1. Севилья: пират в Святой обители

Солнце, постепенно склоняющееся к горизонту, расстилало свои яркие теплые лучи. Последние отблески заката, приближающего вечерние сумерки над бескрайней гладью синего океана, играли мерцающими бликами в ряби тихих волн. Разрезая спокойные водные просторы, по прямому курсу гордо шёл корабль на всех черных парусах. Всё величественное судно, словно проклятый призрак, мчался с непривычной для других кораблей скоростью. Его корпус выделялся на фоне светлых отблесков заката своей угольной чернотой. Всё судно от носа до кормы было пугающе тёмного цвета, будто сгоревшее дерево. Чёрная Жемчужина. Новая легенда морей и океанов. Загадка для испанских, английских и португальских властей. Корабль, который уже на протяжении двух лет держит в страхе главные портовые города и торговые центры мировых держав. О чёрном как смоль корабле уже давно ходили сказания и пугающие истории, будто это темная тень прямиком из ада проносится по тихим водам и не оставляет после себя ни единой живой души. Конечно, многие легенды были лишь слухами и буйными фантазиями людей, но Жемчужина была поистине устрашающая и пугала своим видом всех, кто замечал её на горизонте. Грозный корабль уверенно шел под управлением своего молодого капитана.  Он гордо стоял на верхней палубе и разглядывал в подзорную трубу приближающийся берег. Его тёмно-карие глаза внимательно оглядывали порт одного из испанских городов, стоящих на побережье бескрайнего океана. Севилья. Их ближайшая цель для пополнения запасов продовольствия, алкоголя и денег. — кэп, не самое лучшее место для того, чтобы забить трюмы, — рядом с капитаном встал толстенький мужчина с густыми бакенбардами, — здесь много охраны и католических монастырей, но не борделей и алкогольных погребов. Пират наконец сложил подзорную трубу и перевел внимательный взгляд на мужчину. Демонстративно выпрямился, показывая своё превосходство, и заговорил на удивление заумным языком. — мистер Гиббс, вы могли и дальше волочить свое жалкое существование под флагом Английского государства, однако по своему желанию ринулись на мой корабль. Так что теперь, я прошу, поменьше разбавляйте минуты чудного спокойствия своими дурными предложениями, — капитан подошел к штурвалу, увлекая, к своему сожалению, и Джошами Гиббса, который совсем недавно прибился к пиратской команде, уйдя со службы королевскому флоту, — других портов по близости нет, дальше только воды Англии. — Джек, команду нельзя отпускать здесь, иначе половина не вернется, — ещё раз предостерег Гиббс, но его волнение уже не слушали. Джек Воробей уверенно держал штурвал своего любимого корабля и глядел прямо на приближающийся берег. К закату они точно будут в испанском порту, желательно, с менее заметной стороны. Лишняя паника лишь усугубит их поиски продовольствия. — если так трясешься за этих псов, скажи Барбоссе, чтоб следил за ними, — отмахнулся Джек, скидывая всю ответственность на своего старпома Гектора, который также сравнительно недавно поднялся до такого высокого звания за свою отвагу и преданность капитану и Жемчужине, — приготовьтесь к заходу в город в менее населенной части. Боцман Гиббс тут же поспешил предостерегать команду о заходе в порт и об их времяпрепровождение в Севильи так, чтобы большая часть матросов всё же смогли вернуться на борт в ближайшее время. *** Солнце зашло за горизонт и в окнах монастыря с белыми каменными стенами зажглись свечи и факелы. Тут же задёрнулись легкие занавески и здание снаружи погрузилось в мрачную темноту. Только за высоким забором, что ограждал святой храм, светили огни и кипела жизнь. Здесь в монастыре всё иначе. Тихо и спокойно. Никаких громких звуков. Только размеренная и простая жизнь, которая наполняла каждый коридор и уголок этого здания. Всё было строго, по ежедневному расписанию, которому покорно следовали все послушницы этой святой обители. Они молча передвигались по коридору, придерживая подолы своих черных платьев, и скрывались в своих небольших комнатках, внутреннее убранство которых оставляло желать лучшего. Только узкая твердая кровать и небольшой шкаф около стены. Больше ничего, что могло бы помешать примерным девушкам проживать свой век в светлых, но таких душных стенах монастыря. В одну из таких комнат зашла молодая девушка и последний раз обернулась на свою провожающую. — постарайся не опоздать завтра на утреннюю молитву, милая Анжелика, — ласково, но с заметным укором проговорила женщина лет сорока, — такого поведения не должно быть у примерной девушки. — я знаю, сестра Марина. Такого больше не повторится, — кивнула Анжелика и только после одобрения монахини прикрыла дверь. Анжелика Ривера – юная воспитанница женского монастыря. Попала сюда в возрасте трёх месяцев. Её принесла неизвестная женщина и тут же скрылась, оставив ребенка на волю Бога и под надежное крыло испанского государства, под покровительством которого стояло это светлое здание святого Севильского храма. Анжелике было уже семнадцать, но жизни вне монастыря она так и не видела, хоть сердце неутолимо тянуло её к этим просторам, которые открывались ей из окна комнаты на втором этаже. Девушка ещё не знала, что обзор её ограничивался лишь на городских улицах, а дальше было нечто более удивительное. Песчаные пляжи, бескрайний океан и подплывающий к испанским берегам пиратский корабль. Анжелика тряхнула головой и потуже затянула платок, скрывающий её длинные каштановые кудри. Волосы были надежно спрятаны под темной тканью, как и её тело, покрытое черным длинным платьем, в котором было особенно жарко в солнечные дни. Но жаловаться было ни к чему, да и бесполезно. Выбора у девушки особого не было. Ривера вздохнула, сбрасывая с себя напряжение сегодняшнего дня, и подошла к кровати. Села на неё и наконец раскрыла книгу, которую так мечтала дочитать на протяжении всего длинного дня.  Роман о захватывающих приключениях, о чистой любви и мире за каменными стенами привлекал девушку. Сводила с ума каждая строчка этого произведения, кружило голову от каждого прочитанного абзаца. И каждый раз, закрывая эти безумно интересные приключения, она вновь оказывалась в настоящем сером мире. Это и было печальнее всего. Возвращаться из мира грез и фантазий в реальность. Сразу будто сердце сжималось от тоски по чему-то, что было где-то далеко и недоступно, но так маняще и вожделенно. Анжелика не понимала, как можно скучать и грустить по тому, что было ей неизвестно, оттого и злилась на себя. Но именно это таинство и зажигало в ней завораживающий интерес к миру. В её сердце с каждым годом всё больше пылало единственное желание, выраженное одним единственным словом — свобода. Девушка перелистнула страницу книги и хотела было вновь погрузиться в чтение, как её внимание привлекло колыхание шторы. За окном будто резко подул ветер, но весьма необычный и резкий. Анжелика тут же захлопнула книгу и поднялась на ноги, устремляя пронзительный взгляд карих глаз на окно. Занавески колыхнулись ещё раз, заставляя Риверу напрячься всем телом. Она застыла на месте, в упор глядя на окно. И тут произошло нежданное.  Легкая шторка одним махом пролетела по карнизу в бок и на подоконнике предстала темная фигура. Мужская фигура.  Перед ней был мужчина. Сидел прямо на её окне и смотрел четко на неё. Анжелика вскрикнула и отскочила от окна, попятившись к кровати. Чуть было не споткнулась об неё, в страхе разглядывая неизвестного мужчину. Он был в белой рубашке с широкими рукавами, натянутую под низ жилета, в обычных темных штанах и в высоких сапогах. На голове его были темные дреды и косички, а сверху ещё и красная бандана со всякими бусинками и побрякушками.  Но самые пугающие для девушки оказались висящая на поясе сабля и пистолет в кобуре. Он разбойник? Хочет убить её? — Доброй ночи, мисс, — подозрительно приветливо улыбнулся мужчина и взмахнул рукой, но тут же исправил свой словесный недочет, — ой, простите, я хотел сказать сеньорита. Не могу привыкнуть к вашим испанским диалектам. — ты кто и откуда появился здесь? — вытаращив глаза на гостя, уже не так боязливо, но изумлено проговорила Анжелика, — неужели ты пират? — не просто пират, — усмехнулся мужчина, — я капитан Джек Воробей. Но можно без бурных приветствий. Пират гордо махнул головой, но не заметил на лице девушки большего удивления. Напротив, она стала заметно спокойнее. Но во взгляде её промелькнуло ещё кое-что. Любопытство загорелось в жгучих карих глазах, необычную обворожительность которых заметил Джек, как только эти глаза прожги его испепеляющим взглядом. — и у тебя есть корабль? — с интересом спросила Анжелика, уже совершенно не боясь нового гостя. Даже не подумала о том, что этот гость был мужчиной, общение с которыми не поощрялось в женском монастыре. — еще какой, настоящая жемчужина пиратства, — Джек наконец прошел вглубь комнаты, оглядываясь по сторонам, — а ты несильно боишься пирата, милочка. — я не из пугливых, — фыркнула Ривера, но всё же отступила назад, прижимаясь вплотную к своей кровати. Хоть девушка и пыталась казаться смелой, присутствие мужчины изрядно взволновало её. Напрягало каждую клеточку организма. Особенно сжалось сердце Анжелики, когда взгляд темно-карих глаз стал очень близко, изучающе оглядывая её лицо. — а зовут тебя как? — капитан всё же разглядел беспокойство юной особы и отпрянул чуточку дальше, чтобы не напрягать ещё больше. Всё-таки девушка не была распутной дамой с пиратских портов, а порядочной воспитанницей монастыря. — Анжелика Ривера. — чудное имя, — добродушно улыбнулся Воробей, — а я тут обхожу все святые места в поисках ценного груза на мой корабль. Что скажешь, в вашей святой обители найдется что-то ценное для пирата? Анжелика несколько секунд поколебалась. Перед ней стоял незнакомец и задавал такой весьма нестандартный вопрос. Любая воспитанница монастыря уже давно бы закричала и убежала прочь, но не она. Анжелика почувствовала от этого мужчины то, о чем читала долгие годы исключительно в книгах. В этом пирате была безграничная свобода.  — есть, но только с одним условием, — наконец объявила Ривера, уверенно складывая руки на груди. От такого Джек даже сам удивился, не ожидая столь смелых высказываний от послушницы. — ставишь условие пирату? — капитан смерил оценивающим взглядом девушку, но не смог зацепиться ни за что. Она была облачена в длинное черное платье, скрывающее женскую фигуру от чужих глаз. Зато глаза самой особы были открыты. Они то и зацепили взгляд пирата. Особенно их жгучая красота и некий огонь, который только-только начинал загораться языками дьявольского пламени. А девица не так проста, как могло показаться, — ладно. Говори. — расскажи мне про море, — озвучила свое требование Анжелика. — и только? — Джек чуть не рассмеялся. Он явно ожидал более сложных и менее выполнимых желаний от девушки. Но это и к лучшему, — приготовься слушать, дорогая. Но только где моя награда? — у нас есть хранилище в северном крыле монастыря. Там есть всё, что тебе нужно. Воробей довольно хмыкнул, когда Анжелика развернулась и уверенно распахнула дверь. Капитану даже понравилась такая уверенность и бесстрашее. В этой девушке определено было что-то необычное, но пират пока не мог понять, что именно. Поэтому он молча последовал за своей спутницей, тихо проходя мимо ряда запертых дверей. Шуметь было нельзя, чтобы не разбудить других девушек. Поэтому крались эти двое совсем как воры в свою первую ночь ограбления.  — как долго ты путешествуешь по морю? — наконец спросила Анжелика, когда они вышли из жилой зоны храма и направились по пустынному коридору в северное крыло здания. — с рождения. Я родился на корабле и провел там всё детство. Конечно, отец высаживал меня на берег, по сути бросил, но я нашел новый корабль, на котором вскоре стал капитаном. Не без труда, конечно. Но теперь легендарная Черная Жемчужина бороздит моря и океаны под моим командованием. Слышала что-то про Жемчужину и её славного капитана? — разговорился Джек, даже забыв, что ещё пять минут назад не знал этой девушки. — не слышала. — в Испании ужасно расходятся слухи, — даже с некой обидой бросил пират, — но совсем скоро о Жемчужине узнают абсолютно все. Потому что это самый лучший корабль во всем мире. — почему же он лучше остальных? — расспрашивала с интересом Анжелика, идя подле капитана по пустому затемненному коридору. Все эти даже короткие рассказы уже вселяли в неё неимоверный интерес и желание узнать всё больше подробностей.  — Жемчужина это не просто корабль. Это символ свободы и непокорности. Она быстра и неуловима. Как тень несется по морю, пугая и удивляя людей всех городов и стран. На Жемчужине есть манящий запах свободы и она там безгранична. Смекаешь? — свобода.. — задумчиво прошептала Анжелика, но продолжить не успела. Перед ними оказалась запертая дверь, конец коридора. Девушка потянулась наверх и легким движением руки сняла с высокого крючка ключ. После чего вставила его в замочную скважину.  — надежная защита, ничего не скажешь, — хмыкнул Джек, поражаясь тому, как ключ от двери в хранилище могли повесить у самого входа в хранилище. Кто занимался здесь организацией надежных замков? Точно, никто. Анжелика молча распахнула дверь и открыла перед капитаном обзор на просторное помещение с высокими полками. Здесь действительно было всё. Хлеб, мясо, даже бутылки вина, что было удивительно. Джек даже присвистнул, но тут же отпрянул назад. Не собирался же он лично тащить набранный отсюда груз на своих плечах. — пожалуй, мне не отнести столько полезных вещей, да и не хочется обирать вас, — заключил пират и резко развернулся в обратном направлении. Анжелика даже опешила от такого, но быстро сориентировалась и закрыла дверь в хранилище. Только успела она закинуть ключ на законное место, как Джек уже гордо вышагивал в обратную сторону. Пришлось девушке подобрать подол платья и спешно побежать за ним следом. — хотел узнать, сколько тебе лет? — уже на ходу говорил Воробей, не сбавляя скорости.  — когда-то в этом месяце должно быть семнадцать. Или уже было. — то есть ты не знаешь семнадцать тебе или ещё шестнадцать? — непонимающе тряхнул головой Джек. — да, я попала в монастырь примерно в три месяца и никто не знает моей точной даты рождения. Так что предположительно, я родилась в апреле, — Анжелика на удивление легко рассказывала о своей жизни незнакомому человеку. Также как и он сам. Они отчего-то выдавали о себе личные подробности, даже будучи знакомыми не более чем двадцать минут. Люди пробрались по мрачному коридору и шмыгнули в приоткрытую дверь комнаты девушки. Чуть не столкнувшись в проходе с пиратом, Анжелика как пуля залетела в помещение и отпрянула подальше. Прикасаться к мужчине в жизни ей ещё не приходилось. Оттого было страшно дотронуться до чего-то неизведанного. Юной Энджи не приходилось даже общаться с мужчинами, видела она их только через окно, идущими по городской улице. И вот, такой гость залез к ней ночью прямо в окно, теперь и стоит ужасно близко. Вернее, на расстоянии двух метров. Но для Анжелики это уже было чем-то немыслимым. — так ты всю жизнь прожила в монастыре? И не видела мира? — видя реакцию Риверы, Джек почему-то старался вести себя более осторожно, но в то же время хотелось прикоснуться к этой девушке. Такой загадочной и закрытой, но с таким ярким пламенем в глазах. Ещё ни у одной женщины Воробей не замечал этого огня. Что это за огонь? Неужели жажда свободы? — Вообще? — в тишине комнаты хитрó прошептал пират и прищурился, ожидая ответ. Девушка его интриговала всё больше. — вообще не видела, — отрицательно помотала головой Анжелика. Так и не решилась сделать шаг вперед, потому продолжала издалека смотреть на капитана, что стоял, деловито уперев руки в бока. От него сочилась уверенность, беспечная буйность и своеволие характера. Это разжигало непомерный огонь интереса в груди девушки, — Только задний двор и вид из окна. Но я видела, как кипит жизнь за забором. — да ты многое упускаешь, принцесса. Была бы ты на свободе, показал бы тебе такое, чего тебе и не снилось, — хмыкнул Джек и развернулся. Он направился к открытому окну, собираясь ретироваться из храма с целью больше никогда сюда не вернуться. Но женский голос остановил пирата уже на пути к свободе, когда он перекидывал одну ногу через подоконник. — так покажи, — на удивление требовательно произнесла девушка. Но заметив, что Воробей собирается перекинуть и вторую ногу через окно, она прикрикнула, тут же осекаясь от столь громкого звука в тишине помещения, — Джек! Пират остановился. В голове тут же замелькали мысли насчет всей этой ситуации. На кой чёрт ему открывать глаза на мир какой-то девушке? Джек повернулся обратно к Анжелике, что сделала несколько неуверенных шагов вперед, и расстояние между ними осталось около метра. Он заглянул в янтарные глаза, в которых отблесками горело пламя от свечи. Но казалось, что горит взгляд этой девушки. Искры решительной, но такой безрассудной отваги. Это не просто девичий взгляд. В нем было что-то особенное, что-то буйное и неукротимое. — а ты действительно этого хочешь? — тихо произнес Джек, разглядывая выражение лица Риверы. Большее он увидеть и не мог. — очень хочу, — твердость в голосе и уверенность в ответе удивили даже саму Энджи.  Девушка затаила дыхание, когда по её лицу бегал внимательный взгляд таких выразительных темных глаз. В сумраке они казались черными как ночь, как бесконечный мрак и бездонная пропасть. Но отчего-то эта темнота казалась завлекающей и такой таинственной. — что ж.. тогда жди, — улыбнулся капитан Воробей и одним махом перекинул обе ноги через подоконник. Напоследок бросил, — Я вернусь и тогда покажу тебе этот бренный мир. Не успела Анжелика опомниться, как пират уже покинул её комнату. Только тогда девушка подбежала к окну и выглянула на улицу. Внизу увидела спрыгнувшего со второго этажа Джека. — а когда ты вернешься? — постаралась громко произнести Энджи, но побоялась разбудить кого-то. Поэтому оклик вышел тихим, да и пират даже не обернулся. Её вопрос остался без ответа.  Девушка облокотилась на оконную раму и стала молча провожать удаляющуюся фигуру мужчины. Он уходил. От этого Анжелике стало неимоверно грустно. Этот капитан Воробей появился так неожиданно, но такое влияние оказал на девичье сердце, что прямо сейчас быстро забилось в груди. Энджи почувствовала от пирата чарующую свободу и непокорный жар, что жгучими искрами продолжал пылать в груди Риверы. В её сердце проложился неизгладимый след, её заветное желание — побывать там, на свободе. За стенами монастыря и высоким каменным забором. Но вернется ли Джек Воробей или он ушел навсегда? Этот вопрос никак не давал покоя Анжелике, пока она зачарованно смотрела на темную улицу, где уже давно никого не было.