Глава 8 Зеркало души

Готье стоял, не двигаясь. Его дыхание сбилось. Всё было — как в кошмаре. Но ужас пришёл не от того, что он увидел двойника, а оттого, что он вдруг перестал помнить, как сюда попал. Как звали лошадь в детстве? Он помнил это всегда. Сестра дразнила: «Твой Констанс — хуже курицы!» Но теперь… — Кон… — прошептал он. — Кост… Конн… Он не мог вспомнить. — Братик ? — Габи потянула его за руку. — Что с тобой? — Я… не знаю. И тут всё потемнело. Не вокруг — внутри него. Будто внутри сознания пронёсся раскат грома, треснул потолок реальности, и из трещины — проступил голос. — Ты уже задаёшь вопросы, маленький принц. Глубокий. Глухой. Такой, что не ошибёшься. Незнакомый голос . Готье пошатнулся, опёрся о стену. — Ты спрашиваешь: кто я? — Кто… кто ты?! — зашептал он, сам не осознавая, что говорит вслух. — Я — ты. До того как ты стал собой. — Замолчи! — Почему? Ты боишься, что вспомнишь? Что всё не твоё? Образ перед глазами дрогнул: его мать — но лицо расплывается, как мокрая краска. Отец — но в глазах у него незнакомый холод. Гедеон зовёт его — но зовёт другим именем. "Киллиан." Готье в ужасе открыл глаза. Комната на месте. Все — на месте. Но в сердце — чужой холод. — Всё хорошо, — тихо сказала Габи, крепче сжав его пальцы. — Ты со мной. — Я… да, — он кивнул, но голос дрожал. — Видишь? — Скэриэл смотрел внимательно. — Оно начинается. — Что? — Восстановление. Или… распад. — Ты знал?! — Я догадывался, — повторил он. — Но никто не знает, чья память — основа, а чья — добавка. И тут: — Он не ты, — прошептал голос внутри. — Ты не Готье. Ты Киллиан Парис Бёрко Последний сын Империи. Они украли твою жизнь. Они вложили её в оболочку. Но ты — был до. Ты — был настоящим. Готье зажал уши. — Уйди! — прошептал он. — Готье! — испугалась Габи. — С тобой всё хорошо?! Он рухнул на колени. Всё смешалось: двойник в кровати встал, в сознании возникли чужие воспоминания, но они чувствовались своими — как будто он действительно стоял в зале Тринадцати, на голове — венец, в руке — меч отца.