3. НЕ норма

От музыки в клубе «Остров» дрожат стены. Темнота взрывается здесь неоновыми вспышками — белыми и ядовито-розовыми, а в воздухе пахнет спиртом, возбуждением и почему-то кровью. Стены, облицованные черным зеркальным пластиком, отражают толпу и множат ее до бесконечности. По полу стелется дым. Ки Хун проходит за Чон Бэ через служебный ход вглубь заведения, ощущая себя тут абсолютным чужаком. Под его взглядом лазерные лучи режут танцующие фигуры, на секунду высвечивая открытые рты, закатившиеся глаза и руки, впившиеся в потные тела. Мужчина передергивает плечами. — Да, у современной молодежи чудны́е вкусы, — поддерживает настроение альфы его друг и хлопает того по спине. — Пойдем дальше! Бета уводит мужчину от буйствующего танцпола и толкает к бару. Там за стойкой их встречает персонал в респираторах. На полках за их спинами светятся сосуды в ультрафиолете, и Ки Хун не рискует даже предполагать, что за дрянь в них разлита. Тем временем Чон Бэ просит дать им два пива и закуски за счет заведения. Его нашивка «390» на пиджаке отметает у барменов всякие вопросы. — Нарушим, как в старые добрые? — подмигивает бета. — Наши боссы будут еще часов пять там торчать, можешь сильно не париться. При упоминании начальства Ки Хун невольно оборачивается от стойки и поднимает взгляд вверх, на второй этаж. Там за стеклом, словно аквариумы, располагаются ложи VIP. С такого ракурса альфе трудно разобрать детали, но он будто замечает внутри широкие диваны и каких-то людей со светящимися тату и ошейниками… Альфу бросает в дрожь от этого места. Он неуютно поворачивается назад к своему пиву и упирается глазами в слово «Остров». То пульсирует на стене бара в такт музыке. — А почему здесь ты? — повторяет Ки Хун вопрос, каким огорошил его Чон Бэ десять минут назад. Бета у стойки глубоко вздыхает. — Помнишь, я говорил, что тоже прогорел и развелся? Так моя бывшая еще отобрала у меня опеку! Типа, все из-за долгов, па-па-па! — мужчина корчит лицо как от лимона. — Чертова альфа, она просто искала способ меня унизить! Терпеть не могу их!.. Извини, старина, к тебе это не относится. Ки Хун машет рукой и с сочувствием горбится. Он тоже пережил развод: вот только его жена — бета, а потому не пытается выкручивать ему руки, в отличие от ее нового муженька-альфы. Тот просто взял и увез их семью в Штаты. Так что Ки Хун знает не понаслышке, каково это — потерять связь с ребенком. — Понятно… — он вертит между ладоней бутылку и раздумывает перед следующим вопросом. — А ты не в курсе, что творится в конторе этих «Масок»? Раз на директоров идут покушения. С одной стороны, альфа пытается прощупать этим почву, проверяя, насколько может довериться и посвятить в их план Чон Бэ. С другой, он просто ищет хоть какие-то зацепки для полицейского. Ему подойдет любая информация. Бета рядом задумчиво жует губу, разглядывая зал. — Ну, если им и есть из-за чего цапаться с кем-то, так это из-за «Острова», — комментирует Чон Бэ. — Я так понял, тут намечается какое-то крупное реформирование, из-за которого мой босс уже порядком извелся на своем посту заместителя. Может, кто-то теряет в этом долю прибыли?.. Пес его знает! Пройдоха машет рукой, обрывая себя. Он явно не хочет углубляться в догадки и потому меняет тему. — Э! Давай лучше выпьем, а потом стрельнем у кого-нибудь спрей или пастилки. Дружище, тебя же уволят за такое амбре! Ты почему бухал в рабочем костюме? Почему? Да потому что Ки Хун не планировал в нем работать!! Альфа прикладывается к своей бутылке, чтобы залпом влить в себя половину. Что ж, кое-что он все-таки выяснил. И втягивать в это друга не будет — Чон Бэ и без того достаточно проблем. Так проходит несколько часов. Их с бетой действительно довольно долго никуда не зовут, давая время посидеть и обсудить уже менее болезненные темы. Но потом Чон Бэ дергают отвезти какого-то «гостя», и альфа остается коротать ночь в одиночку. Он в самом деле просит персонал дать ему жвачку и вытрясти пиджак. Сегодня директор ничего не сказал ему про перегар, но старый товарищ врать бы не стал, а Ки Хуну не нужны новые проблемы. Ему хватает и тех, что уже есть. Хорошо, что при такой музыке совершенно невозможно уснуть. По крайней мере, на трезвую голову. Ки Хун до глубокой ночи наблюдает за возгласами толпы и мастерством диджея. Часть посетителей клуба в самом деле кажется «под кайфом»: особенно тип с фиолетовыми волосами, которого охрана в какой-то момент с боем оттаскивает от сцены. Также альфа подмечает, куда ходят сотрудники сервиса и где располагаются камеры слежения. Тут точно есть подземный этаж. Внезапно телефон в пиджаке жужжит от сообщения: [7 минут. Нужна машина у выхода 3-А. Хван Ин Хо, СОО «В.М.»] Этот тип мог бы уже и не подписываться, но, видимо, на его смартфоне стоит автооформление. Ки Хун в любом случае не заносит его в свой список контактов — из принципа. Мужчина убирает телефон и с облегчением заканчивает просиживать штаны в баре. Он направляется к выходу, еще раз обводит взглядом танцпол, а затем минует надпись «Ты в Игре?» и шарахает дверью до лязга замка и оклика охраны. Ки Хун покидает долбанный «Остров» с самым тягостным осадком и садится в BMW, как в благословенную заводь тишины. На парковке все еще отсутствует лимузин Чон Бэ, зато охранники из эскорта Хвана суетятся и отгоняют свой седан. Ки Хун следует за ними, ведь он понятия не имеет, где тут «выход 3-А». Авто вяло урчит двигателем под окнами клуба, когда дверь со второго этажа наконец открывается и на уличную лестницу выходит директор. При его появлении Ки Хун переключает передачу и отменяет режим автопаркинга. Дисплей мигает красным из-за сложенных зеркал, но альфа игнорирует его и уставляется в окно на спускающегося мужчину. Он даже не знает, что кажется ему сейчас необычнее: вид этого типа в костюме из ужастика или отсутствие его постоянной спутницы-беты за плечом. — Обратно в офис, — коротко бросает Хван, забираясь в салон и заново привнося в него смрад «Острова». Ки Хун угукает и переводит систему кондиционирования в режим вытяжки. Они трогаются с охранниками на хвосте и едут назад через Ханган в филиал «Масок». Время уже около трех ночи. Альфа пытается бороться со слипающимися глазами. Он позволяет машине под его управлением то поддавать газу и ехать быстрее, то снижать скорость и плавно петлять по полосе. За это Ки Хун любит ночные поездки. Полная свобода. Они управляются с дорогой назад менее, чем за пятнадцать минут. Однако когда Ки Хун гасит систему, приглушает мотор и встает, чтобы устало выпустить босса и закончить день, он понимает… Хван уснул. Этот черт в маске привалился боком к дальней от тротуара дверце и задремал, ничем не выдав себя до конца поездки. Отчасти Ки Хун его понимает — им обоим уже далеко не по 20 для таких поздних загулов. Но отчасти — да так ему и надо! Альфа готов разбудить этого типа клаксоном, раз пока не может сделать ему ничего серьезнее. Поразительно, что директор еще способен храпеть в машине после покушения. Этот человек из тех, кому все не по чем, да? Ки Хун несколько секунд смотрит на мужчину в салоне, замышляя какую-нибудь гадость. Но потом будто видит себя со стороны и досадливо чешет за ухом. И когда ты, Сон Ки Хун, успел стать таким жалким и мелочным?.. Закатив глаза, альфа шире открывает дверцу BMW и перешагивает через себя, чтобы забраться внутрь. Без особого вдохновения, но он лезет к начальнику, чтобы добудиться. — Господин Хван, мы прибыли. Вам пора выходить… На задних сидениях феромоны второго альфы ощущаются острее. Даже во время сна и через маску тот пахнет смесью лака и пыли с горьковатым оттенком туши. Ки Хун не фанат маджонга. Из азартных игр ему ближе скачки или баккара. Он грубо трогает босса за плечо, чтобы растолкать от дремы. — Ох?.. — наконец директор приходит в себя и вздрагивает. Этот тип заспанно уставляется сквозь маску на водителя, отчего-то впадая в ступор. Он тоже не ожидал, что уснет? Ки Хун поднимает брови и выставляет ладони, изображая свою непричастность и отсутствие злого умысла. Пока что. — Может, вас отвезти домой? — интересуется он, считая не лишним разузнать местожительство этого типа. — Нет. Мне нужно в конференц-зал… Ты можешь быть свободен, приезжай завтра после обеда. Похоже, спросонья Хван не замечает, как переходит в речи на «ты». Он стягивает маску и трет глаза, будто позволяя Ки Хуну увидеть то, что недоступно остальным. Его минуту слабости. Ноздри бывшего игрока подрагивают, невольно обоняя чужое тело ярче. Если подумать, Ки Хун впервые принюхивается так к другому альфе. К тому же — мужчине. По сравнению с тем, как это было в юности Ки Хуна, сейчас общество куда лучше воспринимает отношения между людьми, даже если их пол частично совпадает. Ты можешь быть мужчиной и встречаться с женщиной любых генов. Можешь быть бетой и охмурить любого альфу или омегу. Исключение — полная идентичность. Это до сих пор табу, и оттого Ки Хун со своими сбитыми инстинктами и традиционными взглядами на жизнь как огня избегал связываться с мужчинами любого типа. Кроме Сан Ву, он толком не общался с омегами мужского пола. И прежде его никогда не интересовали запахи иных альф… Что изменилось? — Ки Хун, — директор усмехается, возвращая себе прозорливость и с интересом подбираясь на сидении. — Вы о чем-то задумались? — Я? Нет, ни о чем, — бывший игрок хмурится. — То есть я… Гм. Доброй ночи. Как только Ки Хун понимает, что заезжает мыслями куда-то не туда, он сдает назад и выныривает из машины. Хван тоже выбирается на улицу и поправляет свой плащ. Он кивает подчиненному и направляется вместе с подоспевшей охраной к боковому входу «Black Masks». Ки Хун в смешанных чувствах смотрит их делегации вслед. Он потирает нос, задумчиво садится в машину и уже готовится отогнать ее в гараж, как вдруг замечает на заднем сидении ID директора. Похоже, эта карточка выпала из костюма Хвана во сне. Альфа на мгновение замирает, а потом тянется от руля и поднимает чужую пропажу с кресла. Он завороженно вертит белый пластик с номером «132». По-хорошему, ему следует догнать босса и немедленно вернуть ID… Но в голове бывшего игрока скачут совсем иные мысли. Ки Хун решительно сводит брови и скользит взглядом по стеклянной и бездушной высотке за окном, что мигает лампочками на крыше. Та торчит из улицы, словно гвоздь или заноза. Никаких сомнений, что всему городу станет легче, если ее убрать. Ки Хун убежден. И вместе с пониманием этого в голове альфы сам собой рождается план на следующее утро. Так незаметно, размазанным штрихом в Сеуле наступает среда. Это только второй день Ки Хуна в новой должности, и вроде бы он должен еще приглядываться ко всем и привыкать, однако приезжает в офис настолько скоро, будто уже считает компанию «Масок» своим домом и мучается в разлуке. — Черт бы меня подрал, Сон! Твой босс в курсе, что ты не скаковая лошадь?! Пожилой сторож Пак в возмущении разводит руками, вновь созерцая Ки Хуна у своего шкафчика спустя всего шесть часов после закрытия смены. В их рабочий блок возле гаража только-только стягивается основная часть охраны и клининга после утреннего обхода. В небольшом помещении для персонала разит краской, бензином, мокрыми тряпками, а еще раздражением, ленью и феромонами нескольких омег и альф. Тут душно, и Ки Хуну не хочется задерживаться ради болтовни. — Обязательно сообщу ему это при случае, — отзывается он, забирая ключ от BMW и свой готовый ID с номером «456» из конверта от кадровика. Пак озадаченно хмыкает. На часах — только десять утра. По прогнозу вечером будет дождь, но Ки Хун забывает зонт из-за спешки. Он ставит на кон весь свой недосып и пол-литра кофе, чтобы обогнать начальника и пробраться в его кабинет первым. Он уверен, что после ночи без сна Хван не притащится в офис раньше полудня — и оказывается прав, судя по реакции Пака. Лучший шанс отыскать компромат на «Масок» бывшему игроку вряд ли еще представится. ID-карта Хвана надежно лежит в заднем кармане брюк, когда Ки Хун прощается со стариком и идет к лифтам. У мужчины здорово получается изображать, словно он пришел сюда по велению местного деспота. Он не встречает по пути к кабинету начальника никаких вопросов или препятствий, после чего ловко открывает ключом магнитный замок и проникает за дверь. Что ж, вот он и у цели. Благодаря шторам блэк-аут офис директора напоминает альфе сумрачный бункер вне зависимости от времени суток. После уборки тут больше не пахнет владельцем, зато тянет моющими средствами и нотками металла из вентиляции. Настенные часы неестественно громко тикают в давящей тишине, и Ки Хун воровато оглядывается. Выдохнув, он проходит мимо шкафа с диваном и пробирается к ноутбуку. Компьютер Хвана предсказуемо оказывается на блоке. Но это не смущает альфу. Он далеко не гений шпионажа, а потому действует по-простому, быстро оставляя технику в покое и переключаясь на рабочий стол директора. Мужчина ищет здесь какие-нибудь записи по сделкам или «левые» отчеты компании: он видел таких немало в руках Сан Ву, когда тот вел дела «Солнца». Если он найдет их и сделает пару снимков, это может помочь полицейскому. Благо, что в кабинете Хвана нет камер. Альфа садится на корточки и методично проверяет все ящики стола, в конце концов отыскивая потайной отсек. Там действительно лежит несколько документов, помимо блокнота, пистолета, старых билетов на матч и каких-то таблеток. Мужчина бегло вчитывается в названия папок: «Склад 12-8: Сэгу, Инчхон», «Сервис A-G», «Окт. 2020», однако теряет бдительность, когда видит среди общих бумаг одно именное досье. «Сон Ки Хун». Этот тип изучал его лично?! Мужчина не в состоянии удержаться, чтобы не открыть записи на самого себя. Тут копии его медкарты, кредитная история, свидетельство о разводе, а также отпечатки пальцев, штрафы и записи из трудовой книжки. Ровно все те данные, которые он не предоставлял кадровику «Масок» ни одного долбанного раза. Но, что возмутительнее, информация не точна. Он до сих пор числится должником за прогоревший бизнес с лапшичной и не имеет справки от нарколога. Последним же местом его работы стоит таксопарк в Хондэ! Эта информация годичной давности, но кто-то поставил ей текущий период. А еще — тут визитка от «Sunshine Capital». Откуда у директора эта папка? [Добрый день. Смена планов. Быть в офисе к 12:00. Хван Ин Хо, СОО «В.М.»] Успевший рассесться на полу Ки Хун едва не бьется головой о край стола, когда телефон выдает ему сообщение от начальника. Дьявол! Тот может быть уже где-то поблизости! В панике альфа пихает все документы обратно в стол, отключает ноутбук, прислушивается к шагам за дверью и пулей вылетает в коридор. Лифт с директором останавливается на этаже ровно в тот момент, когда Ки Хун шмыгает за соседнюю дверь холла. Сердце альфы начинает стучать где-то в горле, когда он следит через стеклянную вставку, как этот тип с лакированным зачесом достает запасной ID и тоже открывает кабинет. Фух. Это было близко. Бывший игрок чуть стекает по косяку двери, а затем направляется к автомату с кофе. Он не представляет, что ему делать с информацией из своего же досье, но это может подсказать ему полицейский. А пока мужчине необходимо продержаться до вечера и не уснуть. Он использует свою карту «456» и тыкает в айс-американо на панели. Кофейный автомат принимает заказ, а затем плюется в подставленный стаканчик, шумно дребезжа и распространяя аромат арабики на весь пролет между офисами. Топ-менеджеры этого этажа или еще не приехали, или уже разошлись по деловым совещаниям. Ответвление холла практически пустует. Только солнце пролезает под жалюзи и греет листья фикусов у белой плитки стен. — Не ожидал увидеть вас так рано, Ки Хун. От голоса этого человека бывший игрок ощущает, будто лед для американо ему опускают прямо за шиворот. Он в панике оборачивается и встречается взглядом с боссом, чей запах и вид буквально бурлят от подозрений. Он тоже выполз за кофе? На этом Хване очередной кашемировый костюм, строгий черный галстук и венозно-бардовый платок в нагрудном кармане. Сейчас он — эталон жесткости и жестокости акул большого бизнеса. У Ки Хуна сводит желудок. Он чинно кланяется, подыскивая в голове оправдания: ему впервые приходится отчитываться перед кем-то за то, что он приехал раньше, а не опоздал. — Я… э-э… ехал не из дома и напутал со временем. Можно подумать, у этого альфы остались вчера силы на что-то, кроме сна в позе трупа! Однако Ки Хун не подает вида и услужливо протягивает боссу кофе. — Мне повезло, что вы попросили быть раньше. Взгляд директора пристально снимает с лица Ки Хуна скальп, а потом переключается на его костюм, который альфа так и не сменил за все три дня работы. Последней мишенью глаз Хвана становится предложенный стаканчик. Ох, Небо… Ки Хун понятия не имеет, что пьет этот мерзавец, помимо своего виски и всех соков из жил их несчастного города. Он надеется на свою удачу. — Не знал, что в вас скрыт такой потенциал, Ки Хун, — после затянувшейся паузы директор наконец оттаивает и вдруг шагает ближе, с насмешливой улыбкой принимая угощение. — Уже метите на повышение до моего личного помощника? Черные как ночь глаза этого человека внезапно оказываются от Ки Хуна гораздо ближе, чем того требуют обстоятельства. От этого у альфы сбивается дыхание. В то же время его руки касаются чужие теплые пальцы… Сутки назад они с Хваном уже обменивались так пистолетом, но тогда на директоре были перчатки. Сейчас защиты нет. Пульс Ки Хуна моментально взлетает до потолка. — Я бы… я бы не посмел подвинуть вашу ассистентку. Бывший игрок инстинктивно облизывает губы и чуть вытягивает шею, чтобы сохранить дистанцию. Однако уже в следующий момент ему кажется, будто он зря так подставляет горло. У альфы напротив тоже вздуваются ноздри. Запах его феромонов меняется и становится гуще, утягивая Ки Хуна в игру с самыми запутанными правилами. Они оба так и стоят у автомата, схватившись за кофе и ощущая этот необъяснимый магнетизм. В ушах закладывает от напряжения. — Добрый день, — неожиданно здоровается вышедшая к ним спутница директора с кейсом. Хван моргает, а потом неохотно отвлекается на бету. Он забирает кофе у бывшего игрока и делает глоток, чтобы немного остыть и смочить горло. — Здравствуй, Но Ыль. Мы как раз вспоминали о тебе. Директор возвращает себе будничное выражение лица, а вот Ки Хун все еще таращится на него круглыми глазами и судорожно пытается вспомнить: успел он отпить из этого стаканчика или нет. Альфа не слышит того, о чем говорят его босс с коллегой. Он слышит исключительно стук крови в ушах, ведь его непутевое тело не додумывается ни до чего умнее, чем предать его — прямо в этом коридоре, около двух человек, которые, к счастью, хотя бы не обоняют его ужаса и стыда. Ки Хун дергает полы пиджака пониже. Ему жарко. Он трет лоб и скорее угадывает по движениям тел, что его зовут куда-то, чем вникает в происходящее. Мужчину тянет выписать себе пощечину. Между тем кабина лифта ощущается невыносимо тесной: Хван касается его плечом, а затем и вовсе оттесняет к стенке, когда к ним заходят другие пассажиры. Ки Хун уже раскаивается в своей идее отдать кофе. Ему самому не помешало бы охладиться. — Мне… мне нужно в туалет, — брякает он, понимая, что гормоны не дадут ему работать. У Ки Хуна нет с собой никаких блокаторов — он в жизни не нуждался в их приеме! Он просто надеется, что это наваждение пройдет само собой, если он возьмет небольшую паузу и остынет. — Без проблем, у нас есть время, — отзывается Хван, выводя их с бетой на этаже паркинга. — Вас проводить, Ки Хун? — Нет!.. Конечно, директор — сама любезность, однако бывший игрок отлетает от него, словно в его кармане сработала зажигалка. Хван следит за ним нечитаемым взглядом, как ястреб, что наметил дичь. Ки Хун вертит головой в поисках выхода. Бета-телохранитель какое-то время равнодушно созерцает его муки, но потом все же указывает на синюю стрелку «WC», что маячит у них буквально перед глазами. — Спасибо! Альфа благодарит девушку и, отдав ей ключ от BMW, уносится в помещение туалета. Он вцепляется руками в первую попавшуюся раковину, рвано хватая ртом воздух. Он не будет к себе прикасаться… Пальцы с дрожью свинчивают кран. Он не будет себя трогать с мыслями о человеке, который организует преступную деятельность «Масок»!.. Ладони черпают холодную воду и брызжут в горящее лицо. Нет!.. Сон Ки Хун, да где твоя совесть?!.. Альфа зверем уставляется в пространство перед собой, смаргивая с ресниц ледяные капли. Он слышит, как неподалеку открывается одна из кабинок. Что-то напевая, к нему выходит кадровик Чхве и жизнерадостно улыбается, тоже включая воду. — О, господин Сон! Выглядите не очень… Что-то не то съели? — замечает бета сначала радостно, а потом озабоченно. — Вы дышите-дышите! Дыхательные практики очень полезны для пищеварения, я об этом слышал. Моя жена порой как наготовит кимчи, так я потом три дня на унитазе «дышу»! Ха-ха!.. Ну, свидимся! Вымыв руки, этот тип уходит, а Ки Хун продолжает буравить взглядом кафель. Спустя пять минут его все-таки отпускает: эрекция спадает, а голова становится свежее и легче. Мужчина вытирает лицо и героически возвращается из уборной. Он успевает заметить, как на задних сидениях авто босс глотает какие-то лекарства и запивает их кофе. Его помощница сидит спереди, пока остальные охранники рассаживаются по двум минивэнам для сопровождения. — Прошу прощения за накладку, живот прихватило, — неловко извиняется бывший игрок и плюхается на свое место за рулем. — Кстати, ваш ID, господин Хван. Вы оставили вчера в машине. Ки Хун изображает, будто достает карту «132» откуда-то из бардачка, но на самом деле прячет ту под манжетой. Хван с изумлением принимает потерю обратно, аккуратно хватаясь за другой ее край и словно тоже избегая соприкасаться руками. — Спасибо. Не представляю, как такое вышло. Альфа жмет плечами и тянет через себя ремень безопасности. Потом он жмет кнопку старта 7 series, активирует приборную панель и незаметно снова включает вытяжку. Так. На всякий случай. В то же время запах директора притупляется… ну или нос Ки Хуна уже не столь остро реагирует на его шлейф. Мужчина краем глаза кидает взгляд на начальника в зеркале заднего вида и меняет передачу для выезда. Ему лучше как можно скорее забыть о случившемся. А позже — обязательно купить блокаторы… Ну и выспаться заодно.