Вернутся к фанфику
Глава 4
2 февраля 2026, 16:49Скотт и Стайлз зашли в мужскую раздевалку почти одновременно.
Их тут же накрыл знакомый, въевшийся в стены запах — резкий дезодорант, холодный металл шкафчиков, влажная ткань формы, ещё хранившая тепло тел после прошлой тренировки. Воздух гудел от голосов: кто-то громко смеялся, кто-то спорил о тактике, кто-то уже переодевался, хлопая дверцами шкафчиков так, будто хотел выплеснуть в этот звук весь накопившийся за день адреналин.
Но для них двоих этот шум будто ушёл на второй план.
Стайлз молчал.
Не отпускал тему — нет. Он просто наблюдал. Слишком внимательно, слишком цепко, как делает это только он, когда что-то по-настоящему тревожит. Его взгляд то и дело скользил по Скотту, задерживаясь на напряжённых плечах, на сжатой челюсти, на том, как он слишком резко двигается, будто каждое движение даётся через усилие.
Стайлз открыл свой шкафчик, закинул спортивную сумку на скамью и какое-то время просто стоял, уперевшись в металл ладонями. Потом, не поворачиваясь, наконец заговорил:
— Я просто волнуюсь.
Слова прозвучали тише, чем обычно. Без сарказма. Без шутки.
Скотт замер всего на секунду.
А потом с силой хлопнул дверцей своего шкафчика.
Резкий металлический звук разнёсся по раздевалке, выбиваясь из общего шума. Несколько игроков обернулись, бросив на них быстрые, оценивающие взгляды.
— Я просто не понимаю, зачем ты упомянул Эллисон! — выпалил Скотт, не сдержавшись. — Из-за тебя я не написал работу. Из-за тебя я снова вспомнил о ней!
Голос сорвался — почти на крик.
Он тут же осёкся, осознав, насколько громко это прозвучало. Скотт стиснул челюсть и отвёл взгляд, делая вид, будто что-то ищет в шкафчике.
Стайлз поджал губы.
Он явно не ожидал такой реакции. Ни резкости. Ни этой боли, прорвавшейся наружу.
— Я просто… — начал он уже тише, осторожнее. — Сейчас в городе появилась стая альф. Происходят ритуальные убийства девственников. Это то, что реально опасно. Это то, что меня волнует. И я не хочу, чтобы ты… — он сделал паузу, подбирая слова, — …забылся в своих чувствах.
Скотт резко повернулся к нему, собираясь ответить — возразить, вспылить, сказать, что Стайлз ничего не понимает.
Но не успел.
— Чего вы так орёте? — раздался знакомый голос.
Айзек подошёл ближе, с любопытством переводя взгляд с одного на другого. Его выражение лица было почти насмешливым, но глаза — внимательными.
— Скотт запал на училку по физике, — тут же выдал Стайлз, будто это была самая очевидная вещь на свете. — Вот я и пытаюсь ему объяснить, что это плохая идея.
Скотт уставился на него с приоткрытым ртом.
— Ты… что?!
Но Айзек уже усмехнулся, явно находя ситуацию забавной.
— Нет, ну… — протянул он. — Тут я со Скоттом согласен. Ты хоть видел её—
— Заткнись! — одновременно рявкнули Скотт и Стайлз.
Айзек тут же поднял руки и сделал шаг назад.
— Всё-всё, — примирительно сказал он, ухмыляясь. — Молчу.
Он демонстративно провёл пальцами по губам, будто застёгивая их на молнию, и отошёл к своему шкафчику.
Стайлз снова посмотрел на Скотта.
Теперь — серьёзно. Без тени иронии.
— Это правда не нормально, — сказал он. — Она наша учительница. И, скорее всего, скоро уедет, как только найдут постоянную замену.
Скотт тяжело выдохнул, проводя рукой по лицу.
— Стайлз… — начал он устало. — Ей девятнадцать. Она всего на год старше меня.
Он помолчал, будто сам прислушивался к своим словам, а затем добавил уже спокойнее:
— Давай просто переодеваться и пойдём на поле. Нам нужно размяться перед тренировкой.
Стайлз ничего не ответил.
Но задумался.
А Скотт, стягивая с себя рубашку и начиная переодеваться, невольно погрузился в мысли.
Он и правда слишком давно не чувствовал внимания со стороны девушек. После Эллисон — словно пустота. Тишина. Как будто что-то важное из него вырвали, и на этом месте осталось лишь эхо.
И только сейчас он заметил, как часто его взгляд задерживается на Агнес.
Она была красивой — не броско, не вызывающе. Амбициозной. Умной. Спокойной. В ней не было хаоса, к которому он привык.
И что пугало больше всего — рядом с ней он чувствовал себя… обычным.
Не оборотнем.
Не спасителем.
Просто Скоттом МакКолом.
С этими мыслями он натянул форму, захлопнул шкафчик и направился к выходу — в сторону поля, даже не подозревая, что это чувство не исчезнет.
***
Спустя пару дней третьим уроком у класса Скотта снова стояла физика. Формально — урок. Фактически же всё выглядело иначе. Агнес сидела за своим столом, слегка повернувшись к окну, и смотрела куда-то за пределы школьного двора, будто сам класс в этот момент перестал для неё существовать. Серое небо нависало низко, тяжело, облака ползли медленно и лениво, словно и сами не понимали, куда им двигаться дальше. Ветви деревьев за окном едва заметно раскачивались, и в этом монотонном движении было что-то убаюкивающее… и одновременно давящее. В классе царила привычная, разрозненная тишина. Кто-то скрипел ручкой, выводя формулы в тетради. Кто-то лениво перелистывал страницы. Кто-то, опустив голову, уткнулся в телефон, прикрывая экран ладонью. А кто-то просто смотрел в пустоту, считая секунды до звонка. Сегодня Агнес не хотела нагружать ни их, ни себя. Настроение было странным. Вернее — его не было вовсе. Мысли путались, словно нитки в узле, внимание ускользало, и даже очки она сняла, отложив их рядом с записной книжкой. Впервые за всё время она позволила себе просто… сидеть. Именно в этот момент её взгляд зацепился за движение. Скотт. Он наклонился к своей сумке и начал доставать оттуда какие-то металлические детали. Делал он это нарочито спокойно, но слишком сосредоточенно — так, как делают те, кто пытается выглядеть естественно, скрывая напряжение. Его пальцы ловко перебирали предметы: гайка, шестерёнка, маленькая пружина. Его взгляд был направлен прямо на близнецов — Итана и Эйдана, сидевших через несколько парт от него. Те сначала непонимающе смотрели в ответ, но чем дольше Скотт крутил деталь в пальцах, тем заметнее становилось напряжение в их позах. — Ого… — тихо произнёс Скотт, словно сам себе, покрутив шестерёнку. — А вот это я даже не представляю, для чего. Один из близнецов — Агнес всё ещё не научилась различать их — на секунду оскалился. Всего на секунду. Но этого хватило. Он резко вскочил из-за парты, стул с противным скрипом отъехал назад, и уже в следующий миг парень вылетел из кабинета, хлопнув дверью так, что стекло в ней едва заметно дрогнуло. Агнес нахмурилась. Резко выпрямившись, она перевела взгляд со Скотта на второго близнеца. Тот сидел напряжённо, сжав челюсть, и смотрел на дверь, за которой исчез его брат, так, будто хотел рвануть следом. — Что происходит? — спросила Агнес, и её голос прозвучал спокойнее, чем она себя чувствовала. Скотт поднял на неё взгляд. — Ничего, — слишком быстро ответил он. — Всё в норме. Слишком поспешно. Слишком уверенно. Агнес уже собиралась сказать что-то ещё, когда по коридору школы прокатился звук, от которого у неё неприятно сжалось внутри. Громкий. Резкий. Совершенно неуместный. Рёв мотоцикла. Она резко обернулась и тут же встала из-за стола. — Сидите здесь, — бросила она классу, но сама уже шла к двери. Стоило ей выйти в коридор, как ученики, один за другим, начали тянуться следом — поддавшись любопытству, напряжению, ощущению, что происходит что-то выходящее за рамки обычного школьного дня. Все. Кроме Скотта. Он знал, что увидит. Он вышел чуть позже и остановился рядом с Агнес. По коридору к ним шёл Айзек, выглядя одновременно раздражённым и настороженным. А за его спиной — прямо внутри здания школы — на мотоцикле сидел Итан. Двигатель всё ещё урчал. Агнес смотрела на эту картину с холодной, почти ледяной строгостью. — Это что ещё за выходка? — произнесла она. Пусть она и была молодой. Слишком молодой — как считали многие. Но в этот момент в её голосе не осталось ни мягкости, ни сомнений. Только ответственность. И чёткое понимание, что она не позволит превратить свой класс в цирк. Итан перевёл взгляд с неё на учеников, столпившихся в коридоре. Айзек и Скотт едва заметно усмехнулись — не от веселья, а от абсурдности ситуации. — Итан, — чётко сказала Агнес. — Живо к директору. Она сделала паузу, давая словам осесть. — А после уроков — на наказание. Не дожидаясь реакции, она резко развернулась и, цокая каблуками по плитке, ушла обратно в кабинет. Настроение стало ещё хуже. Скотт проводил её взглядом. — Что с ней? — тихо спросил Айзек, наклонившись ближе. Он чувствовал это. Волчьим нутром. Тяжёлое, тянущееся состояние, будто воздух вокруг стал плотнее, сдавливал грудь. Скотт лишь пожал плечами, нахмурившись. Класс вернулся в кабинет. Агнес уже сидела за своим столом, протирая очки. Движения были механическими, резкими, будто она делала это не в первый раз и не задумываясь. Ученики рассаживались по местам, перешёптывались, но быстро затихли. — Но Итан не виноват, — вдруг раздался голос. Это был оставшийся близнец. Теперь он сидел один. — Это всё… — он не договорил и повернулся к Скотту. — Эйдан, — резко сказала Агнес. — Хочешь тоже на наказание? Он замолчал. — Если нет — замолчи и сиди, — продолжила она. — Иначе сейчас выдам тест всему классу. Это был первый раз, когда она повысила голос. Кто-то удивлённо поднял брови. Кто-то равнодушно пожал плечами. В этой школе видели и не таких учителей. Скотт нахмурился ещё сильнее. Он чувствовал то же, что и Айзек: от Агнес исходило тяжёлое, глухое настроение, словно внутри неё что-то надломилось. И, зная, что сегодня вечером они должны встретиться в библиотеке, он решил оставить все вопросы на потом. Но было ещё кое-что. Скотт чувствовал злость. Она исходила от Эйдана — плотная, горячая, неестественная. Злость, которая не принадлежала обычному подростку.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!