Часть 4. Глава вторая.

Почти всю свою профессиональную жизнь я занималась борьбой за права омег, их безопасность и привилегии. Меня часто, после выхода того или иного фильма, спродюсированного мной или нашем агентством, приглашали на интервью или записывали отдельные со мной или другими приглашенными людьми передачи. Всегда на тему омег и их прав во многих странах, о мифах, которые альфы распространяли на протяжении тысячелетий об омегах и их роли в обществе: омеги эмоционально нестабильные, неуправляемые и у них слабые интеллектуальные способности. Всегда, когда я это рассказывала, то приводила примеры, последние научные исследования и статистику, опровергающие все эти сказки и объясняла, почему эти сказки про омег были выдуманы альфами и зачем. Но никогда я не рассказывала, что сама подвергалась насилию со стороны альф, в стране, где у омег прав меньше, чем у кошки, где омеги - это мясо для удовольствия альф. Никогда не говорила о том ужасе, через который прошла только потому, что в стране, где я родилась, омег дискриминируют по видовому признаку. Сейчас я решила, что мне надо быть не просто борцом. Не просто гражданским активистом. Не просто продюсером фильмов о защите прав омег. Мне надо стать кем-то более значимым в этом мире. Кем-то, кто будет наделён очень большими полномочиями, с хорошей известностью, властью и влиянием для всех и во всех делах, касающихся прав омег. Никогда не хотела выходить на обозрение публики со своей историей. С тем, что было раньше и что происходит сейчас на моей личной территории - в моей семье. Но я знаю, как людей цепляют и поражают прямо в сердце личные истории. В этом и есть магия искусства: большая проблема или идея подается через частную жизнь, через историю человека, семьи, группы людей, объединенных чем-то - образование, социальный класс, национальность, религиозная принадлежность, видовая или гендерная идентичность, пережитый опыт. Это их объединяет и через частную жизнь кого-то из людей можно показать проблему целой группы. Кстати, интересно, а узники концлагерей потом встречались друг с другом, устраивали посиделки, переписывались? С кем я могла бы поговорить о своём прошлом, чтобы не обвинить его в равнодушии? Только с Никитой и его покойной мамой. Даже Дениска или Нина не годились для этого. Нина… Моя одноклассница. Подружка. С которой мы мечтали о будущем, когда смотрели сериалы по телеку о глупых омегах и великодушных, всегда богатых альфах! Нина помогала мне с продажей доставшейся мне после смерти деда по наследству квартирой. И на тот момент она встречалась с Гущиным, одним из альф стаи Савельева. Если я начну наводить контакты с Ниной сейчас, это может выглядеть подозрительно. Я не знаю, что и как сложилось в её жизни, мы перестали общаться через какое-то время после продажи квартиры. Я узнала только, что Гущин сделал ей предложение и она согласилась. Мы тогда как раз уехали с Никитой из страны. Итак... Я вышла из укрытия, в котором провела четверть века. В своих соцсетях я сделала двадцать пять коротких видео, - специально собрав небольшую свою команду для этого, от оператора до визажиста. Это были небольшие рилсы, где я в режиме монолога с текстами внизу рассказала о том насилии, которому подвергалась в подростковом возрасте на своей родине со стороны сверстников альф и с равнодушного разрешения всех, особенно властей моей родины. Сделала акцент на том, что ситуация сейчас с правами омег в моей бывшей стране ухудшается ещё и ещё больше. И что природа, создавшая альф и омег, видимо, сильно разгневалась на такое отношение к последним: в стране моего рождения сейчас крайне мало омег и это наводит на мысль, что тот ад, от которого мы отгородились, может протянуть руку и коснуться, нашего благополучного мимимишного европейского такого всего цивилизованного мира. Европейцы могут столкнуться с ситуацией, когда начнут похищать юных омег для удовольствия альф той страны. Это было предупреждение европейцам, сообщение об угрозе. У моего аккаунта в Инстаграм полтора миллиона подписчиков. В Телеграм - примерно столько же. Было. До начала публикаций этих моих видео. В основном среди подписчиков были любители документального и авторского кино, омеги. Через день после публикации первого видео.. Второго.. Десятого!.. Двадцать пятого!.. Три с половиной миллиарда подписчиков! Стало! Через неделю после. Почти треть населения планеты. Естественно, моя помощница, - милая, но на самом деле жёсткая и очень умная Кьяра Блум, тоже омега, - передала мне приглашение от нескольких журналов и независимых блогеров-журналистов. Приглашения были с государственных и частных телеканалов, имеющих свои каналы на Ютубе, с предложением дать интервью, прийти на ток-шоу, поучаствовать в утреннем или вечернем эфире новостей. Так. Все идет по плану. Мне надо было собой заполнить пространство. За очень короткое время. Я догадывалась, что Савельев через своих помощников следит за нами. Это пугало. Он мог насторожиться и спрятать Меланью в другое место. Меланью и трёх её детей. И его детей. Поэтому действовать надо было решительно, но быстро. Я чувствовала, хотела в это верить: наша девочка сейчас подросла, она стала матерью, но она не может, не должна принять этот плен омеги в доме альфы. Она, моя дочь, поможет мне вытащить её оттуда. А потом мы разберёмся. Я приняла несколько особо интересных предложений. Стала участвовать в телевизионных программах, ток-шоу, давать интервью. Именно в этот момент, когда я распланировала около двенадцати своих выступлений, - назовем это так, - Никита спросил: – Зачем ты это делаешь? У тебя есть ведь цель, да? Да. Я вижу, чего хочу. Для того, чтобы спасти нашу дочь, я должна стать амбассадором Альянса Наций, представляющем права всех омег мира, попавших в тяжёлые ситуации. Настолько влиятельной и знаменитой, чтобы мне не мог отказать в немедленной аудиенции даже сам Папа Римский, чтобы ни один глава государства не закрыл передо мной двери, чтобы даже самые дикие альфы самой дикой из ныне существующих ныне религий, не отказывали мне в приёме. – Ты думаешь... Так надо будет? - спросил с сомнением Никита. Я смотрела на того, кого люблю с первого взгляда и думала: уже более трёх лет наша дочь находится в плену, подвергается сексуальному и психологическому насилию, не имеет права на свободное перемещение и общение с близкими, она в репродуктивном рабстве; ты нашёл тех, кто её похитил и у кого она сейчас в руках; так почему ты, отец нашего ребенка, не думаешь - КАК спасти Меланью?!. Да потому что ты, Никита, писатель, журналист, исследователь. Твоя страсть угасла, как только ты понял, что было и кто виноват. Возможно, ты загоришься, когда сможешь написать об этом книгу. Я другая. Мне не нужен сейчас литературный шедевр или часовой ролик на Ютубе с расследованием этого похищения. Мне нужен реальный результат. Мне нужна моя дочь. Мой ребёнок. Наша девочка. И то, чего я сейчас хочу, так это - возвращение Меланьи. В свободную жизнь. В её жизнь. Возвращение ей всех прав, которые мы тут все защищаем. Предоставление ей права выбора. Даже если она выберет остаться со своим похитителем, она должна также иметь возможность в любой момент его покинуть. Как гражданка другой страны. Как свободный человек. Независимо от того, что она омега и у неё метка. Мы выбрали с моей помощницей Кьярой несколько интересных журналистов и ведущих, я стала давать интервью более развёрнутые, почти в режиме монологов. И обретать неслыханную даже для актёров и поп-певцов популярность. Это меня не радовало. Я не очень люблю, когда ко мне столько внимания. Не приучена к такому с детства. Но я решила: так надо, это временно, потом я сверну или передам кому-то всю эту деятельность. Из всех данных мной интервью мне запомнилось больше всего одно с забавной, если так можно сказать, журналисткой. Молодая женщина, бета, весьма популярная благодаря не столько таланту, сколько раскрученности в соцсетях, а это было дело и заслуга её команды и спонсоров. Ну, ещё она дочь ныне уже покойного скандального политика. Поэтому, идя к ней на интервью, у меня было много сомнений: её поклонники - та ли это аудитория, что необходима мне в моём деле? Во время интервью она почему-то большой акцент делала на том, что я в своей истории рассказала вскользь, что альфы, насиловавшие меня особенно старались, чтобы и я получала удовольствие от процесса и в результате достигала почти всегда оргазма. – Разве это не показатель того, что Вы сами хотели этого секса? - с нескрываемым любопытством спрашивала дама, прикидывающаяся уже второе десятилетие девочкой-припевочкой. - Разве не оргазм абсолютная ценность в женской сексуальной жизни? Тем более, у омег? В мире до сих пор слагаются легенды о сексуальной ненасытности и зависимости омег от близости с альфами. Я набрала воздуха в лёгкие. Выдохнула. Сделала пауза, чтобы не взорваться. – Вы, Касилья, задали сразу три очень интересных вопроса, - "если ей хочется позиционировать себя как взбалмошную девочку, то и я буду с ней разговаривать, как взрослая с ребёнком, которому надо всё объяснять простым языком," - подумала я. - Начну отвечать с последнего. Итак, сексуальность омег. Доказано, что сексуальность омег обоего пола ничем не отличается от сексуальности бет, есть только один нюанс - овуляция у омег сопровождается большим выделением смазки и специфическим ароматом, который не улавливают ни сами омеги, ни беты. А кто его улавливает? – Альфы? – Правильно! Этот аромат и эти обильные выделения и предназначены природой как сигнал для альф - наступил брачный период. С омегами в этот момент, который по аналогии с представителями мира животных называют "течка", не происходит ничего особенного. А вот альфы, почувствовавшие течную омегу, теряют контроль над собой. У альф в целом большие проблемы с самоконтролем. Но потеряв его из-за кого-то другого, чтобы захотели такие существа? – Подчинить тех, кто может их обезвредить и привязать, тех, кто ими управляет, да? – Правильно, Касилья, - я действительно начала развлекаться. - Именно альфы на протяжении нескольких тысячелетий занимались и продолжают заниматься... – ... в некоторых странах! - вставила ведущая. – Да, в некоторых странах они продолжают заниматься тем, что через дезинформацию имеют власть над омегами. Омеги представляются как сексуально неудержимыми, неконтролируемыми, ненасытным и неуправляемыми. А что надо делать с теми, кто может и сам себе и другим навредить? – По ложному утверждению альф? – Естественно, по ложному утверждению альф!.. - разговор набирал обороты. - Надо того, кто может подчинить альфу не только оболгать, но и посадить на цепь, - такое сравнение явно шокировало ведущую. - Надо ограничить или вовсе лишить доступ к образованию для омег. Что альфы прекрасно и сделали. Надо запереть омег дома, а то вдруг неконтролируемая, свободно передвигающаяся омега в день течки набросится на какого-нибудь альфу и забеременеет от него. Насильно! Надо самих омег убедить в том, что они слабые, что между ними не может быть дружбы и солидарности, что каждая омега мечтает... И дальше недлинный список, о чём мечтает каждая омега - секс, дети, безопасность почти как в тюрьме. Зачем это альфам? – Разобщенные, плохо информированные и необразованные, зависимые материально и социально омеги не могут уйти от альф? – Правильно, особенно если альфа по тем или иным законам в некоторых государствах присвоил себе омегу. Пометил. Поставил так называемую "метку". Она становится его собственностью. – Слава богу, я не омега! – И слава богу, что мы живём в цивилизованном обществе, где метить омегу можно только после свадьбы и с её письменного согласия. Итак, вопрос о неуправляемом сексуальном поведении омег закрыт. Второй, очень интересный, заданный Вами вопрос - о ценности женского оргазма. Это тема сейчас очень часто поднимается, дискурс есть и в социальном пространстве, и в искусстве. Например, недавно вышел фильм, снятый режиссершей бетой о пожилой успешной во всём даме, омеге, лишенной лишь радости оргазма в сексе с мужем. – Ой, да, я понимаю, о каком фильме Вы говорите, - снова как девочка обрадовалась ведущая. - Чем же Вам не понравился этот фильм? Как он назывался?.. “Малышка” или “Детка”, кажется?.. Жюри многих кинофестивалей его очень высоко оценили. – Жюри большинства кинофестивалей ориентируются на запрос аудитории. Это я Вам как кинопродюсер говорю! А аудитория сейчас хочет вывести из тени тему женского удовольствия во всех областях жизни. Это понятно, потому что раньше никто женщин, а особенно омег, не спрашивал, нравится им что-то или нет. Но фильм этот, о котором мы с Вами тут вспомнили, замечателен именно тем, как отвечает на вопрос, заданный в самом начале: на что ты готова пойти ради оргазма, детка? И режиссерша вместе с весьма хорошей в прошлом актрисой отвечают: на преступление, на измену, на предательство, на удовлетворение своих желаний используя другого человека. -- Ой, я помню, как героиня изменяла мужу со стажёром на своей работе, а потом в этом обвиняла свою помощницу! Ужас! -- Не только ужас, но и преступление, кстати, уголовно наказуемое в большинстве цивилизованных стран, - добавила я и вернулась к основной оси разговора. - Ценность женского оргазма стала настолько высока, что нам предлагается забыть о том, что женщина, бета или омега, в первую очередь человек. Отвечающий за свои поступки человек. Сейчас же пошла тенденция оправдывать преступления какими-то инстинктами, а уж преступления, которые доставляют в итоге удовольствие, считать чуть ли не обязанностью для совершения. – Я вас понимаю,- с умненьким личиком произнесла ведущая. - Мы, как человечество, можем так далеко зайти с такими играми. Ужас. – Вот именно. Поэтому мы этот вопрос закрываем, ответив: нет, оргазм женщины, что беты, что омеги, не имеет такой высокой ценности, ради чего можно и нужно переступать законы морали и юридические законы. И мы подходим к Вашему третьему, а вернее - первому вопросу. Если жертва во время изнасилования или принудительного секса, которого не может избежать, испытывает оргазм, то не делает ли это её жертвой меньшей по сравнению с той, которая испытывает только боль? Я правильно перефразировала Ваше высказывание? - ведущая кивнула; я немного перевела дыхание, это было всегда самое гнусное обвинение, с которым я сталкивалась всю свою жизнь и которое обрушилось на меня волной, вместе с сочувствием, конечно, после того, как я открыла миру то, через какой ад я прошла в ранней юности. - Скажите, Касилья, Вы знаете как вызвать рвоту? – Конечно, - ведущая опешила, но держалась. - Два пальца в рот, надавить на корень языка, а если перед этим выпить большое количество прохладной воды, то рвота будет обильной. – Можно ли вызвать рвоту у другого человека таким же методом? – Безусловно. Это делают и с детьми, которые что-то не то съели, и со взрослыми. Рвоту можно вызвать у другого человека даже если он в бессознательном состоянии. Это же рвотный рефлекс. – Так вот, точно также можно вызвать оргазм у человека, даже если он не хочет секса. Определенная стимуляция руками. Нажать на нужные “кнопки”. В нужном месте сдавить. В нужном месте потереть. Некоторое время настойчиво касаться в нужном ритме. – Ах, если бы так! – Уверяю Вас. Это так. Тело есть тело. И у тела есть рефлексы, ответные реакции на те или иные стимуляции и действия постороннего человека. Поэтому обвинения жертв насилия в том, что "самой или самому всё нравилось" это про снятие ответственности с насильника или группы лиц, насилующих жертву. Это отказ жертве насилия признавать её таковой, а именно - жертвой. А в стране, откуда родом мы с мужем, насилие над омегой со стороны альф так и вовсе считается их правом и даже обязанностью - альфам того общества и законы того государства отдали омег в полное и бесконтрольное рабство. Почему так произошло? На это я ответила в первом вопросе: если тысячелетиями всему человечеству и самим омегам внушать, что омеги это не люди, а домашние животные, игрушки антистресс для успокоения альф, то никто не заступится за омегу, да и сама омега не будет просить о помощи, зная, что не получит её. – Как никто не вступился тогда за Вас, - с напускной грустью сказала ведущая. - Я, кстати, хотела ещё вот о чем Вас спросить. Вы ни на своем канале, ни в интервью или на ток-шоу ни разу не назвали по именам тех, кто подвергал Вас на протяжении долгого времени этому насилию. Почему? – Почему я не назвала насильников по именам? - на самом деле я это решила сразу: потом назову, сейчас не спугнуть бы. - Мне важно привлечь внимание к бесправному положению омег всех полов в стране, что была мне когда-то родиной. Мой частный случай остается частным, но очень показательным случаем. В том, что происходит в той стране с омегами, давно уже перестало быть виной исключительно альф. В моей истории виновны не только те четыре альфы, что сбились в стаю, издевались и унижали никому ненужную в мире омегу, то есть - меня, похитили, присвоили себе и насиловали. Виновны также учителя, в основном - беты, что проходили мимо, когда в коридорах мне задирали одежду, рвали её на мне и били меня. Виновны врачи, которые зафиксировали поставленную метку у несовершеннолетней девочки и даже не поинтересовались, добровольно ли она на это пошла. Виновны психолог и врач, что отдали меня, вернули садисту после неудачной попытки самоубийства. Виновно в целом больное общество, которое разрешает, легализует домашнее рабство и насилие над омегами, лишенными человеческих прав. Это системная проблема и она должна быть решена на уровне тотального изменения системы, - я вздохнула и продолжила уверенно, но осторожно. - Основная моя миссия сейчас - чтобы декларация прав человека, в которой и омеги считаются людьми, была ратифицирована в моей бывшей отчизне и других, подобных ей странах. – Прекрасная цель! - похвалила меня ведущая. - Пусть вам в этом будут помогать все лидеры стран и правозащитные организации. В заключение, хотела Вас спросить... - ведущая явно осталась довольна всем разговоров и начала закруглять его. - В Вашей жизни произошла ещё одна трагедия: ваша дочь исчезла почти четыре года назад. Известно ли что-то по поводу её место нахождения или может быть вы имеете какие-то догадки? – Дело об исчезновения нашей дочери, Меланьи Ларской не закрыто. Вся информация засекречена, следствие продолжается. – Спасибо большое за такой интересный разговор... – Пожалуйста, Касья. – Мы благодарим Марию Ларскую-Кукушкину за уделённое нашей программе время. С вами была Касья Хунд. До новых встреч на моем канале. Я помню, что когда вышла из студии, где проходило интервью, меня встретил Никита. Он был за стеклом, в аппаратной, и слышал, и видел меня во время записи. Вызвал такси нам. Осторожно меня усадил на заднее сиденье и сел рядом. И только тогда меня начало трясти. Пережить всё сейчас, прожитое мной в тот самый жуткий, но и самый переломный год в моей жизни, вспомнить и спокойно рассказать об этом я смогла на виду у всех. А теперь меня колотило. Никита бережно взял меня за руку, приблизил к своему лицу и начал целовать мне запястье. Как раз там, где остались на всю жизнь шрамы от порезов, сделанных мной в один из невыносимых в моём прошлом дней, когда казалось, что не будет конца и края этой моей муки. – Какая же ты у меня сильная, - тихо сказал мне Никита на ухо сквозь мои и его волосы. И я разрыдалась.