегда ведёт себя как придурок, но обычно просто игнорирует всех. Я не знаю, почему он обращает на тебя такое внимание. Может, просто потому, что ты здесь новенький?       — Может быть. — Нил надеялся, что это так. Если Эндрю провоцировал его только потому, что он новенький, то новизна быстро сойдёт на нет. И всё же Нилу не нравилось, что его воспринимают как новую блестящую игрушку, с которой Эндрю может поиграть.       Мэтт болтал без умолку, пока Нил ел свой обед, и Нил запомнил, может быть, пятую часть его слов, но он с удивлением обнаружил, что компания была довольно приятной. Мэтт, похоже, не слишком расстроился из-за кратких ответов Нила, и у него действительно была полезная информация о некоторых соседях Нила. Нил узнал о них из интернета, но у Мэтта были такие личные подробности, которые нельзя найти в сети, и Нил запомнил их на всякий случай. Он не ожидал, что они ему понадобятся; кроме Эндрю, другие владельцы бизнеса на Фоксхоул-лейн казались вполне милыми.       После обеда Нил вернулся в свой магазин, чтобы продолжить распаковку. Больше он не сталкивался с Эндрю и почти забыл о нём.       А потом наступила ночь, и Нил поднялся в свою квартиру, в то время как Эндрю выбрал именно этот момент, чтобы включить музыку на полную громкость. Стены между их квартирами были очень тонкими, так как изначально здание было просто большим домом, поэтому Нил слышал всё. Инструменты состояли из барабанов и электрогитары, а вокал больше походил на крик, чем на пение. Действительно ли Эндрю слушал это или просто включил, чтобы подействовать Нилу на нервы?       Нил постучал в заколоченную дверь, которая соединяла их квартиры, но Эндрю либо не слышал его, либо намеренно игнорировал. Оба варианта казались одинаково вероятными: Эндрю был достаточно придурком, чтобы игнорировать Нила, но его музыка играла так громко, что он, вероятно, не слышал даже собственных шагов, не говоря уже о стуке Нила по двери.       — Эй! — крикнул Нил. — Если ты не вырубишь это…       Музыка почему-то стала ещё громче. Нил не думал, что громкость можно сделать ещё выше. У Эндрю там что, несколько колонок?       К чёрту всё это. Нил взял подушку и одеяло и спустился в свой магазин, решив спать на полу. Отсюда он всё ещё слышал музыку, но она была немного тише, и Нил пытался её не замечать.       Это не сработало. Нил не спал до тех пор, пока музыка не выключилась около трёх часов ночи, и всё это время он фантазировал о том, как будет мстить утром.