Вернутся к фанфику

Часть 9

31 января 2026, 14:39
— Садись, — вдруг сказал Сонхён, отпуская затылок Конхо и кивая на заднее сиденье своего байка. — Что? После того, что я видел? Ты думаешь, я сяду на этот гроб на колесах? — Конхо вскинул брови. — Я поеду медленно. Обещаю. Просто мне нужно уехать отсюда. С тобой.— Сонхён на мгновение отвел взгляд, и в этом жесте промелькнула несвойственная ему уязвимость. Конхо посмотрел на байк, потом на Сонхёна. Он знал, что это решение — сесть за его спину прямо сейчас — будет означать  окончательное падение.  Сонхён завел мотор, но на этот раз звук был приглушенным, ровным, без того агрессивного рычания, которое пугало всех на старте. Он дождался, пока Конхо застегнет шлем и неуверенно усядется сзади. — Держись крепче, — бросил Сонхён. Конхо помедлил секунду, а затем осторожно обхватил его за талию. Как только байк тронулся, он прижался всем телом к широкой спине Сонхёна, пряча лицо в изгибе его плеча.  Ощущение было странным: всего десять минут назад этот человек едва не разбился на его глазах, а сейчас он был единственным, в ком Конхо искал спасения от собственного шока. Они ехали по ночному шоссе, мимо редких фонарей и спящих кварталов. Сонхён действительно держал слово — он ехал непривычно спокойно, будто оберегая драгоценный груз за спиной. Ветер обдувал их, выветривая запах жженой резины и оставляя только ночную прохладу. Когда они остановились у старого гаража, Сонхён не спешил слезать. Он заглушил двигатель, и в наступившей тишине было слышно только, как остывает металл. Конхо медленно отстранился, снял шлем и замер, глядя в затылок старшего. — Значит, всё это... из-за того, что я просто разговаривал с ней? — тихо спросил Конхо. Его голос в тишине прозвучал удивительно чисто. — Ты рискнул жизнью, потому что приревновал? Сонхён медленно повернулся в пол-оборота, стягивая перчатки. Его лицо в слабом свете уличного фонаря казалось высеченным из камня, но в глазах больше не было той пугающей тьмы. — Я не умею по-другому, Конхо, — ответил он, пристально глядя на него. — У меня внутри всё горит, когда я вижу, как ты на кого-то смотришь так же, как смотрел на меня в ту ночь. Чикита она знает о байках всё. Она говорит на моем языке. И видеть её рядом с тобой было невыносимо. Сонхён слез с байка и подошел вплотную, загоняя Конхо в ловушку между собой и сиденьем мотоцикла. — Я не хотел «расчета».  Конхо почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Он понимал, что Сонхён — это хаос, это опасность, это вечный риск. Но в то же время, глядя на его тяжело вздымающуюся грудь, он осознал: никто и никогда не ставил на кон всё ради него одного. — Ты идиот, Сонхён-и, — прошептал Конхо, и на этот раз он сам сократил расстояние, притягивая Сонхёна за ворот куртки к себе. — Но, кажется, я такой же сумасшедший, раз до сих пор не ушел. Сонхён замер, и на мгновение показалось, что даже его сердце перестало биться. Он ожидал чего угодно: новой вспышки гнева, холодной отповеди или даже пощечины за тот риск на трассе. Но это мягкое, почти интимное «Сонхён-и», сорвавшееся с губ Конхо… Его пальцы на секунду ослабли. Сонхён опешил, его обычно непроницаемое лицо на мгновение стало абсолютно беззащитным. В этом суффиксе «-и» было столько тепла и какой-то домашней, запретной близости, что вся броня Сонхёна — его кожанка, его байк, его репутация крутого парня — просто рассыпалась в прах. — Как ты меня назвал? — хрипло переспросил он, не сводя глаз с губ Конхо. Конхо, заметив его замешательство, не отвел взгляд. Напротив, он чуть сильнее потянул Сонхёна за воротник, заставляя того наклониться еще ниже. Его щеки всё еще горели после ночного холода и пережитого ужаса, но в глазах теперь светилась мягкая насмешка. — А что, «сонбэ» звучит слишком официально после того, как ты едва не убился у меня на глазах? — прошептал Конхо, и его дыхание коснулось губ Сонхёна. — Сонхён-и... Ты же именно этого добивался? Чтобы я перестал быть просто «правильным мальчиком» с юрфака? Сонхён коротко, рвано выдохнул, приходя в себя. Оцепенение сменилось новой волной жара. — Ты хоть понимаешь, что после такого обращения я тебя из этого гаража до утра не выпущу? — Его рука снова скользнула к затылку Конхо, но на этот раз бережно, почти благоговейно.  — Я похож на человека, который собирается уходить? — ответил Конхо вопросом на вопрос. Сонхён больше не мог и не хотел сомневаться. Он накрыл губы Конхо поцелуем — на этот раз в нем не было той яростной борьбы, что под лестницей в университете. Теперь это было признание. Это был вкус победы, облегчения и тихой ночной прохлады. Конхо ответил сразу, подаваясь вперед, вплавляясь в Сонхёна всем телом. Теперь, когда между ними не стояли стены университета, всё стало предельно ясно. Сонхён подхватил его под бедра, усаживая на бак мотоцикла, и Конхо послушно обхватил его ногами, не разрывая поцелуя. В тишине гаражного кооператива слышался только шорох одежды и их сбившееся, наконец-то общее дыхание. Парень прижал его к себе так крепко, словно пытался убедиться, что Конхо — не плод его воображения, разогретого адреналином и ночным холодом. Металл бензобака под Конхо был ещё ощутимо тёплым после гонки, и это тепло просачивалось сквозь одежду, смешиваясь с жаром их тел. Поцелуй из нежного быстро превратился в глубокий и тягучий. Конхо, который всегда старался держать всё под контролем, сейчас полностью доверился рукам Сонхёна. Он запустил ладони под куртку старшего, чувствуя, как под тонкой тканью перекатываются мышцы и как бешено колотится его сердце. Сонхён отстранился буквально на дюйм, тяжело дыша прямо в губы Конхо. Его лоб упёрся в лоб младшего. — Ты даже не представляешь, как бесило меня это твоё «сонбэ». Словно между нами бесконечные километры трассы. Конхо тихо хмыкнул, притягивая его за затылок обратно. Его пальцы мягко массировали кожу головы Сонхёна, успокаивая ту самую пульсирующую боль от шлема. — Значит, стоило чуть не разбиться, чтобы услышать правду? — прошептал Конхо, прикусив нижнюю губу Сонхёна. — Больше так не делай. Никогда.  Сонхён прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. Он медленно провел носом по щеке Конхо, вдыхая его запах — чистый, едва уловимый аромат парфюма и чего-то сладкого, что так контрастировало с его собственным техническим миром. Он словно смакуя каждое мгновение, скользнул губами от щеки к самому уху Конхо, обжигая его горячим дыханием. Парень чувствовал, как младший вздрогнул в его руках, и это мимолетное проявление слабости Конхо подействовало на Сонхёна сильнее, чем любой допинг. Он снова нашел губы Конхо, но на этот раз поцелуй был иным. В нем не осталось ни капли той яростной борьбы за лидерство, что была раньше. Сонхён целовал его так, будто пытался присвоить себе каждую мысль, каждый вздох этого мальчика.  Его язык настойчиво и властно требовал ответа, и Конхо давал его, полностью раскрываясь навстречу. Ладони Сонхёна переместились с бедер Конхо на его спину, плотно прижимая парня к себе, стараясь уничтожить даже малейший намек на пространство между ними. Конхо же, окончательно потеряв опору в реальности, закинул голову назад, подставляя шею, и Сонхён тут же воспользовался этим, переходя к нежной, но требовательной ласке чувствительной кожи. — Ты с ума меня сводишь, — пробормотал Сонхён в изгиб его шеи, чувствуя под губами лихорадочный пульс. Конхо в ответ лишь крепче зарылся пальцами в его волосы, судорожно выдохнув. Его тело, обычно такое собранное и дисциплинированное, теперь казалось податливым воском в руках Сонхёна. Каждый поцелуй, каждое прикосновение шершавых ладоней старшего заставляло его забывать о всем. Сонхён снова поднялся к его губам, накрывая их в медленном, почти изнуряющем поцелуе. Он словно пробовал Конхо на вкус, запоминая эту странную смесь чистоты и того порочного азарта, который он сам в нем пробудил. В тишине гаража этот поцелуй казался бесконечным — в нем была и горечь недавнего страха смерти, и сладкий триумф обладания.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!