Вернутся к фанфику
Глава 3
2 февраля 2026, 16:49Прежде чем снова занять своё место за столом, Агнес на секунду задержалась рядом, словно что-то ещё обдумывая. Затем она обернулась к Скотту и, чуть склонив голову набок, сказала почти между делом — легко, без нажима:
— И давай на будущее… если вдруг что-то понадобится, — она сделала короткую паузу и улыбнулась уголками губ, — обращайся ко мне на «ты». Я всё-таки не постоянный учитель. И уж точно не взрослая.
Улыбка получилась тёплой, почти домашней — из тех, что не давят авторитетом, а располагают, будто приглашая к доверию.
Она села за стол, аккуратно придвинула к себе книгу и снова открыла её, возвращаясь в строчки, словно ничего особенного только что не произошло.
Скотт проводил её взглядом.
На его губах сама собой появилась улыбка — тихая, чуть смущённая. Пробормотал почти себе под нос, так, чтобы это прозвучало скорее как мысль, чем возражение:
— Но всё равно… учитель.
Агнес замерла.
Медленно, очень медленно она подняла на него взгляд поверх очков. Он был пристальный, внимательный и вдруг куда более серьёзный, чем мгновение назад. Не строгий — скорее проверяющий.
Скотт поймал этот взгляд… и тут же понял.
— Ладно, ладно, — поспешно сказал он и рассмеялся, поднимая руки в примирительном жесте. — Я понял. Без формальностей.
Агнес тихо усмехнулась и снова опустила взгляд в книгу.
Скотт сел за тот же стол, но напротив неё, оставляя между ними лишь гладкую деревянную поверхность, отполированную годами прикосновений. Он снял рюкзак, аккуратно поставил его рядом и достал тетради. Немного поколебавшись, первым делом открыл математику — словно прекрасно знал, что если не разобраться с ней, всё остальное пойдёт под откос.
Агнес снова погрузилась в чтение, но сосредоточиться получалось не сразу.
***
Время от времени её взгляд сам собой поднимался от страниц. Она наблюдала за Скоттом украдкой — как он подпирает голову ладонью, как хмурит брови, вчитываясь в строки, как иногда закрывает глаза и устало проводит рукой по лицу, будто пытаясь стереть усталость. Он явно старался. И это бросалось в глаза. Очередной тяжёлый вздох Скотта нарушил тишину зала — негромко, но отчётливо. Агнес отложила книгу, сняла очки и положила их рядом. — Скотт… — тихо произнесла она, понизив голос, потому что людей в библиотеке стало больше. — Тебе помочь? Он растерянно поднял голову, словно его застали врасплох, и тут же махнул рукой. — Нет, всё нормально, — ответил он, поджав губы. — Я разберусь. Слова прозвучали упрямо, но неуверенность в голосе выдавала его с головой. Агнес едва заметно вздохнула. Она поднялась со своего места, обошла стол и остановилась рядом со Скоттом. Опершись ладонями о столешницу, она наклонилась чуть ближе, так, чтобы видеть строчки в его тетради, и указала пальцем на нужный параграф. — Смотри, — начала она спокойно, ровным, уверенным тоном. — Это показательная функция. Она говорила негромко, почти шёпотом, но каждое слово было отчётливым. — Если совсем просто, — продолжила Агнес, — это зависимость, где число возводится в переменную степень. Она часто описывает процессы, которые либо очень быстро растут… либо так же быстро затухают. Она повернула голову к Скотту, проверяя, понимает ли он. Он кивнул, не отрывая от неё взгляда. Агнес взяла его карандаш — легко, будто это было самым естественным жестом — и, опершись локтями о стол, начала чертить в тетради. Линия ложилась уверенно и ровно. Через несколько секунд на странице появился аккуратный график, сопровождаемый формулой и короткими пометками. — Вот здесь рост, — пояснила она, — а здесь спад. Когда Агнес дописала последнюю цифру, она повернула голову. И в этот момент они оказались слишком близко. Настолько, что Агнес почувствовала тёплый воздух его дыхания — спокойного, ровного. Скотт же не сразу осознал расстояние между ними. Его взгляд медленно скользнул по её лицу: от губ к скулам, выше — к глазам. В этих тёмных глазах было внимание, сосредоточенность… и что-то ещё, чему он сам не успел дать имя. Агнес опомнилась первой. Она выпрямилась, отступив на шаг. Скотт едва заметно дёрнулся, словно только сейчас понял, насколько близко они стояли. — Теперь понял? — тихо спросила она, чуть прочистив горло, чтобы голос не выдал лишнего. Скотт улыбнулся — мягко, искренне — и кивнул. — Да, — сказал он. — Спасибо. Так действительно намного легче, чем в учебнике. Он опустил взгляд в тетрадь, но на губах всё ещё оставалась эта улыбка — тёплая, благодарная.***
Время растворилось почти незаметно. Минуты перетекали одна в другую, и ни Агнес, ни Скотт не смогли бы сказать, в какой именно момент математика осталась позади, а на смену ей пришла химия и физика — её предмет, её территория, её уверенность. Теперь Агнес сидела на стуле рядом со Скоттом, развернувшись к нему вполоборота. Между ними не было прежней дистанции — ни формальной, ни неловкой. Только стол, тетради и тихий, тёплый свет настольной лампы, который ложился на страницы мягкими пятнами. — Представь, что это не формула, — говорила она спокойно, делая пометки в его тетради, — а история. У каждой величины есть причина и следствие. Она приводила примеры — простые, почти бытовые: движение машины, падение мяча, тепло от ладоней. Говорила уверенно, без спешки, словно физика была для неё не набором сложных терминов, а языком, на котором она умела говорить с миром. Скотт слушал, подперев подбородок ладонью. Иногда он переспрашивал, иногда удивлённо вскидывал брови, будто не веря, что всё это — те самые темы, которые раньше казались ему непроходимыми. — Подожди… — он наклонился ближе к тетради. — То есть если изменить вот это значение, то всё остальное тоже поедет? — Именно, — кивнула Агнес и улыбнулась. — Физика вообще не любит, когда что-то делают наполовину. Скотт усмехнулся. — Похоже на жизнь, — пробормотал он. Она бросила на него быстрый взгляд, но ничего не сказала — лишь мягко улыбнулась и продолжила объяснение. Скрип половиц внезапно прорезал тишину. Они одновременно подняли головы. В зал вошла Маргарет — медленно, почти бесшумно, словно сама была частью этого места. Очки сидели низко на переносице, в руках она держала связку ключей. — Агнес, — сказала она негромко, но так, что слова разнеслись по залу. — Если ты планируешь задержаться в библиотеке, закрой её, пожалуйста. Агнес тут же выпрямилась. — Мы уже заканчиваем, — ответила она спокойно. — Так что можете закрывать вовремя. Маргарет прищурилась, скользнула взглядом по Скотту, затем снова на Агнес, что-то пробурчала себе под нос — не то одобрение, не то привычное ворчание — и, развернувшись, ушла обратно, оставив после себя едва уловимый запах старых духов. Агнес выдохнула и машинально потянулась к телефону. Экран загорелся. Время заставило её приподнять брови. — Ничего себе… — тихо сказала она. — Мы и правда засиделись. Скотт тоже увидел цифры — и словно очнулся. Он резко вскочил, едва не задев стул. — Чёрт, — выдохнул он. — Мне надо бежать. Он торопливо начал складывать тетради, запихивая их в рюкзак уже не так аккуратно, как раньше. Движения стали быстрыми, чуть нервными — будто он внезапно вспомнил обо всём, что ждало его за пределами этих стен. Агнес поднялась следом, собирая учебники в аккуратную стопку, возвращая их на стол. — Ты меня прости, — усмехнулась она, качнув головой. — Загнала тебя в унылую учёбу после школы. Скотт застегнул рюкзак, накинул его на плечо и посмотрел на неё. Улыбка на его лице была искренней. Тёплой. — Нет, — сказал он. — Мне понравилось. За пару часов ты объяснила мне несколько тем по трём предметам. Это… впечатляет. Он чуть помедлил, словно хотел сказать что-то ещё, но вместо этого просто кивнул. — Спасибо, Агнес. И, развернувшись, почти выбежал из зала — шаги быстро стихли между стеллажами, а затем и вовсе растворились где-то за дверями библиотеки. Агнес осталась стоять среди книг. Тишина вернулась — но теперь она ощущалась иначе. Не пустой. Не привычной. В ней будто осталось эхо голосов, движение, тепло чужого присутствия. Она медленно выдохнула и огляделась. Старые полки, мягкий свет, запах бумаги и пыли.***
Две недели пролетели почти незаметно. Они не оставили после себя чётких границ — скорее, растворились в череде дней, в утренних дорогах, звонках, запахе школьных коридоров и приглушённом свете библиотечных ламп. Агнес поймала себя на мысли, что больше не считает дни — она просто жила ими. За это время она успела куда больше, чем ожидала от себя самой. Бейкон Хиллс постепенно раскрывался — не сразу, неохотно, но шаг за шагом. Она изучила город не по карте, а по ощущениям: улицы, где хотелось идти медленно, вдыхая запах свежего кофе из маленьких кафешек; переулки, где по вечерам было слишком тихо, и шаг невольно ускорялся; места, в которых почему-то всегда тянуло задержаться — посидеть, подумать, просто посмотреть по сторонам. Город переставал быть чужим. Школа тоже менялась — или, скорее, менялось её восприятие. Имена учеников больше не путались в голове, голоса начинали ассоциироваться с лицами, привычки — с характерами. Агнес уже знала, кто действительно старается, а кто лишь создаёт видимость; кто боится ошибиться, а кто прячется за шутками. Даже это стало для неё понятным — и по-своему важным. Работа в библиотеке оказалась совсем не такой однообразной, как ей представлялось вначале. Особенно потому, что одиночество там почти каждый день разбавлял Скотт МакКол. Он приходил регулярно — иногда сразу после занятий, иногда ближе к вечеру. Всегда с рюкзаком, всегда с чуть неловкой улыбкой и неизменным предлогом «подтянуть знания». Агнес помогала ему сразу по нескольким предметам, и порой ловила себя на том, что ждёт этих часов так же, как он. Иногда они застревали на сложных темах. Иногда Агнес сама не сразу находила ответ — и тогда они сидели рядом, листая книги, сравнивая формулы, споря и смеясь над тем, как один и тот же материал может быть подан совершенно по-разному. Скотт оказался умным. И, что куда важнее, — интересным. С ним было легко говорить. Не только об учёбе, но и о жизни: о планах, о сомнениях, о страхах, которые он не произносил вслух напрямую, но которые угадывались между строк. Он умел слушать — внимательно, не перебивая, будто каждое слово имело для него значение.***
— Агнес. Её будто выдернули из мыслей. Она вздрогнула, резко подняв голову. Перед столом стоял Скотт. — Извини, — тут же сказал он, заметив её реакцию. — Я не хотел напугать. Она медленно выдохнула и мягко улыбнулась, возвращаясь в реальность. — Ничего страшного, — сказала она. Класс тем временем постепенно наполнялся: стулья скрипели, кто-то смеялся, кто-то лениво доставал тетради. Шум нарастал, но пока ещё не был раздражающим — скорее привычным фоном. — Ну что, — произнесла Агнес, надевая очки и открывая записную книжку. — Готов к тесту? Скотт на секунду посмотрел в окно. Серое небо нависало над школьным двором, и казалось, что даже свет сегодня был каким-то приглушённым. — Надеюсь, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Те книги, которые ты мне дала… они правда помогли. В его голосе скользнула неуверенность, и Агнес уловила её мгновенно. — Значит, всё будет хорошо, — спокойно сказала она. В этот момент на плечо Скотта резко опустилась чья-то рука. — Привет, Агнес, — раздался бодрый голос Стайлза. Он, как всегда, выглядел так, будто весь мир для него — один большой повод для комментариев. И к ней он относился скорее как к ровеснице, чем как к учителю — без тени смущения или почтения. Почему-то это её забавляло. — Привет, Стайлз, — отозвалась она. — К тесту готов? — спросила Агнес, переводя на него взгляд. Стайлз задумчиво почесал затылок. — Если честно… даже не знаю, — протянул он. — Смотря какие темы будут. Он прищурился, явно собираясь сказать что-то ещё. — А вообще… — начал он и наклонился чуть ближе. — У меня есть вопрос. Такой… философский. Агнес слегка приспустила очки и посмотрела на него внимательно. Скотт напрягся почти мгновенно, бросив на друга предупреждающий взгляд. — Вы верите в чудовищ, которые выходят ночью в полную луну? Скотт округлил глаза. Слишком громко. Слишком прямо. И слишком здесь. Агнес усмехнулась — легко, без тени тревоги. — Стайлз, — сказала она с притворной улыбкой, — ты, кажется, перечитал комиксы. Он уже собирался ответить, но Скотт резко схватил его за ворот куртки и почти силой потащил к задним партам. — Ты совсем идиот? — прошипел он сквозь зубы. Агнес лишь улыбнулась и направилась к доске. Мел тихо заскользил по поверхности, выводя дату и время, отведённое на тест. — Нет, ну а что? — пожал плечами Стайлз, усаживаясь. — Мне правда стало интересно. Вдруг она что-то знает. Скотт нахмурился. — Не все в этом городе должны знать о сверхъестественном, — тихо, но жёстко сказал он. Стайлз внимательно посмотрел на друга, прищурившись. — Скотт, чего ты так взъелся? Ответа не последовало. Скотт просто отвернулся и уселся за свою парту, уставившись в стол. Урок начался. Агнес стала раздавать листы с тестовыми вопросами, двигаясь между рядами. Подойдя к Скотту, она протянула ему лист. Он поднял взгляд и улыбнулся — коротко, тепло, почти благодарно. Агнес кивнула и пошла дальше, к первой парте, где сидела Лидия. Стайлз проследил за ней взглядом. А затем — за взглядом Скотта. Слишком пристальным. Слишком долгим. И направленным совсем не туда, куда следовало бы во время урока, чуть ниже копчика. Он ткнул Скотта ручкой. — Чего тебе? — прошептал тот, не отрывая взгляда. — Ты что, запал на училку? — так же тихо, но с явным интересом спросил Стайлз. Скотт посмотрел на него так, будто тот только что предложил что-то абсурдное. — Ты че несёшь, Стайлз? Но тот не отступал. — Скотт, я же вижу. Мы с тобой с первого класса вместе, не разлей вода. И такой взгляд я уже видел. Он осёкся. — Когда? — почти прорычал Скотт. Стайлз провёл языком по десне, понизив голос ещё сильнее. — Когда ты запал на Эллисон. Помнишь? Имя ударило неожиданно. Скотт отвернулся. В груди что-то болезненно сжалось — быстро, остро. Первая любовь. Та, которую невозможно вычеркнуть, даже если очень стараешься. Прошло четыре месяца с их последней встречи, а она всё ещё не вернулась из Парижа. Они расстались мирно. Но это не значило — без боли. Скотт вертел ручку в пальцах, глядя в лист теста. Из-за нахлынувших воспоминаний ответы и решения никак не хотели складываться в голове.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!