Глава тринадцатая

             Малышка внимательно рассматривала, как снег переливается искрами в тусклом свечении луны. Когда двор осветился ярким светом фар, Лили нетерпеливо подскочила и громким топотом маленьких ножек, совсем не боясь разбудить кого-то, понеслась к двери.       – Мама! – Громкий визг вырвался из девочки, когда её подхватили на руки. Молодая женщина мягко улыбнулась, легко перехватывая ребёнка одной рукой, с тихим стуком прикрыла дверь.       – Моя дорогая, – она поцеловала дочь в румяные щёки. Опустилась на пуф, заприметив его мгновение назад и заворковала к дочери. – Я так скучала по тебе.       – Ты привезла? Привезла? – Девочка нетерпеливо завертелась в руках, пытаясь повернуться к стоящим у входа пакетам.       – Не кричи, детка, – весело хмыкнула Агнес и потянулась к покупкам. – В твою коллекцию.       Девочка радостно запищала, разрывая коробку с коллекционной фигуркой. Пока малышка что-то ворчала себе под нос, женщина подняла глаза на лестницу, почувствовав на себе взгляд.       Каро, неодобрительно сложив руки на груди, стояла на верхних ступеньках лестницы и покачала головой, когда словила взгляд подруги. Агнесс опустила глаза и поджала губы, как провинившаяся школьница.       Лили смело могла заявить, что знает, что такое счастье. Счастье – это видеть, как маленький Дамиан прыгает от счастья, сжимая в руках кубок первого места по детскому волейболу. Счастье – это видеть, как милашка Питти очаровательно краснеет от смущающей колкости, которую сморозила Лилибет. Счастье – когда мама мимолётно треплет её по макушке. В этот же список она с гордостью занесла тот счастливый вечер Рождества и лица семьиПеппер, Хэппи, Роудса и мистера Старка, когда они все вместе открывали подарки на утро двадцать пятого. Как Поттс мило смутилась, когда открыла чашку; как Роуди засветился от счастья, рассматривая аккуратный зажим для галстука ручной работы; как Хэппи крутил в руках небольшую раритетную камеру, а Старк смотрел на неё так ласково, когда взял в руки игрушку, что у Лили щемит сердце от отвращения к самой себе.       Потому что она не заслуживает такой любви. Потому что Лилибет Мария Сорель неблагодарная сука, которая плавится от одного нежного взгляда в свою сторону. Без разницы, блядь, от кого. Будь это Старк или первая прохожая женщина, которую она чуть не снесла по дороге в школу.       И поэтому, прямо сейчас, она сидит в своей комнате и теребит браслет, подаренный Тони Старком, заливаясь слезами, как умалишённая. Потому что перед этим позорно сбежала, кинув скомканную благодарность и чувствовала растерянные взгляды спиной. Девочку буквально трясло от чувств. Она настолько не привыкла получать что-то безвозмездно, что едва не схватила паническую атаку, когда пришла её очередь открывать подарки.       – Мисс Старк? Всё в порядке? – Джарвис, видимо, заметил резкое движение её рук, когда она уткнулась лицом в ладошки.       – Мгм, – на большее Лили не хватило, но ИИ особой настойчивости не проявил.       – Мистер Старк беспокоиться, – всё, что сказал Интеллект и оставил её в тишине.       Лилибет шмыгнула носом и подняла покрасневшие глаза на дверь в ванную, обдумывая что-то. Девочка покосилась на тёплую пижаму на плетёном кресле. Схватив её, она скрылась в ванной.       В этот раз душ был холодным, а лезвия забыты. Жаль, что с воспоминаниями и чувствами так не получалось.       Следующее утро возымело название “Незаметно покинуть и вернуться в Башню”. Потому что неловкого разговора с Пеппер или напряжённый взгляд Старка она бы сейчас не пережила. Развлечений ей пока хватает. Впрочем, выход для неё оказался открытым, а в коридорах, — по которым она кралась, как какой-то вор, ей Богу, — тишина и одиночество. Внизу Джарвис только сухо прощается с ней и желает удачного дня.       Тогда Лили затыкает в голове свербящее под ложечкой чувство брошенности. Слишком много всего. Хэппи, ожидающий её на парковке, где они согласились встретиться, когда Хоган пообещал отвезти её на встречу с друзьями, молчит. Лилибет тоже разговаривать не рвётся, поэтому поездку до кафе на окраине Бруклина они молчат.       На месте она отскакивает от багажника, кинув короткое “Пока!” и не удостаивает мужчину и взглядом. Тишина напрягает, но Лилибет не из слабых. Если тишина будет нести за собой спокойствие, так желаемое Лили, — Сорель готова терпеть до поступления. После надеется по-тихому съехать во взрослую жизнь и жить себе без такой нервотрёпки.       В кафе немноголюдно, праздничные дни, в конце концов. Лилибет появляется самой первой из всей компашки и утыкается в смартфон, сложив подарочные пакеты под стол.       Первым появляется счастливый до тошноты Ларсон. Лили хочется кинуть несколько ехидных фраз, но заставляет себя заткнуться, — испорченное настроение не даёт ей права портить его другим. Понемногу их дуэт пополняется, после прихода Паркера, — чёрт бы побрал его румяные щёки и щенячий взгляд, — хочется не то блевануть, не то закурить. А можно всё сразу.       Для друзей она немного поморочилась, просто потому что, банально, не знала, что дарить. Так что, выстрелы были наугад и, как показалось Лили, весьма удачные. Питер, напару с Нэдом, восхищённо запыхтели над новыми небольшими наборами Лего из серии Звёздных войн, ЭмДжей хитро зыркнула на неё, приоткрыв пакет, но дёргающиеся уголки губ вот-вот расползлись бы в улыбке, Кристиан заржал над баскетбольным мячом с глупой надписью. В подарках для Лилибет были аромасвечи, книги и прочая мелочь, не считая Пуансетии, которую притащил Ларсон.       – Ты говорила, что весной и осенью его не найти, а сейчас едва из дому выходишь, так что… – Крис протянул ей горшок в прозрачно-красном полиэтилене. Сорель удивлённо вздёрнула бровь, но выдавила из себя вполне естественную улыбку.       Через пару часов, когда уже начало темнеть, они стали расходиться и Лили замерла возле входа, в ожидании машины с Хэппи. Кристиан замер рядом, рассматривая спины Нэда, Питера и Мишель. Первые двое жили в одном районе и, как настоящие джентльмены, решили провести даму к остановке, которая была им по дороге.       – Как ты? – Он скосил взгляд на подругу, перебирая в кармане ключи от дома.       – Жива, относительно здорова, – пожала плечами девочка. – Сижу дома, вылезать из комнаты желанием не горю, как видишь.       – Лили… – В коричнево-зелёных глазах друга пронеслось что-то болезненное.       – Убивать себя не планирую, не дёргайся, – в её взгляде промелькнула лёгкое пренебрежение и снисходительность. – Я ещё не всем настроение подгадить успела.       – И какое точное число? – Перенял её сарказм Ларсон и вскинул брови.       – Дай подумать… – Надула губы девочка. – Хм, сотни тысяч людей?.. Или больше, один хрен. Но в суицидники меня записывать слишком рано, Ларс.       Перед ними плавно затормозил чёрный внедорожник. Узнав номера, Сорель понеслась к багажнику, чтобы не тащить пакеты в салон авто. Закрыв его с глухим стуком, она повернулась к другу. Крис протянул ей непонятный плоский свёрток.       – От Кристи, – ответил на немой вопрос Ларсон. – Извинялась, что не лично.       – Я же не… – Лилибет зависла, так и не приняв подарок.       С Кристин они часто общались из-за скуки и узкого круга, в котором крутились их семьи. Подружками до гроба они не были, да и просто подругами их назвать можно было с натяжкой. В школе они были больше соперницами за место лидера в черлидинге и то, Лили боролась за него для чувства самоутверждения, а не из-за сильного желания крутиться в спортзале в поддержку незнакомых парней из школы.       В этом году они вообще почти не общались, если не считать первые два месяца, — Лили погрязла в своей жизненной драме, Кристин — не особо то и скучала по ней, если судить по фото с тренировок на странице школы, да и на переменах она предпочитала общество Белтона и черлидерш. Не сказать, что Сорель скучала, просто… они с Кристи не сошлись. И всё. Девочка просто надеялась, что на этом они и разойдутся. Что Ларсон не станет устраивать драму или просто портить ей жизнь, — самое простое, что может сотворить Майк через руки Кристин.       – Я куплю ей что-нибудь от тебя, не парься, Ли, – вздохнул Кристиан, руки которого уже покраснели от мороза. – Просто… Считай это извинениями за её поведение и забудь.       Лили осторожно взяла свёрток, будто ей давали змею и несмело улыбнулась. Ларсон мягко притянул её к себе, приобнимая, и быстро чмокнул её в румяную щёку.       – Рад, что ты смогла вырваться, Ли, – в мгновение отстранился от неё мальчик и повернулся в противоположную сторону. Девочка нервно облизала губы и села в машину.       Подарок отправляется на глубину белого рюкзака, там же находится справка для спортивного центра. Лили на мгновение даже замирает, рассматривая скачущий и непонятный почерк врача с её диагнозом. Понимание, что она так и не вручила справку тренеру больно бьёт по совести. Не то, чтобы Сорель сильно волновало уменьшение нагрузки, – совесть грызла из-за вранья тренеру. Миссис Авис не была строгой или злой, как большинство представляло ведущих тренеров, но Лили не раз тыкали вопросами о большом спорте и непониманием, почему Авис ведёт занятия для любителя, когда у неё под боком несколько выдающихся спортсменов. Лилибет даже слышала, что один из них планирует пробоваться на Олимпийские в следующем году.       – Хэппи… – Она слегка поддалась к водительскому сиденью.       – М?       – Заедем на корт? Нужно кое-что решить? – Лили нерешительно прикусила губу, загибая уголок бумажки.       – Проблемы? – Мужчина нахмурился, остановившись на светофоре и повернулся к ней.       – Ничего серьёзного, – поспешила протараторить девочка и, словив настороженный взгляд, расслабленно откинулась на сиденье, когда машина повернула на ближайшей окружной.       Внутри здания стоял лёгкий гул, где-то слышались крики и громкие стуки мячей. Лили нерешительно замерла в фойе, сжимая в руках пропуск. Добродушный мужчина на входе осторожно махнул ей и Сорель подошла, неловко опершись на стойку охраны.       – И чего ты тут мнёшься? – С лёгкой насмешкой спросил мужчина, провожая взглядом какого-то парня, нашедшего свой пропуск.       – Миссис Авис на месте? – Проигнорировала вопрос девочка, выводя узоры на гладкой поверхности.       – Где ж ей ещё быть, – хмыкнул охранник, пытаясь словить взгляд девочки. – Отборочные скоро.       – Я тогда пойду?.. – Несмело подняла глаза Лили.       – Иди, – спокойно кивнул мужчина, наблюдая за несмелым шагом ребёнка.       На их корте было пусто, — похоже, Лилибет попала на окно тренера, — только миссис Авис сидела в первом ряду трибун, что-то заполняя. Тихий шорох бумаги и несмелые шаги Лили были единственными звуками в большом зале. Когда девочка замерла в паре метрах от тренера, женщина подняла на вошедшего раздражённый взгляд, который, впрочем, сразу же сменился на уставший, когда она поняла, кто перед ней.       – И что ты здесь забыла? Тренировка на выходных, – Авис вернулась к бумажкам.       Лили, нервно облизав губы, положила сверху на её документы справку. Женщина нахмурилась, вчитываясь.       – Дата за ноябрь, почему принесла только сейчас? – Подняв взгляд на ребёнка, она увидела только стыдливо опущенные глаза и прикушенную щёку. Тяжёлый усталый вздох эхом пронёсся по залу. – Лили.       Сорель отвернула голову, не решаясь посмотреть на тренера. Пальцы на собственных предплечьях сжались.       – Ты в курсе, что я могу отказаться от тебя за это? – Когда ответом ей послужил яростный взгляд, готовой отстаивать себя девочки, женщина хмыкнула. После посерьёзнела. – Ты всё ещё не хочешь идти в Большой Спорт?       – Но болезнь… – Лили запнулась, увидев серьёзный взгляд тренера.       – Я же не говорю тебе идти на эту Олимпиаду, – закатила глаза Авис и похлопала на соседнее место. Сорель несмело опустилась на край. – Если ты решишься, тебя будут просто чаще проверять. Серьёзные препараты для сердца ты не принимаешь, те, которые я здесь вижу не в списке запрещённых. Форма лёгкая, спорт тебе не запретили, на самый крайний вариант сделаем тебе полную отмашку от физкультуры, чтобы снизить нагрузку.       – А если мне пропишут препараты серьёзней? – Шумно сглотнула девочка. Почему-то, ранее нежелание заниматься профессиональным теннисом исчезло. Неужели она настолько сходит с ума?..       – Бето-блокаторы и антиаритмические не запрещены,на амиодарон нужно будет делать разрешение, но, – женщина ещё раз прошлась взглядом по справке, – до него тебе пока далеко. Подумай. Если решишься, я хочу поговорить с твоим отцом и врачом.       – Отец… будет против, – прошептала Лили, разглядывая свои ноги.       – Реши, чего хочешь ты. Всё остальное за тебя сделают взрослые. Я не хочу терять шанс на такого спортсмена. Уйти из спорта ты можешь всегда, даже без пояснений.       Лилибет кивнула, вглядываясь в суровый взгляд тренера. Что-что, а уговаривать и красиво говорить Авис умела.       Ритмичный стук теннисного мячика о стену будто успокаивал расшатанные нервы, пока Лили ждала загрузки презентации по французскому. Директор их школы, если быть честной, хитрил, когда дело касалось олимпиад и конкурсов. Как пример, — эта презентация; Лили не брала факультатив по французскому, но на олимпиады по нему ездила регулярно и всегда, всегда выигрывала.       Если бы её попросили быть ещё откровенней, Лилибет сказала бы, что мистер Бёртон был хитрым и подлым лисом со страшной чуйкой на выгоду. Так их школа стала одной из первых, кто взял усложнённую программу по математике для начальной школы, — и Бёртону было конкретно плевать, что дальнейшей программы для средней и старшей тогда ещё не выпустили, — но, за четыре последующих года её преподавания, вышел полный курс и школа стремительно выросла в рейтинге. Примерно так же он ввёл программу со стипендиями и бюджетными местами, и это правда принесло школе ещё больший успех.       Похожим образом он подбирал и учеников на бюджетные места и, позже, программы по обмену, — кроме письменных и устных экзаменов было ещё собеседование лично с директором школы. Так у них появились ученики с разных уголков планеты по несколько персон, что позволяло школе участвовать во всевозможных гуманитарных олимпиадах и набирать дополнительные языковые классы. С техническими предметами было легче, — таких обдарённых в штатах было достаточно.       Для Лили выгоды вот так сейчас сидеть не было почти совсем, — она отличница по всем фронтам, на бюджет не стремилась, никогда там и не была, но… Одно блядское но. Пропуски и микс двух чёртовых синдромов — отличницы и хорошей девочки. Лилибет назвала бы это месиво адским. Зато для их директора это было золотой жилой, играл он на её чувствах долга и желании быть хорошей профессионально.       Так она несколько раз привезла школе первые места по физике, французскому и итальянскому. Первое, потому что просто нравилось, второе знала почти идеально, третье учила лет с десяти, когда стал выбор между ним и классом по скрипке, — чёртов Дэвис с его: “Девочка должна разбираться в искусстве или языках, а не сидеть часами над физикой и математикой”.       На экране высветился загруженный файл и Лили, словив мяч, подъехала на стульчике к столу. Просматривая темы, которые точно будут на экзамене, она делала пометки и открывала учебники, которые прикрепил учитель.       – Мистер Старк ожидает вас в мастерской, мисс, – голос Джарвиса прервал её комфортную тишину.       Досадливо закусив губу, девочка схватила телефон, настраивась в любом случае поговорить с отцом о тренировках, и без разницы, зачем он её позвал. В другой раз она просто не решится.       В мастерской стоял тихий гул техники, пока хозяин шелестел бумагами на столе. Лили замерла у входа, — код доступа не знала, а Джарвис двери не открывал. Старк обернулся на неё спустя несколько мгновений, — Лилибет подумала, что его проинформировал Джарвис, — и, нахмурившись, отворил ей стеклянные двери.       – Прости, забыл открыть доступ, – он пропустил её вперёд. Сорель покосилась на заваленные единственныйрабочий стул и огромный стол. Мужчина с громким стуком скинул со стола запчасти и похлопал по столу. – Падай, прости за беспорядок.       Лили кинула на предоставленный угол равнодушный взгляд и оперлась задницей на неострый край стола, так и не садясь. Тони, слегка нервно, сгрёб бумажки в одну кучу и отодвинул их на край стола, размещаясь рядом с дочерью. Сорель мысленно считала сделанные им шаги.       Двенадцать. Тоже волнуется? С чего бы?       – Всё в порядке? – Взгляд отца вдруг стал серьёзным, он посмотрел на неё так прямо, что Лили почувствовала бы себя последним предателем если бы отвела взгляд.       – А что-то не так? – Едва нашлась, что ответить девочка, всё ещё не отводя взгляд. Осторожный мах головой со стороны мужчины и Лили отвела облегчённый взгляд. Значит, катастрофа отменяется и можно ходить по Башне, не прячась по углам.       – Пеппер уезжает завтра, моего присутствия в офисе не нужно и я подумал, может, сходим куда-то? А после поужинаем в ресторане.       – Я… хотела попасть в галерею Гагосяна на Мидтауне, но не успела, а на праздники они закрыты… – Лили хитрила, как минимум потому, что в этой галерее она была уже не раз и правда хотела сходить ещё раз, но, учитывая всю ситуацию, грех было не воспользоваться моментом. Дочь Тони Старка она, или кто?       – Джей, ты слышал заказ? – Хмыкнул мужчина и беззвучно хлопнул ладонью по столу. – Послезавтра организуй галерею и ужин в том ресторанчике возле Бруклинского!       Сорель тихо хмыкнула на засветившиеся энтузиазмом глаза родителя. В мыслях же, перебирала свой гардероб. Завибрировавший в руке телефон, напомнил, зачем она пришла сюда.       – Мистер Старк… – Несмело начала девочка.       – М? – Мужчина отвернулся от бумаг, фокусируясь на ней.       – У миссис Авис, тренера по теннису, появились вопросы по поводу… моего диагноза, – Лилибет подбирала слова, стараясь избежать острых углов. – Она хотела бы поговорить с моим опекуном и лечащим врачом. Могу ли я дать ей Ваш номер на следующей тренировке?..       – Сбрось мне её контакт, я наберу после праздников, – спустя несколько мгновений молчания кивнул Старк. Лили про себя тихо выдохнула.       – Я хотела завтра съездить на ипподром, – заметив хорошее настроение отца, девочка пошла ва-банк.       – Завтра же сессия с Колином? – Его тон был слегка растерянным, будто он вспоминал график сессий. Лили несмело выдохнул и Старк, рассматривая её слегка потухший взгляд, выдохнул: – Я переговорю с ним и скажу тебе завтра, ладно? Даже сам отвезу, если мы решим пропустить консультацию.       – Спасибо, – приподняла уголок губ девочка. Кажется, она видела, как в стене между ними появляются трещины.       Когда дверь за дочерью закрылась,Тони сразу потянулся к голограмме.       – Джей, набери Колина, – он опёрся ладонями на стол, обдумывая их разговор.       – Мистер Старк? – Слегка удивлённый голос врача раздался в тишине мастерской.       – Лили хочет поехать завтра на ипподром, но если поедет, пропустит сессию, – нетерпеливо начал Старк. – Она впервые предложила поехать туда сама, а не по конкретному графику или с нашей инициативы.       – Она ведь раньше занималась там? – Задумчиво протянул мужчина по ту сторону.       – Забросила из-за долгой дороги. Думаю, не обошлось без отчима.       – А что говорят тренера? Люди, которые занимаются её лошадью? – Голос психотерапевта приобрёл профессиональные нотки.       – Активна, если есть возможность, старается ухаживать за кобылой сама, прям возится, как со своей, – Тони растёр лицо ладонями, опускаясь на узкий диванчик в углу.       – А к другим животным? Она не так отстранена, как со взрослыми и ровесниками?       – Не знаю, – Старк растерянно посмотрел на потолок. – В этом году у неё с друзьями полегче, но, думаю, это потому что в компании её друзья детства. И не только из школы.       – Вы рассматривали возможность завести домашнего питомца раньше? До появления в вашей жизни Лилибет, – будто чувствуя лёгкое напряжение со стороны мужчины, врач предпочитал уточнять.       Частично поэтому Тони и выбрал его психотерапевтом и для себя, и для дочери. Кроме образования психиатра и лицензии психотерапевта сверху, Колин был достаточно прямолинеен и чётко расставлял границы между консультациями и общением вне их.       – Пеппер хотела кошку, но занятость не позволяла. Да и мы тогда только начинали отношения, не до того было, – подумав, ответил Старк.       – А Лилибет упоминала, хотела она когда-то животное? Возможно, кого-то конкретного?       – Не припоминаю, – растерянно пробормотал мужчина. – Бродячих котов подкармливает, гладит, корм в рюкзаке всегда таскает и собачий, и кошачий. Это только то, что я знаю от Хэппи и Пеппер. С ними она больше обсуждает такие моменты.       – Поставьте ей больше занятий на ипподроме. Пожертвуйте чем-то, особенно, если она ощущает приятную усталость, а не как после школы или тенниса. Посмотрим, как на ней сработает пет-терапия, лошади очень человекоориентированные, – после небольшой паузы нашёлся мужчина. – Если динамика будет позитивной, сводите её в контактный зоопарк, посетите питомники. Последите за её реакциями, тревожностью. Считайте это домашним заданием до весны и позже вернёмся к этой теме. Завтрашнюю сессию можем перенести на первые числа, просто посидим не час, а сорок минут.       – Я вас услышал, – кивнул Старк, забыв, что собеседник его не видит. Идея была интересной и, пускай Тони не особо жаловал пушистых тварей, ради дочери он готов был поступиться и допустить вариант нового члена семьи. Но сначала эту почву нужно хорошо прощупать.       Утро началось в семь утра и с желания покрасить ногти в чёрный цвет. Откуда и почему Лили предпочитала не думать, а сразу делать, поэтому, отрыв в своей тонне косметики старый и повидавший лак для ногтей, открыла окно, впуская морозный воздух и принялась методично красить ногти, растопырив пальцы. Краем уха услышала, как Джарвис включил вытяжку, видно, проанализировал её действия. Тёмный цвет ровно ложился на короткие ногти, поблёскивая на свету.       – Инсектициды не работают и ты решила сменить метод, ребёнок? – Ехидный голос отца заставил её вздрогнуть и размазать лак по одному из пальцев правой руки. Чертыхнувшись, Лили проигнорировала мужчину и схватилась за ацетон. Принялась усердно тереть руку, пока её пальцы не накрыла большая ладонь. – Не дери.       Новый смоченный ватный диск с мягким нажимом прошёлся по раздражённой коже и чернел на глазах.       – Пеппер уезжает через два часа, постарайся закончить и оставить себя и комнату в нормальном цвете, – откинув ватку, хмыкнул Старк и поднялся с корточек.       – Постараюсь, – с едва скрытым сарказмом отозвалась девочка, потряхивая рукой, чтобы та поскорее высохла.       – Я отвезу тебя на ипподром после двенадцати, – перед тем, как закрыть дверь, Тони обернулся на замершую с согнутой рукой дочь. Обернувшись Лили увидела закрытую дверь, но предательская улыбка на её лице появилась.       – Проконтролируйте, чтобы Лили ела минимум три раза в день и тепло одевалась, – подходя к гостинной, девочка услышала встревоженные нотки в голосе Пеппер и, закатив глаза, вошла в комнату, спасая миссис Кингсли от нотаций.       Тони и Хэппи стояли за спиной Поттс и смотрели на женщину с лёгкой насмешкой, которая пропадала сразу же, стоило ей посмотреть в их сторону. Цепкие глаза женщины зацепили фигуру подростка взглядом, как только она появилась на пороге.       – Лили, – Сорель не спеша подошла к ней и сразу же почувствовала тёплые объятия и сдержалась, чтобы не вздрогнуть, когда тонкие пальцы пошевелились на худых боках. Невесомый поцелуй коснулся её макушки. – Одевайся тепло, не забывай про перекусы и звони, если Тони будет слишком надоедать.       Отстранившись, отрапортовала Пеппер и подмигнула Лилибет с весёлой улыбкой на губах. В следующее мгновение повернулась к мужчинам и посмотрела на Старка.       – И проследите, чтобы Башня осталась целой, а прекрасные представители Старков не поубивали друг друга, – хотя обращалась она, походу, к домоправительнице.       – Всё будет в лучшем виде, мисс Поттс, – устало улыбнулась миссис Кингсли и с лёгким кивком удалилась из комнаты.       – Оставь дочь с целой психикой к моему приезду, – женщина мягко обняла Тони за шею и быстро чмокнула в губы.       – Не скучай, кнопа, – улыбнулся напоследок Хэппи и присоединился к Пеппер в лифте, неся чемодан.       – Хэппи тоже едет? – Когда двери лифта закрылись, Сорель повернулась к отцу.       – Да, на ближайшие пять дней твой водитель я или телохранители из службы охраны, – Старк мягко потрепал дочь по костлявому плечу. – Я разберусь с документами, пообедаем и поедем, лады? Подожди меня на кухне.       Девочка едва заметно кивнула и ушла на диван, где оставила недочитанную первую часть “Голодных игр”.       На крытом ипподроме было слышно только эхо её с лошадью шагов. Сорель, уже в полной экипировке, вела Стар — кобылу, с которой она занималась с момента переезда к Старку, — к манежу. Белая крупная морда мягко склонилась к её плечу и нетерпеливо фыркнула, когда они остановились, чтобы открыть вход в манеж.       – Иди уже, нетерпеливая, – закатила глаза девочка, полностью открывая калитку и направляя лошадь за поводья. Где-то в зале мелькнула фигура, но Лилибет быстро отвлеклась на кобылу, которая решила, что поноситься по манежу, снося тренировочные брусья – весело.       – Давай мы будем заниматься, а не дуреть, ладно? – Ехидно прокомментировала Лили, подстраивая и поправляя под себя тренажёры.       Стар громко фыркнула, выражая своё отношение к этой идее. Девочка подошла к молодой лошади и мягкими движениями прошлась по шее и морде, приговаривая что-то тихое и определённо ласковое. Через пару минут, когда первый запал у кобылы прошёл и она стала спокойнее, Лили погнала её разминаться.       Тони, наблюдавший за этим со зрительной зоны, мягко улыбался, заметив, что дочь правда чувствовала себя лучше наедине с животным.