Глава 8

На следующий день я собирался официально представить Люка своему корпусу адъютантов и ввести его в график вахт в качестве дежурного адъютанта, чтобы он привыкал к службе и входил в курс дел. А заодно чтобы не болтался неприкаянным по кораблю в перерывах между нашими занятиями. Но великая Сила распорядилась иначе. Утро началось с доклада о мятеже и захвате одного из ИЗР повстанцами, скрывавшимися в экипаже под видом имперских офицеров. Я внимательно изучал предоставленные мне службой безопасности документы: личные дела взбунтовавшихся офицеров, доклад разведки о событиях на борту ИЗР. А затем… - Милорд, есть ещё кое-что. Незадолго до убытия Дарклайтера на «Ренд Эклиптик», он встретился на Корусанте с одним из офицеров, находящихся сейчас здесь, на борту «Исполнителя». Мне на стол легло голофото. Лучше бы я этого не видел… На мгновение я, кажется, забыл, как дышать. Или в ребризере произошёл сбой. Я поднял голову, в упор глядя на офицера ИСБ, делавшего доклад и вытянувшегося передо мной по стойке «смирно». Воздух в моей каюте ощутимо похолодел. И всё же мне удавалось справляться со своей яростью. Пока удавалось. - Где он сейчас? - Мы задержали коммандера Скайуокера, милорд, сейчас он в тюремном блоке. С ним беседуют наши люди, но пока он отказывается давать какие-либо показания. Мы изъяли его комлинк, и пока что изучаем его контакты. Ничего подозрительного на текущий момент не обнаружено, - залпом отрапортовал офицер, вытягиваясь в струнку ещё больше. Я несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул с громким шумом дыхательного аппарата. Просто удивительно, как я всё ещё ничего не разнёс в каюте… И никого не придушил. - Коммандер Скайуокер будет находиться под моим личным наблюдением, - наконец изрёк я ледяным тоном. – Отпустите его, и верните ему комлинк. А документы… - я положил руку на папку, лежащую на моём столе, к которой уже потянулся было офицер, - оставьте. Я внимательно ознакомлюсь с ними позднее. Альянс, значит… Просто удивительно, как они умудряются действовать, несмотря на всю работу службы имперской безопасности – которая обычно, надо сказать, меня не разочаровывала. Но в этот раз всё произошло под самым носом у людей Айсард. Подумать только, командир ИЗР и его первый помощник – оба мятежники. Крупный провал со стороны нашей службы. Виновные за это ответят. И в этот раз повстанцы подобрались близко, слишком близко. Я не мог допустить предательства со стороны... своего сына. Только не это.

***

Для Люка всё началось с того, что около восьми утра в дверь его каюты постучали. В целом, восемь утра – обычное начало рабочего времени на борту корабля, но Люк пользовался тем, что его пока не назначили ни на какие вахты, и нежился в койке, досматривая сон, в котором мелькал образ его отца – мелькал расплывчато, ускользая, не давая возможности его рассмотреть. Протирая глаза, Люк направился к двери каюты, распахивая её. За дверью оказался офицер с двумя штурмовиками. - Коммандер Скайуокер? Переодевайтесь и следуйте за мной. «Кажется, это уже становится традицией» - подумал Люк, натягивая форменные брюки и китель. Следуя по незнакомым коридорам «Исполнителя», он не догадывался, в какой отсек они идут, но в этот раз присутствие двух штурмовиков за спиной не оставляло сомнений: что-то случилось. По-настоящему Люк испугался, только оказавшись перед входом в тюремный отсек. - Сэр, что-то случилось? - Вопросы здесь будем задавать мы, - не оборачиваясь, обронил офицер – очевидно, сотрудник службы имперской безопасности. Люка завели в камеру и указали на стул, стоявший у стены. Офицер сел напротив него на другой стул, закинув ногу на ногу и протянув руку: - Ваш комлинк. Люк медлил. - Вы не имеете права! В чем меня обвиняют? - Вообще-то, имеем. Но если вы будете сопротивляться, мы заберем его… принудительно, - голос офицера по-прежнему был отстранённо спокойным, но Люк не сомневался, что угроза будет выполнена. Помедлив, Люк неохотно достал из кармана форменных брюк комлинк и отдал его офицеру. Тот кивнул: - Так-то лучше. Теперь рассказывайте, о чём вы говорили с офицером Биггсом Дарклайтером, когда встретились с ним в кантине на Корусанте несколько дней назад? Биггс!... Сердце Люка пропустило несколько ударов. Теперь всё наконец-то стало ясно. Биггс, как и намекнул тогда при встрече, что-то вытворил… Видимо, ушёл к повстанцам. И теперь всё его окружение, конечно, будет перетряхивать разведка. В том числе и его, Люка, раз уж ему не повезло встретить Биггса до его отлета на «Ренд Эклиптик». - Ничего такого, - пожал плечами Люк, - мы случайно встретились в этот день, и решили пропустить по паре кружек коррелианского эля. - Как давно вы знаете Дарклайтера? - Давно, ещё с детства. Мы вместе росли на Татуине. Но в последнее время мы не общались, у меня не было его контактов. - Сообщал ли вам Дарклайтер о каких-то намерениях, противоречащих интересам Империи? Может быть, предлагал что-нибудь? Люк запнулся. Говорить правду явно не стоило, а врать ему всегда удавалось мучительно плохо. Он покачал головой, как бы раздумывая: - Нет. Ничего такого он не сообщал. - А нам известно другое, - офицер буравил Люка пристальным взглядом холодных серых глаз. Блеф? Или они правда подслушали разговор? Люк упрямо закусил губу: - Ничего такого Биггс мне не говорил. И я вообще ничего не знаю. Он сложил руки на груди, всем своим видом демонстрируя, что больше ничего не скажет, запоздало подумав, как по-детски наивно выглядит этот жест в нынешних обстоятельствах. Офицер ещё некоторое время мерил его взглядом, потом встал со стула: - Хорошо. Пока вы останетесь здесь. Продолжим этот разговор позднее. Когда за офицером закрылась дверь камеры, Люк в прострации пересел со стула на койку, на которой даже не было матраса. Он прекрасно понимал, как всё это выглядит в глазах имперской разведки: годы учебы и службы под чужой фамилией, авария истребителя, а теперь ещё и контакт с мятежником, перешедшим к повстанцам. Что теперь с ним будет? Он медленно опустился на койку, чувствуя спиной её холод и жесткость. Идей о том, что делать дальше, не было никаких. «Отец, отец, если бы ты только был жив! Ты бы помог мне…» Внезапно Люка окатило огромной волной ледяной ярости, вихрем закручивающейся в Силе. Эта волна сдавливала и не давала вздохнуть, - он ощущал её почти физически. Страх, нет, леденящий ужас, который вызывала эта ярость, заставил его вжаться в дальний угол койки. Хотелось закрыться, зажать голову руками, распластаться и стать невидимым. В Силе происходило что-то страшное. «Вейдер», - пришло внезапное осознание. Бушевавшая в Силе ярость была гневом Дарта Вейдера. Она сокрушала всё на своем пути, и готова была просто раздавить любого, оказавшегося рядом. Люк отчаянно пытался поднять ментальные щиты, закрыться от этого ужаса, но дрожь, которая била тело, не позволяла сосредоточиться и даже вдохнуть. Прошло несколько минут дикого ужаса, прежде чем ощущения в Силе стали стихать, но Люк всё ещё не торопился вылезти из дальнего угла койки. После пережитого он всё бы отдал за то, чтобы никогда больше не проживать такие ощущения. Он охотно отказался бы от владения Силой, если бы только мог, лишь бы только не повторить подобный опыт. «Отец, отец, как же ты справлялся с этим?» Отец! Ведь его гибель, судя по времени, примерно совпадала с началом стремительного восхождения Дарта Вейдера. Встречался ли его отец с Вейдером? Ощущал ли его в Силе так же, как сейчас это пережил Люк? Если его отец был сильным форсъюзером, значит, и чувствительность в Силе у него была велика. И если Вейдер уже тогда был хотя бы вполовину так же силен, как сейчас, то… То они неизбежно должны были чувствовать друг друга, если, конечно, отец к этому моменту был ещё жив. И как же он справлялся с этим? Люк не знал, сколько времени он провёл в своих размышлениях, вжавшись в дальний угол койки. От мыслей его отвлек звук открывающейся двери. - Коммандер Скайуокер, на выход. Мы вас не задерживаем. Вы свободны.

***

- Я не буду его учить светлой стороне! - ТЫ БУДЕШЬ ЕГО УЧИТЬ ТАК, КАК ЭТО БУДЕТ НАИБОЛЕЕ ЭФФЕКТИВНО, - прорычал Палпатин так, что я почувствовал, как раскалился голопад. – Нам сейчас нужен обученный форсъюзер, со сторонами Силы будем разбираться потом, - продолжил он уже спокойнее. - «Нам»-то да, - хмыкнул я. – Главное, чтобы «нам», а не «им». - Что ты имеешь в виду? – изображение Учителя подернулось рябью, но связь не прервалась. Я не сомневался, что точная копия папки с документами, лежащей на моём столе, уже лежит и на рабочем столе Императора. Ну, или будет лежать в самое ближайшее время. Так что я решил работать на опережение: - Разведка засекла его общающимся несколько дней назад в кантине на Корусанте с одним из повстанцев. Офицером, который поднял бунт на «Ренд Эклиптике» этой ночью. Император некоторое время молчал. - Ты уверен, что Люк знал о его намерениях? - Я пока разбираюсь с этим вопросом. В том, что мятеж был подготовлен не за последние пару дней, я не сомневался. А вот о чем и с какими последствиями повстанец общался с Люком в кантине – это ещё предстояло выяснить. - Продолжай его обучение, - после некоторого размышления решительно отозвался Учитель. – Посвяти всё время этому вопросу. - Но Учитель, Явин… - Явин подождёт, - непререкаемо оборвал меня Император. – А ты… Займись Скайуокером. И если понадобится, Вейдер, то я приказываю – приказываю! - тебе вспомнить, что ты не только Лорд Ситхов, но и Энакин Скайуокер. Или, во всяком случае, был им когда-то. И если уж твой сын больше склонен к Светлой стороне пути, то ты проведёшь его туда так, как это потребуется для достижения результата, – Император замолчал, прислушиваясь к чему-то, а потом продолжил максимально недовольным тоном, - Кстати, поздравляю, ты очень напугал его сегодня. Теперь мальчишка боится подойти к тебе даже на милю. Последнее, чего мне хотелось – это допустить, чтобы Император под благовидным предлогом взял обучение Люка на себя. Последствия этого были бы очевидны, и меня совершенно не устраивали, поэтому я поспешил холодно заверить: - Эту проблему я решу. Мы закончили сеанс связи, взаимно недовольные друг другом.