Часть 3. Признание

Конечно, Сталин и Черчилль понимали, что ничего святого за дверью нет,но оставаться в кабинете тоже было опасно.Вождь задумался, закурил и прошёлся по кабинету, оставленному в хаусе недавней битвы. Перед его взглядом возникло большое стеклянное окно, излучающее свет, на смуглое лицо Сталина."Через него можно сбежать в обход опасных коридоров" - подумал он. Однако, взглянув на улицу, он увидел там снующие повсюду чемберленоподобные туалеты, в лицах которых можно было узнать бывших солдат. Прямо под окном, в луже крови лежали несколько застрелившихся военных, не желающих превращаться в туалеты. Среди них он узнал Шайлушая."Отомщу,гады! - прошипел Сталин. - Черчилль,придётся прорываться через коридор!" Черчилль не был этому рад.Но какая-то энергия, какая-то сила магнетизма между ними двумя существовала и притягивала друг к другу,что-то заставляло Черчилля безропотно слушаться своего, казалось бы идеологического противника, повиноваться ему, ещё не слепо, но уже с доверием относиться к его приказам, а теперь, как будто даже просьбам, дружеским просьбам, скрытых за немного грубоватым и приказным тоном. Но он сопротивлялся, отрицал и, в тоже время маялся,беспокоился, даже боялся чего-то.Порою, страшная мысль посещала его, как гром отпечатывалась у него в голове, и оставалась надолго.Она твердила ему: "Ты боишься,ты просто не привык к этой страсти,привязанности, скрытому восхищению, но пройдёт время, и ты перестанешь гнать его от себя, а будешь жить лишь надеясь на встречу с ним, хоть на случайный миг,брошенное слово, обращённое к тебе.Ты будешь ревновать, не спать ночами и думать о том, как заслужить, завоевать его внимание, как добиться того, чтобы быть рядом с ним. Ведь ты влю..." - Заткнись! - Нарушив тишину прокричал Черчилль. - Это неправда, этого никогда со мной не случится! Сталин гневно посмотрел на него. -Идиот!Прекрати шуметь нас услышат. - Сам прокричав, разъярённо сказал он. -Тиран!Кровопийца! Совсем свой народ не щадишь! - чуть не плача промямлил Черчилль,а мысль снова вернулась и начала задавать вопросы: "Ты ведь не на него злишься,ты злишься на себя.Пытаешься забыться в споре, обвинить его в том, какой он есть.Но ты уже не изменишься, а даже если получиться будешь вечно жалеть, что затушил такую бурю, бурю, делающую тебя человеком." Черчилль упал на колени и заплакал.Сам не зная почему, он был так счастлив,но в тоже время сгорал от стыда перед своим фаворитом.Как будто он пробил невидимый барьер, снял оковы, делающие из него заложника общественного мнения, он почувствовал лёгкость, радость и счастье, истинное маленькое семейное счастье, которое он искал в алкоголе, а надо было искать в любви... -Товарищ мой, говори что делать! Я БОЛЬШЕ НИЧЕГО НЕ БОЮСЬ!