Первый год обучения. Крах. Глава 26

Утро. Звук чириканья птиц. Я уже проснулся, но лежу с закрытыми глазами. Не хочется прерывать момент. Я знаю — рядом спит Нанами. Я слышу её сопение. Спасибо ей. Я открыл глаза. Увидел потолок. Повернул голову налево и увидел Нанами. Она всё ещё спит. На спине. Её черные волосы неаккуратно лежат по поверхности белой простыни. Её лицо симпатично... Я не хотел будить её. Жарко, одел шорты. Без футболки. Бесшумно вышел из комнаты и направился на кухню, чтобы приготовить завтрак. Решил приготовить яичницу с беконом. Взял сковородку, включил плиту, положил кусок масла, взял яйца, разбил их и положил внутрь. Не забыл про бекон. Пока готовил, решил зайти в телефон. Открыл приложение школы. ____________________________________________________ Ваш баланс: 1.045.987 баллов Баланс класса: 320 баллов ____________________________________________________ Ваши показатели: Академические: 90 (A) Физические: 87 (B) Псих устойчивость: 100 (A) Вклад в класс: 93 (A) Потенциальный интеллект: 101 (S) Ваше среднее значение: 94,2 (A) До конца экзамена: 8ч:35м:42с — Карта — Профили одноклассников — Выход ____________________________________________________ Я давно не заходил в приложение. Не видел смысла. Тем временем яичница приготовилась. Я почувствовал запах еды. Посмотрел направо — окно открыто. Мне всё равно жарко. Внезапно от готовящейся яичницы отскочила капля плавящегося масла и попала мне на грудь. Я — полуголый, капля попала на меня. «Тц» — всё, что я сказал. Я выключил плиту. Всё готово. Разложил еду. Две тарелки. Из комнаты послышались шаги. Проснулась. Открыл холодильник, достал пачку молока. Разлил по стаканам. Поставил на стол. Она показалась в проёме двери. Сонная. Волосы неухоженны. Красивее обычного. Вроде. Она потянулась. Посмотрела на меня. Бордовые глаза смотрят больше не сожалея. С теплотой. Она не знает, что их класс проиграл уже тогда, когда Есикава объявляла экзамен. Не хочется её расстраивать. Нанами. «Доброе утро, Йоши» — сказала с нежным тоном. Спасибо, что ты есть. «Доброе» — сказал, глядя не с добротой. Скорее — с чем-то похожим на заботу.» Я зафиксировал. Она подошла. Слегка обняла. Я сделал также. Не обнять было бы странно. «Ты приготовил завтрак, спасибо» «Садись, Нанами, всё готово.» Мы сели. Я принялся за еду. «Итадакимасу» — Нанами сказала с улыбкой. Спасибо. Я сказал: «И тебе» Сегодня в её взляде нет горечи. К сожалению, пока. Я доел, выпил молоко. Холодное. Даже слишком. Зафиксировал. Пока я сидел, Нанами заговорила. «А что ты полуголый? Девушку совращаешь? Не стыдно?» — сказала улыбнувшись. Искренне. Спасибо. «Жарко. Ты смущаешься?» — вроде шутка. Вроде. Нанами покраснела, но улыбнулась. Она доела, выпила молоко. Заметил, что её волосы притягивают взгляд. Красивые. Зафиксировал. Я встал из-за стола. Взял тарелки и стаканы. Начал мыть посуду. Глянул на телефон. Время 7:28. Нанами подошла, пока я мыл тарелку. Обняла. Поцеловала в щёку. Спасибо. Улыбнуться я не могу. Прости. Пока я мыл посуду, она открыла шкафчик. Что-то зашуршало. Она достала печенье. Шоколадное. Посмотрела на меня, чуть покраснев. Откусила печенье. По взгляду — понравилось. Видимо — вкусно. Зафиксировал. Она убрала упаковку. Обняла меня ещё раз. Мне приятно. Зафиксировал. Объятия — хорошо. С Нанами — ещё лучше. Спасибо. Я пошел в туалет. Чистка зубов, крем для лица. Впервые за два месяца посмотрел в зеркало. Взгляд — в бездну. Лицо — статично. Тело — стройное. Зафиксировал. Вышел из туалета. Пошел в комнату. Заправил кровать. Не один — с Нанами. Спасибо. Посмотрел в телефон. Время 7:45. Начинаю собирать сумку. Карандаш, ручка, пару тетрадей. Достаточно. Нанами что-то делала на кухне. Вернулась. В зубах — печенье. Во взгляде — любопытство. Спасибо. Я подошёл. Обнял сам. Впервые. Это эффективнее, чем просто "спасибо". Но спасибо. Она обняла в ответ, но потом ушла в другую комнату. Я не прогнал. Сказал, что нужно переодеться. Снял штаны. Надел школьные черные брюки. Надел рубашку. Чуть велика. Зафиксировал. Затянул черный галстук. Слегка ослабил. Нормально. Одел бежевый пиджак. Не застегнул. Зашла Нанами. Уже переодетая. В форму. «Ты такоооой серьёзныый, прям как гроза! Йоши!» — произнесла искренне. Спасибо «Это комплимент?» «Попытка вызвать смущение» — сказала Нанами, надув щёку. Я рад. Честно. Я промолчал. Слова были лишни. Обнял опять. Объятия помогают лучше слов. Я уже зафиксировал. Пора в школу. Время. Мы обулись. Вышли из квартиры. Я запер дверь. Услышал щелчок. Пока шёл к выходу, Нанами взяла за руку. Левую. Её пальцы обвили мои. Мне приятно. Спасибо. Так мы шли до школы. Пришлось разжать пальцы. Она не обиделась. Спасибо. Шли рядом. Расстояние — полметра. Выглядим как одноклассники. Нормально. Сказал, чтобы Нанами первая вошла в класс. Я через 3 минуты. Со стороны — ничего необычного. Но если они увидят — захотят шантажировать. Не позволю появится рычагу давления. Особенно — в лице Нанами. Исключено. Я вошёл в класс. Двадцать шесть учеников включая меня. Нормально. Моя цель сегодня — не стать явным предателем. Моя цель — просто наблюдать. Сегодня я — никто. Все механизмы были запущены ещё вчера. Класс разрушит себя сам. Сел за парту. Никто не посмотрел. Кроме Нанами. Её взгляд. С нежностю. Спасибо. Локти — на столе. Но взгляд уже не в окно. На Нанами. Она уже не смотрела. Писала что-то в тетради. Готовилась к уроку. Связь остаётся. Но скрыта. Идеально. [нежный Йоши — отключить] [обычный Йоши — включить] Команды возникают в голове. Нормально. Осмотрел класс. Танака сидит. Потерян. У Сузуки бегает взгляд. Паранойа. Накамура с твёрдым взглядом. Пока. Нискем не говорю. Анализирую окружение. Все механизмы функционируют. Зафиксировал. Наступила перемена. Шум. Обрывки голосов. Стулья скользят по полу. Кто-то достаёт еду. Кто-то спорит о правилах. Всё кажется обычным. Ошибка. Я сижу, как и раньше. Последний ряд, у стены. Мои локти — на столе. Спина — ровная. Взгляд — не в окно. На класс. Накамура встаёт. Он делает это медленно. Специально, чтобы на него обратили внимание. Уверенность в походке — контролируемуя. Он делает вдох. Лёгкий выдох. Слова — заранее подготовлены. «Масаки предал нас. Он не играет. Он... поставил всё против своего класса.» Тишина не наступает. Но воздух становится плотнее. Он продолжает: «Если вы поставите свои баллы на меня — мы выиграем. Мы не проиграем. Только один выбор — я. Только так мы спасёмся.» Я не шевелюсь. Но отслеживаю всё. Сузуки: зрачки расширяются, губы приоткрываются. Она не говорит ни слова. Ладони сжаты под партой. Страх. Сомнение. Паранойя. Эмоции, не совместимые с решением. Никто не поддерживает Накамуру. Танака смотрит в сторону. Молчание. Но его челюсть напряжена. Он понял, что на него переключат вину. Голоса нарастают. Не в поддержку. В сомнении. «Ты уверен?» «Он же староста…» «Кусокабэ мог бы и не предавать…» «Это слишком…» Накамура сжимает кулаки. Слишком быстро. Он теряет инициативу. И вот — ожидаемое. Мацубара встаёт. Резко. С глухим стуком толкает парту. «Вы серьёзно?! Пока мы тут выбираем — он нас сольёт! Да! Я про Танаку!» Я перевожу взгляд на неё. Громкий голос. Эмоции. Ожидаемо. Танака поднимает голову. Взгляд — потерянный. Он хочет оправдаться. Но не может. Мацубара указывает рукой. «Ты! Ты вообще что-нибудь сказал? Или только тихо сидишь и ждёшь, когда всё на кого-то свалится?!» Слова — острые. Идут по кругу. Возникает ядро конфликта. Сузуки по-прежнему молчит. Глаза бегают между ними. У неё паника. Она не знает, что делать. Я замечаю Нанами. Она сидит. Молчит. Иногда смотрит на меня. С любопытством. Меня не подозревает. Хорошо. Я фиксирую: Накамура активен, но неубедителен. Мацубара агрессивна, теряет авторитет. Танака — в режиме саморазрушения. Сузуки — нестабильна. Нанами — стабильна. Остальные — спорят Я ничего не говорю. Потому что мои слова — это не инструмент. Это триггер. Пока не требуется. Я вижу, как класс снова трещит по швам. Это не спонтанный хаос. Это спроектированная мной среда, в которой проигрыш — неизбежен. Я наклонился над партой. Локти — всё там же. Голова чуть опущена. Глаза — скользят по классу. Выбор пал Сато. Он достаточно труслив, чтобы не взять инициативу. Но достаточно внушаем, чтобы поверить, что мысль — его. Я двигаюсь чуть ближе. Достаточно, чтобы он услышал, но не понял, что услышал: «Если бы я был предателем… я бы убедил всех поставить на одного. Чтоб собрать весь банк и заморозить всё под конец.» Я не смотрю на него. Сказано — вполголоса. Но с нужной интонацией. Сомнение, как наживка. Полуфраза — как яд. Он вздрагивает. Я вижу, как он слегка моргает, напрягается. Пауза. Потом — оглядывается. Как будто услышал что-то сам. Думал. Не услышал. Это важно. Через тридцать секунд он встаёт. Громко, с полудерзкой уверенностью: «А если это всё ловушка?! Что если Накамура специально предлагает „ставку на одного“, чтобы потом всё слить?!» В классе — мгновенный эффект. Сузуки замирает. Мацубара морщит лоб. Танака не реагирует — он в панике. Накамура поворачивается к Сато. Хочет ответить. Остальные — в молчаливом шоке. Но уже поздно. Сомнение сказано не мной. Я сделал ход — через чужие губы. Теперь каждый, кто был на грани — снова упал в зону неопределённости. Я молчу. Не двигаюсь. Цель на сегодня — выполнена. Цель на экзамен — выполнена. Я не радуюсь. Радость — удивление об успехе. Я не достиг успеха. Я сделал так, чтобы мой успех стал неизбежен. Они не поняли. Пока. На следующей перемене Мацубара не успокаивалась. «Да он вообще ничего не делает! Староста?! Ты хоть раз сказал что-то полезное? Хоть раз что-то предложил?» Она указывает рукой, снова — на Танаку. Тот молчит. Взгляд — в стол. Рот приоткрыт, но слов нет. Он не знает, как себя защитить. И никто не спешит это делать за него. Я слегка наклоняюсь вперёд. Только чуть-чуть. Взгляд — на спину Сато. Шёпотом. Не в ухо — в воздух рядом: «А ведь она права. Танака не вёл себя как староста.» Тон — ровный. Без осуждения. Без утверждения. Просто… допущение. Сато дёрнулся. Плечи — вздрогнули. Он обернулся, но я уже смотрю вперёд. Как будто и не говорил. Он перевёл взгляд на Танаку. Потом — на Мацубару. Щёлкнуло. «Я думаю, что Танака и правда подвёл! Не вёл себя как староста вообще! Он даже не пытался!» Он сказал это громко. Уверенно. В голосе — обида, резкость, решительность. Мацубара смотрит на него — и кивает. Не из солидарности. Из удобства. Это проще, чем спорить. «Я же говорила!» — бросает она. Ещё один голос с задней парты: «Да… он вообще молчал всё время.» Другой: «Ну, хоть что-то бы сказал. Мы же не читаем мысли.» Класс наполняется тихими «ага», «может быть» и «ну да…». Уровень согласия не громкий — но стабильный. Это уже не мнение. Это — консенсус. Танака не оправдывается. Потому что если начнёт — утонет. Сузуки по-прежнему молчит. Но взгляд теперь на Танаку. Сомнение нашло цель. Наступил последний урок. А значит — объявление результатов экзамена. Ёсикава-сэнсей вошла в класс. Открыла дверь, вошла без слов. В её манере. В руках — папка с листами. На лице — злость. Не явнная. Пальцы теребят обложку папки. Взгляд расстроенно-неуверенный. Вывод — цель выполнена. Зафиксировал. Она ставит папку на стол. Медленно открывает. Тишина — абсолютная. Класс не дышит. «Результаты специального экзамена подведены.» Пауза. Один вдох справа. Взгляд Сузуки — в пол. Танаку не видно. Он опустился за парту. Ёсикава продолжает: «Класс D не смог определить настоящего предателя.» Тишина. «Вы проголосовали против Танакы Юмы. Он не был виновен. Не саботировал. Не влиял на ход экзамена.» Она делает паузу. Смотрит на каждого. Долго. «За ошибочное обвинение... вы получаете утроенный штраф. Баллы класса обнулены.» Несколько шорохов. Кто-то вздрогнул. Ёсикава добавляет: «Вы всё ещё класс D. Поздравляю.» Она захлопывает папку. Разворачивается. Выходит. Шаги — как выстрелы в затылок. Никто не дышит. Первый взорвался Сато: «Чего? Мы ошиблись? А кто тогда? Может ты, Мацубара? Так против Танаки шла! Может это дезинформация?» «Чегоо? С ума сошел? Может это ты? Ты фразу сказал "да это точно Танака", ты виноват!» «Ребята, мне кажется стоит извиниться перед Танакой...» — Сузуки сказала это, но никто не слушал. Её слова не достигли чьих-либо ушей. Все спорили — кто предатель. Никто не спрашивал — каковы его мотивы. Я просто сидел. Вышел из класса посреди из криков. Заметил взгляд Нанами. Она посмотрела на меня. Я ответил ей взглядом. Моргнул, слегка кивнув. Это значило «Всё в порядке, не переживай». И она поняла. Без слов. Слегка улыбнулась. Внутри чуть потеплело. Я вышел из класса. Но не пошел в общежитие. Пошел к указанному месту. Зачем? Для встречи. С кем? С будущим инструментом.