Часть 2

2. Первое, что поразило Антона в квартире Арсения – это образцовый порядок и абсолютный минимализм. «Он, что, гостей не принимает никогда?» – мелькнуло в голове у парня, пока он осторожно оглядывался, после радушного приглашения располагаться, как дома. В гостиной – диван, плазма на четверть стены, два пуфика и журнальный столик, на котором не было ничего, кроме пульта и закрытого ноутбука. На кухне – гарнитур, плита, холодильник и стол с двумя табуретками. В спальню Антон, естественно, не пошёл, справедливо считая это бесцеремонным. - Предполагаю, что курника и пирожка тебе даже близко для полного насыщения не хватило… - Арсений вышел из ванной, вытирая руки махровым полотенцем. – Есть куриный суп и тушёная картошка с грибами. Что тебе разогреть? - Давай картошку… - Окей. А я супа поем. Иди пока в ванную, душ прими после своих бродячих приключений. Полотенце выдам сейчас. Есть, во что переодеться? - Да, в рюкзаке. - Хорошо. К тому времени, как Антон появился на кухне в спортивных штанах и безразмерном белом свитшоте, в которых собирался щеголять по отелю, Арсений, успевший сменить деловой костюм на чёрные джинсы и обтягивающую серую футболку, уже заканчивал приготовления к ужину. Антон нерешительно остановился возле стола, на котором, помимо основных блюд, громоздилась миска со свежим салатом, и, подняв взгляд, невольно залюбовался своим спасителем. Арсений Попов был откровенно красив. Высокий (немногим ниже почти двухметрового Шастуна), необычайно стройный, с аристократическими чертами чуть вытянутого лица. - Ты чего замер? – обернувшись, мужчина всунул ему в руки плетёную корзинку с хлебом. – Садись, куда хочешь, у меня нет любимого места. - Х-хорошо. Отправив в рот первую ложку, наполненную картофелем и кусочками шампиньонов в нежном густом бульоне, Антон застонал от восторга: - Умопомрачительно! Сам готовил? - На прислугу пока не заработал! – Арсений усмехнулся, накалывая на вилку кусочек огурца. - Блин, будь ты женщиной, я бы на тебе женился… - Не стоит. Недостатков у меня много, а достоинств – всего два: я хорошо готовлю и неплохо запоминаю текст. - Так ты, всё-таки, с кем-то живёшь? – Антон поднял на мужчину глаза, продолжая активно работать ложкой. - С чего такие выводы? - А куда столько наготовил? - Антон, я не люблю есть вне дома, и стараюсь, в крайнем случае, просто перекусывать – йогурты, кофе, могу в охотку чипсов погрызть. Но дома я должен обязательно поесть нормально, а с моим графиком – сам понимаешь... Вот и готовлю сразу на два-три дня в свободное время. - А в каком театре ты работаешь? - Не работаю, а служу. В Театре эстрады имени Аркадия Райкина. Слышал о таком? - Слышал, но бывать не приходилось. Я в Питере вообще – в первый раз. - Мда… Негостеприимно он тебя встретил, аж стыдно как-то. - Ты исправил его оплошность. Я уже снова начинаю думать, что Санкт-Петербург – самый лучший город на Земле. - Ещё бы, на сытый-то желудок. Кстати, добавки? - Не, я наелся, спасибо. Давай, в благодарность приберу тут всё? - Не смею отказаться, очень хочется в душ. С посудомойкой разберёшься? - Разберусь, у самого почти такая же. В ванной Арсений пробыл долго. За это время Антон не только на кухне порядок навёл, но и успел с чувством выкурить на балконе последнюю сигарету из своей пачки. Курение – это то, на чём он держался сегодня весь день. - Я на балконе покурил, извини, если нельзя было! - крикнул он, услышав скрип распахнувшейся двери ванной комнаты. - Можно, я сам там курю иногда. Когда нервничаю… - Арсений прошлёпал в гостиную в трогательных меховых тапочках и плюхнулся на диван. - Это бывает не так уж и редко? – Антон робко опустился на другой край дивана. - В последнее время – да, но в систему стараюсь не входить. - Слушай, можно я с твоего телефона в банк позвоню? Хоть карточки заблокирую. Конечно, этот урод уже наверняка много спустил, но всё-таки. - Звони. Не только в банк, но и родным-друзьям позвони. Волнуются ведь. - Некому звонить. С родителями я давно разругался, а номеров друзей наизусть не знаю. - Хоро-ошие у тебя друзья… - Нет, Арсений, они-то как раз отличные. Это я – идиот беспамятливый. - Напиши им с моего аккаунта в соцсети. Объясни ситуацию. Ну, или на свою страничку зайди с моих гаджетов, если тебе так удобнее. - Арсений, ты – гений. Аж в рифму! - Стихоплёт! – Попов врубил ноутбук и поставил его на колени Антона. - Почему сразу «стихоплёт»?! Нормальный стих! - Да потому… - слова Арсения были прерваны настойчивым звонком в дверь. – Так, давай, тут, с делами своими разбирайся, а я пойду, посмотрю, кого принесло в десятом часу вечера. Антон кивнул и, быстро зайдя на свою страничку в ВК, принялся писать находящемуся онлайн Позову, попутно прислушиваясь к происходящему в прихожей. - Все свои вещи ты забрал, зачем явился снова? – спрашивал у кого-то Арсений. - Арс, давай просто ещё раз поговорим? – голос гостя звучал тише и неуверенней, чем голос хозяина, а в вопросительных интонациях то и дело проскальзывали нотки мольбы. - Наговорились уже, Антон… Свой выбор ты сделал. «Тёзка!» - качнул головой Шастун, стараясь не думать о том, что подслушивает, уже практически не стесняясь, и с трудом заставляя себя не игнорировать забрасывающего его вопросами Поза. - Слушай, но ведь я не ставил тебя перед выбором, когда ты был женат! – не унимался невидимый Антон, очевидно, настойчиво пытаясь прорваться дальше порога. - Тебе напомнить, из-за кого я развёлся? «Нихуя себе!» – Шаст подскочил на диване, ошеломлённый догадкой. – «Так, дальше лучше не слушать… Не моё собачье дело!» Он решительно повернулся к экрану, решив сосредоточиться на переписке с Диманом, только что окончательно поверившим в то, что Тоху не взломали, и он реально нуждается в помощи. Они едва успели продумать план «Спасти рядового Шаста», как дверь в гостиную распахнулась, и Арсений ворвался, словно фурия, сразу же хватая опешившего Антона за руку. - Подыграй, умоляю… - горячий шёпот обжёг ухо всего на мгновение, а в следующую минуту в дверном проёме появился низенький коренастый парень в фиолетовом худи. Русые волосы, круглые глаза и недоумевающее выражение лица – как рыба из воды вытащенная, только у рыбы волос нет. - Вот! Спроси сам у моего парня, существует ли он! – Арсений развернул Шастуна и слегка подтолкнул на середину гостиной. - Арс, а это кто? – Шаст попытался нагнать в голос максимальную тревогу, а в направленный на тёзку взгляд – нешуточную угрозу. – Он тебя обижает? - Это и есть мой бывший – Антон Захарьин, о котором я тебе рассказывал… - Арсений правдоподобно хмыкнул, оправдывая свой актёрский талант. – Он меня не обижает, Антош, он сомневается в том, что ты у меня есть. - Это ты у меня есть! – отчеканил Шастун и, сам поражаясь своей смелости, крепко обнял мужчину за талию. – А тебя ещё раз рядом с Арсением увижу, поедешь в травмпункт. Этот человек занят мной навсегда – ты свой шанс проебал. Доходчиво объяснил? – он снова свирепо посмотрел на «соперника», который, стушевавшись, отступил в коридор. - Доходчиво… - голос Захарьина теперь звучал не умоляюще, а обречённо. – Простите… - Простим, если свалишь прямо сейчас… - подал голос Попов и, неожиданно привстав на цыпочки, прижался к губам Шастуна коротким, но крепким поцелуем. Они отстранились друг от друга в ту же секунду, как захлопнулась входная дверь. - Можешь отпускать… - Арсений подался назад, показывая, что пора бы и расцепить объятия. - Да, сорян… - Антон смущённо улыбнулся и отошёл, поправляя рукава свитшота. - Спасибо, что поймал волну. Пятёрка тебе за импровизацию. - Сейчас умру от гордости за свою особу… - Антон снова уселся на диван, пододвигая к себе ноутбук. - Ты с делами разобрался? – Арсений пригладил растрепавшуюся чёлку небрежным движением руки. - Почти. Карту онлайн заблокировал, а Диман теперь просит твой номер телефона. Он скинет мне бабки на билет на твою карту. - Хорошо. - Арс… Тебя же можно так называть? - Можно, все называют. - Раз это был твой бывший, значит, ты… - Антон замялся, надеясь, что договаривать не придётся. - Вот только не говори мне, что ты гомофоб! Это будет самый смешной анекдот в моей жизни…– Арсений отошёл к окну и скрестил руки на груди. - Не скажу. Знаешь, почему я ушёл из дома и не общаюсь ни с матерью, ни с отчимом? – Шастун приподнялся, откладывая ноутбук на журнальный столик. - У меня тоже каминг-аут сначала не удался… - пожал плечами Попов. – А потом смирились, куда ж им деваться. И твои никуда не денутся. - Нет, я, конечно, пробовал жить по-другому… - смутился Антон. – У меня недавно девушка была. До прошлой недели. И она мне даже нравилась. Но она меня бросила. - Правильно сделала. У вас бы всё равно ничего не вышло. - Как и у тебя с женой? - Сечёшь… - А я сильно обнаглею, если спрошу, почему вы расстались с этим Захарьиным? - Сильно. - Тогда – снова сорян. Номер диктуй, Димке сброшу. Арсений послушно назвал цифры, подождал, пока пискнет уведомление, возвещая о пришедшей на карту сумме, и решительно обратился к Шастуну, уже открывающему сайт с ЖД-билетами. - Ты на завтра билет брать планируешь? - Естественно… Нафига мне тебе мешать? - Ты не мешаешь. Бери на послезавтра! – Арсений подался вперёд и сам сдвинул мышку на нужную дату. - Почему? – Антон растерялся в сотый раз за вечер, окончательно переставая что-либо понимать в этой жизни. - Хоть что-то в Питере ты должен увидеть? Я приглашаю тебя на спектакль. - Какой? - «Гроза». Островского читал? – Попов тепло усмехнулся, вводя реквизиты карты в необходимые поля для заполнения. - В школе… Но помню только то, что там какая-то деваха утопилась. - Вот и повод освежить знания. - А ты там кого играешь? - Любовника «девахи»! – коротко рассмеялся Арсений. – Бориса. Конечно, это не совсем оригинальное произведение, но...Короче, сам всё увидишь! - Не помню Бориса, но ты заинтриговал. Ладно, я пойду. С удовольствием. - А у тебя и выбора не было. Давай спать ложиться. Поздно уже… - Арсений протягивает ему сверток с постельным бельём, поверх которого лежит небольшая, но туго набитая подушка. - Арс! – Антон, забирая предложенное, случайно притрагивается к тёплому запястью и замирает от внезапного ощущения нежной признательности. – Э… Спасибо тебе за всё. Честно! - Пожалуйста! – Попов улыбается в ответ уголками и губ и скрывается в спальне.