Вернутся к фанфику
Алло?
2 июля 2025, 18:02Драко с трудом разлепил глаза. Белый, яркий свет вонзался в зрачки, оставляя тысячи крошечных порезов.
— Хм, — в горле стояла сухость, не давая произнести ни слова.
Попытался повернуть голову — безрезультатно.
Он был обездвижен? Да, определённо.
— Лежи. — На его плечи опустились ладони. — Ты в больнице. Пожалуйста, не шевелись. Я позову врача.
Сонный, но напуганный голос. Её.
— Грейнджер, скажи честно… Мне обязательно быть при смерти, чтобы ты наконец соизволила со мной заговорить?
Картинки всплывали в его голове. Он начинал вспоминать.
— Прости… — прошептала она, наклоняясь ближе и утягивая его в кривые, неестественные объятия, в которых он не мог принять участие.
Но Драко вдыхал аромат мёда и костра:
— Если моему сердцу нужно будет снова остановиться, чтобы я мог услышать твой голос… Пусть так, Грейнджер.
***
После ужина у Забини и выбивающего из колеи осознания, что Грейнджер написала роман с главным героем, поразительно похожим на него самого, Драко больше ей не писал. И не звонил. У него тоже есть гордость. Ну или была… когда-то. Да, она ему понравилась. Да, он чувствовал интерес. — из-за которого ладони бесконечно чесались, а мозг никак не мог успокоиться, не давая уснуть — но это опустим. Да, Драко с удовольствием навсегда оставил бы свой язык в полости её рта. — и что вы ему сделаете? Но… Это ведь не конец света? Грейнджер ничего ему не обещала, а значит, пора двигаться дальше. С этими мыслями он провёл воскресенье в одиночестве. Не желая видеть ни Блейза, ни Тео, ни родителей. Он слонялся по квартире, которую, между прочим, обожал — но сейчас она не радовала вовсе. Всё было не так. Диван — слишком мягкий, стены — слишком серые, мебель — либо нарочито вычурная, либо удручающе скучная в своей простоте. Драко решил: перемены. Да, это должно помочь. И именно поэтому в понедельник утром он носился по квартире, опаздывая на работу и спотыкаясь обо всё подряд. Идея сделать ремонт закончилась на том, что он вывалил всё из шкафов, переставил мебель и сложил диванные подушки в кучу на выброс — которая, почему-то, расположилась ровно посреди кухни-гостиной. А потом… у него закончились силы. Настигла хандра. Он уселся с книгой на диван — читать и не думать о Грейнджер. О чём, конечно, с утра пожалел, так как абсолютно ничего не мог найти. Драко натягивал штанину на одну ногу, прыгая на другой, одновременно выискивая взглядом рубашку в груде разбросанных вещей. Уже по тому, как проходило утро, можно было догадаться. Его ждал поистине дерьмовый день.***
Запыхавшись, он забежал в кабинет, где Тео и Генри уже приступили к работе. Конечно — ведь Драко опоздал на тридцать минут. — Ты сегодня без обеда, Малфой. — Есть, сэр. Уилсон был лояльным начальником, но дисциплину любил. Опаздывая, они с Тео оставались без перерыва, навёрстывая упущенное. Поэтому Драко старался приходить вовремя. Голодовка обычно не входила в его планы. — Мы кое-что нашли, — радостно поделился Тео. — Сердечко-то у нас подпитывается чужими жизнями. Драко подошёл к кубу, чтобы проследить, как Генри в перчатках из драконьей кожи аккуратно переворачивает его на другой бок. — Там манускрипт, — Нотт кивнул на стол в противоположном углу кабинета. — Изучи пока. Чтобы быть в курсе. В мозгу вспыхнули искорки любопытства — именно то, что колдомедик прописал. Драко с головой нырнул в это ощущение. Он присел в мягкое кресло и начал читать. Это было невероятно по своей природе. На тонких, старых листах, крошащихся от времени, кто-то от руки описывал их находку — сомнений не было. Оказалось, предмет был создан, чтобы воровать жизненную энергию. Стоит коснуться его — и твоё сердце перестаёт биться. Все силы утекают в холодные стенки и продолжают питать чьё-то сердце внутри ещё какое-то время. Автор манускрипта не знал, кому оно принадлежало, но предполагал: волшебник живёт столетия и скрывается среди них. Скорее всего, он с помощью древнего и очень тёмного ритуала вынул собственное сердце и заключил его внутрь, выискивая способ продлить себе жизнь. А потом что-то пошло не так — либо артефакт украли, либо он сам каким-то образом его потерял. Малфой не мог в это поверить. Этой штуке, по их предположениям, не менее четырёхсот лет. То есть где-то живёт человек, который сумел найти рецепт бессмертия. Николас Фламель был не единственным… Вау. Но способ — кровожадный. И жестокий. Драко тут же решил, что трогать это не будет. — Что думаешь? — крикнул Тео с другой стороны довольно большого кабинета. — Круто, да? Генри цокнул и покачал головой: — Мальчишки… Драко подошёл ближе: — И что дальше? Нам нужно передать сведения в Аврорат? — Да. Ты и напишешь отчёт в обеденное время. Послышался стон: — Но почему опять я? Генри усмехнулся: — Кто опоздал, тот и берётся за всю самую скучную работу. Правила есть правила. Драко точно знал, что никакого такого правила у них не было, но спорить не стал. — Так и что? Нам не нужно обезвредить его? — по голосу было понятно, что Малфой не хотел упускать возможность ещё немного поизучать куб. — Думаю, Поттер захочет сначала найти хозяина сердца. Теперь он этим займётся. Тео надулся. Его тоже не радовала перспектива передавать дело: — Вечно этот Поттер. — Ну, — хлопнул в ладоши Генри, — у нас ещё есть немного времени, давайте сделаем максимум. И действительно — до обеда они ещё раз прочитали манускрипт, выделили самые важные моменты, попытались найти имя автора или какие-то отсылки, которые помогли бы понять, когда и кем он был написан. А также перерыли всю секцию рукописных сведений по артефактам. Но безуспешно. Уходя на обед, Генри и Тео посмеивались над Малфоем, но пообещали вернуться пораньше и принести ему что-нибудь поесть. Наконец, оставшись один, он сел за стол и начал заполнять отчёт — скучная и кропотливая работа. Стараясь не упустить никаких деталей, он не сразу заметил, что сердце в кубе изменило ритм. Оно билось реже. И как будто громче. А ледяные стенки всё ярче светились белым светом. Когда Драко оторвался от бумаг и обратил внимание на происходящее, было уже слишком поздно. Куб, словно подчиняясь чужой воле, перекатился на другую грань и коснулся его запястья. Этого было достаточно. Мгновенная слабость. Малфой попытался встать, вытащить палочку, позвать на помощь. Но не смог. Из него будто вытягивали силы. Нет уж. Я должен узнать, как оказался в чёртовом романе… чёртовой Грейнджер. Да, так низко он пал. Умирая, Малфой мог думать только о девушке с глазами цвета шоколада… Когда он терял сознание, именно они были в его голове.***
Когда он открыл глаза в следующий раз, белый яркий свет больше не обжигал сетчатку. — Малфой? Ты очнулся? Значит, она всё-таки была реальностью, а не плодом затуманенного зельями рассудка. — Грейнд… — он закашлялся. — Вот, попей воды. Она поднесла стакан к его губам. Драко сделал маленький глоток. — Спасибо. Давно я здесь? Он попытался определить время, но шторы были наглухо задернуты, а часов нигде не было. — Тебя нашёл твой начальник, когда вернулся с обеда. Сейчас три часа ночи. Ты просыпался несколько раз, но потом снова отключался. Колдомедики говорят, ты здоров, но тело истощено борьбой за жизнь. Она наклонилась совсем близко, вглядываясь во что-то в его глазах. Драко не мог не думать о своём дыхании после стольких часов без сознания, но её взгляд — вот он, тот самый — от него невозможно было оторваться, даже если бы он захотел. Только сейчас он осознал, что лежит в кровати с голым торсом и в каких-то больничных штанах. Не так. Он лежит в кровати, а губы Грейнджер — так близко, что можно было за мгновенье сократить расстояние до нуля и целовать её столько, сколько захочется. Ну не откажет же она тому, кто только что вернулся с того света? Его тело, несмотря ни на что, реагировало на её близость более чем однозначно. Он был рад, что прикрыт хотя бы простынёй. — Эм… не думаю, что я на самом деле истощён, Грейнджер, — прошептал он, стараясь не разрушить хрупкость момента. — Кажется, я в полном порядке. — Мне не говорят, что с тобой случилось… — она подбирала слова. — Драко… Я так волновалась. Морщинка между бровей, потерянный взгляд. Нет, это не то, что ему было нужно. Он поднял руки и скрестил за её спиной, надавливая. Грейнджер рухнула на его грудь, её кудри разлетелись по его плечам, рукам, даже лицу. — Я в порядке, Грейнджер. Обещаю. Я в порядке. Его ладонь провела по её голове и скользнула ниже, пока она медленно не начала расслабляться в его руках. Что бы между ними ни происходило — он не хотел быть причиной её тревоги. По крайней мере, такой. — Твои родители… — она так и застыла в его объятиях, полусидя-полулёжа, не пытаясь выбраться. — Они были здесь весь день. Но на ночь нас всех попросили уйти. — Угу. И как же ты оказалась в моей палате, проныра? — Украла халат колдомедика и сделала вид, что тоже тут работаю. — Ты что? — Драко засмеялся — и тут же скривился от резкой боли в груди. — Украла халат, Малфой. Да-да, очень смешно. Ответа не последовало. Грейнджер приподнялась. — Что? Драко, что случилось? Боль пульсировала, не отпуская. Он сжал зубы. Но всё же смог выдавить: — Ничего. Мне просто нужно ещё немного отдохнуть. — Я позову колдомедика! — она уже почти поднялась с кровати, когда он перехватил её запястье и снова притянул к себе. — А я-то думал, вы сами возьмётесь за лечение, мисс Грейнджер, — собрав остатки сил, как можно игривее сказал он. — Где же халат? Уверен, он вам чертовски идёт. — Малфой! — она хлопнула его по плечу. — Ты вообще в курсе, что чуть не умер? По-твоему, это смешно? Он широко улыбнулся. Грейнджер была очаровательна в своей искренней заботе. Совершила кражу и пробралась мимо персонала. Осталась на всю ночь. Безбашенная. — Тшш, — он хотел, чтобы она услышала. — Я не умер только потому, что должен был узнать… какого хрена в твоём неизданном романе у главного героя светлые волосы и татуировка со змеёй на спине? И, Мерлина ради, Грейнджер, ты что — подсматривала за мной? Он видел, как её зрачки расширяются. Как в глазах вспыхивают золотистые крапинки. Шок. Неверие. Калейдоскоп эмоций, которые он всё ещё не мог расшифровать. — О нет… — румянец разливался по её щекам. — Джинни? — тихо спросила она. — Джинни, — кивнул Драко. — Я её прибью… — Девушка, что вы здесь делаете? — в палату вошёл помощник колдомедика. — Уходите немедленно. Тон — строгий. Такой, по которому сразу понятно — договориться не выйдет. Грейнджер быстро схватила вещи и кинула на Драко прощальный взгляд. Отчего-то ему казалось, что он её теряет. Снова. И завтра, набирая её номер, он услышит только гудки.***
Ему удалось немного поспать, сходить в душ и привести себя в порядок. На утреннем осмотре подтвердили: возможны боли в груди в течение двух-трёх недель — их он должен провести дома, избегая физических нагрузок. В остальном же Малфой был здоров. Никаких последствий от нападения злобного ледяного куба не будет. В коридоре его уже ждали родители. Поздоровались с ним, не выражая особых эмоций, но по бледному лицу Нарциссы и усталому взгляду отца Драко понял — они были напуганы и очень переживали за своего единственного сына. — Сегодня переночуешь у нас, — безапелляционно заявил Люциус. — Но… — Никаких “но”, сын. Твоя мать чуть с ума не сошла от страха. В поместье — сейчас же. Он не обижался. Все поступки Люциуса — и верные, и ошибочные — были продиктованы желанием защитить семью. Сейчас Драко был достаточно взрослым, чтобы при желании дать отпор. Но он не видел смысла. Провести день с родителями — простое решение, чтобы успокоить их. — Хорошо, — кивнул он. — Идём. Как только они перенеслись по каминной сети в Малфой-мэнор, Нарцисса кинулась ему на шею, обняв так крепко, что он вполне мог снова оказаться в той же больничной палате через пару секунд. — Мааам, — протянул Драко. — Я знаю, ты переживала, но со мной всё хорошо. Нарцисса казалась такой маленькой. Жизненный круговорот. Когда-то он прятался в складках её юбки, утирая дорогой тканью слёзы из-за разбитой коленки. Тогда мама казалась большой и сильной — способной защитить его от любых бед. А сейчас уже она прятала лицо у него на груди и словно сплошь состояла из хрупкости, нежности. — Не дерзи, — Люциус встал рядом и положил руку на плечо жены в успокаивающем жесте. — Дорогая, иди ко мне. Драко аккуратно передал Нарциссу отцу. Никто в этом мире не справился бы с её тревогой лучше. — Как ты, сынок? — уже спокойнее спросил Люциус. — Чувствуешь себя нормально? Драко улыбнулся. Отец достал из закромов ласковое прозвище. Ради этого стоило сутки проваляться в больнице. — Да, пап. — Он не остался в долгу. — Хочу немного подышать воздухом, если не возражаете. Пройдусь, а потом можем пообедать вместе. Нарцисса подняла голову: — Ты уверен, что тебе можно? Там холодно. Простынешь. — Ничего с ним не случится, — сказал Люциус. — Пойдём, я отведу тебя в ванную, а после почитаю тебе что-нибудь. Хочешь? Драко смотрел, как отец аккуратно уводит жену, придерживая её за талию и шепча ей что-то успокаивающее. Кто бы что ни думал и ни говорил про их семью — с детства Драко видел перед собой пример преданной, всепоглощающей любви. Да, у них был сын. Единственный и любимый. — конечно же. Но то, что они были друг у друга, — это была их сила. Только идиоты считали иначе. Малфой улыбнулся своим мыслям и достал из кармана мобильник. Последняя попытка, напомнил он себе. Если Грейнджер больше не хочет общаться — он не будет настаивать. Да, она ему нравится. Но он не был любителем игры в кошки-мышки. Либо да, либо нет. В конце концов, она не единственная девушка на планете. А ему чертовски надоело проживать свою жизнь без этого чувства. Без любви. Драко вышел из поместья, чтобы поймать сеть, и набрал знакомый номер. Гудок. Гудок. Гудок. Ещё один — и он положит трубку. Гудок… — Алло? — заспанный голос на том конце. Её.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!