Вернутся к фанфику
VI
21 августа 2024, 21:51Записка, переданная после концерта в
Брайтоне, «Мистеру Осборну из рук в руки»:
- Привет! Извини, я застрял в Гамбурге
чёрт знает, на сколько. Мне нужно время вылезти из этого всего. У меня есть
твой почтовый адрес, я всё напишу в письме.
Телеграмма на почтовый адрес в Гамбурге:
- Только не ту почту которая была у Шерон
пиши ей она передаст!
Из письма на домашний адрес семьи Арден:
- Я буду в Лондоне на Рождество. Если нет
планов, приезжай. Ренаты не будет, но, если решишь взять с собой Тельму, ей
будет, чем заняться.
Из письма на домашний адрес семьи Дуайт:
- С Тельмой мы разводимся. С Тони – тоже.
Домашняя студия семьи Арден похожа на
курятник, в котором только что побывали два крайне агрессивных петуха. Даже
перья – из разорванной подушки, - и те тонким слоем покрывают гостиную и
долетаю даже до комнаты переговоров. Никого нет, ни тех, кого хотелось бы
видеть, ни тех, с кем пересекаться не хотелось совершенно. Только хозяин дома
внимательным взглядом смеряет заглянувшего мужчину и произносит, оценивая его
отросшие жидкие рыжие волосы, щеголеватый костюм и золотые гвоздики в ушах:
- А что он хотел, настолько крепко уйдя в
штопор, что его терпеть будут?
Гость смотрит в ответ долго и внимательно,
а затем жёстким голосом требует контакты мистера Осборна. Скривившись, хозяин
дома медленно выговаривает:
- Найдёшь его, передай моей дочурке, чтобы
дома больше не появлялась.
На столе, низком, журнальном, с глянцевой, бережно хранящей любую царапинку - корзинка с красными яблоками. Рядом – свежий номер Rolling Stone с рейтингами альбомов за прошедший месяц и рекомендациями по посещениям концертов до самого Рождества. На подоконнике – широком, удобном для того, чтобы стоять на нём, раздумывая, по какую сторону от него находится правильный выход из сложившейся ситуации, намело снега. Смахнув его, Оззи закрыл окно и присел на мокрую поверхность, прислонился спиной к холодному стеклу. В номере так холодно, что зубы невольно отбивают дробь, а руки тянутся к бутылке виски в рюкзаке.
Жилец номера крепко спит, натянув на голову
одеяло. Как был с вечера, в облегающей водолазке и кричаще-голубых
джинсах-клёш, в браслетах и кольцах, только сняв очки – огромные, со стразами
по оправе и висюльками на дужках – да узкомордые, по отходящей уже моде, туфли,
проваливается в сон едва увидев постель.
Внутри борются два чувства. Два
непреодолимых желания, первым из которых является желание выпить принесённый
алкоголь в одно рыло, закусить его яблоками, оставив оскорбительную записку,
уйти. Второе, более слабое с виду, но заполоняющее тем не менее все нижние
этажи сознания, острое, вязкое, горячее – присесть сейчас на краю кровати,
перевернуть рывком (у него хватит сил на это: Элтон так исхудал за прошедшие
полтора года) на спину, едва разбудив, притиснуть к матрасу, рассказать в
подробностях, как все эти бесчисленные дни горело в сердце давишнее обещание,
как вставали перед сознанием те или иные сцены, как было обидно снова и снова
получать отказы… Нет-нет, не от него, не от ставшего на время незримым
ангела-хранителя, вместе с Шерон все эти бесчисленные дни державшего над пропастью
и заставлявшего одним своим существованием, одним своим голосом из каждого
утюга жить… Но отказы от судьбы…
Оззи не ведётся на уговоры ни одного
желания ни второго. Сделав большой глоток из горла бутылки, откусывает пару раз
от самого симпатичного яблока в корзине и, сняв по пути жилетку, джинсы,
казаки, расстегнув рубашку и распустив волосы, обходит кровать, спокойно, будто
дома, ложится на неё, накидывает на ноги край одеяла, закидывает за голову руку
и закрывает глаза. Он устал от этой гонки за выживание, и всё, что ему нужно
сейчас – просто побыть в тепле и тишине, где никто не будет давить на совесть и
насиловать разум, гнать и уничтожать. Любить и ненавидеть. Осуждающе долго
смотреть утром из-под чёлки и говорить обречённо, что они попробуют снова…
Последнее, что он чувствует, прежде чем
уснуть – как человек рядом, шумно вздохнув, но не просыпаясь до конца,
переносит тяжёлую голову ему на грудь и обнимает одной рукой, глубоко
расслабленно вздыхает, будто сбрасывая оковы усталости от бесконечных концертов
и бесчисленных накладок, бесконечной пустоты в душе. Последнее, что он слышит,
засыпая:
- Спасибо, что пришёл… Я скучал.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!