Вернутся к фанфику
Запись 67. Часть 2. Прямое столкновение
13 июля 2025, 20:12 — Хлоя! Хлоя! — доносились из-за стен приглушённые, почти хриплые крики.
Розарий, некогда цветущий оазис спокойствия, теперь лежал в руинах. Центральная часть сада Тюильри, где когда-то переплетались ароматы роз и шёпот ветра, была превращена в поле битвы. Чёрные клубы дыма извивались в воздухе, будто тени, корчащиеся от невыносимой боли, прежде чем раствориться в ослепительных вспышках Ци. Обугленные шипы, ещё недавно грозные и острые, теперь рассыпались в прах, словно проклятые временем. С оглушительным треском одно из витражных окон взорвалось внутрь беседки, наконец позволив проникнуть тем, кто так отчаянно рвался внутрь.
— Вон он! — крикнул Фэнь У, мастер стрельбы.
За ним, как тени, возникли остальные Мудрецы. Су Хан шагнул вперёд первым, его взгляд упал на бездыханное тело, распростёртое на каменном полу.
— Туда тебе и дорога… — прошептал он, но в его голосе не было торжества — лишь холодная пустота.
— Где Хлоя? — за монахами показался Висперион, нервно осматривающийся по сторонам.
Его глаза, горящие, как раскалённые угли, метались по сторонам, будто пытаясь прожечь стены взглядом. Казалось, в этот момент для него не существовало ничего, кроме одного имени.
— Энергия Примулы Сан совершенно не ощущается. Нам нужно найти её и Леди Баг, вероятно, они сражаются где-то… — начал было Фэнь У, но тут же застыл.
Висперион уже не слушал. Его ярко-жёлтые глаза, похожие на два пылающих солнца, приковались к дальнему углу розария. Зрачки сузились в тонкие щёлочки, когда он заметил золотистую прядь волос, едва видневшуюся из-за сплетения мёртвых корней.
— Хлоя? — его голос дрогнул, став едва слышным, прежде чем он рванулся вперёд, преодолевая расстояние за мгновение.
— Что происходит? — раздался вопрос Авроры, только что подошедшей после продолжительной битвы.
Остальные замерли. Монахи молча расступились, пропуская Виспериона, который яростно разрывал иссохшие лозы, освобождая то, что было скрыто в их смертельных объятиях. Его руки дрожали, когда он подхватил хрупкое тело, почти потерявшее вес, — бледное, как первый зимний снег, лишённое цвета, жизни. Она была бледна, как мел, глаза прикрыты густыми ресницами.
— Она не… дышит, — прошептал Лука, и эти слова повисли в воздухе, словно нож, вонзённый в сердце каждого.
Он прижал её к себе, прильнул ухом к груди — и застыл, словно статуя. Казалось, время остановилось. В его глазах отразилась вся вселенная отчаяния.
— Нет… — качнул он головой, крепко прижимая тело Хлои. — Не может быть!
Громкий крик разнёсся по розарию, наполненный такой болью и отчаянием, что никто бы не усомнился в искренности чувств, терзавших его сердце.
— Это же неправда… — Аврора прикрыла рот ладонью, её тело затряслось.
Кагами и Феликс, подошедшие последними, переглянулись. Впервые за всё время их лица, обычно скрытые за масками безмятежности, исказились от настоящего, первобытного ужаса. Джулека бессильно сползла по стене, рыдания разрывали её грудь. Произошло то, чего никто из них не смел даже представить.
— Хлоя! Очнись! Пожалуйста! — Лука тряс её, вглядываясь в её лицо — прекрасное, но теперь совершенно безжизненное, словно у фарфоровой куклы.
Она молчала.
Она была мертва.
***
После нашего появления в банкетном зале стало шумно. Как-то так просто получилось перевести внимание, что всего мгновение — и мы уже в окружении многочисленных фанатов. Висперион и я держались рядом, сейчас мы давали небольшое интервью тому самому каналу, журналистам которого я обеспечила репутацию. Аврора с умилением рассматривала собственный стенд, который установили появившиеся поклонники в фото-зоне. Там она с наслаждением подписывала фото и общалась со всеми. Феликс изображал из себя невероятного фокусника, создавая крошечных птиц, летающих по залу, а одной девочке даже дал возможность покататься на единороге. Ну, ему тоже всегда нравилось быть в центре внимания. Зато Кагами словно выполняла роль телохранителя, молчаливо встав рядом с макетом большого китайского дракона, которого она несколько раз показывала. В общем, самые смелые подходили и фотографировались с ней, кому-то даже удалось выпросить автограф — кажется, это были люди, пришедшие с самодельными мечами точь-в-точь как у Рюко. Ну а Джулека… была застенчива. Она находилась рядом с Авророй, тоже в фото-зоне, иногда показывая какие-то незначительные иллюзии, например, создав группе девушек разноцветные лисьи ушки. — А что вы скажете насчёт недавнего интервью с командой «Чудесные»? Видите ли вы угрозу с их стороны? — спросила интервьюер. — Просто смешно, — хмыкнула я. — Забавно наблюдать, как люди, не имеющие никакого понятия о «чести» и «справедливости», пытаются урвать крохи славы за чужой счёт. — Если бы вместо траты сил на подобные заявления они сосредоточились на тренировках, думаю, могли бы хотя бы чего-то достичь. — Примула, вы первая героиня, появившаяся в Париже и открыто показывающая свою враждебность к Леди Баг. Были ли вы знакомы до того, как стали Королевой Пчёл? — Знакомы? Ха. Мне никогда не нравилась Леди Баг. Талисманы даруются не просто так, для меня загадка, как именно она получила свой, — хмыкнула я. — В таком случае, как можно получить свой талисман? — У каждого свой способ. Но бывают те, кто мнят себя слишком великими, чтобы следовать правилам, — я красноречиво уставилась на Леди Баг, в этот момент стоящую в другом конце зала и повёрнутую ко мне спиной. — В любом случае, время однозначно расставит нужные акценты. — А что вы скажете насчёт теорий о вашей с Висперионом связи? Провокационно. — Без комментариев, — ответил за меня Лука. — Что же, я вас поняла. Благодарим за интервью! — ведущая и оператор начали идти в сторону Феликса. — Ты понимаешь, насколько это было двусмысленно? — хмыкнула я. — Поэтому я так и ответил, — подмигнул мне Лука. До церемонии осталось всего ничего, на сцене уже велась подготовка. К нам подходило множество гостей, кстати, Натаниэль даже принёс мне одну из копий своей мини-манги, которую они с Марком успели сделать к конкурсу. Я пролистала её, отмечая качество рисунка и то, что Хлоя, безусловно, знает толк в моде. Ну, сам себя не похвалишь — никто этого не сделает. Тем более версия Натаниэля получилась драматичной, хоть никому и в голову не пришло бы, что Хлоя могла бы быть Примулой. — Итак! Дорогие гости! — Нам пора, церемония награждения начинается, — сказал Лука. Я кивнула, мы подошли к сцене, где уже собрались остальные. Мы стояли довольно близко к команде Баг, друг к другу почти впритык оказались Нино и Феликс. Павлин с насмешкой посмотрел на Нино, но отвернулся. — Что-то не так? — вызывающе спросил Гонец. — Вовсе нет. Просто стало смешно, когда увидел вас вблизи, — ответил Феликс. — И что же тебя так рассмешило? — прищурилась Алья. Феликс задумался. — Ваши лица. Алья побагровела. Она и до этого была весьма плохо к нам настроена, а тут — откровенная провокация. — Слушай, ты… Феликс жестом попросил её замолчать, прерывая. В этот же момент Андре вышел на сцену, заиграла музыка. — Рад поприветствовать наших защитников Парижа! Сегодняшний вечер стал действительно уникальным, ведь мы впервые… В общем, его речь слегка затянулась, но в итоге можно было сказать, что нас просто расхваливали. Если честно, особенно смешно было в тот момент, когда Андре перечислял заслуги героев. Дело в том, что первых акуматизированных действительно полностью сдерживали Леди Баг и Кот, но когда Андре заговорил о нынешних злодеях, звучали исключительно наши имена — моё, Луки, ребят. А про «Чудесных» он говорил «за поддержку». Думаю, если бы при написании речи и благодарностей как-то завысили заслуги Баг, возмутились бы граждане Парижа, потому что фан-база была, очевидно, у нас. Но если бы Андре просто поблагодарил без конкретики, уже герои могли остаться обиженными. Леди Баг сама себе устроила подлянку, потому что она разделила нас на команды официально. Так называли бы общие заслуги — и всё, а в итоге пришлось идти на такие шаги. И ведь они ничего не могут возразить, хах. — Теперь, прошу, откройте занавес! Шторы плавно раздвинулись, словно театральный занавес перед кульминацией спектакля, и перед глазами предстало великолепие, достойное королевской сокровищницы. Фигуры, сотворённые руками величайших ювелиров и скульпторов, сверкали в свете, как застывшие капли волшебного дождя. Выточенные из тончайшего, почти эфирного хрусталя, они переливались всеми оттенками радуги, будто впитали в себя само сияние драгоценных камней. Каждая стояла на уникальном постаменте — не просто подставке, а маленьком произведении искусства, рассказывающем историю своего героя. Миниатюры Фанфары, Гонца, Двойняшки и Кота Нуара были на одной линии, в то время как та, где изображалась Леди Баг, слегка выступала вперёд. Но мои глаза скользили мимо них, устремляясь к тем, кто действительно вызывал дрожь в груди. Висперион. Его статуэтка играла бирюзовыми отсветами, будто вырезана из самого сердца океана. Постамент, расшитый сияющими нитями, изображал змеиный узор — коварный, извивающийся, словно живой. Сам герой застыл в момент блаженства — расслабленно перебирал струны лиры, веки полуопущены, губы тронуты лёгкой улыбкой. Но гармонию нарушала змея, молча обвившая камень, её холодные глаза пристально смотрели вдаль, будто предупреждая о скрытой угрозе. Самый ослепительный из всех- Аргос. Его фигура играла глубоким фиолетовым, словно вырезана из ночного неба, пронизанного молочными прожилками перьев. Плащ перетекал в роскошный павлиний хвост, каждый «глаз» которого искрился, как настоящий сапфир. Он элегантно придерживал шляпу, а веер, прикрывающий хищную улыбку, казалось, вот-вот дрогнет от смеха. Ярко-алая, с золотыми всполохами, Рюко замерла в мгновении перед ударом — рапира остановилась в воздухе, будто разрезая само небо. Постамент охранял чешуйчатый дракон, его силуэт таял в золотистом тумане, словно готовый в любой миг ожить и взмыть в небо. Игривая, беззаботная, она словно только что вышла из танца. Зонт с узором черепашьего панциря отбрасывал изумрудные блики на кукольное лицо Галатеи. Очень похожая на Луку концепцией, но с другим характером. Маю стояла на уступе скалы, флейта у губ, пальцы замерли в последней ноте. Её волосы развевались, будто их касался невидимый ветер, а у ног, прячась в тенях, притаились несколько лис — хитрых, настороженных, словно ждущих команды. И вот… моя фигурка. Моя статуэтка была впереди, напротив фигурки Леди Баг. Видимо, так показали лидеров двух команд. Леди Баг замерла в своей привычной позе с выброшенным йо-йо, вообще-то, ничего необычного — просто розовая статуя, один в один, как та, что установлена в парке. А моя… Выполненная из хрусталя с золотым напылением, она сверкала, как утреннее солнце. Я застыла на вершине, рука со сверкающей перчаткой поднята вверх, взгляд устремлён вниз — будто к толпе, заворожённо внимающей каждому моему слову. О, эта корона… Она была идеальна. Не просто красивая. Не просто величественная. Это было… искусство. Создателей у фигурок было несколько, разные команды отвечали за отдельные, они вышли на сцену, благодаря героев за вдохновение и говоря нам тёплые слова. Затем нас вызвали, чтобы посмотреть поближе. — Каждую из этих фигурок мы дарим вам, уважаемые герои. Я подошла к своей, слегка присев и рассматривая её ближе. Боже, как же точно они выполнили формы. Настолько маленькое, но похожее лицо… какое же мастерство. Ко мне подошёл покрытый сединой мастер. — Вам пришлась по душе статуэтка? — улыбнулся он. — О, да, она великолепна, — кивнула я, — это так красиво. — Я занимался её созданием, честно сказать, в процессе множество раз начинал сначала. Всё никак не мог подобрать позу. — Ну, видимо, в случае Леди Баг было куда проще? — усмехнулась я, взглядом указывая на статуэтку Маринетт. — Мне нравится, что у вас есть концепция, — честно сказал мастер, — глядя на членов вашей команды и на вас, мне кажется, что вы являетесь воплощением своей силы. Каждый точно отвечает за свою роль, хоть у вас и нет настолько чёткого разделения на того, кто главнее, это чувствуется в момент ваших сражений. Воплощение концепций? Я по-новому посмотрела на фигурки ребят. Да, это так. В самом деле, каждая отражала не просто красивый внешний вид, но и словно выстраивала композицию, разыгрывающую саму суть того или иного человека. Пример Виспериона — расслабленно стоящий на вершине, в то время как у подножия застыла готовящаяся к атаке змея. В этом было отражение глубины личности каждого. — Это очень драматично, — ответила я. — Что вы планируете сделать с фигуркой? Я улыбнулась. Попросив фломастер у стоящего у сцены подростка, я расписалась на прибитой к деревянному пьедесталу табличке. — Мы уже посоветовались, — я передала маркер Луке, делающему то же самое, — и хотели бы сделать их общедоступным предметом искусства. Где-нибудь в музее? — Вы не хотите их забирать? — Нам это не нужно, — отозвалась Кагами. — Мы бы хотели, чтобы каждый мог насладиться этими статуэтками. Зачем прятать такую красоту дома? — улыбнулась Аврора. — Хотя маленький я очень милый, — добавил Феликс, — но боюсь, я не вынесу самого себя. Мастер рассмеялся. — В таком случае мы откроем общественное пространство, где будут установлены ваши статуэтки. Как вам эта идея? — спросил подошедший Андре. — Замечательно. О, назовите эту выставку как-нибудь уникально… — Лука посмотрел на меня. — Что насчёт «Искоренители»? — предложила я. — Это...? — Наша команда. Она именно так и называется, — добавила я. — Почему же вы раньше не заявляли название? — удивился Андре. — Разве в этом есть смысл? Мы просто выполняем свою работу, вот и всё. У нас нет столько времени, чтобы бегать и рассказывать об этом на каждом углу, — пожал плечами Феликс. Хоть я и стояла спиной к «Чудесным», но даже так видела разозлившуюся Алью. Как же её просто вывести из себя. Мы провели какое-то время за бессмысленными разговорами. После вручения статуэток и нескольких выступлений с речью, в общем-то, не было ничего любопытного. Вечер продолжался, часы медленно тикали, плавно приближаясь к нужному времени. Я знала, что что-то должно произойти. В глубине души трепетало предчувствие — слишком уж подозрительно спокойной была эта ночь. Леди Баг весь вечер пряталась в тени, как трусливая мышь, избегая даже случайных взглядов. А отсутствие Лайлы… Нет, мерзкая Маринетт определённо что-то затеяла. Оставалось лишь гадать, насколько грязной окажется её выходка. В момент, когда люди в основном столпились у сцены, воздух внезапно сгустился, наполнившись электрическим напряжением. Висперион резко обернулся, его ноздри дрогнули — будто дикий зверь, учуявший кровь. — Что-то приближается, — прошептал он, и в его голосе зазвучала тревожная нота, от которой по спине пробежали мурашки. Теперь я была уверена, момент настал. Леди Баг весь вечер пряталась, избегая контакта со мной. Но я знала, что Лайла не просто так отсутствует на вечере. Отвратительная Маринетт задумала подлость. Вопрос только в её масштабе. В тот же миг праздничная атмосфера лопнула, как мыльный пузырь. Из-за толстых витражных стекол донесся приглушённый вопль — жуткий, животный, полный первобытного ужаса. Затем… тень. Огромная, размытая, мелькнувшая на противоположной крыше и в следующее мгновение обрушившаяся на нас всей своей чудовищной тяжестью. Стекло взорвалось внутрь зала миллионами смертоносных осколков. Аврора среагировала мгновенно — её изумрудный щит вспыхнул, как северное сияние, принимая на себя град острых осколков. В зале появилась незнакомая фигура. Существо, в котором лишь отдалённо угадывались человеческие черты. Мощное, перекошенное яростью тело, покрытое вздыбленной пурпурной шерстью. Лицо, искажённое в зверином оскале, с горящими ядовито-зелёными глазами безумия. Когти, впивающиеся в паркет, оставляя глубокие шрамы на дорогой древесине. Это была не девушка — это был чистый инстинкт убийцы, заключённый в оболочку гибрида тигра и человека, уничтожавший веру в то, что некто, кто находится внутри чудовища, вообще что-то осознаёт или настроен на разговор. Мой взгляд скользнул к Маринетт. Ну конечно. — Ты ненавидишь меня настолько, что готова поставить под удар невинных? Лицемерие твоего «героизма» не знает границ. Толстый полосатый хвост чудовища дёргался в такт тяжёлому дыханию. Его взгляд, дикий и неосмысленный, метался по залу… пока не нашёл меня. В зрачках вспыхнуло осознание — цель найдена. — Нужно вывести её на улицу! — крикнула я, разбивая летящий в меня стол с закусками на части. Ответом стал рёв. Не звук — физическая волна, от которой задрожали стены и похолодела кровь в жилах. Если честно, кажется, оно было настроено убивать. Тигр рванул вперёд с пугающей для своих размеров скоростью. Ладно. Я проскользила под монструозным телом противника, активируя яд и вонзая жало, только вот… Волчок оттолкнулся. У этого существа слишком прочная кожа. Я вздохнула. Хорошо, значит, ты за мной охотишься, так? Висперион всадил стрелу в бедро чудовища, заставив его споткнуться. Кагами превратилась в жидкую тень, обвиваясь вокруг монстра мёртвой хваткой драконьих колец. Феликс между тем оживил осколки стекла, создав зеркального паука-сенсимона, который ослепил тигра вспышкой и начал опутывать его серебристыми нитями. Полосы тигра, казалось, пойманного в ловушку, засветились. Я почувствовала неладное, тут же крикнув отступать. Кагами едва успела превратиться в туман, потому что в следующее мгновение тигр издал рев, пробивший потолок. Огромные хрустальные люстры в количестве четырёх штук начали падать, но подключилась команда наших врагов, делая вид, что они как-то участвуют, спасая граждан. Тигр освободился, его тело словно раздулось и стало больше. — Ты… обманщица! — нечеловеческим голосом произнесло оно. Монстр рванул на меня тараном, я довольно легко ушла, в результате этот оборотень пробил собой стену и вылетел на улицу. Мы выбежали следом, теперь решив отвести его дальше, хотя бы в безлюдный парк. Пока я бежала по крыше, до меня донесся голос. — Габриэль! — крикнула Джулека. — Что? — не поняла я, слегка замедляясь. — Это не его акума! Я округлила глаза, в эту же секунду уходя из-под очередной атаки монстра, прыгнувшего вслед за мной и теперь преследующего. — Что? Он же сказал… Игра внезапно изменила правила. Я не сомневалась в том, что акума существовала, но, кажется, конкретно это существо было чем-то иным. Я отскочила от трубы, уклоняясь от мощного удара с усилением. Способность камня тигра была именно в этом — мощный удар. Но, вероятно, сила была действительно колоссальной, потому что сейчас, промазав, чудовище не просто сорвало крышу с нескольких домов, но ещё и оставило глубокий кратер в центре улицы. Видимо, он может ещё и сжимать воздух или что-то вроде. Я посмотрела на соседнюю улицу, где напротив догоняла оставшаяся часть команды. — В ближайшем парке фестиваль! Там рождественский городок! — крикнул Феликс, после чего развоплотил сентимонстра-разведчика. — Куда его вести?! — спросила я, снова перескакивая опасный участок. — В… сад Тюильри! — ответил парень растерянно. Чёрт. Именно там должна была пройти встреча. И появляется монстр, которого, о совпадение, только туда и можно оттащить. Заиграла мелодия флейты. Рядом со мной возникло несколько копий, однако моя попытка оторваться не возымела эффекта — тигр словно знал, где подделки. Несколько более концентрированных стрел прилетело чудовищу в спину. Тигр яростно взревел, но вспыхнувший узор на шкуре тут же будто заставил стрелы самостоятельно вытолкнуться из тела. — Если это не акума, то что? — раздался голос летящей в форме тумана рядом со мной Кагами. — Я понятия не имею. Полагаю, они что-то сделали с тем, кто носит камень чудес! — ответила я. Кагами сжала тело, плотный туманный сгусток прилетел чудовищу, вставшему теперь на четыре лапы как настоящее животное, прямо в глаза. Тигр на мгновение потерял способность видеть, что позволило мне легко сменить курс. Вообще, конечно, я была намного быстрее, но цель была именно в том, чтобы вывести его подальше от города. Чудовище, созданное из камня чудес, намного мощнее обычной акумы. На правой лапе монстра вспыхнул камень чудес, закрытый плотной шерстью. Как его снять? Избавившись от тумана и поняв, что не наносит никаких повреждений противнику, тигр просто громко закричал, создавая колоссальный воздушный поток и просто сдувая Рюко куда-то очень далеко. — Она справится, не отвлекайтесь! — крикнула я остальным, тут же привлекая внимание тигра. Он одним широким прыжком преодолел аж три улицы, крыша под тяжёлым весом прогнулась, но выстояла. Я призвала перчатки, уйдя от размашистого взмаха когтистой лапы, в прыжке вытянула руку и смогла нанести удар в челюсть. — Никакого эффекта?! — возмутилась я. Таким ударом можно было дом разрушить! Тц. Придётся оставить эксперименты. Это какое-то жуткое чудовище, которое нужно срочно обезвредить, иначе измотает знатно. Чёртова Маринетт. — Впереди река! — крикнул Феликс. — Попробуем искупать кошку? — предложил Висперион, забираясь чуть выше и подготавливая стрелу. Слева, где ещё секунду назад была лишь пустота, внезапно зашипел и затрещал разрываемый электрический разряд. Искры синим пламенем заплясали в воздухе, освещая моё лицо холодным мерцанием. Я кивнула и зацепилась за стальную леску, которая со звенящим свистом впилась в металлическую конструкцию разведённого моста. Тело рванулось вверх как раз в тот момент, когда тигриные когти с глухим скрежетом вонзились в асфальт там, где я стояла мгновение назад. Кагами уже превратилась в живой разряд — её силуэт растворился в золотистой молнии, оставив после себя ослепительную траекторию, уходящую к горизонту. Джулека взмахнула руками, и воздух заколебался, рождая фантомный двойник — идеальную копию меня, сверкающую ядовито-зелёным светом. Аврора с хрустальным звоном развернула многослойный изумрудный щит, скрывая моё настоящее местоположение в коконе абсолютной изоляции. Тупой монстр даже не усомнился — его гортанный рёв разорвал тишину, когда он с размаху бросился за миражом, сокрушая по пути каменные парапеты. Лук Виспериона вспыхнул аквамариновым сиянием, тетива запела под натяжением, и в следующий миг в спину тигра вонзилось водяное копьё — двухметровый шип из спрессованной жидкости, с грохотом разбивающийся при ударе в мириады ледяных осколков. Чудовище потеряло равновесие, его массивное тело с оглушительным плеском рухнуло в чёрные воды канала. Небо ответило громовым ударом. Золотая молния — точная, как рапира Рюко — пронзила торчащее из воды древко копья. Феликс не упустил момент: серебряные нити его увеличившегося в размере паука, уже поджидавшие в воде, вспыхнули и оплели тигра мерцающей паутиной, с каждым ударом сердца сжимаясь всё туже. Аврора довершила — её щиты сложились вокруг чудовища как лепестки смертоносного лотоса, на внутренней поверхности зелёного шара сентимонстр тут же создал мощные зеркала, отражая молнии Кагами в бесконечном каскаде электрических разрядов. Теперь настала моя очередь. Соединившись с потоком Рюко, я разбавила этот хаос ядом — фиолетовые волны паралича, переплетающиеся с молниями и проникающие сквозь водяные барьеры. Тигр бился в своей сияющей тюрьме, но с каждым движением серебряная паутина становилась плотнее, электричество — яростнее, а яд — глубже. Монстра, способность которого создана для наращивания своей мощи, в конечном итоге именно это привело в тупик — чем сильнее он становился, тем мощнее на его теле сказывались ранения, фактически выкачивая из него силу. Мы стояли, глядя на эту картину. — Что будем делать? — нарушил тишину Феликс, поглаживая паука. — Он не акуматизирован, — заметила Джулека. — Да, в этом и проблема, — кивнул Лука. Довольно внезапно из темноты вынырнула команда наших противников. Их силуэты, очерченные тусклым светом фонарей, мелькнули в воздухе, и они молча, почти синхронно спрыгнули в канал, подняв брызги мутной воды. — Вы опоздали, — хмыкнул Висперион, скрестив руки на груди. Его голос звучал насмешливо, а в уголках губ играла едва заметная ухмылка. — Он уже обезврежен. — Мы были заняты эвакуацией людей, — резко отрезал Кот Нуар, бросая на нас колючий взгляд. Его пальцы сжались в кулаки, он нервно нахмурился. — Да ну? — Висперион медленно приподнял бровь, делая вид, что искренне удивлён. Он прекрасно знал, что появление этого монстра изначально было виной Леди Баг. Никого не пришлось бы спасать, если бы не её очередной провал. Леди Баг, не проронив ни слова, шагнула в воду. — Рассей щит, — сказала она Авроре. Девушка неуверенно посмотрела на меня, и я, заинтригованная развитием событий, лишь коротко кивнула. Аврора взмахнула рукой, и защитное поле рассыпалось, словно хрустальная дымка. Тигр, лишённый поддержки, с громким плеском плюхнулся в реку. Леди Баг молниеносно оказалась рядом и резко выбросила руки вперёд, словно ловя невидимые нити. Я мельком глянула вверх, где на мосту столпилась толпа зевак. Их возбуждённые крики и вспышки камер резали слух. Что-то здесь было не так… Что она задумала? Из её ладоней вырвалась ослепительная волна чистого света. Она обвила тигра, словно змея, медленно сжимаясь вокруг его тела, пока не достигла камня чудес. Раздался резкий щелчок — и в следующий миг очертания чудовища начали искажаться, перетекать, пока на месте зверя не оказалась… хрупкая девушка в потрёпанной тигриной трансформации. Любопытно. Раз Лайлы не было в зале, слишком многое указывало на то, что камень чудес достался именно ей. Но… Девушка судорожно закашлялась, сгибаясь пополам. — Что у неё с шеей? — резко спросила Алья, подбежав к Леди Баг и наклонившись над пострадавшей. Ах, вот оно что. Маринетт резким движением откинула прядь волос с шеи девушки и выдернула оттуда тонкое, крючковатое жало. Она подняла его вверх, демонстративно покрутив перед всеми, чтобы каждый мог рассмотреть блеск яда на острие. — Это твоё, верно? — Леди Баг уставилась на меня, и в её глазах горел холодный вызов. Я лишь усмехнулась, медленно скрестив руки. — С чего ты взяла? — мой голос звучал сладко-ядовито. — Считаешь, что обвинения без доказательств снова сработают? Я не занимаюсь такими дешёвыми трюками — слишком себя ценю. Маринетт покачала головой, а Алья, сжав кулаки, уже открыла рот для очередной вспышки гнева, но Леди Баг резко пресекла её жестом. В этот момент девушка наконец пришла в себя. Её поставили на ноги, и она, шатаясь, подняла голову. А затем… уставилась прямо на меня. Театрально закатив глаза, она вдруг обмякла и с громким всплеском рухнула обратно в воду. — Я… я никому не расскажу! Обещаю! — её голос дрожал, а пальцы судорожно впились в руку Леди Баг. — Не делай со мной ничего! Я цокнула языком, раздражённо откинув прядь волос за плечо. Этот дешёвый спектакль уже начал меня утомлять. Хотя, если честно, было даже забавно наблюдать, как они пытаются выкрутиться. Аврора, сверкнув глазами, сделала шаг вперёд, явно собираясь ввязаться в перепалку, но я ловко перехватила её руку. — Это того не стоит. Всё в порядке, — мягко, но твёрдо сказала я, покачав головой. — Но как можно терпеть такое?! — вспыхнула подруга, её голос дрожал от ярости. — Они нагло врут! — Всё в порядке, — вдруг встрял Феликс, и его голос прозвучал нарочито громко, так, чтобы услышали даже зеваки на мосту. Он улыбался, но в его глазах читался холодный расчёт. — Мы же никому не скажем, что именно Леди Баг создала это чудовище, верно? Ох, как же громко он это произнёс. Я прикрыла лицо ладонью, но в глубине души не могла не оценить его дерзость. — Как вы смеете?! — взревела Алья, бросаясь вперёд. — Закрой рот, — ледяным тоном оборвал её Лука. Его голос прозвучал так резко, что даже воздух вокруг будто застыл. — Ещё хоть слово… — И что? — тут же встрял Нино, но его бравада прозвучала неуверенно. Лука медленно повернул голову в его сторону и оценивающе окинул его взглядом, словно рассматривал что-то неприятное. — Хватит смелости узнать? — его вопрос прозвучал тихо, но с такой ядовитой сладостью, что Нино невольно отпрянул. Висперион уже однажды устроил им «тёплый» приём, и недооценивать его было крайне глупо. — Время, — едва слышно прошептала Кагами. — Точно. Пора. — Я кивнула, и в следующее мгновение мы стремительно взмыли вверх, запрыгнув на мост. Толпа вскрикнула, камеры защёлкали, но мы уже растворялись в ночной темноте, оставляя за собой лишь лёгкий хруст снега. Обезвредив тигра рядом с садом Тюильри, мы, может быть, слегка подпортили планы Леди Баг. — Как у вас с энергией? — спросила я, пока мы перезаряжались. — В полном порядке, — кивнул Лука. — Готовность боевая, — ответила Кагами. Остальные тоже отозвались весьма позитивно. — Но… ты уверена, что пойдёшь одна? — нахмурился Лука. — Она устроила встречу в недостроенном розарии. Я так полагаю, он будет окружён. — Судя по сентимонстру, отправленному мною на разведку, там совершенно не ощущается энергия, — сказал Феликс, играясь с зеркальным пауком. — Он не рассеивается? — спросила Кагами. — Он теперь вечный. Могу отозвать и призвать заново, — сказал павлин, — слишком мне понравился. Я улыбнулась. Вообще-то паучок правда был милый. Словно оживший бриллиант с ножками. — Вам нужно разобраться с остальными, или просто рассредоточиться и ждать, — наконец, сказала я. — Ты не думаешь, что это ловушка? — продолжил настаивать Лука. Я на секунду замолчала. — Я знаю, что это ловушка, — тихо ответила я, — но если ты хочешь спросить, уверена ли я в себе, мой ответ — да. Монахи прибудут с минуты на минуту, встретьте их и объясните, что происходит, хорошо? — Хлоя… — Всё в порядке. Если почувствуешь, что что-то не так, установи таймер. Помнишь? — уверенно произнесла я. Лука лишь молчаливо покачал головой. Ему явно было трудно совладать с эмоциями. Я прекрасно его понимаю, но ничего не поделаешь. Если Леди Баг придёт в розарий, а ребята смогут задержать остальных, это будет битва один на один. Я должна снять её серьги любой ценой. — Моя королева, они беспокоятся о вас, — пробормотала Поллен, — а ещё у меня не самое лучшее предчувствие. — У меня тоже. Но если эта встреча принесёт хоть какой-то более-менее положительный результат — всё будет в порядке. Придавая голове уверенности, я всё больше теряла её. Но я уверена, что Маринетт не видит будущее или не проживала жизнь в этой вселенной, как я думала раньше. Иначе она бы не допускала всех этих глупых ошибок. Сад Тюильри в этот час был погружён в ледяное безмолвие. Рождественская ярмарка с её шумом и огнями осталась далеко позади, а здесь, в зоне реконструкции розария, царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь хрустом снега под ногами. Большая беседка возвышалась между тремя замёрзшими озёрами, её очертания терялись в зимнем сумраке. К ней вели каменные мосты с арочными пролётами, украшенными искусной резьбой — переплетающиеся лозы с розами, будто застывшие в вечном ожидании весны. Широкие двустворчатые двери беседки поддались неожиданно легко, словно их ждали. Внутри царила пустота — лишь намёки на будущие клумбы да хрупкие каркасы для плетущихся роз. Прямо под купольным потолком из стекла стоял одинокий стол с парой стульев. Лунный свет, пробиваясь сквозь витраж с алыми розами, раскрашивал помещение кровавыми бликами. Они ползли по стенам, словно живые пятна, напоминая о чём-то… зловещем. Мрачновато. Я знала, что Леди Баг уже здесь. Была ли она одна? Сомнительно. Дверь я оставила открытой, предварительно выбив её с плеча, впрочем, это было лишним. В этом месте, где всё — стекло и хрупкое дерево, отступление не составило бы труда. Если понадобится. Я медленно прошла к центру, но не села, лишь облокотилась о резную колонну, ощущая под пальцами шершавую фактуру дерева. На мгновение прикрыла глаза. Тишина. Ни звука снаружи. Будто весь мир замер. — Я ведь приглашала тебя одну, — тихий, ровный голос раздался из темноты. Леди Баг вышла из тени бесшумно, словно призрак, и небрежно опустилась на стул напротив. Её синие глаза, яркие, как васильки на снегу, сверлили меня взглядом. — И ты думала, что я приму такое? — Конечно нет, — она покачала головой, и в уголках её губ заиграла улыбка. — Тем более, что и я не одна. Она улыбнулась. Что-то промелькнуло в её ярких василькового цвета глазах. Эта девушка теперь казалась мне куда более знакомой, чем когда-то. — Вижу, ты что-то смогла вспомнить, — продолжила она, наслаждаясь моментом. — Уже слишком поздно, Кло. Меня словно на мгновение ударило током, настолько непривычно и противно было слышать это из её уст. Она не сдержала улыбку, видя, как я разозлилась. — Зачем ты меня позвала? — мой голос был ледяным, ровным, без трещин. Маринетт вздохнула театрально, запрокинув голову. — Всё просто. Ты и сама знаешь. Я хочу тебя убить. Довольно откровенно. Не ожидала, что она будет настолько честной. — В самом деле? В твоих руках марионеточный Кот с кольцом, к чему столько ухищрений? Загадала бы желание и всё в твоих руках, — усмехнулась я. Маринетт вздохнула. — Как жаль, что ты вспомнила так мало. К сожалению, я не могу потратить столь ценное желание на тебя, с чего бы мне это делать? — Но однажды сделала ведь, — перебила я её. Она улыбнулась. Её губы дрогнули. — Ох, верно. Но, видишь ли, тогда желание сработало правильно и убило Хлою Буржуа. Ты и сама это знаешь. Только вот как откат, пришлось умереть и Маринетт Дюпен-Чен. Как жаль, что в этот мир ты всё же вернулась… Хм, ты правда ничего не помнишь? Она наклонилась вперёд, глаза вспыхнули. Я прищурилась. Нет, я не помнила. — Вероятно, это связано с тем, что… не так уж важно. В любом случае, ты должна понимать, что пользоваться силой кольца и серёжек можно только один раз. Одно желание — один человек. Это простое правило. — Но ты не Маринетт Дюпен-Чен. Я всё ещё не могу понять, почему ты так хочешь меня убить. — Ох, знакомая фраза, — вдруг её спокойствие треснуло, глаза вспыхнули алым. — Мешаешься так сильно, что одно твоё присутствие раздражает. Я вновь прищурилась. Мало что можно было извлечь из этого разговора. Я ничего не помнила, вообще-то, поэтому не понимала, что она там бормочет. — Адриан Агрест в твоих руках. Что ещё тебе нужно? — спросила я прямо. На лице Маринетт появилось странное выражение. Она вдруг рассмеялась резко и неестественно. — Думаешь, мне нужен Адриан Агрест? Очень смешно. У тебя всегда было хорошее чувство юмора. Мне не нужен этот мусор. Как он может сравниться с ним? — она подняла взгляд к небу. С ним? О ком шла речь? — Но ты меня удивила. Видимо, желание уничтожило душу, но подселило другую, как в случае со мной, — задумалась Маринетт, — но это же надо, чтобы так совпало, что именно ты попадёшься. Я бы смирилась с любой другой личностью, но не с тобой, Кло. Ты так раздражаешь. — Не понимаю, к чему это всё, — произнесла я. — Хм… кажется, наши союзники вступили в бой друг с другом. Не волнуешься? — пролепетала Маринетт. — Ни капли. — Конечно… этим ты меня тоже бесишь, но… В итоге всё сложилось так, как я и хотела. Ты пришла, значит, умрёшь, — она улыбнулась. — Знаешь, когда ты умрёшь, все о тебе забудут. Она вдруг мечтательно улыбнулась. — Тебя будут помнить так, как я того хочу. Ты будешь в их воспоминаниях злой и мерзкой, будешь глупой задирой, будешь той, кого все ненавидят. А потом, может, улетишь куда-нибудь в Нью-Йорк, о тебе не вспомнят. Ты растворишься в их памяти. Голос Маринетт стал мечтательным. — С памятью ты прекрасно умеешь справляться. — Это верно, — кивнула Леди Баг. — Мне нравится, что камень Созидания позволяет подобное. Правда, Тикки, конечно, сопротивляется, но кто её послушает? — Я ничего о тебе не помню, однако уверена, что ты всегда была именно такой. Отвратительной и гнилой изнутри, — сказала я. Её веки дрогнули, но улыбка не сошла. — Не то чтобы… это ты виновата, Кло. С твоим исчезновением я смогу загадать желание, условие будет соблюдено. Так что я стану самым счастливым человеком в мире. — В мире своих иллюзий? — прервала я. — Нет, в настоящем. Отредактировать мир под себя, а затем жить в нём так, как захочется. Я сотру тебя, словно помарку в тетради, и забуду навсегда. О тебе забудет каждый, твоя мизерная Власть прекратит отравлять мою идеальную картинку. Разве это так уж плохо? О таком мечтает каждый, а кто твердит обратное — обманщик. Если всё, что стоит между мной и счастьем — ты, я буду бесконечно пытаться убрать тебя. Твои выступления и эти игры на публику тоже никак не сыграют роли. Всё откатится к моменту, когда ты появилась, эта временная ветка никогда не будет существовать, стоит мне уничтожить воспоминания о тебе. Она разговорилась, но её речь всё больше превращалась в какую-то фантазию сумасшедшего. Я достала волчок, жало сверкнуло. — Для начала тебе придётся убить меня. Бриджит. Маринетт напряглась, стоило мне назвать её по имени. Она улыбнулась. — Конечно, Клоринда. И я это сделаю. Знаешь, способность петуха не всесильна, но подсмотреть в будущее у Альи получилось. Она отчетливо увидела твою смерть. Первый удар был за мной. Я резко рванула вперёд, перевернув стол одним движением, и он с грохотом рухнул, заслонив Леди Баг на долю секунды. Этого хватило. Я уже обходила её, жало сверкало, как клинок, а перчатка прикрывала руку, словно щит. Она замешкалась — растерянная, неуверенная. Попыталась отпрыгнуть, но куда ей? Я была быстрее. Сильнее. Я сбила её с ног и нанесла удар, жаля в плечо и оставляя яд впрыскиваться, поражая Леди Баг. Её тело застыло, окаменело, лишь глаза — широкие, полные ярости — ещё жили. Только вот… теперь уже я ошиблась. Потратила секунду, глядя в эти ненавидящие васильковые глаза, и это стоило мне многого, а когда потянулась за серёгами, поняла, что что-то было не так. Сзади меня кто-то стоял. Я отскочила, едва успевая. Чёрный шип вонзился в перчатку, и мерзкая, тягучая слизь мгновенно поползла по руке, сжимая, как удав. Пришлось сбросить её — иначе поглотила бы целиком. Откатилась к стене, ощущая холод стекла за спиной, и только тут заметила — все окна затянуты чёрной паутиной, из которой лезли корни, колючие, живые. Они пульсировали, высасывая свет, тепло, силу. Розарий погрузился во тьму. И в этой тьме выросла фигура. Я чувствовала отток сил. Эта энергия их поглощала. Передо мной появился человек. Низковатый старик с длинной бородой. Фигура была скрыта под плотным плащом. — Ты… Ван Фу, — мой голос не дрогнул, но в груди — ледяной ком. — Мне не хочется этого делать. Но это часть договора. Ты мешаешься, — ровно произнёс он, словно я ничего для него не значила. Я прыгнула вбок, едва уходя от всплеска чёрной субстанции. Корни вздыбились из стен, рванулись за мной, щёлкали, как кнуты. Пространства не было — каждый шаг рождал новые побеги, пол, стены, потолок — всё зарастало, душило. Я успела уклониться от резкого удара чёрной субстанцией. Несколько корней вылетели из-за стекла, начиная преследовать меня. Здесь было чертовски мало места. Ускорившись до предела, у меня получалось уходить от этих проблемных штук, но на месте, где я делала шаг, поднимались новые, бесконечно разрастаясь. Я сделала попытку добраться до Ван Фу, стоявшего в центре, но перед ним выросла непробиваемая стена из поглощающей чёрной слизи. Он поднял руки, я отчётливо увидела почерневшие кончики пальцев и вспучившиеся вены. Взмахнув жалом, я отрезала несколько корней, однако это не помогло совершенно, стало лишь хуже. — К чему сопротивление? — произнёс он. — Тебе просто некуда бежать. Я глубоко вздохнула, но с ужасом поняла, что не слышу своих товарищей. Отголосок связи блокируется. Я не могу позаимствовать их способности, не могу позвать на помощь. Я отрезана от внешнего мира, прямо как тогда. Ни голосов, ни эха, ни шёпота товарищей. Я одна. Как тогда. — В этот раз я учёл ошибку. Подготовив поле, на которое ты сама пришла. Ты не уйдёшь отсюда, только в виде трупа. Я не могла толком разглядеть его лицо. Накопив золотую энергию, я отбила несколько лоз и рванула в его сторону, пробивая всё же защиту. Его глаза сверкнули удивлением, однако… Жало столкнулось с невидимой защитой. Кольцо в носу. У него сила быка. Я быстро перегруппировалась, сумев заблокировать его выпады. Чёрная энергия се-ци вспыхнула в его кулаке, я едва парировала, но слизь уже обвила ногу, тянула вниз. К моему сожалению, он сражался не один. Чёрная слизь, попав на ногу, быстро обвила конечность. Ван Фу сжал кулак и с силой впечатал меня в стену, воздух вырвало из лёгких, спина оказалась словно приклеена, корни схватили, обвили, сдавили. Шею сжало так, что в глазах поплыли чёрные пятна. Я держала жало, но руки оказались так сильно обездвижены, что я просто ничего не могла сделать. — У тебя ничего не получится. Се-ци поглощает энергию камней чудес, — равнодушно ответил он, отворачиваясь от меня. — Ты умрёшь. Корень сдавил шею ещё сильнее. Думай. Думай. Я прикрыла глаза. Если единственный шанс уйти — умереть, то я так и поступлю. Я сконцентрировалась и начала синтезировать яд в волчке. Если приложить каплю сил, то у меня получится… Я почувствовала лёгкий укол. Тело одеревенело, глаза запрокинулись. Да, сработало. Иммунитет не активировался, значит, мне это поможет, ведь я искренне верю в это. Сознание постепенно начало замедляться. Я словно на мгновение покинула своё тело, тут же пряча талисман, как меня учила Поллен, растворяя его и превращая в энергию, скрывая глубоко внутри себя, своей души. Я видела себя со стороны, понимая, что никто сейчас не отличит меня от трупа. Превратившись в безвольного призрака, мне предстояло только наблюдать. Дыхание уредилось настолько, что не ощущалось вовсе. Корень с шеи медленно пропал, Ван Фу в это время вынул жало из плеча Леди Баг, та быстро поднялась, подходя ко мне. — Мертва? — её улыбка расползлась, как трещина. — Абсолютно, — произнёс Ван Фу. — Хорошо, теперь… Он не позволил ей подойти ближе. — Сначала выполняй свою часть уговора, — сказал он, любезно предоставляя ей кольцо. — Но ты кое-что забыл, — напомнила она. Он кивнул, доставая из сплетения корней шкатулку с коробкой поменьше. Затем он быстро произнёс какие-то слова, и шкатулка видоизменилась, после чего Леди Баг забрала её. Она надела кольцо Кота, меняя трансформацию. — Хорошо. Теперь у меня достаточно сил… Но хватит ли их у тебя? Дворняжка! — Апорт! — раздался голос из йо-йо Баг. Кольцо быка вылетело из носа Ван Фу, он в одночасье лишился неуязвимости. Леди Баг собиралась что-то сделать, но беседку сильно затрясло. Сквозь плотно сжатые чёрные корни начал проникать ярчайший белый свет, я, наконец, смогла услышать голоса монахов снаружи. — Откуда они здесь! — испуганно воскликнул Ван Фу. Леди Баг бросилась ко мне, начав быстро искать талисман. Она поняла, что дело пахнет не очень хорошо, однако она не смогла найти талисман, а корни были сомкнуты так плотно, что разорвать их ей не хватило силы. — Чёрт! — выругалась Баг. — Плевать! Ты мертва, остальное неважно! Она нажала на кнопку в йо-йо, и под её ногами тут же возник портал. Ван Фу с бешеным взглядом смотрел на неё, он пытался добежать до портала, но было поздно — Леди Баг оставила его одного в рушащемся розарии. Свет лился, жег, корни вспыхивали, как бумага. И тогда — стрела, словно копьё из чистого солнца. Чистая Ци пронзила грудь старика. Он обмяк и рухнул на пол, прекратив дышать.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!