Вернутся к фанфику
Глава 8
29 января 2026, 13:53Будильник Ли Чишу впервые зазвонил в 5:50 утра. Он сразу же выключил его. Я так жадно спал, что машинально обнял его, как делал это бесчисленное количество раз по утрам в прошлом.
–"Поспи еще немного".
Сначала он напрягся и попытался вырваться из моих объятий. Я все еще не совсем проснулся. Следуя своей прежней привычке, я крепче обнял его и уткнулся лицом ему в затылок.
-"Поспи еще немного, Ли Чишу".
Он совсем перестал двигаться.
Через две секунды я внезапно открыл глаза и полностью осознала, который час. Мое сердце пропустило удар.
Но Ли Чишу больше не сопротивлялся. Он спокойно лежал на подушке. Я не знал, заснул ли он снова. Я мог только дышать ровно и не смел пошевелить и пальцем.
Я открыл рот и коснулся губами кожи на шее Ли Чишу. Мой нос наполнился ароматом геля для душа, который я принес с собой, и который был любимой маркой Ли Чишу, когда он еще был жив. Теперь я держал его на руках. Ли Чишу было всего семнадцать лет, и он нервничал, как маленький ребенок. Это так печально, как будто это было целую вечность назад, но, к счастью, это действительно было целую вечность назад. Я бесстыдно закрыла глаза, прижался к нему и снова заснул.
Но Ли Чишу был от природы дисциплинированным человеком. Он спал недолго, тихонько убрал мою руку со своей талии и спустился вниз, чтобы умыться. Я прислушался, но долгое время ниоткуда не доносилось ни звука, и Ли Чишу так и не вернулся. Я уже собирался встать с постели и спуститься вниз, чтобы проведать его, но как только я сел, то замер.
..Восемнадцатилетнее тело действительно было полно энергии.
..Конечно, мое тридцатилетнее тело тоже было полно энергии, но в то время физическое состояние Ли Чишу не позволяло мне быть таким энергичным, каким я хотел быть.
Я немного посидел на кровати, чтобы успокоиться, прежде чем спуститься вниз и посмотреть. Ли Чишу сидел на корточках перед печью, держа в руке полено, и колебался, класть его или нет. У него был такой вид, словно он столкнулся с грозным врагом.
Я ущипнул себя за переносицу и подошел ближе.
-“Что ты делаешь?”
Он посмотрел на меня : "Я хотел приготовить завтрак, но..."
-"Но ты же не знаешь, как растопить дрова". -Я взял разговор в свои руки и поднял Ли Чишу. -"Позволь мне сделать это. Ты можешь подняться наверх и сделать свою домашнюю работу. Я позову тебя, когда все будет готово.
Он сделал несколько шагов к выходу, но затем повернулся и остановился.
-"Давай я поучусь у тебя".
-"Хорошо."
На самом деле, я ничего не знал об этом, когда только приехал сюда. В конце концов, в моей прошлой жизни Ли Чишу никогда не упоминал о том, что нужно есть рис на дровах. У меня не было возможности научиться.
Вчера вечером, когда я впервые попробовал это, я был еще незнаком с такого рода готовкой, поэтому мне пришлось обратиться за советом к своему отцу — он знаком с этим делом. Когда он был маленьким, они с моей мамой вместе открыли бизнес и провели несколько месяцев в сельской местности.
Отварной рис не очень полезен для желудка, хотя я не знаю, есть ли сейчас у Ли Чишу такие проблемы. Но всегда лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, поэтому я решил приготовить пельмени, которые вчера лежали в холодильнике и которые я еще не готовил.
Ли Чишу по-прежнему наслаждался пельменями так же, как и в первый раз, когда попробовал их. Он ел их, о чем-то размышляя. Откусив несколько кусочков, он спросил меня: "Есть ли здесь постоянные жители?"
"Да", - ответил я с невозмутимым видом. -"Обычно у нас есть кто-то, кто помогает нам присматривать за домом, убирать и делать другие вещи".
Он издал звук подтверждения, а затем спросил: "А как насчет того мотоцикла?..”
-"Я попросила Цзян Чи одолжить его мне, на случай, если в ближайшие несколько дней возникнет чрезвычайная ситуация или что-то в этом роде". Я - быстро положил оставшиеся пельмени в его тарелку и спросил : "Что ты хочешь съесть на обед?”
Ли Чишу опустил голову и отправил в рот еще один пельмень. Он оторвал взгляд от своей тарелки и спросил меня, пытаясь прощупать почву: "......Пельмени?”
Помыв посуду, мы вернулись на второй этаж, чтобы вместе сделать домашнее задание — хотя я и был тридцатилетним парнем, мне все еще приходилось нести бремя восемнадцатилетнего "я".
Однако я из тех, кто закончил среднюю школу и сдал вступительные экзамены в университет. У меня также была хорошая память. После окончания университета я даже по наитию решил со своим соседом по комнате некоторые вопросы по математике и физике из вступительных экзаменов этого года. Это заняло у меня всего несколько лишних минут по сравнению с тем, когда я сдавал вступительный экзамен. Прошло около десяти лет с тех пор, как я в последний раз брал в руки учебники для старших классов средней школы, но знания прочно укоренились во мне. На прошлой неделе, выполнив несколько наборов практических работ, я проверил ответы и просмотрел пояснения. Я смог запомнить около 80-90% материала, особенно по таким предметам, как английский, которые часто использовались даже вне школы. Что касается химии и биологии, я могу просто запомнить их наизусть. Даже если я их не изучал, я могу изучить эти два предмета, просто заглянув в книги.
В целом, нынешнему Шэнь Баошаню было намного легче изучать эти вещи сейчас по сравнению с Ли Чишу, так и с самим собой из прошлой жизни.
Когда солнце поднялось выше и подошло время обеда, я неторопливо спросил Ли Чишу, продолжая писать : "Хочешь съесть мороженое?”
-"Мороженое?" - Ли Чишу не отказал мне прямо, но пробормотал -"Здесь это не продают”.
Я усмехнулся, но ничего не сказал.
Ли Чишу, вероятно, даже не помнит, что сам хотел съесть мороженое.
Это было летом, когда я только начал с ним встречаться. Однажды в выходные я отправился в центр города, чтобы встретиться с партнером по следующему проекту в офисном здании. Ли Чишу ждал меня внизу, в кафе. Он прождал там весь день. Закончив, я вышел из здания, а он сидел в одиночестве возле кофейни и тупо смотрел на одноэтажное здание неподалеку. Я постоял у него за спиной некоторое время, а он просто продолжал смотреть, не двигаясь.
Это здание не новое в этом деловом районе. Это магазин национальной сети Haagen-Dazs. В сезон отпусков здесь жарко. Стеклянная дверь у входа в магазин открывается и закрывается, и в нем постоянно находится поток людей. Я похлопал его сзади по плечу и спросил, не хочет ли он съесть мороженого.
Он сказал, что это просто напомнило ему о тех днях, когда он работал неполный рабочий день после сдачи вступительных экзаменов.
После сдачи вступительных экзаменов в университет Ли Чишу оставалось всего полгода до совершеннолетия. Закончив учебу, он внезапно обнаружил, что у него нет ни цели, ни группы, к которой он мог бы принадлежать. Единственное, что, как он знал, он не мог перестать делать, - это зарабатывать деньги. Однако у него было очень мало друзей, и в старших классах он был одиночкой, поэтому у него не было связей. Такому хорошему ученику, как он, было бы легко найти работу частного репетитора для учащихся средних и старших классов средней школы в нетрадиционной школе с зубрежкой, если бы у него был старший родственник, который мог бы помочь ему узнать о таких возможностях.
Однако Ли Чишу не отличался мягкосердечием и был скорее интровертом. Кроме того, результаты вступительных экзаменов должны были быть опубликованы только через полмесяца. Так что за это время он стал самой дешевой рабочей силой в городе. Он отправился раздавать листовки.
Тот год был очень жарким, температура достигала почти 39 градусов. Поэтому самая высокая почасовая оплата была в период с полудня до начала четырех часов дня. Ли Чишу выбрал этот период времени и сидел на площади, где располагалась кофейня. Он каждый день до 6 часов вечера терпел палящее солнце, обливаясь потом, а с собой у него были только самые дешевые салфетки и термос.
Я думал, он хотел рассказать мне, как сильно он тосковал по Haagen-Dazs в таких условиях, но он только посмеялся над собой.
-"Простояв столько дней у дверей Haagen-Dazs, я даже не знал, что там продают мороженое. Так много людей выходило с коробками. Я думал, что это все пирожные”.
Он больше не упоминал Haagen-Dazs, но по дороге домой рассказал о другом таком же жарком летнем дне.
Солнечный свет в тот летний день был таким же пронзительным, что Ли Чишу, который был моложе и слабее, не мог открыть глаза. Это было испытание, которого он не хотел бы пережить больше никогда в жизни. Семилетний Ли Чишу был сбит с толку внезапным известием о смерти своего отца. Прежде чем он успел прийти в себя, мать потащила его на площадь перед зданием городского правительства, требуя объяснений от соответствующих властей. Они хотели знать, почему они, вдова и сирота, как и бесчисленное множество других бедных семей, оказались в ситуации, когда они могли предвидеть конец еще в самом начале (1).
Было ли это здание городского правительства или городское регулирующее бюро, Ли Чишу уже не мог вспомнить. Эти иероглифы из алюминиевого сплава были просто странными символами, от которых ему становилось не по себе каждый раз, когда он смотрел на них. Он не мог вспомнить, как долго мать заставляла его стоять на коленях. Единственное, что он помнил, - это как пот стекал с его лица на землю. Каждую упавшую каплю он считал десятки раз, и пятна пота испарялись под палящими лучами солнца и на горячей земле под его коленями.
У Ли Чишу пересохло во рту и на языке. Прохожие постепенно собрались вокруг него и его матери, оживленно обсуждая происходящее. Его взгляд оторвался от бесчисленных пар обуви на земле и, наконец, нашел в шумной толпе лица нескольких одноклассников.
Некоторых из них вели родители, другие шли группами, повязав на шею такие же красные шарфы, как у Ли Чишу. Из толпы на него смотрели то ли с любопытством, то ли с симпатией. Все они были семилетними детьми. Что они знали?
Ли Чишу тоже ничего не понимал. Он просто смотрел на мороженое в их руках.
Основа этих батончиков всегда таяла, превращаясь в жидкость еще до того, как их отправляли в рот, стекая по деревянным палочкам на руки. В конце концов, они капали на землю, как пот Ли Чишу и слезы его матери. Всë испарилось из-за страданий, перенесенных этим летом.
Он облизывал пересохшие и потрескавшиеся губы, ощущая на них только соленый пот, стекавший с подбородка. Какого вкуса было мороженое в тот день? Ли Чишу так и не узнал.
-"Что случилось потом?"- Я спросил его, когда он вел машину.
-"Что случилось потом?"- Ли Чишу предавался воспоминаниям почти беззвучно, как будто вернулся в тот сухой летний день, рассеянно набирая теплую воду, которую я обычно готовила для него в машине. -"Позже подрядная компания, в которой работал мой отец, обанкротилась, и моя мать ушла. Она оставила мне деньги и велела усердно учиться. Она сказала, что это мой единственный выход”.
На обед у нас не было пельменей. Я приготовил для Ли Чишу бибимбап из черных трюфелей, приготовленных на дровах, и белых грибов. Он нашел это блюдо очень необычным и спросил меня, что это такое.
Я ответил: "Черный трюфель”.
Он посмотрел на блюдо и повторил: "Черный трюфель...”
Я спросил его: "Это вкусно?”
Он на мгновение задумался и честно ответил: "Я его еще не пробовал”.
"Да, я тоже его не пробовал", - сказал я, помешивая ложкой рис в миске. -"Его мне тоже подарили друзья моих родителей по бизнесу. Я слышал, что это довольно дорогое блюдо, но, по-моему, каким бы дорогим оно ни было, вкус у него так себе”.
Он улыбнулся мне, держа в руках миску, а затем опустил голову, чтобы рассмотреть пибимбап в миске.
Покончив с едой, Ли Чишу настоял на том, чтобы вымыть посуду. Я подумал про себя. "На заднем дворе есть виноградная решетка. Сходи и посмотри, можно ли собрать виноград. Если есть, сорви немного. Если нет, ничего страшного”.
Ли Чишу послушно пошел проверить.
Я быстро вымыл посуду и открыл дверь в маленькую темную комнату рядом с кухней. Мне пришлось приложить некоторые усилия, чтобы перенести морозильник через порог. Когда все было готово, я долго ждал на том же месте, но так и не увидел никаких признаков присутствия Ли Чишу. Неужели сбор винограда занимает так много времени?
-"Ли Чишу?" - Крикнул я на ходу, направляясь прямиком на задний двор.
Под виноградной решеткой стоял маленький столик, за которым, вероятно, хозяин дома пил чай после обеда. Ли Чишу стоял перед столом спиной ко мне, медленно размахивая чем-то, похожим на маленький флажок, который он держал в руке. Его спина загораживала мне обзор, и я мог видеть только несколько углов.
-"Ли Чишу", - снова позвал я.
-"Ммм? "
Казалось, он только что пришел в себя и повернул ко мне голову в тусклом солнечном свете. Сквозь него пробивался солнечный свет, и на верхушке виноградной решетки виднелись зеленые листья, свежие и нежные. Их новые ветви покрывали желтые листья, как будто его заброшенное прошлое тихо прорастало заново. Я помахал ему, подзывая подойти.
-"Что ты делаешь?”
Он положил то, что держал в руках, и повернулся, чтобы подойти ко мне, сказав: "Ничего... похоже, здесь нет винограда”.
-"Если его нет, то забудь об этом". -Я вытолкал его вон. - Ну же, пойдем поедим мороженого.
Ли Чишу был в замешательстве.
-"Мороженое?"
- "Мороженое," - повторила я, затем внезапно остановился и повернулся к нему лицом. Я достал из кармана красный шарф, который купил ранее, и с серьезным выражением лица повязал ему на шею. Затем я быстро потянул его за собой и выбежал из дома.
После полудня в сельской местности было тихо, и люди чувствовали себя умиротворенными и безмятежными. Я попросил его встать перед морозильной камерой, а сам обошëл ее и подошëл к задней стенке. Я опëрся одной рукой на морозильную камеру, а другой открыл крышку морозильника. Оттуда хлынул освежающий прохладный воздух.
Ли Чишу застыл на месте, словно удивленный каким-то волшебством, которым я обладал.
Я спросил его с улыбкой: "Малыш Ли Чишу, какого вкуса мороженое ты бы хотел попробовать?”
1) Не вижу никакой надежды даже в самом начале
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!