Часть 4

Планы на сон на перемене были нарушены абсолютным шумом в классе. Не помогли даже наушники. Главная проблема была в том, что это даже был не шум людских мыслей, а шум голосов. Громкие, низкие, высокие, кричащие. И всё сливалось в одну общую кашу. Первые три минуты после того, как Агата зашла в класс, ей удалось полежать на парте в жалких попытках досмотреть ночной сон. А вот остальное время до первого урока её расспрашивала одноклассница. Розовые волосы, чёрные глазные яблоки и забавные жёлтые рожки. Мина Ашидо. Она сидела прямо перед Агатой, да и, по всей видимости, была явным экстравертом и не могла усидеть на месте без общения. Она говорила много, быстро, но внятно, за что Агата была ей мысленно благодарна, ибо понимать скомканную речь на новом языке было сложно. А тут она пока не встретила никого, кто бы говорил настолько невнятно, чтобы не понять вообще ничего. Возможность провалиться в сон окончательно убил Сущий Мик, который буквально ворвался в класс с громкими возгласами (его причуда в эти моменты ему крайне помогала). Начался урок английского. И несмотря на то, что английский язык девушка знает более, чем на отлично, интерес от урока она не потеряла, в отличие от большинства одноклассников. Хизаши рассказывал интересно, местами даже пел (естественно, громко), это разбавляло нудную учебную атмосферу. Следующей неутешительной нагрузкой после весёлого английского была японская литература. Агату в целом не интересовала классическая литература, а тут ещё и японская. Её вёл Цементос. А первый урок он полностью посвятил искусству хокку. Это был, мягко говоря, один из самых тяжёлых уроков в её жизни (при учёте, что она школу то почти не посещала очно). Поэтому на обеденный перерыв она выходила уже выдохшаяся и выжатая как лимон в жару. Столовая встретила её гулом похуже, чем тот, что стоял утром в классе. Теперь она слышала не только голоса учеников, но и их мысли, и всё это вперемешку. Громко. Тяжело. Неприятно. Через силу она пробилась к герою, который работал поваром. Быстроланч. Он мог приготовить абсолютно любой обед, который только пожелает ученик или учитель. Рисковать и пробовать японские деликатесы в такой выматывающий день девушка не стала, потому взяла привычный для англичанина ростбиф с салатом да стакан воды. Мест, где присесть, было как и учеников, то есть крайне много. Свободных тоже было немало, видимо не все ели именно на большой перемене. Агата устало щурилась, высматривая хотя бы одного одноклассника. Это только казалось делом простым. Например, ей думалось, что Мину Ашидо она найдёт чуть ли не сразу, казалось бы, что сложного найти такую яркую одноклассницу в толпе других учеников? А то, что буквально каждый ученик UA был сам по себе ярким человеком, в каком бы то ни было смысле. У кого-то яркий, почти вырвиглазный цвет волос, у кого-то другого цвета кожа, кто-то непривычно высокий, кто-то, наоборот, низкий. Агата почти отчаянно вертела головой по сторонам. Обедать одной всё же не хотелось, но мысль оставаться в таком крайне шумном месте тоже претила. Вдруг она заприметила уже знакомую зелёную макушку в толпе. Изуку Мидория, приемник Всемогущего. Девушка заинтересованно уставилась на одноклассника, который отчаянно пытался пробиться через плотное скопление людей, что стояли в очереди на получение своего обеда. «Поговорить с Вествуд…» — прочитала в его мыслях Агата, отчего задумчиво склонила голову набок. И зачем она ему? В конце концов они особо никак и не контактировали… Так или иначе, Агата перестала озираться, решив дождать одноклассника. Так бы и было, если бы её кто не подхватил под локоть, куда-то утаскивая. Девушка удивлённо обернулась, уставившись в знакомый фиолетовый затылок. — Шинсо? Парень, поняв, что девушка следует за ним, отпустил её и схватил свой поднос с едой двумя руками, продолжив путь. Он кратко кивнул в сторону выхода, откуда всё ещё прибывали студенты. Оказавшись в коридоре, Шинсо вёл её к лестнице. Миновал второй этаж. На третьем вышел, глянув на подругу через плечо, чтобы ещё раз убедиться, что она не потерялась и следует за ним. Они вывернули в длинный коридор. На полу, как и везде, был синий ковролин, по левую сторону огромные панорамные окна, по правую сторону несколько дверей. Шинсо уверенно доходит до центра и садиться на невысокий, но широкий белый подоконник. Агата наблюдает за его действиями. Парень, усевшись поудобнее и расположив поднос на поверхности, смотрит на девушку в ответ в немом приглашении сесть. Агата, недолго мучимая вопросом «а можно ли сидеть на подоконнике?», всё же садится рядом. С окон видно главные ворота и сакуры, что цветут по обоймам главной дороги к школе. Но самое главное – здесь тихо. Ни мыслей, ни голосов. Спокойствие. Даже мнимое давление с висков пропало. Шинсо уже с аппетитом, без лишних слов, откусил кусочек онигири, которые были на его подносе. Агата всё ещё осматривает вид за окном. Он тоже дарит незримое умиротворение. Она не знает почему, просто приятно глазу. Солнечно, чуть тучи. Вдруг дверь напротив них открывается. Шинсо и Агата резко поворачивают головы на звук. Из ближайшего кабинета выходит Айзава. Волосы его спутаны больше чем обычно, глаза щурятся, бинты на шее тоже лежат неряшливо. Мужчина, завидев их на подоконнике, замер, тупо уставившись на них. Ребята тупо уставились на него в ответ. Айзава моргнул пару раз. Его глаза быстро пробежали по всем деталям представшей перед ним сцены. Он закрыл дверь и просто ушёл. Агата и Шинсо тупо смотрели ему вслед. Негромкие, но ощутимые шаги удалялись и стихли на лестнице. Девушка перевела взгляд на табличку на двери, из которой вышел мужчина: «Комната Отдыха». Шинсо сделал тоже самое. — Не согнал, — констатировал парень. — Он же учитель? — Айзава Шота, — отвечает Агата, кивнув. — Айзава… Твой опекун? — Ага, и классный руководитель. Теперь кивает Шинсо, посмотрев на угол, за которым скрылся Сотриголова. — Какой-то он… — Сонный? — Да. — Наверное спал. Шинсо снова переводит взгляд на комнату отдыха. Эта внезапная и незапланированная встреча с учителем, который мог и выговор сделать за обед вне столовой, немного вывела из колеи, особенно после того, как Айзава просто молча ушёл. — Логично, — кивнул Шинсо и всё же вернулся к обеду. Немного поразмыслив, добавил, — Ему было как-то слишком… Наспать..? Девушка нахмурилась, услышав незнакомые звуки. — Наспать, — Шинсо, смекнув, что именно смутило подругу, повторил это же слово, только на английском. Только тогда девушка поняла примерный перевод, но слова всё равно не оценила. — Чёрт ногу сломит это произнести. Шинсо пожимает плечами. — Первый слог я из древне японского взял, а вот “спать” из иероглифов кандзи, — начал объяснять Шинсо, как именно он образовал это новое слово. Агата не могла не признать, что оно идеально описывала Айзаву, но вот учиться его произносить она точно не собиралась. — Ужас, — кратко комментирует она, покачав головой. Лучше бы она не знала, как это слово было образовано. Впрочем, она быстро переключилась на еду, пихнув в рот кусочек мяса. Жевалось просто, хотя мало кому удаётся сварить говядину так, чтобы по консистенции она не была похожа на резину. Вкус почти такой же, как и готовит её бабушка. Похоже, с едой в академии проблем не будет. Теперь голову занимала эта странная ситуация. Появление опекуна её не смутило, даже не озадачило, просто было неожиданно. Озадачило скорее то, что он вообще никак не отреагировал. Просто решил проигнорировать? Не понял спросонья? Или смекнул, что в столовой ей сидеть было бы проблематичнее и спустил с рук обед в коридоре? Шинсо протягивает ей целый онигири, предлагая попробовать. Агата, не вынимая вилки изо рта, забавно хмурится, будто решает что-то важное, а не пробовать еду или нет. В итоге отрицательно машет головой. Онигири она попробует как-нибудь в другой раз. — Как первые пол дня? — отвлечённо спрашивает Шинсо, подхватывая правой рукой обычные деревянные палочки, а другой небольшую глубокую тарелку, наполненную рисом. Он устремляет взгляд в окно, что придаёт ещё большую непринуждённость беседе. Как бы он не старался казаться незаинтересованным цветением сакур, Агата видела, что его глаз цеплялся за розовые лепестки. — Начали на весёлой ноте, закончили на печальной, — протягивает Агата. Поняв, что молчание слишком долгое, смотрит на друга, тот вопросительно смотрит в ответ. — Ну… поговорка. Короче, началось неплохо, а вот кончилось литературой. Мы на первом уроке начали хокку разбирать. Шинсо понятливо присвистнул. — Могу только удачи пожелать. Я тоже хокку не жалую. — В чём вообще его смысл? — возмутилась девушка, наколов на зубчики вилки невинный кусочек помидора, — Серьёзно, это же как очень-очень короткая песня, ещё и без рифмы… — А ещё количество слогов и строчек соблюдать надо, — добавляет Шинсо, неспешно поедая рис. Агата щёлкает пальцами. — Вот именно! Ещё и смысл сохранить надо. Бред же, не? Шинсо кивнул. Он тоже ни хокку, ни хайку не жаловал. Пусть и в литературе курса старшей и средней школы обе темы проходят в обязательном порядке. Даже в некоторых зарубежных странах в курсе литературы есть эти темы. Больно уж многим составителем курса предмете они приглянулись. Только вот Шинсо, будучи уроженцем Японии, терпеть их не мог. Он и так-то далёк от поэзии был, а тут ещё и философская, особенная. — Я бы может и помог бы тебе с ним, но у меня в средней школе по нему только «D» стояло, — он пожимает плечами, принимая поражение ненавистной теме в курсе литературы. — Ну и Бог с ним, — беспечно махнула рукой на это Агата, решив, что разбираться с этим хокку сейчас бессмысленно.

***

После обеда их ждал лишь урок по праву, где преимущественно изучались основы и нюансы прав героев. Урок сам по себе был интересным, хоть и пришлось записывать много всего. Вроде, нужно было выделить только важное, но из всей лекции важным оказалось чуть ли не всё. Под конец дня выжатыми как лимон в июле были все. Агата лениво закидывала тетради в сумку-почтальонку. Побочный эффект нежелательного действия причуды суммировался с общей усталостью от школьного дня. Девушка ставила на то, что до кровати она не дойдёт и уснёт прямо на диване, полностью проигнорировав ужин. Выходила из класса она почти последняя, а в дверях её нагнал голос одноклассника: — Вествуд-сан, постой! Агата нахмурилась непривычному обращению, но обернулась, посмотрев на нервного Мидорию. — Ты что-то хотел, Мидория? — его фамилию она произносила немного неуверенно, будто проверяя реакцию парня на обращение по фамилии. Парень огляделся, почему Агата и поняла, что разговор пойдёт про Всемогущего. Она с пониманием кивнула и поманила к выходу. Все коридоры и лестницы они прошли в молчании. Со стороны Изуку крайне неловком молчании. Он собирается спрашивать о такой деликатной секретной теме, дак ещё и с симпатичной девушкой наедине. Со стороны Агаты задумчивым. Одни лишь собственные принципы отделяют её от того, чтобы насильно прочитать мысли одноклассника. Выйдя на улицу, где людей уже было поменьше, да и все были заняты своими беседами, Мидория чуть подрасслабился. Девушка уже привычно любовалась цветущей сакурой, в глубине души жалея, что цветёт она лишь раз в год. А это время кажется таким светлым и лёгким, будто ты сам становишься этим розовым лепестком, который подхватывает порыв ветра. — Ты хотел со мной поговорить? — начинает Агата, заворачивая за главные ворота. Долго тянуть это не хотелось. Мидория дёргается, чешет локоть, только подтверждая своё волнение. — Да, — он ещё раз оглядывается, чтобы убедиться, что никого из одноклассников за ними нет. — Тебе на станцию? — спрашивает Агата сразу, дабы потом не пришлось задавать вопрос не по теме в середине важного разговора. Изуку же от такой отстранённости и разности между их состояниями, чуть теряется. — Да, — собравшись с мыслями, кивает, — Тебе тоже? — спрашивает он, подмечая, что девушка начала идти к ближайшей станции метро первая. — Нет. Я провожу тебя, сама недалеко живу, — поясняет она, несильно пиная мелкий камешек на тротуаре под ногами. Тот откатывается в даль, задевая ещё пару камней с характерным тихим хлопком. — Ну дак что? Изуку поджимает губы, собирая оставшиеся кусочки решимости. — Судя по вчерашнему тесту, ты не только можешь мысли читать, да? После этого вопроса Агата мельком глянула на его лицо: на неё не смотрит, сомнения так и плетутся через край. Она быстро смекает, что он решил идти издалека. — Я знаю про тебя и Всемогущего, — говорит она негромко, но открыто, чтобы пропустить лишние прелюдии. Станция в десяти минутах ходьбы от академии, времени на разговор у них немного. Мидория смотрит на неё изумлённо. Глаз из-за очков не видит. Конечно, он предполагал подобное, но предполагать и услышать от неё самой это разные вещи. Его волнение было понятно и обосновано. Всемогущий ведь сказал, что об этом даже не всем учителям UA известно, куда уж до учеников. — Но мне директор сам рассказал. — Директор? Агата усмехается. Неужели он подумал, что появление телепата в школе никого не будет волновать и они просто пустят всё на самотёк? — Когда рядом очень много людей, например, как на обеденном перерыве, я не контролирую причуду и слышу мысли всех окружающих. — Неприятно наверное… — Что поделать, — пожимает плечами девушка. Перед пешеходным переходом останавливается, посмотрев по обеим сторонам и только потом переходит дорогу, возвращая взгляд на Мидорию. — Зная об этом, директор Незу сам мне всё рассказал про Всемогущего и Один За Всех ещё до начала года. Парень вдруг стал задумчивым, задумчиво приложил ладонь к подбородку и несколько раз кивнул каким-то своим мыслям. Каким именно Агате знать не хотелось. — Значит, я мог тек не волноваться по этому поводу? — выдыхает Мидория. — Постой! Значит и про меня ты тоже знаешь? — Ага. Но тут уже я не удержалась и твои мысли прочитала, извини, — она отводит взгляд и теперь смотрит только на улицу впереди. Ей правда неловко, однако лишь немного. В конце концов ей было интересно узнать, кто же этот приемник Всемогущего. И то, что это неопытный первогодка, удивляет. Куда логичнее было выбрать кого-то из третьегодок, времени же у Всемогущего немного. — Слушай… Мидория… — Можешь просто Изуку, — спешит её попросить парень. — Изуку? — на слух произносит девушка, задумчиво уставившись в небо, которое уже начало окрашиваться в лучи закатного солнца. — А Бакуго называл тебя как-то по-другому… Деку вроде бы? Парень немного стушевался и смущённо почесал затылок. Он было хотел что-то сказать, но замолчал, о чём-то размышляя — Это скорее оскорбление, — Агата посмотрела на него. На лице парня не грусть. Такая тихая улыбка, которая скрывает гораздо большее. Но вдаваться в подробности их общения не было желания, не её это дело. — Но я не против, если ты будешь меня называть просто Деку, — он наконец тоже посмотрел ей в глаза (точнее в очки). Впервые с тех пор, как они вышли из академии. — Дак это же оскорбление? — Ну как бы да, но там всё дело в звучании и написании, — начал тараторить Мидория, активно жестикулируя. Они даже притормозили около какого-то магазинчика. — Просто мне тут недавно сказали, что Деку звучит как: «Ты сможешь». Вот я и подумал, что звучит неплохо. Эта двоякость в японском языке забавляла. Когда слово или иероглиф могут иметь несколько диаметрально противоположных значений. В английском тоже были такие слова, однако он, как родной, всё равно казался Агате гораздо проще, даже не смотря на наличие двенадцати времён, носители всё равно их не соблюдают, как и в целом нормы грамматики. В отличие от японцев. Они даже сленговые слова редко используют, а если и используют, то это англицизмы, поэтому воспринимаются они легко. — Тогда тоже зови меня просто по имени, — она быстро смогла привыкнуть к тому, что здесь даже друзья могут звать тебя по фамилии, только самые близкие обращаются по имени, но, когда тебя зовут по имени, всё равно как-то приятнее. Деку зарделся, но решительно кивнул. — Тогда, Деку, а до получения Один За Всех у тебя вообще не было причуды? — Да, — он кивает уверенно. Видимо, не печалится о том времени. Сейчас его зелёные глаза пылают такой незримой, но ощутимой уверенностью и готовностью ко всему. Всё ещё детской и местами наивной, но даже так это… воодушевляет. — Поэтому Кач-чан так остро отреагировал на появление у меня причуды. Но я уверен рано или поздно он успокоиться. — Скорее поздно, — усмехается Агата. Они уже дошли до станции. Людей рядом было не так уж и много, это спальный район, поэтому дальше можно было разговаривать так же свободно, но негромко. Особого желания резко заканчивать диалог только, потому что они дошли до метро, Агата не заметила. — Тебя до UA Всемогущий тренировал? — Да! — уж больно оживился Мидория при упоминании любимого учителя. — Я усиленно тренировался десять месяцев, чтобы моё тело проще приняло причуду, но, как видишь, — он растопырил правую ладонь и посмотрел на неё, будто на ней было что-то необычное, — Я ещё не готов для использования Один За Всех на сто процентов… — Это нормально, — просто произносит девушка. Эта простота и, в неком роде, беспечность заставляют Изуку изумлённо уставиться на неё. — Ну, тебе же ещё пятнадцать? — в ответ положительный кивок головы, — Ну вот. Сомневаюсь, что Всемогущий смог овладеть причудой за год или меньше, а ты вообще подросток ещё. Научись ходить, прежде чем бегать. — Ходить? — последнее предложение показалось Мидории странным. — Ну, пословица такая в английском. Японских аналогов не знаю, поэтому перевела дословно, — пожимает плечами Агата, надеясь, что смысл он уловил. Изуку не волновался по этому поводу, он знал, что чем больше пройдёт времени, чем больше тренировок останется за его спиной, тем больше и будет расти его сила. Ничего сразу не делается и ничего не делается быстро. Нужно было время и терпение. Даже Всемогущий, зная, что как раз времени то у него было немного, был готов обучить Мидорию всему, что знает сам. Но после того, как кто-то сказал ему об этом вот так прямо и в лоб, на душе почему-то стало легче. — Ты разбираешь в хокку? — вдруг спрашивает девушка, чем немного озадачила Мидорию. Такой резкой смены темы он не ожидал. — Признаться честно, нет. Мне литература сложно даётся. Хотя, должен признать учитель Цементос понятно объясняет. — Интересно, а Айзава-сансей у нас что ведёт… — А ты разве не смотрела? Агата вопросительно склонила голову в бок. — Ну, на сайте, — Изуку достаёт из кармана брюк свой телефон, быстро открывает какое-то приложение и протягивает устройство девушке. Приятное глазу оформление. Шапка сайта синяя с двумя золотыми буквами – названием академии. На странице открыта таблица расписания 1-А класса и учитель, который ведёт урок. В бумажной версии, которую им выдали вчера, учителя-предметники указаны не были. Агата ищет интересовавшую её фамилию. И, наконец добравшись до неё, хмурится. — Он ведёт химию? — А что тебя так удивляет? — искренне увлечённо спрашивает Деку. — Ну… я думала он математику ведёт. По крайней мере, выглядит как тот, кто ведёт математику. Мидория серьёзно задумался, кивнул, соглашаясь. — Ну, если подумать, Полночь-сенсей тоже ведёт необычный предмет, — после его слов Агата начала искать глазами имя героини. — Геометрия?! — Да, я думал, что она будет вести что-нибудь из геройской практики. — Надо же… Она мельком пробегается по остальным предметам, в голове оценивая насколько подходит тот или иной предмет тому или иному герою. Вот Полночь вообще не была похожа на учителя геометрии, однако это интриговало. Цементос же, был очень похож на учителя литературы, как и Эктоплазм на учителя алгебры. Девушка, просмотрев всё, вернула телефон однокласснику. — Ладно, не буду тебя больше задерживать, — Агата улыбается ему, сунув руки в карманы юбки. — Ты не задерживаешь, ничего такого! — замахал руками Мидория, что повеселило девушку. — Но нам и правда лучше уже расходиться. Завтра важный день. — А что завтра? — Ты не смотрела расписание? — удивляется он. — Я не ты, — лукаво усмехается Агата, — Расписание смотрю только вечером, особенно пока ничего не задают. — А… У нас завтра Начальная Геройская подготовка с Всемогущим, — более бодро сообщает он, — Так интересно, что будет на первом уроке! — В таком случае, тебе правда лучше поторопиться домой. — До завтра, Агата! — Мидория машет ей рукой на прощание, направляясь к входным дверям станции. — До завтра, Деку.

***

Следующий день был легче предыдущего. По крайней мере, он не был отременён литературой. А тот самый урок Геройский Практики стоял после обеденного перерыва. Появления Всемогущего все ждали с нетерпением, что неудивительно. Многих в этом году всполошила новость о том, что Герой Номер Один будет учителем в UA. СМИ до сих пор горячо обсуждают эту тему. Всемогущий появляется в классе нетипично, неожиданно. Все тут же прекращают разговоры, устремляя внимание на героя. Сегодня он в одном из своих геройских костюмов. Костюм «Серебряного века». — Я вхожу через дверь, как обычный человек! Он был одним из тех людей, которые, при появлении, занимают собой всё пространство. Всемогущий излучал светлую ауру. Буквально. Казалось, если бы на них сейчас напал злодей, то он бы и глазом не моргнул. Он излучал уверенность и воодушевление. Улыбка героя, как всегда, была при нём. Даже Кацуки Бакуго не выглядел недовольным. — Я преподаю начальную Геройскую Подготовку, — его голос плавно рассёк воздух. Все шепотки и возбуждённые возгласы притихли, — На этих занятиях вы выучите и освоите основы геройской деятельности. На уроках вы узнаете всё необходимое! Предмет и правда обещал быть интересным. Гражданские не знают и половины реальной деятельности героев, а тут буквально билет в закулисье. К тому же большинство наконец смогут почувствовать себя в шкуре того, кем хотят стать. — А сегодня мы проведём боевые тренировки! — пылко закончил свою приветственную речь мужчина. Агата чуть нахмурилась. Придётся драться. А её причуда, в отличие от причуд одноклассников, была совершенно не боевой. Она всегда относила себя к классу поддержки, но никак не боевому. Конечно, ей пришлось взять несколько уроков ближнего боя. На этом настояла бабушка, когда узнала, что внучка надумала податься в герои. Но даже на них у девушки лучше всего получалось уворачиваться, а не атаковать. — Вам понадобится вот это! — он указал рукой в сторону стены, из которой выехало четыре стеллажа с железными кейсами, пронумерованным по порядку. — Мы сделали эти костюмы с учётом ваших пожеланий и заявлений, которые вы отправляли нам заранее! Это были геройские костюмы. Агата помнит, как ровно за неделю до начала занятий, ей прислали письмо, с просьбой выслать примерный эскиз костюма и пожелания к нему. Над этим Агата думала очень долго. Она перерыла все социальные сети, в поисках подходящей цветовой гаммы, общей идеи, фасона. Её костюм был простой. Без вычурных элементов. Общие тёмные тона были выбраны неспроста, а для большей скрытности, учитывая, что двигаться для применения причуды ей не обязательно. В основе облегающий чёрный костюм «безрукавка-шорты» с голубой молнией. Поверх был надет тоже чёрный элемент, похожий на укороченную толстовку с капюшоном. Агата рассчитывала, что так или иначе будет полезно при резком перепаде температур, ведь согреть ноги легче, чем верхнюю часть тела. На ногах были наколенники, которые на бумаге были отмечены как особое пожелание. Девушка долго сомневалась в их необходимости, но в итоге решила, что лишними не будут, падать на голые колени не хотелось, а падать бы рано или поздно точно пришлось. На ногах были невысокие эластичные чёрные ботинки. Агате подумалось, что они всяко лучше, чем кроссовки, которые могут легко промокнуть. Образ завершался прозрачными голубыми очками, которые полностью закрывали глаза и даже брови от пыли или другого мусора, но главная их функция была не в этом.

***

Весь класс во главе с Всемогущим собрался у боевого центра Бета. Агата заинтересованно рассматривала цветастые костюмы одноклассников. Больше всех её удивил Иида, костюм которого напоминал доспехи. Даже его лицо было полностью скрыто. У Тодороки тоже был необычный костюм – половина его тела была покрыта материалом, имитирующим… ледяную глыбу. Девочки свои костюмы успели обсудить ещё в раздевалке. Агате особенно приглянулся костюм Джиро и Тсую. Они, на её взгляд, были самыми удобными. Её же костюм понравился большинству девушек, хотя некоторые сетовали на чёрный цвет, пусть он и был разбавлен голубым. К тому же все девочки впервые её увидели без чёрных линз очков. — На этом уроке вы разделитесь на злодеев и героев и сразитесь в командах два на два в закрытом помещении, — громко начал объяснять суть урока Всемогущий, — По сценарию, злодеи заложили бомбу где-то в своём убежище. Герои должны схватить злодеев и обезвредить бомбу за отведённое время. Злодеи же должны защищать бомбу и пытаться схватить героев. Агата почти облегчённо выдохнула. Работать в паре всегда легче, чем поодиночке. Да и при действии в здании, а не на открытом поле, её причуде будет где разгуляться. — Команды будут объединены путём жеребьёвки. Агата с облегчением осознала, что не волнуется по поводу сокомандника. Не было ни одного человека в классе, с которым ей бы не хотелось работать, разве что Бакуго, но тут причина ясна. Каждый по очереди подходил к большой коробке с круглым отверстием наверху. Внутри были шарики с буквой на каждом. Так и определят пару и последовательность. Агата оказалась где-то в середине очереди. Когда пришло её время тянуть шар, в груди что-то зашевелилось. Предвкушение. Девушка неспешно суёт руку в тёмную коробку. Смотреть на Всемогущего, который слишком уж пристально смотрел на то, как каждый достаёт шарик, она находит неловким. Поэтому уставилась в стол, на котором стояла коробка. Ладонью зарывается поглубже в шарики, намереваясь вытащить с самого низа. Хватается за тот, который на ощупь сочла самым симпатичным. — Команда В! — громко оглашает результат учитель, завидев букву на шарике. Агата отходит в сторону, уступая место следующему человеку. Она попала в команду с Тодороки Шото. Он казался крайне закрытым и молчаливым, но не отталкивал. Скорее, он был чересчур безэмоциональным. Даже больше, чем Айзава. Агата была уверена, что к нему нужно просто найти подход. С помощью компьютера хаотично раскидали героев и злодеев. Первыми были команда А, в который был Деку и Урарака, и команда D, где был Бакуго и Иида. Бакуго выглядел… слишком кровожадным для героя (впрочем, отыгрывать ему нужно было злодея). Агата с Тодороки стояли против команды Оджиро и Хагакуре. Это были одни из немногих людей из класса, чью причуду было несложно понять. Команды Мидории и Бакуго были первыми. Остальные вместе с Всемогущем удалились в отдельное здание. Тёмное просторное помещение с огромной кучей экранов, на которых транслировались записи с камер под разными углами. Наблюдать за ходом битвы было удобно. Агата стояла рядом с Тодороки. Они оба смотрели на экраны, наблюдая за действиями Мидории и Бакуго. Девушка хотела начать диалог, чтобы предложить идею для боя, ведь их команда выступала следующей, но она была не уверена, что стоит отвлекать Шото от наблюдения. Краем глаза Агата глянула на него. Смотрит, но будто просто кстати, а не целенаправленно что-то высматривает. Тодороки, заметив, что девушка периодически на него смотрит, посмотрел на неё в ответ. Агата вздохнула. Это её поражение как шпиона. — Что-то не так? — негромко спросил он. Рядом стоящие одноклассники не обратили на это внимания. Бой был почти в самом разгаре, поэтому многие то и дело перешёптывались. — Нет, — так же тихо отвечает она. — Просто хотела обсудить задание, — головой кивает на экраны, где сейчас бьются Бакуго и Мидория. Ей уже думается, что напарник просто кивнёт и продолжит смотреть дальше, но Тодороки чуть наклонился к девушке, как бы показывая, что она может спокойно говорить. — Твоя причуда, это управление льдом? — предположила Агата, скользя взглядом по его геройскому костюму. Вполне логичная мысль любого, кто его увидит. — Да, — лаконично отвечает он, едва кивая. — Как смотришь на то, чтобы поставить рекорд по времени? — хитрой ухмылки Агата не сдерживает, слишком уж это сложно. — Рекорд? — переспрашивает он, отчего ухмылка девушки становиться более явной. Значит, ей удалось его заинтересовать. — Можем добраться до бомбы быстрее всех, — Тодороки, недолго подумав, кивает, показывая, что слушает. — Я могу сходу найти комнату, в которой они прячут бомбу, а ты их заморозишь. План прост, в этом и хорош. Быстро выполнить его не сложно. — Это задание на работу в комнате, поэтому я подумала, что нам обоим было бы легче, если мы скооперируемся, — поясняет она, чуть встревожившись слишком долгим молчанием Тодороки. — Хорошо, — всё же отвечает он, согласившись с планом действий. Агата тихо выдохнула. Тревожность спала. Всё же Шото был похож больше на одиночку, и девушка опасалась того, что он откажется. В таком случае, как подозревала Агата, Тодороки бы просто заморозил всё здание. Тем временем бой Мидории и Бакуго был закончен. После такого шоу некоторые даже усомнились в том, безопасно ли выходить на площадку. Хотя Всемогущему удалось всех успокоить, что не было удивительно. Настал черёд Агаты и Шото. Перед выходом на полигон им пытались всучить микронаушники для связи между собой, но девушка настойчиво отказала, Шото её спокойно послушался. Спускались на поле они позже другой команды, дабы те, во-первых, поменяли дом (после того, как прошлый был разгромлен предыдущей командой), во-вторых, занять комнату в здании. План нового здания им тоже предложили, однако ни Агата, ни Шото особо на него не взглянули. Выйдя на улицу, Агата резко сощурилась, ибо глаза уже успели привыкнуть к темноте в комнате наблюдения. Здание было семиэтажным. Такое количество этажей неспроста – так сложнее наугад попасть в комнату с бомбой. Тодороки, как и до этого, казался непоколебимо спокойным. Раздался звуковой сигнал, означающий начало испытания. Агата, не без лёгкий усилий, быстро находит Хагакуре и Оджиро на седьмом этаже в крайней к лестнице комнате. Хагакуре, кажется, уже начинает спускаться на этаж ниже. Агата тут же мысленно передаёт всю информацию напарнику. — Понял, — кивает Шото. Из-под его правой ноги вырывается лёд, прямо по асфальту. Линия льда, достаточно широкая, чтобы встать на неё обеими ногами. Она скрывается в здании. Парень подаёт Агате руку, та с интересом наблюдает за происходящим. Смело вкладывает свою ладонь в его, тёплую. — Согни ноги, так проще балансировать, — говорит он, заставив девушку нахмуриться. — Балансировать? — только успевает спросить она, как её рывком тянет куда-то за парнем. Обе её ноги по инерции встают на заледеневшую поверхность, отчего скользят и Агата сильнее хватается за руку Тодороки. Колени, послушав совет, подгибает, стараясь сохранить равновесие. Теперь они оба скользят по толстой линии льда вверх по лестнице. Проезжают Хагауре, точнее только следы её замороженных во льду ступней. Только потом оказываются в комнате с бомбой. Ноги Оджиро тоже приморожены к полу и тот удивлённо смотрит на ребят. Тодороки сходит со льда на бетонный пол и доходит до бомбы. Уже поднимает руку, чтобы коснуться, но вдруг замирает. Агата, тем временем, тоже сходит с “ледяной тропинки” и смотрит на напарника. Тот выжидающе смотрит на него. Секунду девушка стоит в лёгком ступоре, но, смекнув чего же ждёт Тодороки, быстро добегает до бомбы, которой они касаются вместе. Звучат сирены, означающее окончание испытания. — Что ж, это было быстро… — удручённо улыбается Оджиро, пока Агата довольно усмехается. — И правда, мы хорошо сработались, — девушка весело смотрит на напарника. Тот лишь кивает. Девушка подносит к нему кулачок, что слегка озадачивает Шото. Он какое-то время тупо пилит жест Агаты взглядом. Только тогда, когда из динамиков раздаётся голос Всемогущего, который просит учеников вернуться в комнату наблюдения, Тодороки почти неуверенно складывает руку в кулак и легонько ударяет ей о кулачок девушки. Та улыбается более явно.

***

— Вы поставили рекорд! — Всемогущий показывает Агате и Шото большой палец вверх, как бы жестами оценивая их старания, — Минута и две секунды. Молодцы! Хорошая командная работа! Агата не сдерживала лёгкую улыбку, краем глаза подмечая, что Шото выглядит отстранённым. Его лицо вообще никак не изменилось с похвалой от Всемогущего. Это было странно. Появилось мимолётное желание заглянуть в его голову, дабы найти причину столь явной отстранённости. Впрочем, проигнорировать это желание было не сложно. — Кому-нибудь есть, что добавить? — улыбка Всемогущего стала чуть натянутой, что заметила Агата своим “вооружённым” взглядом. После первого боя уже все ждали отзыв не только учителя, но ещё и Момо Яоярозу. Та, как и ожидалось всеми, подняла руку. — Вествуд-сан, не сочти за грубость, но ты ведь могла и сама обездвижить команду злодеев и без помощи Тодороки. Так же, как и Тодороки мог просто заморозить всё здание и уже самостоятельно его проверить. Агата моргнула, отрабатывая её вопрос. Сейчас она успела пожалеть о том, что сейчас на ней голубые очки, а не привычные тёмные, так как сейчас любую её эмоцию можно увидеть по глазам. А в данный момент она была немного растеряна. По предыдущему бою Яоярозу дала конкретную критику, а тут вопрос, который ещё и выглядит как вопрос со скрытым смыслом. Вопрос, ответ на который не кажется сложным, но вот человек, который его задал, получит нужную ему информацию. Агате Момо не казалась закрытой, скорее осторожной, возможно даже стеснительной. Просто эта её стеснительность принимают за серьёзность. Она явный лидер, Агата бы даже не удивилась, если бы она стала старостой. — Ну, это задание же рассчитано на командную работу. Какой смысл действовать несогласованно и по отдельности? — пожимает плечами Агата, видимо, отвечая за них обоих, так как Тодороки желанием отвечать на вопрос не горел. Этот ответ Яоярозу удовлетворил. Остальные бои пролетели тоже быстро. На деле же бой Бакуго и Мидории длился дольше всех. Занятие закончилось точь-в-точь перед обеденным перерывом. В женской раздевалке большему обсуждению подвергся Мидория и его причуда. Агата прямо в обсуждение не встревала, но, когда настойчивая Мина спросила её мнения, та лишь пожала плечами, сказав, что у Урараки тоже есть некое “ограничение” на использование причуды. Яоярозу парировала этот довод тем, что Очако, в отличие от Изуку, не попадает после этого в медпункт к Исцеляющей Девочке. Обед они с Шинсо снова провели на том же подоконнике в коридоре. В этот раз без внезапных встреч с кем-то из преподавательского состава. На деле, Агата бы даже забыла про свою еду, если бы друг настойчиво не напомнил об этом, ибо девушка увлечённо перессказывала ему весь урок со Всемогущим. После обеда был первый урок геометрии с Немури Каямой. Большинство, кто знал её только как прогероиню Полночь, думали, что такой точный раздел математики под её руководством будет проходить весело и несложно. Однако вышло с точностью до наоборот, особенно для тех, кто думал, что будет халявить и получать лёгкие «А». С первых же секунд урока Полночь выстроила чуть ли не идеальную дисциплину. Все сидели ровно, как по струнке, сложив руки на парте. Когда она ходила вдоль доски, пока объясняла свои требования к предмету, её каблуки громко цокали, что создавало ещё более острую атмосферу. А когда в конце урока она открыла журнал, лукаво пробегая глазами по фамилиям, негромко, но так, чтобы все слышали, проговаривая: «К доске пойдёт…», сердце ёкало почти у всех. Именно на этом уроке Агате на телефон пришло сообщение, от чего гаджет издал тихую вибрацию. Сердце в тот момент пропустило удар. Это, на удивление, осталось Полночью незамеченным. Девушка рискнула посмотреть, кто же ей написал в учебное время. Сообщение было от учителя Айзавы: «Зайди в учительскую после уроков». Теперь у неё была ещё одна тема для размышления, помимо задачи на доске. Звонок звучал как само спасение. Послышалось несколько облегченных вздохов. Агате удалось улизнуть из класса первой из учеников. Вот только она не учла того, что в учительскую под конец дня ей нужно не одной. Полночь тоже туда направлялась. Первые полминуты они шли в молчании. — Как тебе Айзава как опекун? — нарушила молчание она, пытливо посмотрев на ученицу. Вопрос слетел с её губ очень быстро, видимо, давно волновал её, а сам Сотриголова никаких комментариев не давал. Девушка, по какой-то причине, вопросу не удивилась. Не про причуду и на том спасибо. — Не жалуюсь, Каяма-сенсей, — сдержанно улыбнулась Агата, блеснув линзами солнечных очков в закатном солнце, которое пробивалось в окна коридора. Несмотря на серьёзную дисциплину на уроке, Полночь не казалась ей таким уж строгим человеком. Скорее наоборот. Не на уроке она придерживалась образа кокетливой сепергероини. Услышав ответ девушки, та засмеялась. — Да ну? Он ещё никакие выговоры тебе не делал? Даже не ругал? Моргни дважды, если тебя держат в заложниках! — последняя фраза была произнесена, конечно, в шутку. — Надеюсь, не буду давать ему повода, — усмехнулась Агата. Немури вдруг приобняла её одной рукой за плечи, прижимая плечом к себе. — Не думай об этом зануде. Если хочешь сделать что-то сомнительное, то сделай! В рамках разумного, конечно, но если хочешь в какой-нибудь клуб, то не думай о том, что тебя могут отчитать, просто сходи! — со знанием дела сказала Полночь. Агату эта речь позабавило, отчего её улыбка стала менее скованной. Каяма, заметив это, победно ухмыльнулась. — А он может отчитать за это? — Ещё как! Он вообще очень скучный. Но ты не бойся, если что обращайся ко мне, я с Ямадой прикрою, — заговорщически шепчет она. — Даже Хизаши-сана подключите? — Да он и сам не против будет, поверь! До двери учительской они дошли очень быстро, Агата и глазом не моргнула. Полночь же спокойно открыла её, заталкивая девушку в комнату. Учительская просторная. Много одиночных столов, полностью заваленных документами и работами учеников. За столом у окна сидел Сущий Мик, который, завидев появление новых лиц, тут же оживился. Айзава же сидел за самым дальним столом в углу. Он казался, как всегда, уставшим. — Агата! Как дела? Как Геройская Подготовка? Как тебе Тошинори в качестве учителя? — тут же подлетел к ней Хизаши. Немури её уже отпустила и отошла к своему рабочему столу. — Неплохо, вроде хорошо, а Всемогущий неплохо справляется, — последовательно ответила на каждый вопрос девушка, улыбаясь ещё сильнее. Даже несмотря на усталость после тяжёлого дня, даже недолгий разговор с Хизаши радовал. — Только вы остались? — она ещё раз осматривает учительскую и подмечает, что Айзава уже поднялся из-за стола, шустро разгребая завал из бумаг на столе. — Да на нас повесили всякого, — невесело протянул Мик, хмурясь, видимо вспомнил, что ему ещё предстоит разобрать. — Эктоплазм тоже ещё в школе, — дополняет Полночь со своего места. — Ещё один сострадалец… — Да, не утешает… — женщина томно вздыхает, опираясь подбородком на свою ладонь. К тому моменту Айзава уже собрался и направился к выходу. — Агата, — девушка посмотрела на опекуна. Мужчина уже ухватился за ручку двери, явно не намеревался задерживаться здесь дольше положенного, — Идём. — Сбегаешь, Шота?! — чуть гневно воскликнула Каяма, недовольная тем, что теперь их клуб «Бойцы против документов» порядеет ещё на одного человека. — Бюрократия тебя всегда найдёт, Шота! — вдогонку кричит Хизаши, а Айзава мягко подхватывает подопечную под локоть и вытягивает из учительской, быстро закрывая за собой дверь. Агата же использует всю свою выдержку для того, чтобы не улыбнуться, хотя уголки губ подрагивают. Идут молча до ворот академии, чуть спешно. Однако теперь молчание не кажется каким-то странным и ощутимым. Скорее привычное. В руках Айзавы она замечает скромную синюю папку, но вопросов не задаёт. Понимает, что, если нужно, он сам расскажет. Он расслабленно держит руки в карманах. Вдруг выуживает оттуда два небольших ключика и протягивает их Агате. Та удивлённо моргает, но ключи принимает. — От крыши. Обедайте лучше там, а не в коридорах, — кратко говорит он, но на девушку не смотрит. А у Агаты в груди что-то зашевелилось. Что-то приятное. Он мало того, что не стал отчитывать, он запомнил, понял правильно и даже предложил альтернативу. Впрочем, осознание того, что человек думает о тебе и своеобразно заботиться, не может не радовать, правда? Улыбку сдержать не получилось. — Спасибо, — она тут же сунула ключи в маленький карман школьной сумки. — Хочу поговорить с тобой про твою причуду, — на девушку он всё же глянул. Серьёзно, чтобы сразу задать верный тон разговору. Хотя с ним редко складывался другой диалог. Агата с готовностью кивнула. — В общественных местах всё так же? — Да. Я не контролирую чтение мыслей. — Ямада говорил, что ты думаешь, что это психологический блок? — Да. Просто… — она поджимает губы. Не хочется уходить в выплывающую тему о прошлом, но по-другому никак, — В лаборатории всегда было немного людей, да и я ни с кем, кроме учёных особо не виделась. Впервые она вышла из-под моего контроля… — она ненадолго задумалась, окунаясь в воспоминания. После её “освобождения”, она долгое время реабилитировалась в больнице. Допросы, расспросы, подача показаний. Тоже не самые приятные воспоминания, — Наверное, в больнице. Там и людей больше было, да и правительство долгое время не могло от меня отвязаться. Айзава сосредоточенно кивнул. Он подозревал, что никакое правительство никакой страны не будет просто так игнорировать “удачный” эксперимент чокнутого, но от этого не менее гениального, учёного. Тем более, что в записях, которые уцелели после операции спасения, было сказано о некоторых особенностях причуды девочки. Такую причуду упускать никому бы не хотелось. — Бабушка тогда долго отбивалась от всех. Нас даже в суд вытащили, но в итоге меня оставили в покое. Ей было всего тринадцать и пол жизни тогда она провела в заточении в лабораторных стенах почти с полной отсутствием социализации. А тут выход в мир. Изменившийся мир. И на неё сразу налетают все: Министерство Безопасности, журналисты, правительство, да те же врачи, которые поначалу относились к девочке опасливо. Это ли послужила сбоям в работе причуды? Айзава это и предположил. И на том классном часу намеренно представил классу способность Агаты именно таким образом. Он думал, что если девушка поймёт, что никто не чувствует от неё угрозы, то причуда сбоев давать не будет. Однако, он ожидал и того, что одного раза будет недостаточно. Воспоминания о том времени реабилитации призраком стояли за её спиной. Шота видит, как она старается не зацикливаться на них, но так или иначе они дают о себе знать. — Вы тоже думаете, что из-за этого? — нарушает долгое молчание девушка. — Да, — вот только как с этим разобраться, Айзава ещё не придумал, хотя карусель вариантов вихрем закружила в его голове. — А с контролем у тебя как? — Зависит от того, что заставляю делать, — со сменой темы она выглядит расслабленнее. — Айзава-сансей, мы можем зайти в магазин? У меня еда заканчивается. Шота просто кивает, и они заходят в ближайший супермаркет. Во входных дверях их обдувает тёплым, особенно после улицы, воздухом. В нос ударяет запах свежей выпечки, которую пекут прямо в магазине. Агата берёт ручную корзину для продуктов. Первоочерёдно идёт к фруктам, уверенно набирая себе бананы и яблоки. Из овощей берёт только пару больших картофелин. Попутно вспоминает вид домашнего холодильника, чтобы понять, чего ещё не хватает дома. Спешно идёт к холодильникам с мясом. Айзава следует за ней, тоже поглядывая на продукты на полках. Мужчина замечает, что Агата замерла над холодильником и смотрит на мясо хмуро. Слишком долго стоит. Девушка же чувствует на себе его явный вопросительный взгляд. — Тут нет того, которое я обычно беру, — почти нехотя говорит проблему она. Девушка всегда брала одно и то же, по рекомендации Шинсо, другие виды брать опасалась. Айзава подходит чуть ближе и тоже изучает продукты в холодильнике. Затем открывает дверцу, достаёт небольшую пачку с куриным филе и подаёт подопечной. — Это тоже неплохое. — Спасибо. Остальные продукты Агата набирает с завидной скоростью, с целью не задерживать мужчину лишний раз. Оплачивает всё она сама, а вот пакет учтиво берёт Айзава, синяя папка незаметно тоже оказывается в этом пакете. Выйдя на улицу, оба просто вспоминают незаконченную тему. — Например, заставить человека замереть на месте проще, чем заставить его совершить определённую цепочку действий. Но вообще от размера человека это тоже зависит… вроде бы. — Вроде бы? — Не было возможности проверить, — пожимает плечами Агата, — В лаборатории профессор проверял мои умения только на таких же учёных или других детях. Вдруг они оба краем глаза подмечают какую-то перепалку в парке рядом. Высокий мускулистый мужчина с банданой на голове, которая скрывала его лицо наполовину, держал за шиворот какого-то человека в деловом костюме. Тот, что в костюме выглядел очень напуганным, а вот высокий человек, наоборот. Он даже замахнулся рукой. Вот только ударить не успел. Айзава среагировал почти мгновенно. Левой рукой он держал пакет с продуктами, а правой ленту многочисленных бинтов, которая удержала кулак здоровяка. — Насилие посреди белого дня? — его тон казался немного недовольным. Ещё бы, он не был настроен геройствовать после тяжёлого рабочего дня, дак ещё и разговор важный пришлось прервать, — Ты один из внезапных злодеев, которые теперь повсюду? Агата изумлённо смотрела на то, как худощавый с виду Айзава, лишь одной рукой спокойно удерживает того здоровяка. — Стирающий герой Сотриголова? — с жуткой ухмылкой спросил тот мужчина. — Мой рабочий день закончен, поэтому я просто бдительный гражданин, — парировал Айзава в ответ. Девушка же заприметила позади незнакомца ещё двоих. Парня, который стоял в пижаме в виде Всемогущего и девушку… в геройском костюме? Они опасливо глядели на происходящее. Айзава обернулся к Агате, протягивая ей пакет с продуктами. Его взгляд как бы говорил: «Я быстро разберусь». В следующую секунду он легко потянул здоровяка на себя, уклонился от удара кулаком, в то время как сам совершил точный и жесткий удар ногой прямо в голову. Незнакомец не растерялся и схватился за ленту Сотриголовы, откинув того вверх. Айзава ловко развернулся в воздухе, приземлившись на ветку ближайшего дерева. Его глаза загорелись алым, а волосы взмыли вверх. Агата, плотно прижимая пакет к груди завороженно наблюдала за ним. Его отточенные удары. Ни одного лишнего движения. Будто он знал все удары наперёд. Это не могло не привлекать. Применил причуду. Но незнакомец двигаться медленнее не стал. Айзава растерялся, но виду не подал, снова ухватился бинтами за его руку и нанёс удар ногой, тут же отпрыгнув обратно. К тому месту, где стояла Агата с пакетом. — Это возможность, — кратко бросает он, глянув на неё из-за плеча. Агата моргает, приходя в себя и быстро пытается сосредоточится. Подсознательно ей кажется, что для остановки такого сильного человека ей придётся приложить немало усилий, только вот происходит всё с точностью наоборот. Особых сил ей прикладывать не пришлось. Здоровяк замер в метре от Сотриголовы, который уже собирал свои ленты обратно на шею. — Что за!? Почему я не могу двигаться? — взвыл незнакомец. Айзава отряхнул пыль с колен и забрал пакет с продуктами из рук девушки. — Прошу прощения, судя по всему,я обознался. Раз вы не злоупотребляете причудой, мне нет причин вас задерживать, — он продолжает путь к дому Агаты, — Можешь его отпустить. Мужчина, пыл которого был остужён, дёрнулся, от того, что ранее напряжённые мышцы резко расслабились. Он ошарашенно смотрел на девушку. Та поклонилась, как бы извиняясь, и поспешила за Сотриголовой. Как только они отошли подальше, Агата, с горящими глазами, полными интереса, посмотрела на мужчину: — Стирание не сработало? Тот посмотрел на неё в ответ, задумчиво рассматривая горящую даже в темноте радужку глаз. — Да. Это просто очень сильный беспричудный человек, — ответил Айзава, — Зато мы развеяли твои сомнения. Ты ведь не сильно напрягалась, чтобы его остановить? — Не больше, чем обычно, — улыбнулась она. Агата знала, что она способна на большее, но всё это ещё впереди… — Та папка, — он кивает на синюю папку, верх которой виднелся в пакете, — Твои оставшиеся документы. Теперь проблем с бюрократией не будет. — Ну слава богу, — облегчённо выдохнула Агата, даже не заметив, что произнесла это на родном английском.