Вернутся к фанфику
Глава 4
26 января 2026, 20:02Перед окончанием урока мы собрались вместе. Нас с Ли Чишу разделяла половина футбольного поля, и как только учитель физкультуры дал свисток, означающий, что урок окончен, я подбежал к нему...но Цзян Чи потянул меня за собой.
– "Давай поиграем еще немного. У нас не было утренней зарядки, а до занятий еще полчаса".
– "Я больше не буду играть. Мне нужно кое-что сделать".
Внезапно я увидел карточку Цзян Чи на питание в кармане его брюк.
– "Дай мне твою карточку на питание". - Я вытащил свою. "Ты воспользуешься моей".
Когда Цзян Чи обменивался со мной карточками на питание, он пробормотал: "Зачем?"
– "Не спрашивай". - Я положил карточку в карман, повернул голову к выходу и быстро поискал взглядом фигуру Ли Чишу в толпе учеников 25-го класса. Цзян Чи спросил: "Ты все еще будешь играть в бейсбол?"
Я покачал головой, заметил Ли Чишу и собрался уходить. Цзян Чи крикнул мне вслед: "Тогда я попрошу сыграть кого-нибудь другого".
– "Тогда иди и попроси их".
Ли Чишу, как обычно, шел в толпе один. Солнце палило слишком сильно, и он слегка наклонил голову, его уши покраснели от жары. Он держал в руке словарик, время от времени заглядывая в него, и время от времени поднимал глаза, чтобы про себя произнести какое-нибудь слово.
Я подошел к нему, взял с забора свою куртку и перекинул ее через плечо, прежде чем заговорить.
– "Я же говорил тебе, что нужно обращать внимание на свои глаза".
Он внезапно поднял взгляд, и я воспользовался возможностью, чтобы взять словарик из его рук.
– "Ты ел?"
Ли Чишу на мгновение замолчал.
– "...... Ты уже спрашивал меня об этом".
– "О, да..." - Я на мгновение поджал губы. "Но сейчас я голоден. Не могли бы вы подняться со мной на третий этаж, чтобы перекусить?"
В Первой средней школе было два школьных кафетерия. У них похожее трехэтажное расположение. На первом этаже находится самый дешевый и простой кафетерий. Мясное блюдо стоило всего 1,6 юаня, в то время как овощные блюда стоили всего несколько центов. В принципе, мяса там было немного. На втором этаже было немного лучше, там более сбалансированные мясные и овощные блюда стоили около 10 юаней за блюдо. Большинство учеников школы питаются там. На третьем этаже, которым управляли внешние подрядчики, предлагался широкий выбор блюд, в том числе жаркое во фритюре, горячие блюда в горшочках, а иногда даже блюда западной кухни. Цены здесь были выше - от 20-30 юаней до более чем 100 юаней за обед, и это было место, куда большинство людей заходили время от времени, если хотели побаловать себя вкусной едой.
За три года учебы в старших классах средней школы, когда я учился на третьем этаже, я ни разу не был на нижних этажах, чтобы поесть, в то время как Ли Чишу, как он вспоминал мне много лет спустя, никогда не был ни в одном кафетерии, расположенном выше первого этажа.
Однако, похоже, это его не слишком беспокоило. В его жизни было слишком много вещей, которые у него никогда не было возможности попробовать, вещей, которые имели смысл только в юности, например, мороженое "эскимо", которое в его детстве стоило 1,5 юаня, уникальные блюда на третьем этаже кафетерия и свежие упакованные фрукты в супермаркете. Если бы он не попробовал их тогда, когда ему больше всего хотелось и меньше всего хотелось, даже если бы он мог купить их тысячу раз десять лет спустя, он все равно не смог бы ощутить тот вкус, о котором мечтал в юности. В это время он посмотрел на меня, слегка сбитый с толку.
– "Я... составлю вам компанию?"
Я знаю, что близость, проявленная к нему сегодня Шэнь Баошанем, который почти не общался с ним, довольно резкая, но это самый низкий предел, который я могу стерпеть. Если нынешнее перерождение - всего лишь сон, я не знаю, когда я проснусь. И я еще многое хочу сделать вместе с ним.
Жизнь человека, какой бы короткой она ни была, длится несколько десятилетий. Я прожил почти тридцать лет в комфортных материальных условиях и впервые чувствую, что время - такой трудный противник контроля.
Но мне все же удалось выдвинуть неубедительную причину, с которой он не смог поспорить.
–"Цзян Чи и остальные собираются играть в баскетбол, и никто не хочет составить мне компанию".
Я вдруг сказал: "Просто составьте мне компанию".
Демонстрация слабости была очень эффективной стратегией, и с тех пор я становился все более искусным в использовании различных жалких выражений, чтобы манипулировать Ли Чишу, когда оказывался в трудной ситуации. Как и ожидалось, он поколебался секунду, прежде чем опустить голову и сказать: "Хорошо".
Поскольку время приема пищи еще не наступило, на третьем этаже кафетерия было всего несколько человек.
Я купил две тарелки с рисом с курицей и карри и пододвинул одну Ли Чишу.
Он тут же сказал: "Не нужно".
– "Я уже купил". Я протянул ему ложку. "Просто поешь со мной".
Ли Чишу не знал, каково карри на вкус, пока не поступил в университет.
Звучит преувеличенно, не так ли? Когда я впервые услышал это от него, у меня была такая же реакция.
– "Как такое возможно?!"
Но он только тихо улыбнулся и сказал: "Это правда".
По его улыбке вы не почувствовали, что обидели его, но в ней не было и намека на шутку. Ли Чишу просто спокойно сказал вам, что на самом деле никогда раньше не ел карри. В школьные годы самым важным для него была учеба, за которой следовала экономия денег. Он усердно учился и экономил каждый пенни. Он даже разделил бы один юань на два, если бы мог. Если только он не умирал от голода или холода, лишние десять центов на еду были пустой тратой времени.
Я запомнил все, что он мне сказал, только забыл, что карри, которое подавали на третьем этаже в школьной столовой, было очень острым.
После того, как Ли Чишу откусил первый кусочек, его лицо покраснело от остроты. Я быстро поднялся, чтобы купить воды, но на третьем этаже были только безалкогольные напитки. Тогда я спросил: "Ты хочешь Спрайт или Фанту?"
Хотя он задыхался и не мог говорить, он все еще мог переводить взгляд с одной дверцы холодильника на другую. Как только глаза Ли Чишу блеснули, я понял, о чем он подумал: он пытался угадать, какой из них дешевле. Я направился прямиком к холодильнику, и, по случайному совпадению, на кухне появился сладкий апельсиновый сок. Я подошел и протянул его Ли Чишу. Он поднял голову и выпил почти все.
Я купил тушеную говядину с картофелем без специй и положил ему на тарелку немного белого риса, смешав его с рисом.
–“спасибо".
Он послушно ждал, пока я перемешаю еду, тупо уставившись на меня.
– "Сколько все это стоило... В следующий раз, когда ты сотрешь деньги со своей карточки..."
– "Это угощение от Цзян Чи. Он обещал угостить меня после проигрыша в баскетбольном матче. Я не позволю им пропасть даром. Только не говори мне, что ты хочешь вернуть их ему?"
Закончив говорить, я показал ему открытку. На карточке кампуса изображена фотография Цзян Чи, на которой он запечатлен с головы до плеч, с широкой улыбкой на лице, демонстрирующей чистую и невинную глупость. Ли Чишу больше ничего не сказал. Я снова спросил: "У тебя есть какие-нибудь планы на предстоящие длинные выходные?"
– "Какие планы?" -Он на мгновение заколебался и покачал головой. "Я, наверное, просто позанимаюсь в классе".
Дом Ли Чишу находился недалеко от школы, но он круглый год жил в общежитии кампуса и редко бывал дома, за исключением летних и зимних каникул. Дома никого не было, а психическое и физическое здоровье его единственной бабушки ухудшилось после несчастного случая с его родителями. Она жила в доме престарелых с другими пожилыми людьми. Ей трудно заботиться о себе, не говоря уже о Ли Чишу.
Я с головой ушëл в еду.
– "Тогда не могли бы вы пойти со мной куда-нибудь?"
Подумав о том, как строго он относится к учебе, я быстро добавил : "Это не задержит тебя ни с домашним заданием, ни с учебой. Просто пойдем со мной туда, и ты сможешь делать все, что тебе нужно, без помех".
Он не сказал ни слова. Через некоторое время он спросил меня: "Это твой дом?"
– "Нет."
На самом деле, я еще не решил, куда пойду. Он осторожно спросил: "А кто-нибудь еще из твоих друзей там будет?"
– "Нет, это всего лишь я, от начала и до конца".
Ли Чишу, казалось, вздохнул с облегчением. В этом возрасте он не очень хорошо ладил с незнакомыми сверстниками, особенно с группой моих друзей, которые происходили из чрезмерно привилегированных семей. Все они были так наивны, что Ли Чишу почувствовал необходимость позаботиться о них. Они ничего не знали о бедности. Например, однажды на собрании Ли Чишу рассказал о том, как ему было пять или шесть лет, когда он последовал за родителями на их рабочее место, чтобы посмотреть, как они готовят сотовый уголь. Цзян Чи с усмешкой спросил: "Что такое сотовый уголь?"
Я показал ему фотографию, и он указал на нее с широко раскрытыми глазами.
– "Люди все еще пользуются этой штукой?"
В это время Ли Чишу опустил глаза и улыбнулся, и после долгого молчания он ответил : "Когда я был ребенком, я полагался на это, чтобы согреться зимой".
Цзян Чи тут же принес многочисленные извинения, полные чувства вины и искренности. Но Ли Чишу меньше всего хотел видеть такое чувство вины. Очевидно, что это были страдания, которые он испытал, но он всегда заставлял своих друзей жалеть его, когда они узнавали об этом. Казалось, что такое прошлое - это шрам, к которому нельзя прикоснуться, но на самом деле он не так уж и не хотел смотреть правде в глаза.
– "Как насчет этого?" После того, как все его беспокойство и нерешительность улеглись, я, наконец, поднял на него глаза и спросил : "Как насчет этого? Ты приедешь?"
– "Это далеко?" он спросил.
–"Недалеко. Это в двух часах езды, - сказал я. - "Условия не самые лучшие, да и место не очень подходящее. Возможно, это будет в сельской местности. Мы вернемся после долгих выходных."
Он на мгновение задумался и кивнул.
– "Хорошо."
Ли Чишу на самом деле не был голоден. Он съел меньше половины тушеной говядины с картофелем. Если бы не тот факт, что в школе не было микроволновки для разогрева остатков, я бы не проигнорировал его намерение забрать их с собой.
Вернувшись в класс, я наклонился к Цзян Чи и спросил: "Разве ваш брат не занимается сельским планированием в нашем городском округе и уезде?"
Цзян Чи был сбит с толку.
– "Да, почему ты спросил?"
– "Не могли бы вы попросить его помочь мне найти жилье в сельской местности?" Оно должно быть ветхим и находиться в плохом состоянии. Лучше всего, чтобы пол был цементный, но, по крайней мере, там должен быть доступ к воде и электричеству... Ну, ничего страшного, если его не будет. В любом случае, я возьму все, что смогу. Пожалуйста, попроси его от моего имени. Я хочу снять дом".
– "Почему ты хочешь его снять?" -
Воскликнул Цзян Чи. – "Эй, почему ты сегодня так странно себя ведешь?"
– "У меня есть на то причины". Мой мозг был зациклен на идее найти дом. -"Не забудь спросить его обо мне. Чем скорее, тем лучше. Мне это нужно самое позднее к следующей неделе".
Цзян Чи вышел из себя.
– "Как я могу спросить, если ты не говоришь мне почему?"
Я посмотрел ему прямо в глаза. "Ты действительно хочешь знать?"
Цзян Чи сказал: "Я хочу это услышать".
Я сказал: "Я преследую кое-кого".
– "Преследую кого-то?" - Глаза Цзян Чи загорелись. Он наклонился ко мне, придерживая ножки стула только с одной стороны. - "Это тот вид преследования, который...?"
– "Да."
Он ухмыльнулся : "На кого ты положил глаз?"
Я ответил : "На Ли Чишу".
Цзян Чи упал со стула. Его реакция была точно такой же, как когда он услышал об этом в прошлой жизни.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!