Глава XVI — «Билеты в никуда»

Максим стоял у окна, когда Катя вошла в комнату. Она устала, волосы были собраны в небрежный пучок, под глазами тени от бессонных ночей. Младший Максим спал в соседней комнате после утренней прогулки, и это был редкий момент тишины. — Поехали на море, — тихо сказал он, не оборачиваясь. Катя остановилась, как вкопанная. — Что? — Я забронировал всё. Завтра утром выезд. Сыну нужен воздух. Нам — отдых. Хоть что-то нормальное после больницы. — Максим... — голос её дрогнул. — Ты совсем с ума сошёл? Он повернулся. Без улыбки. Без шутки. — Нет. Я просто больше не хочу терять время. Катя села на диван. Молча. — Втроём? — Конечно. Ты, я и он. Сын. — Разные номера, — тут же сказала она. Максим пожал плечами. — Как скажешь. --- Утро отъезда было странно лёгким. Катя металась по квартире, пытаясь запихнуть в чемодан весь гардероб, включая платья, которые не надевала с института. — Ну, если вдруг будет ужин... с видом на море... или ресторан, где играет скрипка... — оправдывала она перед зеркалом. Перед собой. Младший Максим прыгал по кровати и орал: — Мы едем на море! Мы едем на море! В соседней комнате Максим складывал вещи в свой чемодан за пять минут. Рубашки, шорты, футболки. Всё просто. — Мама! — кричал малыш. — Папа уже всё собрал! — Не называй его так громко, — машинально ответила Катя, пихая косметику в щель между купальниками. — Почему? Он же папа. Катя зажмурилась. — Я просто... не привыкла ещё. --- Когда Максим вошёл в её комнату, она стояла над чемоданом, всеми силами пытаясь его закрыть, при этом одной ногой опираясь на крышку. Вещи вылезали, как пружины. — Давай-ка я, — он подошёл и спокойно отодвинул её. — Не трогай! — Катя отдёрнула чемодан. — Всё это мне нужно. — Три платья одного цвета? Два одинаковых купальника? — Я женщина, у нас так заведено! — Ага. И эти сапоги тебе пригодятся на пляже? — Может, там будет дождь. — В сорок градусов? Катя… Он открыл чемодан и начал вытаскивать вещи. Она в ответ — вытаскивать из его. Так и стояли: два взрослых человека, ведущие войну вещей. Всё закончилось, когда сын заплакал, испугавшись криков. — Ладно, — выдохнула Катя. — Поехали. Только не думай, что это «воссоединение семьи». — Даже не надеюсь, — усмехнулся Максим. --- Они добрались до отеля к вечеру. Ресепшн — стеклянный, глянцевый, с запахом лимона и кондиционеров. — Семья Лавровых, — сказал Максим на регистрации. — Один номер люкс, с детской кроватью. Катя застыла. — Что?! — Ты же сама не хотела платить за два. — Я... Это... — Поздно. Всё оплачено. Они вошли в номер. Огромная двуспальная кровать в центре. У окна — крохотная детская. Один балкон. Один туалет. Один шкаф. — Чудесно, — прошипела Катя, бросив чемодан. — Привыкай, — сказал он, забирая ключ у администратора. --- Первый вечер был тихим. Ужин в отеле. Рыба, фрукты, белое вино. Младший Максим — в восторге. Катя — на пределе. Максим — спокойный, как море. Когда все легли спать, Катя устроилась рядом с сыном. Максим остался на большой кровати. — И это, по-твоему, справедливо? — спросила она из-под пледа. — Ты сама выбрала. — А ты удобно устроился, да? Он повернулся к ней спиной. — Поверь, я бы предпочёл быть не здесь. Катя замерла. Почему-то стало обидно. --- На утро вышли на пляж. Катя — в закрытом чёрном купальнике. Максим — в плавках, тёмных очках, с кофе в руке. Младший Максим строил песчаный замок и звал «папа, смотри!». Катя пыталась делать вид, что не слушает. Но когда к Максиму подошла девушка — высокая, блондинка, с загаром — и сказала: — Простите, это вы… Максим Лавров? Ведущий «Вкус с Лавровым»? Он улыбнулся. — Виновен. — А можно… автограф? — Конечно. Куда? — Ну… — она опустила лямку купальника. — Можно прямо сюда? Катя встала, как пружина. Максим закатил глаза и всё же попросил у сына бумажку. — Лучше вот так, — подписал. Блондинка ушла. Катя подошла. — Ну что? Много таких будет за неделю? — Кто? — Красивых, глупых, загорелых. — Ты ревнуешь? — А ты бы хотел? Он не ответил. --- После обеда Катя, не в настроении, пошла купаться. Ушла далеко. Вода была тёплая, волны мягкие. Она не заметила, как начала уставать. И не сразу поняла, что ноги не слушаются. Судорога. Паника. Море — безмолвное, спокойное — вдруг стало бездонным и опасным. Она захлебнулась. И вдруг — сильные руки. Кто-то тянет её. Воздух. Голос. — Дыши! Всё хорошо, вы в порядке! Катя открыла глаза. Спасатель. Молодой. Карие глаза. — Я Артём, — сказал он. — Спасибо… --- Максим выбежал к берегу через пять минут, когда ребёнок закричал: "Мама пропала!" Он увидел, как Артём держал Катю за плечи, помогая дойти до лежака. Он был бледный. Сердце колотилось. Катя посмотрела на него — и отвернулась. — Всё нормально. Я жива. Спаси… Артём помог. Максим только кивнул. И ушёл обратно к сыну. Катя смотрела ему вслед. А внутри — всё кипело. Что это было? Паника? Зависть? Страх? А может — всё сразу. --- Вечером она сидела на балконе и смотрела на звёзды. Рядом — бокал вина. Тишина. К ней подошёл Артём. — Вы как? — Жива. Спасибо. — Завтра есть хорошее кафе. Там играет живая музыка. Приглашаю. Она улыбнулась. — Может быть. И тут сзади раздался голос: — Что — уже назначаешь свидания? Катя обернулась. Максим стоял в тени, с холодным взглядом. — Не твоё дело, — спокойно сказала она. — Конечно. Ты ведь свободная женщина. — А ты — свободный мужчина. Он не ответил. Только ушёл. И Катя осталась на балконе. В платье. С вином. И пустотой в груди.