Глава 13: Я надеюсь, что это так

      Было уже поздно вечером. Большинство жителей Джексона вернулись домой, и город погрузился в тишину. Элли нравилось это спокойствие — без суеты, без постоянных приходов и уходов, без смеха и криков соседей.       Но это совсем не означало, что она собиралась ложиться спать в ближайшее время. Как обычно, Дина тусовалась у неё, сейчас она лежала на кровати Элли с самодовольной улыбкой на лице, тёмные волосы были собраны в свободный пучок.       — Правда? — Элли тяжело закатила глаза от усталости. Она мягко плюхнулась на диван, скрестив руки на груди. — В это ты хочешь сыграть?       — Да брось, это весело! — Дина вдруг села на кровати и надула губы, глядя на подругу глазами щенка. Элли отвернулась, чувствуя, как по щекам поднимается румянец. — К тому же ты здесь всё ещё новичок. Не тебе выбирать.       — Как мило с твоей стороны, — выплюнула Элли, прищурившись. — Я тут почти два года. Этот «новичок» — чушь собачья, и ты это знаешь.       — Год и одиннадцать месяцев, — поправила её Дина, поднимая палец для акцента.       Элли пыталась игнорировать бабочек в животе. То, что Дина буквально считала дни с её приезда в Джексон, заставляло мысли уноситься слишком далеко и искать подвох там, где его не было. Но она ни за что не рискнула бы сказать об этом вслух.       — А я всё равно ничего толком о тебе не знаю, так что… — продолжила Дина с пожатием плечами, а потом похлопала рядом на кровати — явное приглашение. — Буду хорошей и дам тебе начать.       — Эээ… хорошо, — сдалась Элли, качнув головой. Она поднялась с дивана с тихим стоном, присоединилась к подруге на кровати, сняла кроссовки и скрестила ноги. Она сознательно старалась не садиться слишком близко к Дине. — Правда или действие?       Дина улыбнулась, в её тёмных глазах блеснула озорная искра. — Правда.       Элли прокляла себя где-то в душе и задумчиво начала крутить пальцами торчащую нитку на покрывале. Она пыталась придумать хороший вопрос, что-то, чего не знала о подруге. Но это было как блуждать в густом тумане, её зелёные глаза сосредоточенно смотрели в пустоту между ними.       — Тебе нравится… — Элли начала, но передумала, прикусив губу. Чёртова глупость. — Жить здесь?       Дина фыркнула от такого скучного вопроса. — Ты угадала только с первой частью, не буду врать…       Элли так сильно закатила глаза, что ей показалось, будто они сейчас откатятся прямо в череп. Она всё ещё не могла встретиться взглядом с Диной, слишком остро чувствуя каждое её движение, каждое выражение лица, каждый звук, а особенно ту озорную улыбку.       — Просто… ответь на этот глупый вопрос, — раздражённо сказала Элли, но уголки её губ при этом едва вздрогнули в маленькой улыбке.       — Ты такая неуклюжая, что это мило, — пробормотала Дина, прикусив губу. Потом глубоко вздохнула, подтянула колени к груди и уронила на них подбородок. Элли почувствовала, как взгляд Дины словно жжёт её лицо. — Ладно… да, нравится. Когда я впервые сюда приехала, не была в этом уверена, но… в основном тут действительно хорошо.       — Что ты имеешь в виду? — спросила Элли, забыв о дырке в покрывале, которую она делала, и заметив, как Дина щурит нос, колеблясь. Элли невольно начала считать её веснушки.       — Иногда мне просто… хочется выйти за стены, — пожаловалась Дина, придавая словам важность. — Мы часто уходим тайком. Джексон кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой. Как будто он хочет, чтобы ты забыла всю ту дрянь, что происходит за его пределами.       Голос Дины вдруг стал серьёзным — это случалось нечасто. Элли задумалась над её словами, сжав губы и погрузившись в раздумья.       — Если не быть осторожным, можешь стать мягкой. Я выхожу вместе с тобой, потому что сама чувствую себя здесь словно в ловушке… Так что я понимаю.       — Вот почему я так настаиваю на патрулях, — призналась Дина. — Джесси ходит… осталось только уговорить его поручиться за меня. — Она посмотрела на Элли с дерзкой ухмылкой, которая могла остановить сердце. — Я умею убеждать.       — Умеешь, — пробормотала Элли в ответ. — Это лучше, чем стоять на вышке…       В этот момент Дина наклонилась ближе и слегка ударила Элли по руке, вызвав мгновенный, но злой взгляд в ответ.       — Я вижу твою игру, — заявила Дина, опасно прищурившись. Её улыбка становилась всё шире.       Элли просто моргнула в недоумении. — Что?       — Ты всё время болтаешь, чтобы не раскрывать свои секреты, — с лёгкой гордостью сказала Дина. — А теперь моя очередь. От этого не уйдёшь.       — Полностью в ловушке… — вздохнула Элли. Она хотя бы на это надеялась. Было слишком много вещей, о которых она не могла или просто не осмеливалась говорить с Диной… независимо от того, как сильно хотела. Жуткий шрам на её правой руке внезапно сильно зудел.       — Ну же, правда или действие?       Элли задумалась на мгновение, а затем с притворно невинной улыбкой ответила:       — Эээ… действие?       Дина с угрозой уставилась на неё, на лице — полное раздражение.       — Хитрая сука, — пробурчала Элли, усмехаясь.       — Ладно… уверенна, у твоего старика где-то ещё валяется тот дорогущий виски...       Глаза Элли округлились от ужаса.       — Вау. Ты правда хочешь меня угробить.       Но Дина только фыркнула и подтянулась ближе к подруге. Её явно развлекало, как Элли постоянно отводила взгляд, сдерживая желание отступить, чтобы создать между ними дистанцию.       Дина, казалось, получала кайф, заставляя Элли чувствовать себя неуютно, вне зависимости от того, осознавала ли она это.       — Всё будет окей, нытик, — подмигнула Дина, — я видела, как ты не раз таскала из кухни всякие штуки. Ты находчивая. — Элли снова бросила раздражённый взгляд. — К тому же что хуже всего мог бы сделать Джоэл? Отругать? Тебе шестнадцать. Перерасти это.       Элли отлично понимала, что Дина не успокоится. Она была упряма и настойчива, пока не добьётся своего. Элли обожала это в ней, да и во многом другом… Но она не могла позволить себе слишком об этом думать. Она знала точно — для Дины она останется лишь другом. И ей пришлось смириться с этим с самого начала. Слишком много секретов оставалось неразгаданными.       — Чёрт. Ладно… только бы он спал или был занят… или что-то такое.       Двадцать минут спустя Элли вернулась в гараж, сердце её бешено колотилось в груди, а в правой руке тяжело покоилась стеклянная бутылка. Она была почти полной — в ней плескалась густая янтарная жидкость.       — Долго ты шла... — приподняв бровь, сказала Дина. Она встала с кровати и подошла к Элли, не отрывая глаз от добычи. — Уже начала думать, что ты не вернёшься.       — Ты же у меня дома, помнишь? — вздохнула Элли с раздражением, передавая бутылку Дине с притворной усталостью. — Он чуть не поймал меня. Вот, угощайся.       — Спасибо, — Дина сняла крышку, оставила её на тумбочке и сделала большой глоток, вызывая удивление на лице Элли. Закрыв глаза, глубоко вздохнула и покачала головой, издавая стон, эхом разнесшийся по небольшому гаражу. — Боже, как хорошо.       Она протянула бутылку Элли, та взяла её с некоторой нерешительностью. Это было не в первый раз, когда она пробовала алкоголь. Другие подростки из города всегда умудрялись украсть что-нибудь из кухонных шкафчиков родителей для костров или тайных встреч. Но виски — напиток посильнее домашнего пива. Элли принюхалась, слегка морщась.       — Ну же! Не трусь. Это же не первый твой глоток, — поддразнила Дина, возвращаясь на кровать и плюхаясь на мягкий матрас.       Элли бросила на неё взгляд и сделала большой глоток. Жидкость обожгла язык и горло, медленно спускаясь вниз. Щёки внезапно зажглись, а глаза наполнились слезами, но ощущения были вовсе не неприятные. Просто… жгло. Очень сильно.       — Чёрт возьми. Такое чувство, будто горло в огне.       — Со временем привыкаешь. Лучше, чем та дрянь, что мы пили в прошлый раз, — отметила Дина, кивая головой.       Элли кивнула в знак согласия. Несмотря на жжение, вкус оставался приятным. Она решила, что с этого момента будет отвечать за алкоголь, если удастся добыть ещё. Сделала маленький глоток, позволяя теплу разлиться по груди на минуту, затем вернулась к кровати, передала бутылку Дине и села напротив.       — Ладно… правда или действие?       — Правда, — ответила Дина, сделав глоток из бутылки. Элли вдруг почувствовала непреодолимое желание украдкой посмотреть на её шею, на мышцы под кожей, на закрытые глаза и румянец на щеках.       — А… тебе нравится Джесси? — робко спросила Элли, не будучи уверенной, хочет ли услышать ответ.       Она, конечно, заметила это. Они проводили вместе слишком много времени, чтобы не замечать, как меняется поведение Дины рядом с ним. Несмотря на то, что Дина флиртовала буквально со всеми, казалось, что Джесси — её главный интерес. Элли не ревновала, хотя прекрасно понимала собственные чувства. Было бессмысленно этим страдать.       Вот это уже интересный вопрос, — сказала Дина, указывая на Элли рукой с бутылкой. — Ну, он классный парень... Красивый, да. Наверное, да, он мне нравится.       Элли хмыкнула неопределённо. Отсутствие ожиданий не означало, что такие слова не ранят.       — Ну конечно, — пробормотала она.       Это мгновенно зацепило Дину. Она уставилась на подругу с хитрой улыбкой и прищуром.       — А что? Тебе он нравится?       Элли фыркнула.       — Нет! Он... совсем не в моём вкусе.       — О-о-о... А кто тогда в твоём вкусе? — Дина с интересом сменила позу, подперев лицо рукой и глядя на Элли, часто моргая, будто изображая наигранное любопытство.       Элли отвела взгляд, раздражённая тем, как сердце снова забилось быстрее. Она взяла бутылку и стала крутить её в руках, находя в этом какое-то успокоение.       — Я не говорила, что выбираю "правду", — пробормотала она.       — Новые правила, — Дина хлопнула в ладоши и наклонилась ближе. — Правда или правда.       — Это вообще ни разу не честно.       — А жизнь и не должна быть честной, детка, — её улыбка стала шире, и Элли почти не могла на неё смотреть.       — Вот же ты заноза, — проворчала Элли и начала лихорадочно перебирать в голове хоть какой-то правдоподобный ответ. Только бы не сказать, что Дина — её тип. Хотя это и была правда. Но в итоге она всё равно рискнула.       — Эм... К-кэт, может?       На мгновение дыхание Элли сбилось. В глазах Дины мелькнуло удивление, сменившееся лёгким раздражением. Элли понятия не имела, что думать об этой реакции.       — А. Ну, думаю, она по-своему симпатичная. Значит, тебе нравятся... такие художественные ботаники, да?       — Наверное. Да, — Элли пожала плечами, чувствуя, как лицо всё больше пылает от смущения.       — Но она немного высокомерная, — Дина скривила губы в притворном осуждении.       — Что? Это бред, — Элли чувствовала, что даже виски не поможет ей успокоиться. Она продолжила крутить бутылку в руках, будто в ней был спасательный круг.       — Ну, ты тоже рисуешь и явно умеешь лучше, чем она, но не хвастаешься этим, как она.       — Ты ведь никогда не видела мои рисунки. С чего ты взяла? — подозрительно спросила Элли.       — Когда ты рисуешь, ты так сосредоточена, что я могу легко подглядеть, — Дина подмигнула, и у Элли закружилась голова. — Будто весь мир исчезает, когда ты ковыряешься в этом своём чёртовом дневнике.       Элли уставилась на бутылку, в груди с новой силой нарастала тревога, давящая на сердце. Если Дина это*заметила… что ещё она знала?       — Ты… читала его? — спросила Элли чуть слышно.       Дина только рассмеялась и махнула рукой:       — Как бы я могла? Рисунки отличные, а вот почерк у тебя — полная жопа.       — Ну хоть что-то хорошее... — пробормотала Элли. Облегчение было таким резким, что даже слегка закружилась голова. Она решила, что стоит и дальше писать неразборчиво — на всякий случай.       — Эй, я не сталкер, — сказала Дина как можно серьёзнее, забирая бутылку у Элли. Щёки у неё были ярко-розовыми, и младшая не могла отвести от неё глаз. — Просто дразню. Это ведь твоё личное. Просто... ты всегда такая загадочная, что трудно не… заинтересоваться.       Элли не знала, что на это ответить. Она хотела рассказать Дине… но в голове всё было спутано. Даже она сама не могла до конца всё понять — как же рассказать это кому-то ещё? Дина бы не поверила, что Элли — иммунна. Что она прошла путь от Бостона с совершенно чужим мужчиной, который вдруг стал ей почти как отец. Что она убивала людей — хладнокровно, даже будучи ребёнком. Что когда Райли заразилась, она мечтала умереть вместе с ней… и не смогла сдержать обещание избавить подругу от страданий.       Нет. Всего этого дерьма было слишком много. Элли не хотела, чтобы мнение Дины о ней испортилось. Не хотела, чтобы та подумала, будто Элли — дикая, одичавшая тварь в клетке, способная на ужасные поступки.       Она просто хотела быть… Элли. И это заставляло её задуматься: а не является ли она, в конце концов, всего лишь результатом всех тех ужасов, что случились с ней в прошлом?       Она начинала думать слишком много. А она ненавидела всё это — копаться, размышлять, проваливаться в бесконечную воронку мыслей, из которой потом невозможно выбраться.       Так что, как обычно, она ушла от темы:       — Я не пытаюсь такой быть. Просто… не знаю. Разве не моя очередь?       — Увиливаешь, да? Ладно, давай, — Дина хмыкнула и закатила глаза.       — Чего… ты боишься?       Элли и сама не знала, что заставило её задать этот вопрос. Дина всегда казалась такой бесстрашной, такой сильной… А её собственное сердце всё ещё колотилось после того, как она чуть не спалилась с мыслями — так почему бы и не спросить?       — А мы вообще чего-то боимся теперь? — пожала плечами Дина. Она протянула бутылку Элли, и та, не колеблясь, сделала хороший глоток — без этого сейчас никак. — Ну, наверное… боюсь видеть, как умирают близкие. Но… со временем к этому привыкаешь. И это дерьмово.       Жжение от виски в горле и груди не смогло приглушить того, что вызвал её ответ. Элли тихо вздохнула:       — Я… не могу к этому привыкнуть. Если бы речь шла обо мне — умереть легко. А вот смотреть, как умирают другие… нет.       Дина вздохнула и рухнула обратно на кровать, уткнувшись в подушку. Она махнула рукой, приглашая Элли занять место рядом. И, может, дело было в алкоголе, а может — в порыве смелости, но Элли поставила бутылку на тумбочку и легла рядом, лицом к Дине.       Та заморгала от неожиданности, нахмурившись:       — Ты не боишься смерти?       Элли пожала плечами.       — Нет. Когда умираешь — тебя просто… нет.       — Не веришь, что есть что-то потом?       Этот вопрос болезненно напомнил ей о последнем разговоре с Сэмом — так давно. Как он открылся ей, рассказал о своих страхах, о том, что надеется: там есть что-то большее. После всего, что они видели. После всего, что сделали. И как Элли даже не знала тогда, что её слова станут последними, которые он услышит.       С тех пор её ответ не изменился. Если уж на то пошло — он стал лишь крепче. После всего, что она натворила… возможно, лучше, если никакого рая нет. Потому что ей там точно не место.       — Я бы хотела верить, что что-то есть, но… нет. Я так не думаю.       — Если ты не боишься смерти… тогда чего ты боишься? — спросила Дина почти шёпотом. В её взгляде мелькнула боль и тревога.       — Я… — начала Элли, но тут же замолчала, пытаясь собраться с мыслями. В лежачем положении, так близко к Дине, думать стало особенно трудно. Тёмные глаза внимательно изучали её лицо, и от этого было только хуже. Она отвела взгляд и вздохнула. — Остаться одной? Вот… этого я боюсь.       Когда она снова взглянула на Дину, не смогла не улыбнуться в ответ на её тёплую, мягкую улыбку. Она была… отвлекающей. Прекрасной. Соблазнительной — хотя Элли не могла даже найти нужного слова. Но и успокаивающей.       Дина просто придвинулась ближе, и у Элли по спине побежали мурашки. Темноволосая девушка положила голову ей на плечо, и Элли сглотнула, неловко обняв её.       Друзья ведь так делают, да? Дина обнималась со всеми — ей было всё равно. Она не знала, что Элли улыбается так широко по множеству причин, впервые позволяя себе просто… насладиться моментом.       — Хорошо, что ты теперь застряла со мной, — сказала Дина с игривой ноткой. — Так просто ты от меня не отделаешься.       — Надеюсь… — прошептала Элли, надеясь, что Дина не уловила, сколько настоящего желания было в этих словах.       Элли проснулась.       Впервые за много месяцев, а может, и лет, она не вскочила от собственного крика, не дрожала, не хваталась за грудь с бешено колотящимся сердцем, не ощущала боли в теле и удушающего комка в горле.       Впервые её сны не были кошмарами. Вместо этого — что-то тёплое, утешающее. Воспоминания о лучших днях. Надежда на будущее, а не ужас перед прошлым.       Она осознавала, что уже проснулась, но не спешила открывать глаза. Её окутывали тепло и покой: одеяло еле прикрывало обнажённое тело, плечо приятно отягощал почти забытый, но до боли родной вес. Её талию обнимало тепло, а мягкие, едва ощутимые прикосновения губ Дины — по ключице, лениво, призрачно — не давали ей сомневаться: это происходит на самом деле.       На миг Элли испугалась. А что если стоит только открыть глаза — и всё исчезнет? В одно мгновение её снова утянет в тёмную, ледяную пустоту, как бывало раньше. Она вполне могла бы проснуться и снова увидеть, как умирает Джоэл — как будто в первый раз.       Но реальность, на удивление, не торопилась рушиться.       Кожа на руке зачесалась от лёгкого прикосновения, и Элли распахнула глаза, тут же прикрыв их снова, выдыхая тихо и с довольством. Мурашки побежали по спине и шее, и это ощущение было таким знакомым, но почти забытым.       Пальцы Дины лениво скользили по шраму на боку — давно зажившему, но всё ещё болезненно-тонкому на ощупь. Кривой, неровный шов, который Элли сама наложила себе тогда, горел под лёгкими движениями.       — Можешь спросить, — сказала Элли, приоткрыв один глаз и встретившись взглядом с серьёзным лицом Дины. Не смогла не улыбнуться — уставшие тёмные глаза, взлохмаченные чёрные волосы, спутанные, как её собственные мысли.       — Столько всего… Даже не знаю, хочу ли знать, — прошептала Дина, не отрывая взгляда от своего пальца, водящего по повреждённой коже. Потом приподняла голову, посмотрела Элли в глаза. В её взгляде появилась мягкость. — Я тебя разбудила?       — Мне не жалко, — пожала плечами Элли и аккуратно убрала выбившуюся прядь с лица подруги, заправив её за ухо. — Зато теперь я точно знаю, что всё это не сон.       Дина хихикнула и прищурилась:       — Ну ты и слащавая.       — Эй, ты же сама хотела, чтобы я открылась. А теперь это твоя реакция? Возмутительно, — Элли состроила обиженную гримасу, но она тут же растворилась в поцелуе, последовавшем сразу после.       — Справедливо. Пожалуй, мне тоже стоит быть честной, да?       — Было бы… приятно.       Они смотрели друг на друга какое-то время, как делали это всю ночь. Всё ещё казалось немного нереальным. Дина приоткрыла рот, будто собиралась что-то сказать, сделала глубокий вдох…       Но в этот момент наверху послышался тихий детский всхлип, и они обе одновременно повернулись к коридору.       — Спасены гонгом… или ребёнком, — вздохнула Дина.       А Элли только шире улыбнулась.       После короткого колебания Дина неторопливо выбралась из объятий Элли и встала с дивана. На то, чтобы найти свою одежду, разбросанную по полу и журнальному столику, ушло несколько секунд. Время от времени она бросала на Элли прищуренные взгляды — та изо всех сил делала вид, что смотрит в другую сторону.       — Так… подожди. А что теперь будет? — спросила Элли, когда Дина уже направилась к лестнице. Как бы сильно ей ни хотелось удержать это утро в сердце и не портить его трудными разговорами, она должна была знать. — Я имею в виду…       — А будет вот что: ты пойдёшь на кухню и сделаешь завтрак, потому что я умираю с голоду, — безразлично отмахнулась Дина, бросив через плечо озорной взгляд.       — О, остроумница… — Элли закатила глаза и, неохотно отрываясь от мыслей, поспешно начала одеваться. — А после?       Дина задумалась. Притворно коснулась пальцем подбородка, будто всерьёз размышляя. Элли не была уверена, ненавидит ли она это ожидание… или обожает его.       Наконец, Дина приподняла бровь:       — Не вижу причин, по которым тебе нужно чинить то окно в гараже. Или всё-таки есть?       Элли застыла, не закончив застёгивать рубашку, и просто уставилась на Дину. В её глазах мелькнул испуг, который она тут же попыталась скрыть. Сердце будто пропустило удар, внутри всё сжалось — и тут же развернулось в вихрь бабочек.       — Это… то, чего ты хочешь?       — Это то, чего я всегда хотела, — грустно сжала губы Дина. — Так что… пожалуйста, не облажайся. Ладно?       Элли кивнула. Она понимала. Ещё многое предстояло проработать — в себе, в них обеих. Но она была готова. Готова стараться — сильнее, чем когда-либо прежде.       — Никогда больше, — произнесла Элли с такой серьёзностью, какую только могла выразить, несмотря на тёплую улыбку и приятное покалывание в груди.       — Вот и отлично, — улыбнулась в ответ Дина и строго ткнула в неё пальцем. — Завтрак.       Элли рассмеялась и смотрела, как Дина исчезает на лестнице.       Когда Джоэл убил Цикад, её предназначение рухнуло. Она больше не должна была спасти мир.       Когда Эбби убила Джоэла, исчезла цель — не осталось даже того, кого можно простить.       На том пляже она поняла: месть — не цель. После неё нет ничего, кроме пустоты.       Но где-то глубоко внутри осталось нечто, что удалось сохранить. И это оказалось важнее, чем она осмеливалась надеяться. Её милосердие победило ярость. А вместе с ним — уцелела и её человечность.       И если это даст Дине и Джей-Джею то, что им нужно… то, чего они заслуживают — этого будет достаточно.       Пока она дышит. Пока она пытается.       Этого будет достаточно.