Часть 2. Учитель

      Погода начала портиться ближе к часу дня. Над городом сгущались тёмные тучи, с неба начал моросить мелкий дождь. Осень в этот день казалась особенно мрачной — серое небо, холодный ветер и капли, стучащие по стеклу. Дорога до средней школы Сонсан заняла у них около двадцати минут. Сонхва хотел провести это время в тишине, чтобы собраться с мыслями. Но стоит помнить: сегодняшний день для детектива Пака был далеко не идеальным — всё осложнялось новым напарником. Хонджун не затыкал рот ни на минуту. Он болтал обо всём на свете: задавал вопросы, рассказывал истории и даже напевал песни! За эти двадцать минут Сонхва проклинал всё на свете, в том числе мать-природу за то, что дала людям язык. – А вы женаты, детектив Пак? – вдруг спросил Хонджун, улыбаясь во весь рот и явно наслаждаясь своей ролью болтуна. Сонхва промолчал, внимательно следя за дорогой. Его лицо оставалось спокойным, но внутри он чувствовал раздражение. – Что, нет? Тогда может встречаетесь с кем-то? А питомец у вас есть? У меня вот есть собака по кличке Эскель — в честь любимого персонажа из игр по «Ведьмак». Любите игры? Медленно выдохнув через нос, Сонхва приложил все силы, чтобы не придушить новичка ремнём безопасности или не сорваться на него. Он сдержанно, сквозь зубы спросил: – Зачем тебе столько знать обо мне? Мы просто работаем вместе, а не играем в дружбу. – Но разве общение не поможет нам работать лучше? – Ким выпятил нижнюю губу и бросил взгляд в окно, – Нам важно выстроить доверительные отношения, иначе, какие же мы напарники? Вы что, впервый раз с кем-то работаете? Молчание. Хонджун чуть не присвистнул от удивления. – Что, серьёзно в первый раз? С ума сойти. – Да, в первый раз. До этого я никогда не работал нянькой для салаг вроде тебя, и привык работать один. – А детективы Чхве и Сон? Разве они не работают с Вами в команде? Сонхва крепче сжал руль. Впереди показалось здание школы. Сонхва хотел сказать, что это другое, но промолчал. Тема так и осталась висеть в воздухе, пока они не припарковались у главных ворот.       Для начала пришлось встретиться с директором, который рассказал что учитель Кан не в первый раз выходит за рамки обязанностей в отношении своих учеников, но так как в последний раз эта выходка спасла детскую жизнь, ему спустили это с рук. – Понимаете, учитель Кан раньше преподавал в приютах и думаю, что атмосфера тех мест сильно повлияла на него, – продолжал директор. Он был высоким статным мужчиной в годах, и выглядел как человек которого здесь уважают. – Одно дело когда ты видишь несчастных детей на экране телевизора или же мимолётно, когда спешишь по своим делам, а другое дело – проживать это с ними каждый день. Свой след от такой жизни остаётся навсегда. Сонхва внимательно слушал и рассматривал корешки папок стоящий в шкафу, пока Хонджун записывал информацию в свой блокнот. – Что вы можете сказать о Союле? Они с учителем Каном были близки? – спросил Хва. – Насколько мне известно, Союль ничем особым не выделялся. Тихоня, который не приносил проблем. Насчёт остального не могу вам ничего рассказать, в моей школе более трех сотен учеников, я не могу смотреть за каждым. – Мы понимаем, – Сонхва склонил голову, – В любом случае, спасибо за информацию. Звонок известил об окончании урока и за несколько секунд тишина коридоров сменилась гулом детских голосов. Директор направил детективов в кабинет учителя Кана, где тот как раз открывал окна на проветривание. – Учитель Кан Ёсан? Я детектив Пак Сонхва, а это мой напарник детектив Ким Хонджун, убойный отдел, – Сонхва показал ему свой значок. – Мы по поводу вашего ученика Ли Союля. Ёсан резко развернулся. Ветер из окна слегка потрепал его каштановые вьющиеся волосы. – Союль? Что с ним? Стало заметно как учитель занервничал и уже начал нащупывать в кармане свой мобильник. Хонджун подошёл ближе и положил руку ему на плечо: – Успокойтесь, с ним всё в порядке. Произошло убийство его матери и отчима, поэтому мы здесь. Кан в удивлении раскрыл глаза и медленно осел на стул за партой. – Ч… что? Их убили? Хонджун кивнул: – Да и довольно зверски. У нас есть предположения, что убийца был знаком с этой семьей. Поэтому расскажите, не крутился ли возле Союля в последнее время кто-то подозрительный? Или, может быть, Вы располагаете другой информацией которая может показаться нам полезной? Учитель задумался и рассказал, что сам с трудом наладил контакт с этим ребёнком что уже говорить о других. Парень всегда находился один, на обедах сидел в отдалении от одноклассников, друзей за несколько лет так и не завёл. Создавалось ощущение, что если он подпустит к себе кого-то, то мир вокруг сгинет в пустоте. Несколько раз Ёсан замечал тёмно-фиолетовые гематомы на его плечах, которые выглядывали из под рукавов школьной рубашки, но на вопросы Союль отвечал самые банальные ответы: «ударился об полку», «упал на велосипеде» и тому подобное. Ёсан прекрасно знал эту схему, сталкивался с ней не в первый раз, но школьный психолог сказал, что пока ребёнок сам не признается в насилии, администрация школы бессильна. Сначала Кан думал, что Союля избивает кто-то из одноклассников — буллинг довольно часто встречается в этой среде. Однако, однажды он услышал как пара одноклассниц обсуждала сцену, которая произошла за пару дней до инцидента. Они гуляли в парке и увидели, как мать Союля дала ему пощёчину прямо на виду у окружающих, при этом наговорила ему много мерзких слов. Тогда Ёсан понял причину побоев и не смог сдержать накативших эмоций, когда на следующий день парень не пришёл на занятия. Сонхва пристально смотрел на Ёсана: – Он редко прогуливал? Раз Вы так обеспокоились его отсутствием в тот день. – Он не пропускал занятий, только по болезни, и то было очень редко. Просто… накануне вечером я застал его во дворе школа, перед тем как сам хотел уйти домой. Союль читал какую-то книгу и было понятно, что домой он не торопился. – Уже поздно, тебе стоит пойти домой отдыхать. – Всё в порядке, учитель. Я не хочу домой, – сказал Союль, не поднимая взгляд. – Почему? Дома… дома что-то происходит? – аккуратно спросил Ёсан, вглядываясь в лицо ученика, которое тот прятал за челкой. – Нет, – он помотал головой и слабо улыбнулся, – Просто хочу почитать на воздухе ещё немного. Ёсан не стал настаивать на разговоре, но поведение Союля его насторожило. Утром охранник рассказал, что тот просидел там пока работник не пришёл закрывать школьные ворота в десять вечера. Хонджун сделал пометки в блокноте. Родители Союля не могли позволить себе дополнительное обучение в академиях после основных школьных занятий, поэтому ребенок мог сразу идти домой. Но в тот день он решил задержаться в школе. – Спасибо за информацию, учитель Кан, – детектив Ким поклонился, – Мы свяжемся с Вами если нам понадобится дополнительная информация. Сонхва добавил: – Скажите, где Вы находились два назад в период с одиннадцати вечера до двух ночи? Хонджун вдруг повернулся к нему и в удивлении нахмурил брови. Ёсан понял к чему этот вопрос, но сдержанно ответил. – Спал дома. – Кто-то может это подтвердить? – Возможно соседи, или можете проверить ключ карту моего дома. Я вернулся с работы в восемь. – Мы проверим эту информацию. Благодарю за сотрудничество.

***

– Вы его подозреваете? Серьезно? – негодовал Хонджун, как только они вернулись в машину. – Не ты ли на месте преступления составлял портрет психопата? Я думал ты разбираешься в этом, – уголок губ Сонхва едва дернулся в ухмылке, которую он тут же спрятал. Вот и первый триумф в его роли наставника. – Но он не похож на человека, который способен убить. Милый учитель, полный сострадания к детям. – Ты попадаешься в самую банальную ловушку. Внешность в нашем деле обманчива практически в девяноста процентах случаев. Теодор Банди тоже был обаятельным парнем, за которым девушки бегали толпами, а в итоге… Хонджун опустил взгляд, мысленно ругая себя за наивность. – Точно, Вы правы. Увлекшись процессом, Хонджун ещё не успел осознать себя как детектива. В академии говорили то же самое, что и Пак Сонхва, а он так увлёкся, что забыл о главных принципах своей работы. Сонхва завёл мотор и продолжил: – К тому же, у него может быть мотив. Раз он работал в приютах, мог насмотреться на тяжелые судьбы своих учеников и обозлиться на несносных родителей. – А история Союля могла стать последней каплей, – продолжил Хонджун, чувствуя как хватается за невидимую нить, – Он мог узнать, что родители Союля часто пьют и избивают его, поэтому решил вступиться. – На лету хватаешь, – Сонхва кивнул, – Только старайся не быть таким легкомысленным в следующий раз. Детектив Ким улыбнулся собственным мыслям, а после задумался, его взгляд стал более сосредоточенным. Он понимал, что в подобных делах важно не только искать улики, но и понять психологию преступника. Кан Ёсан мог казаться простым человеком, но за его маской скрывалась сложная личность, наполненная извращёнными представлениями о мире и мыслями о власти над чужими жизнями. – Вы уже работали с подобными делами? – вдруг спросил Хонджун, спустя несколько минут тишины. – Нет. Это впервые. – Вам не страшно? Всё таки, если мы ошибаемся насчёт Кан Ёсана, убийца может снова взяться за дело и найти его будет сложнее. Кто знает, что это за человек. – Правда в том, что он всего лишь человек. Просто хочет нагнать больше страха под которым ему будет проще прятаться. Хонджун задумался над этими словами. Страх заставляет людей иначе смотреть на многие вещи, даже если те будут маленькими и незначительными. Зная, что есть ядовитые змеи и пауки, люди будут бояться всех представителей этого вида, даже если те не ядовиты и просто существуют на этой земле. Зная, что большинство маньяков были добрыми и милыми мужчинами – женщины каждый день должны проживать свою жизнь с осторожностью, испытывая страх перед уже устоявшимися образами. Маленькие детали — конфета от доброй бабушки или коктейль от парня за барной стойкой — кажутся безобидными, но прежде чем довериться им, в мыслях пробегают сотни сомнений, подогреваемых страхом. Страх правит этим миром. Но создают его – всего лишь люди.

***

      Когда они прибыли в отдел, Сан передал всю информацию которую получил от Уёна, а Минги договорился о встрече в “Исиде” но на завтрашний вечер, так как все дети уехали на экскурсию в Чолла-Намдо. Сонхва устало развешивал фото учителя Кана и подписывал данные под фото с места преступления. – Яд лягушки, серьёзно? – Хонджун замаячил рядом, держа в руках стаканчик с кофе из ближайшей кофейни и протянул его детективу. Растворимый кофе из их запасов ему не понравился, поэтому он купил всем напитки. – Ещё раз скажешь слово «серьёзно» — и я заклею тебе рот скотчем, – Хва всё-таки взял кофе и сделал глоток. – Эх, – Хонджун спрятал руки за спину и поднял глаза к потолку, – есть так много способов заткнуть рот, а Вы выбрали самый скучный. Все подавились. Сонхва, Минги и Сан — последний даже кофе в руках не держал, просто подавился воздухом. Чхве тут же пихнул Минги локтем и прошептал: – Мне показалось или он только что флиртовал? Минги лишь пожал плечами, но продолжал с интересом наблюдать за парой детективов у белой доски. Хонджун, довольный эффектом, спрятал улыбку за стаканом, сделал глоток и продолжил: – Итак, что у нас есть на данный момент: два трупа, дорогой яд и учитель. Криминалисты что-нибудь нашли? Сан отрицательно помотал головой: – Только днк самих жертв. Ни отпечатков ни следов кого-то другого. Этот псих явно знал своё дело. Камеры в том районе не стоят, из соседей никто ничего не видел, так что наш подопечный самый настоящий призрак. Минги отвлёкся на звук сообщения пришедшей почты на своем компьютере и, пробежавшись глазами по тексту, сказал: – Алиби Кан Ёсана подтвердилось. По данным ключ карты он оставался дома с восьми вечера до семи утра. Сосед видел как он поднимался в квартиру с пакетом токпокки. – Что ж, – Хонджун стёр надпись “подозреваемый” под фото учителя, – возвращаемся к началу.       До позднего вечера вся команда пыталась найти хоть какие-то зацепки. Из личных дел жертв удалось собрать не так информации. Ли Хина работала швеей в местном ателье, Мубин перебивался подработками. Биологический отец Союля погиб под колесами машины, когда парню было десять, и его мать не долго держала траур. – Велика вероятность, что это не последние жертвы, – Хонджун сидел за столом, лениво наматывая на палец прядь пшеничных волос. – Он хотел показать символизм: они умерли так же как и жили. Ему был отвратителен их образ жизни, поэтому он выразил свои чувства в постановке убийства. А таких как Хина и Мубин довольно много. Что если для него это как пастбище для волка? Сан широко зевнул и вытянул руки над головой: – Над этим можно ломать голову часами, пока мы не поговорим с Союлем. Пока что, он наша единственная ниточка, за которую я бы ухватился завтра. Пора домой. Минги с Сонхва согласились и начали собираться домой. Детектив Пак с самого утра мечтал, чтобы этот день закончился и вот это произошло. Наконец-то можно немного расслабиться, сходить в горячий душ и уснуть под аудиокнигу. Предвкушение тихого вечера прервал Ким Хонджун: – А как вам идея культурно отпраздновать мой первый рабочий день? Я бы хотел пригласить вас в гости, угощу пиццей, выпьем чего нибудь безалкогольного. Пока время ещё не позднее. Послышался всхлип. Это Сан сделал вид будто рыдает, а Минги с сочувствующим лицом похлопывает его по спине. – Ну что за сокровище. Это так мило с твоей стороны, естественно мы за. Верно, Минги? – Я всегда там где халявная пицца! Детектив Пак? Сонхва по очереди посмотрел на каждого члена команды и отрицательно замотал головой. Ну уж нет, он ни за что не променяет свои планы на вечер ради посиделок у золотого мальчика. Общение с которым не должно длиться более пяти минут, иначе мозги Сонхва просто отключатся от потока бессмысленной болтовни.

***

      Хонджун ожидал, что Пак Сонхва откажется от предложения. После первого рабочего дня Ким уже мог предположить каким человеком является детектив, но ему хотелось узнать больше. Поэтому он не расстроился когда на посиделки в его доме согласились только Минги и Сан. Из этих двоих можно вытянуть немного полезной информации. Когда их компания переступила порог дома Хонджуна, их встретил Эскель, кремовый колли, который сразу же обнюхал гостей и начал бегать вокруг хозяина требуя ласки. Сан первым делом оставил пакеты со снеками на полу и побежал в просторный зал, который был похож на мастерскую волшебника. Гирлянды на потолке, искусственные лианы в углах комнаты, фиолетовые стены с рисунками созвездий, шкафы полные книг. Даже мебель была словно из другого мира, непривычная для глаз любителя минимализма. Резные стулья, роскошный антикварный диван, кофейный стол с подсветкой. – С ума сойти, и ты тут живешь? – восхищенно спросил Сан, – Просто ты выглядишь как любитель этих роскошных квартир, где из декора только сухая палка в белой вазе. Минги подхватил: – Которая наверняка жутко дорогая потому что дизайнерская. – Да-да. Хонджун не мог не улыбнуться этому разговору. Многие удивляются когда видят его жилье, и ещё больше удивляются, когда узнают что он сам занимался дизайном комнат. Обычно люди его статуса нанимают дизайнеров, не заморачиваясь подобной работой, но для Хонджуна было важно самостоятельно обустроить свой личный уголок. Так как пожелает его фантазия, а не модные тенденции. – Я не привык выражаться через стиль в одежде или внешности, поэтому решил что хочу это сделать через свою квартиру. Мне нравится, что после работы я возвращаюсь в свой личный мир. Парни сказали, что это здорово и Хонджун действительно живёт хорошую жизнь. А Эскель самая чудесная собака на свете. Минги особенно влюбился в животное и не упускал возможности с ним поиграться и погладить. Пиццу привезли через полчаса, за которые Хонджун показывал парням как играть в приставку и они увлеклись обсуждением видеоигр. Хонджун был счастлив, что быстро нашёл общий язык с новыми коллегами. Осталось сделать то же самое с одним интересным детективом. – М, а расскажите мне о Пак Сонхва, – спросил как бы невзначай Ким, жуя треугольный кусочек пиццы, – Он женат? – Ага, – усмехнулся Минги, – На своей работе. У него даже запасной футон в хранилище – чтобы на дорогу до дома время не тратить если в участке много дел. Хонджун удивлённо хлопнул глазами: – Серьёзно? А у него вообще были отношения? – Ммм, – протянул Сан, вскинув голову, – Кажется, последняя была какая-то отпетая байкерша. Всем отделом были в шоке: наш Пак Сонхва, такой спокойный и праведный, да с такой горячей девушкой. – Девушкой значит… – Хонджун, конечно, пытался скрыть что слегка поник, но от зорких глаз Чхве Сана было не скрыться. – Он тебе что, понравился? Не стесняйся нас. Я вот гей до мозга костей, Минги у нас на два фронта, так что можешь поделиться. Сон в подтверждение его словам согласно кивнул. И Хонджун почему-то чувствовал, что им можно доверять. – Ну… он красивый. Всё. Этого было достаточно, чтобы Чхве Сана прорвало на эмоции, а Минги выпятил пухлые губы. – Я же говорил, моя чуйка меня не подводит, Сон Минги. Гони десятку, – Сан вытянул ладонь, на которую Минги выложил купюру в десять тысяч вон. Эскель одобрительно гавкнул, а Хонджун на несколько секунд замер, глядя на их действия, пока не пришёл в себя: – Погодите, вы что спорили на это?!