Вернутся к фанфику
Часть 7. Берсерк
18 июня 2025, 15:14Мы выскользнули из лаборатории, прикрыв за собой дверь. Майя и Данко остались внутри — без сознания, но дышали.
Сердце колотилось как ненормальное — не от страха даже, а от напряжения.
Пропуска у нас. Оружие у нас. Двигаем.
В двух шагах от лаборатории — маленький лифт, ведущий прямо к хранилищу. Но мы с лейтенантом «я-не-езжу-на-лифтах» Марлоу не ищем легких путей — почесали через весь этаж к лестнице.
Прошли быстро и уверенно, не привлекая внимания людей из других кабинетов, ни на кого не нарвались. Спасибо утреннему затишью.
Лейтенант держался чуть сзади, готовый выхватить пистолет при первом же признаке опасности.
Мы быстро спустились по лестнице и без приключений добрались до тяжелой металлической двери хранилища. Тревоги еще не было, но это дело ближайшего времени, так что действовать нужно было быстро.
Карточка Данко впустила нас внутрь.
Внутри было холодно, как в морге. Только вместо трупов тут — то, что может их производить.
Помещение хранилища оказалось меньше, чем я представляла. Прямоугольное, со стеллажами вдоль стен, несколькими массивными холодильниками, терминалом и металлическим столом в центре.
Яркий белый свет бил в глаза, как допросная лампа.
Марлоу остался у двери на стрёме, а я сразу метнулась к холодильникам.
Даже на них были электронные замки. Интересно, в туалет они тоже по пропуску ходят?
Карточка Данко не сработала, у него доступа к препаратам не было. Зато был у Майи — как хорошо, что я прихватила ее пропуск.
Берсерк обнаружился во втором холодильнике — сразу две партии. Я потерла ладони и набрала по пять пробирок от каждой — более, чем достаточно для анализа. Аккуратно разместила их в мини-фризере, который мы принесли с собой. Он тихо пискнул, запуская автономное охлаждение. Аппарат был чуть больше аптечки, с мягкими вставками изнутри, чтобы пробирки не дрожали при переноске. Я щёлкнула замком и повесила фризер на ремень через плечо.
Если удастся вынести это, операцию можно считать успешной.
— Двигай, Хесс, — напомнил Марлоу негромко.
Но я уже метнулась к терминалу в углу. Может, удастся найти хоть что-то полезное.
— Попробую вытащить формулы. Или черновики хотя бы.
— Сержант…
— Секунду!
Терминал запросил допуск. Карточка Майи не сработала — «Не хватает прав».
— Вот черт! — ругнулась я и попробовала еще раз. Ничего не изменилось.
— Вайолет, — рявкнул Марлоу. Тихо, но с таким нажимом, что я вздрогнула.
Первый раз он назвал меня по имени.
И не время, совсем не время, но от этого «Вайолет» всё внутри развернулось и потекло куда-то вниз.
— Всё, ухожу, — буркнула я, сгребла стопку лабораторных журналов с полки и пошла к двери.
Марлоу выглянул в коридор, и мы выскользнули из хранилища в тишину.
Подозрительно долгую тишину.
Лейтенант вышел первым. Я — следом. Мы бросились в сторону лестницы — но не успели.
Сверху донеслись тяжёлые шаги — и прямо на нас высыпало с десяток вооруженных охранников.
— Назад! — выдохнул Марлоу, вскидывая пистолет.
Я обернулась — и внутри все похолодело.
Позади, как специально, распахнулись двери лифта. Из кабины вышли еще двое.
Ловушка захлопнулась. Мы в заднице.
— Не стрелять, — лениво раздалось со стороны лестницы. Голос с едва слышным акцентом — чуть тянущий, скользкий. Узнала сразу.
Валасек.
Он спускался спокойно, как будто прогуливался. Улыбался во всю морду, прямо сиял от удовольствия.
— Ах, Виола, Виола, — протянул он, смакуя мое фальшивое имя, как вино. — Я почти поверил тебе, птичка. Такой уверенный взгляд. Такая убедительная легенда. Такая прекрасная… актерская игра.
Он усмехнулся, окинул меня взглядом, от которого захотелось вымыться.
— Думаю, мне стоит обидеться, птичка. Такой флирт… такая улыбка… И всё это — ради пары пробирок? Какая же ты продажная шкура.
Марлоу прикрыл меня плечом, не опуская ствол, двинулся на шаг назад, отталкивая обратно в сторону хранилища.
Валасек переключил внимание на лейтенанта.
— А ты кто такой, как там тебя? Впрочем, неважно. Скоро узнаю.
Он сделал шаг вперед прямо под направленным на него оружием. Марлоу не пошевелился.
— Не надо геройствовать, парень, — продолжал Валасек. — Вам отсюда не выбраться. Я собираюсь взять вас живыми. Особенно тебя, девочка. Будет весело. Обещаю.
В животе всё сжалось от его мерзких намеков.
Валасек вытащил из внутреннего кармана устройство — компактный инъекционный пистолет на две ампулы. Даже с расстояния я поняла, что это Берсерк.
Твою ж мать.
Я покосилась на Марлоу, но он не шевелился, продолжал держать Валасека на мушке.
— Вы за этим пришли, да? — начальник охраны покрутил свою игрушку в пальцах. — Прекрасная штука. Я её обожаю. Мы с ней, знаете ли, на ты.
Он отошёл на шаг, словно освобождая себе больше пространства. Глаза — блестящие, как у наркомана перед кайфом.
— Я особенный, — продолжил он, широко ухмыляясь. — Отличная переносимость. Ни судорог, ни отказов, полный контроль. Только сила.
Он поднял инъектор, приставил к плечу, прямо через одежду.
— Ну что, суки? Развлечёмся.
Я выдохнула: Чёрт.
И всё пошло к чёрту.
Последнее, что я увидела, — как глаза Валасека затягивает тьмой расширившегося зрачка.
Марлоу повернулся и толкнул меня к двери хранилища.
— Внутрь, — скомандовал он.
Мы влетели обратно в холодное помещение и тяжёлая металлическая дверь отрезала нас от мира одним глухим бах. Тишина.
— Чёрт, — выдохнула я, — нас зажали.
— Дай, — сказал Марлоу ровно и протянул руку к фризеру с пробирками.
— Что? Нет!
— Хесс, дай его.
— Ты хочешь это себе вколоть?! — прошипела я, отступая. — Совсем ёбнулся?!
Он сделал шаг — не угрожающе, но неумолимо. Глаза — ледяные. Спокойствие на грани ярости.
— Сколько у нас, по-твоему, времени, пока он откроет дверь?
Я замерла.
Раздался приглушенный стук. Три мерзких, насмешливых удара по металлу.
— Открой, птичка, — прозвучало с другой стороны. — Я знаю, вы там. Не прячься от папочки.
Я почувствовала, как внутри всё стянуло судорогой.
Сука Валасек играл с нами, издевался, в полной уверенности, что деваться нам некуда. Так, в общем, и было.
— У меня есть пропуск, детка, — продолжил он. — Сейчас вставлю — и будет тебе весело. Ну, может, не тебе, но мне точно.
Марлоу снова протянул руку.
— Сержант.
Я прижала к себе контейнер.
— Ты не знаешь, как он на тебя подействует! — бросила я, почти умоляя. — Это не выход! Он может убить тебя!
— Как его применить? — перебил он.
— Я не дам тебе! — в голосе у меня сорвался крик. — Я…
Тук-тук-тук.
— Ох, Виола, — протянул Валасек снаружи, голос стал еще противнее, если это вообще возможно. — После Берсерка так ебаться хочется — жуть просто. Так что готовься, птичка. Я тебя так отымею, что будешь…
— ЗАТКНИСЬ! — взорвалась я, ударив по двери кулаком. Меня трясло. Гнев, ужас, отвращение — всё перемешалось в едкий ком.
С той стороны раздался хохот.
Марлоу молча шагнул ближе, вырвал у меня контейнер и не стал ничего больше спрашивать.
Он просто достал одну пробирку и сжал её в кулаке.
— НЕТ! — Я рванулась к нему, но не успела.
Хруст.
Стекло лопнуло, как скорлупа. Марлоу даже не дрогнул, когда осколки впились в кожу, а вязкая темно-зеленая тьма заструилась по пальцам вперемешку с кровью.
В ту же секунду раздался писк — Валасек открыл дверь.
***
Он переступил порог так, будто входил в свой личный дворец. Улыбался. Глаза с огромными зрачками горели безумием. Все его мышцы казалось были напряжены до предела и надулись. Но в целом он выглядел стабильным, контролировал себя. — А вот и я, — сказал он, проскользив липким взглядом по мне. — Ну что, птичка, соскучилась? — Ни капли, — скривилась я, отступая на шаг. — Мне нравится твой язычок, девочка, — хмыкнул Валасек. — Я найду ему хорошее применение. Вылижешь им мой зад, да? Он перевел взгляд на Марлоу, которого буквально колотило. Плечи ходили вверх-вниз, руки мелко дрожали, мышцы под кожей спазматически сокращались. Его лоб покрылся испариной, а лицо покраснело, но лейтенант продолжал стоять. Валасек прищурился и хмыкнул. — Ого. И ты вмазался? Ну, будет весело. Посмотрим, как быстро ты начнёшь грызть себе пальцы. Он склонил голову и шагнул ближе. — Давай потанцуем, сладкий? Марлоу бросился на него с какой-то невероятной скоростью. Но Валасек среагировал еще быстрее. Поймал его движение, подставил локоть, развернул — и с хрустом ударил в живот, потом сразу в лицо. Второй раз. Третий. Лейтенант рухнул на колено. Его качало, кулаки сжимались и разжимались сами по себе — но он снова поднялся. Я схватила со стеллажа стойку с пробирками, подскочила к охраннику и долбанула прямо в морду. Кусочки стекла впились в кожу, но он даже не заметил. Отмахнулся от меня, как от мухи — ударил по лицу так, что я отлетела. Из разбитой брови потекла кровь. — Не мешай, птичка, — процедил он. — Твоя очередь — после. Сначала я немного подпорчу этому красавчику физиономию. Он врезал Марлоу в челюсть, схватил за плечи и вытолкнул в коридор. Тот тяжело рухнул на пол. Валасек хмыкнул. — А может, тебя мне тоже трахнуть, сладкий? Прежде чем кишки вытащу? Такой тихий, так и хочется заставить визжать. — Он шагнул следом, смеясь. Лейтенант уже стоял на ногах. Его больше не трясло, видимо, организм адаптировался к препарату. Его зрачки тоже растянулись на всю радужку. — Тебе не понравится, — прохрипел он низким, незнакомым мне голосом. Улыбка соскользнула с лица Валасека. Он бросился на Марлоу, и их тела столкнулись как локомотивы. Посыпались жестокие тяжелые удары, затрещали, ломаясь, кости. Они сцепились так крепко и метались так быстро, что я не могла даже различить, где кто. Чудесно. Мне-то, блядь, что делать? В этом мясорубочном аду я скорее сдохну, чем помогу. Если сунусь — эти два мутанта перемелют меня в фарш, и даже не заметят. Я осторожно выглянула в коридор — охранники стояли у лестницы, заворожённо глядя на бой. Повернула голову — а у лифта никого. Те двое, что были там раньше, теперь лежали в неестественных позах: один с выгнутой шеей, другой с торчащей под неправильным углом ногой. Похоже, ком ярости в форме Марлоу и Валасека прокатился по ним, не снижая скорости. И тут грохнула очередь. Я взвизгнула, инстинктивно отскочила назад и прижалась к стене. Но выстрелы были не по мне. Голоса охранников заорали что-то на местном. Завязалась перестрелка. Я выглянула одним глазом — и чуть не заорала от радости. Рэнди и Бишоп. Чудесные, родные, самые лучшие парни на свете — влетели как карающие ангелы с небес в своих белых рубашках и с автоматами в руках. Стреляли короткими очередями, чётко, технично. Без промаха. Охрана у лестницы легла в считаные секунды. Рэнди метнулся вперёд, готовый прикрыть, но застыл, увидев, что происходит в другом конце коридора. На драку это уже было не очень похоже — скорее на сцену из картины Босха. Марлоу и Валасек сцепились так плотно, что их фигуры напоминали единую массу, мясной ком, перемешанный с кровью, криками и звериными звуками. Марлоу побеждал. Он повалил Валасека на спину, запрыгнул сверху, и теперь его кулаки с тупыми, вязкими звуками вбивались в лицо врага — снова, и снова, и снова. Валасек был весь в крови, его нога вывернулась в двух местах самым неестественным образом. Он потерял один глаз, но при этом еще продолжал наносить мощные удары, на которые лейтенант почти не реагировал — только голова откидывалась. — Блядь… — выдохнул Рэнди. — Это… Он не договорил. Потому что в следующий миг раздался страшный хруст — и я чуть не завизжала от ужаса. Кулак Марлоу с хрустом провалился в лицо Валасека. Точнее в то, что раньше было лицом. Тело под лейтенантом дернулось и обмякло. Всё. Готово. Но Марлоу не остановился. Он продолжал. Бить. Ломать. Вдалбливать в пол то, что от Валасека ещё оставалось. Кровь стекала с его пальцев, брызгала в стороны, он рычал сквозь зубы. — Рид! — крикнул Рэнди и бросился к нему, — Эй, лейтенант! Марлоу не слышал. Бишоп подскочил рядом. Они вдвоём вцепились в него, пытаясь оттащить, но он вырывался — с такой силой, что Рэнди ударился спиной о стену. Бишоп еле удержался на ногах. — Чёрт, он похоже под дозой! — рявкнул Рэнди. — Рид, блядь! Это мы! — Бишоп изо всех сил оттолкнул лейтенанта, влезая между ним и телом. — Хватит! Марлоу вдруг застыл. Дыхание рваное, зрачки гигантские. Он переводил взгляд с одного на другого, словно не узнавал. Потом его плечи вздрогнули — и он тяжело опустился на колени и выдохнул со стоном. Рэнди подбежал ко мне, схватил за плечи, быстро осмотрел: — Ты в порядке?! — и, не дожидаясь ответа, вытер рукавом кровь с моей брови. — Он тебя тронул? — Я в порядке, — прохрипела. Моему рассудку определенно был нанесен куда больший ущерб, чем телу. Рэнди обнял меня, прижал к себе на секунду. Сказал что увидел, как Валасек понёсся вниз, и понял, что что-то пошло не так, и они сразу рванули следом. Я почти не слушала. Просто держалась за него, потому что колени подкашивались. Позади Бишоп уже поднимал Марлоу на ноги. Тот шатался, как пьяный. Он весь был в крови — и чужой, и своей. Лицо неузнаваемое — разбитое, злое, измождённое. Но взгляд стал чище. Он, похоже, начал приходить в себя. — Уходим, — сказал Бишоп. — Сейчас сюда сбегутся. Рэнди кивнул. Он повёл меня к лестнице. Фризер с пробирками болтался на ремне, в руках я сжимала журналы. По пути подобрала валяющийся инъектор Валасека. Вторая ампула чудом не разбилась, я взяла и ее тоже — как пример стабильного образца. Сзади Бишоп вёл хромающего Марлоу. Мы поднялись по лестнице и на минус первом прошли через служебный выход. Парням пришлось снять еще двоих по пути. Мы вывалились из приятной прохлады на жару, встретили Мэйсона и рванули к машинам. Я и Марлоу загрузились на заднее сиденье джипа Дэгса, который стоял ближе. Рэнди сел вперед. Бишоп с Мэйсоном побежали к машине Троя. Хлопнули двери, завыл движок и мы рванули.***
Когда мы нарезали несколько кругов и убедились, что погони нет, парни выдохнули. Что ж, глобально операция прошла успешно. Предполагалось, конечно, что мы зайдем и выйдем тихо, не оставляя за собой пару десятков трупов, но и ограничений на это не было. Приоритет — Берсерк, а его мы прихватили в избытке. В журналах, которые я тащила с собой, были записи по испытаниям Берсерка. Но было и еще кое-что интересное. Отпочковавшийся от Бетта-9 проект Сигма — изучение влияния препарата на некое «экстрапсихологическое восприятие» подопытных. Судя по всему ученые Прометеуса решили осваивать непростую науку телепатии, занятно. Типа предугадывать действия противника до того, как он их совершил. Я подумала, что начальство этим бредом заинтересуется. Дэгс, не видевший обдолбанного Марлоу в деле, спокойно рулил к служебной квартире. Рэнди тоже немного расслабился, но поглядывал периодически в зеркало на нас с лейтенантом. Тот выглядел плохо. На его прекрасном лице живого места не осталось, ублюдок Валасек все же выполнил свою угрозу подпортить этому красавчику физиономию. Под одеждой, наверное, все было еще хуже. Вся рубашка темная от крови, пара пальцев явно сломаны, но Марлоу молчал, ни на что не жаловался. Возможно, действие препарата еще не кончилось, и он не чувствовал той ужасной боли, которая придет позже. Я косилась на лейтенанта украдкой — не решалась посмотреть прямо. Не потому, что боялась — не совсем так. Просто… внутри всё было сложно. Он пошёл на это ради нас. Ради меня. Ради операции. Влил в свою кровь то, что легко могло убить его или свести с ума — не раздумывая. Не из бравады. Не ради славы. Просто потому, что иначе я бы… не вышла оттуда. Он спас миссию. Спас меня. Я до сих пор ощущала липкую тень страха от Валасека — от его слов, взгляда, мерзкой уверенности, что он возьмёт, что хочет. Я уже примеряла на себя самый худший сценарий. Но он победил. Чёрт побери, он вытащил нас. Да, это было жутко страшно. Он рычал, как зверь, бил, как монстр, не мог остановиться. Но как я могла его винить в этом. Он не был чудовищем. Чудовищем был препарат. А он — просто сделал выбор. Единственно возможный на тот момент. И мне было жаль его до боли. Он спас нас — ценой себя. И теперь сидит рядом, изуродованный, изможденный, сгоревший внутри. Как будто всё ещё в том хранилище, один на один с кошмаром. Не жалуется. Не просит. Просто терпит. И я безумно хотела вернуть ему хотя бы часть того, что он отдал. Взять его за руку. Сказать — я здесь. Ты не один. Но не решалась.***
Машина качнулась на повороте, и в этот момент что-то пошло не так. Марлоу резко повернулся. В глазах его не было ничего — ни мыслей, ни узнавания. Только пустота и звериный блеск под ней. Он смотрел сквозь меня. Или… на кого-то другого? — Лейтенант? — прошептала я. Он зашипел, как будто от боли, схватился за голову, напрягся… и сорвался. — Сука, — рыкнул он. — Ты их всех убила! — Что? Нет, нет, лейтенант! Это я, Хесс, — залепетала я — Всё хорошо, все закончилось, ты с нами… Он бросился на меня. Схватил за плечи, и впечатал спиной и затылком в дверь машины, так, что перед глазами вспыхнули искры. — ПОЧЕМУ?! — заревел он, и в голосе было столько боли, сколько не должно было быть в живом человеке. — Почему ты это сделала?! Он навалился, его пальцы сжались на моем горле. Я захрипела. Воздуха не стало. Я билась, била его по груди, по лицу — ничего. Перед глазами темнело. Его черты расплывались. — Они. Все. Мертвы… — прошипел он, сжимая сильнее. — Ты… всех… предала… — РИД! — заорал Рэнди и перегнулся через сиденье. — Ви! Чёрт, держись! Он вцепился Марлоу в плечо, пытался оттащить, но тот даже не двинулся. Машина резко затормозила. Меня швырнуло вперёд. Открылась дверь, и влетел Дэгс — огромный, сильный, как медведь. Он вцепился в Марлоу с другой стороны, пытаясь его стянуть с меня. — Что происходит?! — голос Троя в рации на приборной панели. — Почему встали? — Лейтенант взбесился! — заорал Рэнди. — Повторяю, лейтенант сошёл с ума! Я выдохнула — резко, хрипло, наконец получив воздух. Голова кружилась, в ушах звенело. Я слышала, как Рэнди орёт Дэгсу: «Держи крепче!» — а потом щёлк — они надели на него наручники. — Ви, ты с нами? — голос, резкий, близкий. Рэнди держит меня за плечи. Я только кивнула. Дэгс ввёл седативное. Марлоу захрипел, рванулся… и затих. Я смотрела на него — скованного, полусидящего, с розовой пеной у губ. И у меня тряслись руки. Тряслась я вся.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!