Забой

Коса, наконец, залезла на макушку ели, аккуратно открыла крышку жестяного контейнера, что она привязала к ветке, и сложила туда награду за химеру. Часть из этих денег девушки поделили между собой и оставили на расходы. Она немного посмотрела на хтонические просторы Зоны, что раскинулись под ней и почувствовала щемящую тоску. Затем она спустилась чуть ниже, задержалась немного и решила оставить в дупле винтовку, ведь ей она пока не нужна. Остался у неё пока что один обрез в кобуре. Внизу Пуночка высматривала незваных гостей, что могли наткнуться на них при таком интересном деле, но никого не было. Её немного трясло от недосыпа и лёгкого похмелья. От дискомфорта она пнула камешек, а затем подняла голову, высматривая среди ветвей подругу. Коса аккуратно спустилась, стараясь не обломать ни одной веточки. — Ну, всё, — охнула она, приземляясь глухо на ноги. — Зайдем на Янов — нужно мне забрать автомат. — Чего винтовку оставила? — Пуночка потёрла нос, следуя за Косой. — Да пока сподручнее будет без неё, — Коса небрежно махнула рукой. — Как думаешь, Герман нас сразу пошлет или немного повыкобенивается? — Второй вариант, — хохотнула в ответ Пуночка. Они вышли из пролеска к жутким хатам, от которых пахло гнилым деревом и старостью. Подул ветер, трепля тяжёлые волосы Пуночки. Коса покрутила головой по сторонам, чувствуя, что у неё похолодели кишки. Когда они вплотную оказались рядом с домами, то из угла вышли трое — Вепрь, Якут и Оракул. Пуночка активно помахала им рукой: — О, привет! — звучала живо и звонко. — Привет-привет, девчонки, — Вепрь тоже махнул рукой в ответ, щурясь. — Не найдется сигаретки? — Секундочку… — Коса начала шарить по карманам. — Вот, держи. Он взял пачку из аккуратных девичьих пальцев и кивнул ей. Закурил и очень долго и мощно тянул сигарету. В это время задымила Коса, поглядывая то на свою напарницу, то на парней. Солнце начало неприятно печь голову, а рядом скрипело измученное дерево. — Куда путь держите? — подал голос Оракул, прямо глядя на Пуночку. — На Янов, — она немного повела плечом. — И не куришь совсем? — долговец выгнул бровь, упираясь рукой об стену кривой хаты. — Курить — здоровью вредить, — она сказала это строгим голосом, весело глядя на Оракула. — Ага, а водку-то пьёшь… — усмехнулась Коса, по-женски затягиваясь, чуть сминая фильтр пальцами. — Это для здоровья… — Пуночка хмуро и немного обиженно увела взгляд прочь. — Чтобы не облучиться… — Ага, конечно, — Коса размашисто улыбнулась. — Хм, помню мой дед пил каждый день по рюмочке, — начал Вепрь, почёсывая подбородок. — Или больше… В общем, дожил он до девяноста пяти лет. — Ага, а слепой это увидел и рассказал глухому, — Коса закатила глаза, дёргая плечом. — Да правда же чистая, — долговец развел руками. — Ой, верю. А вот моя бабулечка… — А сложно всё-таки было убивать ту химеру? — Якут подошёл ближе к Косе, он был ей по плечо, но гораздо шире и мясистее. — Ну, разумеется… — девушка затянулась, плотно сжимая фильтр пальцами, он увела взгляд от Якута, но перед собой увидела Вепря. — Выслеживали её два дня, чуть нас кабаны не разодрали во время этого процесса. Пуночка чуть оступилась назад и столкнулась с Косой бедром. Сбоку на неё прожигающе смотрел Оракул, плотно сжав челюсть. С другой стороны Якут упорно глядел на Косу, напирая своей массой. — Молодцы-молодцы… — Вепрь размазал тлеющий бычок в пальцах. — Мы тоже хотели её найти. Химеру-то. Да… Сказали Шульге, что обязательно выследим чудовище. Коса чуть сдвинула брови и медленно взяла Пуночку за предплечье. Начало неприятно сосать под ложечкой, стал вмиг жутко душно. Ветер совсем пропал. А долговец продолжил и начал становится во взгляде всё темнее. — Наобещали, понимаешь, подполковнику с три короба, ведь так хочется быть полезным своему отряду, да? Но вы-то вольные, вам не совсем нас понять. И вы оказались быстрее нас. Молодцы-молодцы… Пуночка плотно сжала челюсть, не понимая, что происходит и в этот миг Косу бьют по голове прикладом. Она мгновенно сложилась на земле, словно карточный домик, а у Пуночки выбили из руки автомат и со всей силы дали по животу коленом. Девушка упала на колени, слабо ухнув, а затем ей прилетело в правое ухо так, что ей зазвенело тихим писком в голове. Она вся скрючилась, прикрыв голову руками и мелко дыша. — Да ты погоди так её лупить, — до Пуночки, сквозь горячую пульсацию в ушах, донесся голос Оракула. Она подняла на него голову. Он смотрел на неё затуманенным взглядом, словно сквозь сизый пар. — А-то сейчас ничего сказать не сможет. Коса лежит уже в отключке. — Да и хорошо, — гаркнул Якут, протерев челюсть с движением, полным ненависти.— Сейчас бы орала на всю Зону. После его слов он пнул её в бедро. Пуночка снова начала дрожать, думая, что ей сделать. Кости в руках начала болезненно ломать. — Что вам нужно? — ей пришлось сделать усилие, чтобы не стучать зубами как от холода, хоть и было жарко. — Что?.. В ответ ей снова прилетело по голове, и Пуночка упала вперед, успев вытянуть руки. Она бесцельно глядела в сухую пыльную землю, чувствуя тошноту. — Замолчи, пока я тебе зубы не выбил, — злобно зашипел Вепрь. — Так… В подвал их тащите. Вон в том доме… И быстрее! Пуночку схватили под подмышки и потащили, пока у неё всё плыло перед глазами. Она не могла увидеть Косу до тех пор, пока их не кинули в подвал одной из хаты. Редкие лучи солнца пробивались сквозь гнилые доски. В глазах Пуночка видела красные пятна от яркого солнечного света. Она повернулась на спину, пока Коса неловко лежала на животе. Трое стояли над ними, нависая и окружив. — Суки вонючие, всё нам похерили, — со жгучей ненавистью плевался Якут, махнув рукой. — Пуночка, дорогая… — Вепрь сел перед ней на корточки, сложив руки пред собой. — Мне очень хочется дать тебе по лицу со всей силы, но тогда ты точно отрубишься, и мы не поговорим. Так что я ещё тот дипломат, как видишь. Пуночка замерла от ужаса, округлив свои чёрные глазки. В полутьме подвала его лицо выглядело совсем диким, а его дружки сзади приобретали совсем уж нечеловеческий вид. — Где деньги, которые вы получили за химеру? — он достал нож и начал водить им по лицу девушки, близко наклонившись. Теперь Пуночка начала совсем крупно дрожать и пищать. От её полувизга очнулась Коса, резко наскочив на Вепря, яростно вереща как дикая кошка, но не успела замахнуться на него, как на неё кинулись Оракул с Якутом, оттащили и принялись охаживать по бокам со всех сторон. Она отбивалась, брыкалась, плевалась, пока её не скрутил Оракул и не уткнул щекой в пыльный пол. Косу разрывала изнутри ярость, пока её давили в пол, от чего ей казалось, что сейчас хребет треснет. — А-а-а-а! Суки! Я вас убью! Всех убью! — голос звучал из нутра, надрывно и злобно, а глаза бешено крутились. — Уёбки! Всех убью! Ройте себе могилы! — Ты пасть захлопни, дура. Она глянула на Вепря. Он крепко держал Пуночку, прижав к нежному горлу нож, вжимая с наслаждением лезвие в девичью кожу. Она же глазами умоляла Косу, что-то неразборчиво шепча. Коса плотно сжала губы, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глазах. Она перестала брыкаться и затихла, проклиная самыми грязными словами долговцев. Двое продолжали её держать, распиная её руки на этом холодном полу. — Сама понимаешь, что, если ты мне не скажешь, где деньги, то я перережу ей горло, — Вепрь невинно пожал плечами. — Скажу! Всё скажу! Я покажу на карте! Отпусти! — она сразу же начала умолять, чуть ли не плача. — Дай КПК! Я покажу на карте! Только отпусти… Ей освободили одну руку, она указала координаты и дала паре слезинок упасть. Она потянулась в Пуночке, но ей в лицо влетел носок ботинка. Коса громко завыла от боли, расширив глаза и уронив голову на пол. Ей наступили на спину, вжимая грубую подошву со всей дури меж лопаток. Коса чувствовала, как ей становится всё сложнее дышать. Пуночка чуть двинулась в сторону Косы, уже вовсю тихо поскуливая. — Суки, из-за вас нас на смех подняли, — гудел как улей Якут, ударив Пуночку наотмашь по щеке. — Бляди! Надо же так было! — Да хорош её лупить, — Оракул дернул Якута за плечо, затуманено и злобно глядя на него. — Дай мне её... Если так надо, то можешь бить Косу. Он не стал медлить. Намотал толстую и красивую косу на кулак, оттянул её и начал душить своей грубой рукой. При этом кряхтел, сопел и оскорблял за то, что они отняли у них возможность показать своему отряду, что они на что-то способны, ведь в последнее время они столько раз делали ошибки. Коса пыталась махнуть кулаком, но на руку ей наступил Вепрь, втаптывая пальцы в пол. Он вместе с Якутом принялся жесткого бить её ногами, срывая на её теле всю свою злобу. Оракул гладил Пуночку по лицу и глядел на неё, всё глядел. Она всё ожидала удара и новой волны боли, но спешно перевернул её на живот, судорожно щупая её пах, вжимая девичью голову в пол. Пуночка начала реветь, пытаясь пинать мужчину, но он навалился на неё, схватил за шею и принялся душить, попутно сдирая с неё одним движением штаны с нижнем бельём. Коса потеряла сознание и не видела, как Оракул всё вакхически сдавливал горло Пуночке, с особой страстной свирепостью вдалбливаясь в неё, разрывая ей нутро. Вепрь и Якут лишь отошли в сторону, не мешая этому акту, пока Пуночка давилась рыданиями, капая слюнями на пол. Перед собой она видела глаза умирающей химеры.

***

Коса очнулась спустя время. Было холодно и совсем темно, её тошнило, а тело жутко тряслось и болело. Коса аккуратно подняла голову, всматриваясь в темноту. Пуночка лежала на боку с открытыми мокрыми глазами, печально раскинув руки. Где-то снаружи заухала сова. — Пуночка… — прошептала Коса, подползая к ней. В голове мысли, словно чёрные мухи, кружились, гудели и кусали. — Пуночка… Девочка моя, очнись… Она трясла её за плечо, но черноголовка не отвечала. Её кожа была холодная, а глаза тупо смотрели в одну сторону. Коса начала трясти её сильнее, начав заливаться слезами. Бегло посмотрела на неё, увидела, что штаны приспущены, отвернулась и начала рыдать пуще прежнего. Она прижала её тельце к себе, обняла и поцеловала в ледяной лобик, задыхаясь от горьких слёз. Коса начала её тереть, пытаясь разогреть, но быстро поняла, что это бесполезно. Пролежала так еще некоторое время, пока не кончились силы плакать, отпустила Пуночку из объятий, кое-как встала, выбралась из подвала и вышла наружу. Вокруг вязкая тьма, чувствуется тихий ветерок и рычание мутантов вдалеке. Коса побрела куда-то, не разбирая дороги. Она еле шла, держась рукой за бок. Вся в пыли, засохшей крови, побитая, измученная и потерянная. Ничего не понимала, молилась о том, что бы сейчас она попала в аномалию и умерла. Её густо стошнило себе под ноги и она продолжила идти, шатаясь, словно в лихорадке. Но вокруг всё резко стихло. Коса горько начала шептать что-то себе под нос, резко остановившись и глядя по сторонам. Она так желала себе смерти, так желала себе забыть всё это, хотела, чтобы её сердце больше никогда не ощутило и не узнало. Выбившись из сил, она упала куда-то в кусты. Так она и заснула, свернувшись калачиком, окончательно перестав понимать и осознавать.