Часть 4.И вновь продолжается бой!

Громкий крик Черчилля распространился по всему зданию. Ручки дверей задёргались, а за ними гулким шумом звучала всё та же песня.Мощные толчки извне постепенно ломали замок, пробивали деревянное основание дверей. Сталин был готов, он держал свой револьвер на курке, Черчилль сжимал свою трость, стоя рядом. Оба знали, что бой последний, и тем решительнее они смотрели на ломающуюся дверь.Никто не дрожал, не боялся, и только тихая ярость, рьяное желание мести за свой народ и страны, которые уже, скорее всего, лежали в руинах, поражённые вирусом скибиди, или гнили изнутри, благодаря марионеточным партиям, движело ими. Звук становился всё чётче и чётче, и вот дверь почти открылась... Звук орудий снова огласил комнату, но на этот раз ни Сталин, ни Черчилль не были к этому причастны.Они лежали на полу, прятавшись от шквального огня. Пули летели из коридора и тонкой линией, друг за другом, впечатывались в дверь, которая от такого разлетелась на щепки и упала.Ещё несколько секунд, и выстрелы стихли.Наконец-то можно было увидеть, что произошло в коридоре.Туалеты, как и при первой встрече рассыпались и раскрошились, но лица туалетов не смылись, и в них можно было узнать американскую делегацию. Из глубины коридора раздался скрип колёс. Это на своей коляске вкатился Рузвельт. Его морщинистое лицо как будто помолодело, на лице сияло улыбка, а глаза горели, как у подростка. Изящный пиджак был в крови, как и коляска, которая катилась сама.Рузвельт спокойно сидел держа по автомату Томпсона в каждой руке. - Вот поэтому, у нас в Америке разрешено оружие - наконец сказал он. -Что ты здесь делаешь? - радостно спросил Сталин. -Вирус Скибиди захватил и Америку, у нас стало небезопасно.Впрочем, и у вас теперь тоже. -И, что ты теперь предлагаешь? -Убить Гитлера. - слегка улыбнувшись сказал Рузвельт - Нужно уничтожить источник заразы, пока мы сами не превратились в туалеты.Только так можно хоть кого-то спасти. -Ладно, значит летим в Германию.Мы можем пробиться к моему личному самолёту, и, если повезёт, добраться до него. -Вперёд, товарищи! - радостно вклинился в разговор Черчилль, несмотря на общую разруху - Теперь, когда мы вместе, мы горы свернём! Чего же мы ждём? И они пошли. Сквозь силу, которая казалась непобедимой, сквозь, то, что поработило человечество, то что пришло ему на замену, они шли. Шли, пробирались через настоящую орду из туалетов, оставляя после себя только их трупы, ошмётки,прогнувшиеся под великую силу человеческой ярости. Сквозь их адскую песню, сводящую с ума, сквозь бывших людей порабощённых вирусом, сквозь нечеловеческий отпор, они шли. Три великих лидера, трое уже немолодых, но живых, несдавшихся политиков, гордо держа спину, сквозь армию существ, каждое из которых убило ни один десяток солдат, шли мстить за свой народ. Вот уже видна улица. До взлётной площадки осталось совсем не больше 200 метров. Личный самолёт Сталина был всегда готов и заправлен и заманчиво блестел на солнце. Туалетов видно не было. Подозрительная тишина веяла в воздухе. Вдруг звук реактивных турбин, раздался за спинами политиков. Они медленно обернулись.Позади них висел в воздухе Скибиди-Гитлер в реактивном ранце, со своей армией живых сральников. - Вы ведь меня хотели убить? - сказал он и рассмеялся. - Я превращу вас в туалеты и заставлю мыть полы у меня в кабинете. А твою Москву, Сталин, я разрушу полностью и сделаю здесь свою новую столицу - Скибидилэнд! - Друзья,это конец... - могильным голосом сказал Сталин. - Рузвельт, и ты особенно, Черчилль, знайте, что я и без всей этой грязной политики вас безмерно уважал. Прошу, останьтесь в живых и запомните меня вашим другом.Бегите! Сталин достал из кармана связку гранат, выдернул чеку и через минуту произошёл взрыв... На обожжённой земле валялись обугленные куски туалетов, и мирно лежали оторванные от единой части руки и ноги.Секундная тишина воцарилась на поле боя.