Понимание жизни и себя

Как только на наручных часах Пуночка увидела время двенадцать часов ночи, то она сразу вскочила на ноги и принялась трясти за плечо Косу, которая уже начал клевать носом, обнимая свою любимую снайперскую винтовку. Она резко распахнула глаза, в белках блеснуло отражение слабенького костра, который так старательно собирала и разжигала Пуночка. Коса протёрла глаза и недовольно уставилась на свои руки, обтянутые чёрными перчатками. — Что, уже пора? — голос звучал ворчливо, сонно. — Да, да… — Пуночка начала переминаться с ноги на ногу, поправляя на плече автомат. — Давай, приходи в себя скорее. И ушки на макушке держать. — Не учи рыбу плавать, — Коса всё так же бурчала, встала на ноги — раздался звонкий хруст коленей — и принялась затаптывать костерок. — Ветер тянет, видимо, скоро дождь будет. Заглушит наши шаги. А-то ты, Пуночка, топочешь как слон, когда нервничаешь. — Коса, блин… — девушка махнула рукой, недовольно дёргая губой. — Пошли давай, хорош бухтеть. Они пошли в этой вязкой темноте Зоны, освещая дорогу фонариком Пуночки, потому что Коса оставила свой на «Янове». Вокруг трещат сверчки, где-то вдалеке воют слепые собаки и чувствуется ногами дыхание, измученной выбросами, земли. Коса смотрела макушку Пуночке, ведь та на голову ниже. Небольшая, ловкая, сухая и с большими, постоянно мокрыми, чёрными глазами с желтоватыми белками. Волосы смоляные, на ощупь словно тонкая проволока, вечно завязанные в небрежную гульку на голове. Эта причёска раздражала Косу, ведь она твердила Пуночке, что это вредно для волос, а нужно стараться сохранить свою красоту. Черноглазая посмеялась в ответ и ответила лишь, что если бы они хотели быть красивыми и молодыми, то не пошли бы в Зону. Спустя полчаса они дошли до вершины крутого холма, поросшего крупными елями. Внизу расстелился давным-давно заброшенный хутор с гнилыми хатками, которые уже просели в прогорклую землю. Начал моросить мелкий дождик. — Ты помнишь, где мы сделали ямы? — Коса строго посмотрела на Пуночку, которая, словно начала сомневаться. — Помню, иначе быть не может, — она смотрела в прицел автомата, высматривая хутор. — А если, что ты знаешь, где меня похоронить. Пуночка глянула на хмурую, словно грозовая июльская туча, Косу. Высокая, широкоплечая и с тугими бёдрами, но немного шаткая, вечно с напряженным взором своих бледно-голубых глаз, которые словно фары слепят. Она перекинула толстую, цвета колоса пшеницы, крепкую косу с плеча на спину, за которую и получила прозвище. — Ты херню не неси, дурочка, — скрипнули зубы от недовольства. — Так, действуем по плану. И пожалуйста… Пуночка! Если чувствуешь, что делу хана, сразу разворачиваешься и бежишь. Я прикрою. В ответ короткий кивок. Коса принялась лезть на пушистую ёлку, пока Пуночка спускалась к хутору. Она тихо добралась до густых кустов, аккуратно прячась в них. Её начало немного трясти от нервов, начала кусать губы, нервно сглатывая. Но она сама согласилась на это, так что отступать поздно. Она свистнула, глядя через ПНВ в темень хутора. Лишь скрипнула в ответ косая дверь, еле державшаяся на ржавых петлях. Пуночка тихо двинулась вперед, крутя постоянно головой в разные стороны, словно в шее есть шарниры. Она остановилась ровно перед ловушкой, что они устроили с Косой днём. Присела на корточки, затихла, дышит часто, а на могучей ели Коса сидит с таким же настроением. Но смотрит она не на Пуночку, а на дома, выжидает. Из одной, особенной гнилой и чёрной хаты, вылезла химера. Злобная, с горящими глазами, с тихим рыком. У Пуночки в сердце ёкнуло. Она снова свистнула, но громче и уже вытягиваясь в свой полный рост. Химера принюхалась и резко повернула голову в сторону девушки, которая тряслась, словно осинка на ветру. Мутант понёсся ей навстречу, громко рыча и капая слюнями. Пуночка только-только вскинула на чудовище автомат, когда раздался выстрел и химера, неуклюже кубыркнувшись, угодила прямо в глубокую яму, насаживаясь мерзкой плотью на острые колья. Она начала громко кричать, словно плача от боли. Пуночка подошла ближе к краю ямы и поглядела на истыканную и кровоточащую химеру, которая попыталась протянуть свои лапы в сторону девушки. — Не стой столбом и добей её наконец! — раздался нервный голос из КПК. Девушка сразу же вышла из оцепенения и выстрелила целый рожок патронов в химеру, прежде чем та затихла. Пуночка развернулась и вырвалась себе под ноги. Коса спустилась быстро, практически бегом, радостная и горячая. Она быстро глянула на мёртвую химеру и бодро хлопнула по плечу черноголовку. — Как всё хорошо получилось! Молодца! — Коса была готова плясать на месте. — Сейчас быстренько ей голову отрежем, снесем «Долгу», и я тебе устрою выходные. Заслужила! — Ох, а чай будем пить? — Пуночка потёрла лоб, тихо выдыхая. — Хоть целый день! Куплю я тебе этот твой чай от Бороды, хоть я не очень понимаю его вкус… Пуночка лишь слабо улыбнулась.

***

Они завалились на Янов посреди ночи с башкой химеры наперевес, разбудили подполковника Шульгу, уверяя долговцев, что дело не ждёт, ибо это та самая тварь, которая косила их ребят. Все поохали, поахали, но выдали награду и сказали «спасибо». Девушки, измученные и уставшие, легли спать, но Пуночка долго ворочалась. Перед глазами очень долго всплывал образ горящих глаз химеры. На утро же, Коса и Пуночка с довольными лицами пили чай и ели бутерброды в главном зале Янова, стоя у высоких столиков. Особенно много ела черноголовка, крупно кусая еду, не обращая внимания на крошки, которые были на её лице. Светлоголовка же лишь хихикала с обжорства, но всё равно нарезала новые кружочки колбасы. Многие сталкеры с Янова уже ушли по своим делам и девушки были практически одни. Стояло душное августовское утро, поэтому девушки были в черных майках, камуфляжных штанах и грубых берцах. Всё это уже куплено в Зоне, прошлые вещи быстро истрепались. — Сегодня никуда не пойдем, — деловито сказала Коса, отпивая чай из жестяной кружки. — Знаешь ли, нужно уметь отдыхать, а у меня ещё спина не отошла от вчерашних копаний… А потом, думаю, нужно будет сходить к Герману, может у него найдется какая работа… А если он нос будет воротить, то можно на Затон сходить к Бороде. — Угу-угу, — Пуночка что-то мычала с набитым ртом. — Ладно, ешь спокойно, — улыбнулась светлоголовка. Ей сделалось очень приятно от чувства горячего чая в животе. В зал вышли долговцы в количестве трех человек в своей отличительной броне. Коса их знала, поэтому махнула им рукой. Они подошли к девушкам. — Это вы ночью шумели, да? — первым голос подал Вепрь, упираясь локтями в стол. — Ну, да, что? — Пуночка снова глотнула чай. — Да мы вернулись под зарю, а тут нам рассказывают, что голову химеры снесли, что наших ребят косила, — он схватил кусочек колбасы и быстро положил себе в рот. — Эй! Ты чего? Вепрь лишь поднял руки, невинно округлив глаза. Якут и Оракул, что стояли рядом с ним, лишь хохотнули. — Мы принесли голову химеры, да, — Коса отрезала колбасу и протянула кружочек Пуночке. Еда очень быстро исчезла во рту у девушки. — Причём, случайно узнали о том, что была такая проблема. Договорились с Шульгой о награде и вот!.. — Много наш подполковник-то дал? И как смогли химеру прикончить? — прищурился Оракул. — Секрет цеха, — хохотнула Коса, а Пуночка активно закивала. — Ну, молодцы, девчонки. Ничего не скажешь, — вздохнул Вепрь. — Ладно, удачи вам. — И вам того же, — кивнула Коса. Парни молча ушли. Пуночка повела плечом. — Всё, я наелась и помру молодой, — она положила руку на живот, тяжело вздыхая. — Как мало мне нужно для счастья. — Ты смотри не переешь, а то растолстеешь и в бронекостюм не влезешь, — Коса быстрым глотком допила остатки чая. — Злая ты! Хотя только, что поела и должна быть добрее… — Была бы я добрее, то не смогла бы и пары часов прожить здесь. — Ещё и вредная! День провели лениво, немного праздно — вечером выпили по сто грамм водочки, закусывая консервами. Пуночка попросила вечером одного свободовца сыграть на гитаре, и потянула Косу в пляс, заливаясь смехом. Светлоголовка лишь улыбнулась, но поддалась желанию Пуночки. Косе впервые за долгое время сделалось легко на душе. Легли спать за полночь, но Пуночка опять долго не могла заснуть. Всё кружились в голове образы той химеры. Встала на утро первая Коса, но ждать, пока проспится Пуночка, не стала: — Вставай, вставай, горим! — трясла за плечо мелко и активно, сделав наигранно-удивленный голос. — Щас угорим! Вставай! Пуночка резко вскочила с койки, вся ошалевшая и растрёпанная, затем быстро пришла в себя, сморщила нос и ударила подушкой Косу по щеке: — Иди ты! — раздраженно пискнула черноголовка, кидая подушку обратно на койку. — Чего спать не даешь? — Ты дрыхнешь уже долго, — невозмутимо сказала Коса, трогая себя за щёку. — Нужно сходить к нашему тайнику и спрятать деньги. И сделать это лучше сразу, чтобы не было желания всё истратить, как это было в прошлый раз. В ответ Пуночка лишь немного жалобно замычала, а Коса лишь щёлкнула её по носу, легонько улыбаясь.