Часть 5

О, Великий Бог Фараон! Правишь Ты нашим миром, да устанавливаешь законы над ним, так позволь же одной грешной душе Твоей прожить этот день ещё раз. Увидеть вновь очи твои яркие, яко являются Луной да Солнцем Великим, величие чьё не сравниться с твоим. Да пусть сам Хетентеп воспевает ум Твой, пусть сама Кнефмтити боится смерти от рук Твоих, пусть сам Ронас боится ссор с Тобой, дабы избежать войн, пусть сам Монту восхищается Твоим искусством ремесла, пусть сама Селиасет подарит Тебе цветение, кое никто еще не видел. Да прибудет с Тобой сила, Боже!

***

Солнце, которое пробивалось сквозь маленькое окошко, слепило глаза. Он зажмурился, пытаясь спрятаться от лучей и уснуть снова, но не вышло, уже было утро, пора вставать. Тяжело вздохнув, он потянулся и спрыгнул с кровати. Сегодня ему надо было сходить на рынок, как же давно он этого не делал! Поспешно открыв дверь, он побежал к комнате своей госпожи, дабы взять утенов на покупки. Он осторожно постучал и, получив приглашение, вошёл. Как же это было прекрасно. Загорелая кожа блестела в лучах восхода, плечи накрывал лёгкий шелк, сквозь который открывался шикарный вид на ровную спину госпожи. Не смотря на усталость после сна, она выглядела шикарно. Серые глаза взглянули на него, пытаясь понять кто он, после озарения госпожа сразу повеселела. Она похлопала место рядом с собой, приглашая сесть, а сама отодвинулась. Он без лишних слов, что было в его привычке, сел около сывоей госпожи. Это немного смущало, ведь госпожа была одета в весьма откровенный наряд, сам же он был обычным "ботаном", который ни разу за свою длинную жизнь не был близок с женщиной. Все казалось таким смущающим. Он выдохнул, позволяя своим мыслям встать на место: — Леди Окетра, не могли бы вы дать мне утенов? Сегодня моя очередь идти на рынок. Леди Окетра с недоверием посмотрела на Лололошку. — Ты можешь взять мой кошелёк... Но будь предельно аккуратен! Не попади в передрягу, не потеряй кошелёк, попроси Халиму собрать тебя и... — Да-да-да, я понял. Окетра, я не маленький. — Но все же ты умудряешься попадать во всякие передряги! И да... Смущение стало комфортом. Он смог расслабиться, разговаривая с этой прекрачной девушкой. Кстати недавно выяснилось, что она была мироходцем. Для Лололошки это стало счастливой новостью, ведьтеперь за свою...госпожу, да именно госпожу, ему можно было переживать меньше. Но то, как это выяснилось, бесило его. Халима чуть не погибла, Абди разошелся и убил совершенно всех взломщиков, не оставив ни одного для допроса. Это, конечно, усложняло задачу, для поиска виновного, но с его навыками слежки они быстро выяснят кто это был. Ведь ему помогает сам Бог Фараон...

За милым лепетом Окетры, вдруг последовал неожиданный вопрос: — Ло, а ты как то связан с Фараоном? — Что? Окетра, как ты к этому пришла,— его голос дрогнул,— Я бы не смог связаться с такой загадочной личностью. Даже я... — Просто, это как то подозрительно, что нас вычеркнули из списка. И у меня чувство, что если бы тебя с нами не было, нас бы просто убили тогда... — Мхгммм, не волнуйся....Дорогая? Можно ведь тебя так называть?, — он получил короткий, чуточку смущённый, кивок,— Так вот, не волнуйся, все уже позади. Главное, что все рядом и никто из близких не погиб. Я понимаю, что это тебя волнует, но постарайся не думать об этом, хорошо? Если ты не можешь этого сделать сама, то я помогу.... Он приблизился к губам леди Окетру и нежно поцеловал её. После нескольких секунд, что казались вечностью, он быстро оторвал свои губы от леди Окетры, напоследок погладив её плечи. — Пока-пока! Увидимся, когда вернусь! И он ускакал на рынок с ее кошельком. Так быстро, и так, будто ничего не произошло! Он только что поцеловал её! О Бог Фараон, он поцеловал её. Она аккуратно коснулась своих губ. Ее пальцы чуть дрожали, будто они трогают что-то такое драгоценное. — Какой же ты ветренный...

***

Дилан сидел перед бумагой и пытался придумать наряд для одной знатной и, как ему казалось, толстой леди. Внезапно, его отвлекли от мыслей две чьи-то руки. — Ку-ку~ Это я-я-я~ — Сильвестр! Иди отсюда! Мне без разнецы куда, но просто иди! Сильвестр был одним из швей Каалина. Его слишком открытый характер пугал Дилана, который не привык к таким резким прикосновениям. Обычно его трогали с разрешения, либо это были противники, которых надо было убить. Но этот Сильвестр....Кстати, сам Сильвестр никогда не понимал, что ему хотят донести этими колкими замечаниями. Он всегда хохотал над ворчаниями Дилана и лишь сильнее жался к нему. Его кудряшки всегда лезли дизайнеру в рот, во время этих самых "обнимашек", по сути это было лишь ломание костей и отвлечение его от работы. Кое-как вырвавшись из очередных обьятий, Дилан поспешил ретироватся, все равно вдохновение не приходило. Как назло, даже тут ему стало неспокойно. Туда-сюда постоянно бегала рабыня Каалина, Жизель. Она работала за пятерых абдов за раз, на что можно было лишь похлопать. И вот она врезалась в Дилана, как же могло быть иначе. Он почувствовал каждую ее косточку, в прямом смысле. Кости выходили из под кожи уродливыми буграми, волосы ломались и секлись, а впадины на щеках украшали старые шрамы. Она поспешила поклонится, извиняясь, ей было запрещенно говорить в особняке Каалина, и снова убежала в прачечную, где её ждали горя новой ткани, которую нужно перестирать. Как же Дилану нравилось воспитание Каалина, все его абдя слушались его без вопросов, выполняли качественно свлю работу, а за ошибки, даже самую мелочную, Каалин их жестоко наказыаал. Если бы у Дилана были абды, он бы тоже так их воспитывал, прямо как учитель-проповедник. Он вышел на улицу города и направился к рынку, давно там не появлялся просто, может и прикупит что-нибудь для эскизов. В кармане приятно звенела кучка утенов, на нём наконец была чистая одежда, вся знать уважала его. Чего ещё можно было желать? Жизнь наконец налаживалась. Он стоял около лавки искусств, когда услышал, как кто-то приветствует его. И он, к сожелению, знал кто это. Дейв и Халима. Два абда госпожи Окетры. Он обернулся и с холодной маской начал незамысловатый диалог. Ему нужно было сблизится с леди Окетрой, а она близка со своими абдами. Со временем они разговорились, что очень удивило Дилана. Пока он и Дейв говрили про оружие, то Халима рассматривала ткани, и наоборот, когда Дилан и Халима обсуждали лцчший крой для рубашек, Дейв выбирал продукты, покупал их и складывал в маленькую тележку. А может абды не так уж и плохи? Может быть они тоже имеют право на жизнь?