Вернутся к фанфику

Часть 4. Mentis Conectere.

11 декабря 2025, 16:42
Так-то уж найти зеркало, в которое смотрел Малфой, было делом плёвым. В Хогвартсе, и Гермиона была готова на это поспорить с кем угодно, едва ли существовала хоть одна блестящая поверхность, не успевшая за эти годы запечатлеть в себе белобрысую, самодовольно приподнятую и слегка лопоухую башку Драко. Он, казалось, ежечасно — нет, ежеминутно, а то и ежесекундно — проверял, не выбилась ли из идеальной укладки хоть одна прядка. Казалось, что этот мальчик способен любоваться собой где угодно: в витражах, в начищенных до блеска доспехах, в серебристых чайниках на кухне, а при определённом желании — даже в отражении чьих-нибудь очков. Манекен ходячий.  Гермиона же тем временем стремительно шагала к гостиной Гриффиндора, собираясь одолжить у Гарри мантию-невидимку. Для подобного заклинания она должна была быть абсолютно уверена, что именно Малфой посмотрел в то самое зеркало — а значит, ей действительно придётся, о боги, добровольно войти в это его паучье логово. Ради науки, ради точности, ради того, чтобы никто не сказал, что Гермиона Грейнджер делает выводы без доказательств. Но всё равно: неприятно. Когда она вошла в гостиную, её встретила непривычная тишина: помещение было совершенно пустым, даже безжизненным. Только огонь в камине потрескивал, словно боялся потревожить воцарившую здесь тишину.  Гермиона на цыпочках подошла к двери в мальчиковое общежитие и тихо, почти робко постучала, надеясь, что разбудит лишь одного человека, а не весь Гриффиндор разом. — Гарри? — позвала она вполголоса, но за дверью было по-прежнему тихо.  — Гарри! — повторила Гермиона уже чуть громче, и, спустя мгновение, где-то внутри послышались сонные шаркающие шаги; дверь скрипнула, распахнулась, и на пороге появился помятого вида парень.  — Да кого там носит… Г-Гермиона?.. — пробормотал он немного хриплым ото сна голосом, недоумённо моргая, словно подслеповатый крот, и потирая глаза. — Что… Что-то случилось? «Случилось… мантия, блин, засучилась. И Драко вместе с ней тоже засучился» Волосы Гарри выглядели еще более растрепанными, чем обычно, и на нем была маггловская пижама, которую она подарила ему на день рождения в прошлом году. Вид сонного и донельзя насупившегося, как ежа, Гарри было забавно лицезреть.  — Гермиона? — неуверенно повторил Гарри, помахав рукой у неё перед носом. — Алло, Хогвартс вызывает Грейнджер? Его обеспокоенный голос вывел её из транса, и она поспешно кивнула. — Да, всё хорошо, правда. Прости, я не хотела тебя будить. Но… — Но? — спросил Гарри, уже чуя подвох пятой точкой.  — Но… ты можешь дать мне мантию-невидимку? Я хотела немного позаниматься в библиотеке и… ну… не хочу столкнуться с Филчем. — Что? — Гарри прищурился. — А разве ты не была там весь вечер? — Нет, Гарри, я хотела пойти туда, но потом в вспомнила про Филча и пришла к тебе за мантией. — Гермиона нервно комкала в руке рукав свитера, оттягивая его.  Гарри придирчиво осмотрел её, поднял бровь домиком, потом задумчиво прикусил нижнюю губу.  — Ладно, хорошо, — наконец сказал он, сдаваясь. — Жди здесь. Сейчас принесу. Гермионе вмиг стало невероятно стыдно за то, что она соврала Гарри. Стыдно до покалывания в пальцах и неприятного жжения где-то под рёбрами. Но иначе она поступить не могла… или могла? Или, быть может, вовсе необязательно сейчас нестись туда, не знаю куда, чтобы найти то, не знаю что? Хотя нет — куда она шла, как раз знала. В общежитие Слизерина. А вот зачем… Ну узнает она, что у Малфоя на уме, и что дальше? Пойдёт в Министерство писать доклад? Может, она действительно зря накрутила себя всеми этими мыслями о Волан-де-Морте? Драко — обыкновенный дурак. Таких много. Некоторых даже больше, чем хотелось бы. Сомнения оборвала скомканная, слегка скользкая ткань, неожиданно впихнутая ей в руки. Гермиона вздрогнула, выныривая из собственных мыслей. — Так. Не знаю, что у тебя на уме, все равно не скажешь, — с заумным видом начал Гарри. — Спасибо, Гарри, — быстро перебила она, уже поворачиваясь к выходу. — Герм, — окликнул её друг, и в голосе его появилась привычная тёплая серьёзность, — ты это… давай без отчебучиваний, ладно? Не хочу, чтоб у тебя были проблемы. — Лады, — бросила она и улыбнулась ему по-настоящему тепло. — Спокойной ночи. Она дождалась, пока Гарри вновь скроется за дверью, и только тогда вышла в коридор, накидывая на себя мантию-невидимку. Внутренне молилась Мерлину, чтобы Малфой, как назло, не решил уединиться со своей новой пассией где-нибудь в мужском общежитии. Её сейчас совершенно не интересовали романтические трели двух слизеринских голубков. Проходя мимо того места, где она видела Малфоя в последний раз, губы невольно скривились. Ярко вспомнилось, то, как девушка сегодня что-то горячо шептала ему на ухо, притираясь щекой к его ладони, будто они были героями дешёвого любовного романа. Её передёрнуло. Если Гермиона хотела узнать, что задумал этот чёртов слизеринский аристократ, то выбора у неё, по сути, не было. Она должна была это сделать. В конце концов, она была гриффиндоркой — храбрость в ней текла, как кровь, упрямая и горячая. Девушка глубоко выдохнула, расправила плечи, гордо подняла подбородок и решительно продолжила путь в логово змей.  Когда она дошла до подземелий, по коже пробежал холодок. Здесь было ощутимо морознее, чем в тёплой, уютной гостиной Гриффиндора. В воздухе висела сырость, пахло камнем, плесенью и…самими слизеринцами. Гермионе пришлось подавить желание наоборот развернуться и уйти — она не зря сюда шла. Подойдя к стене, она сняла мантию. На каменной поверхности висел портрет грозного, хмурого, седовласого мужчины, сидящего в кресле-качалке. И как бы Гермиона ни пыталась убедить себя в обратном, лицо этого старика подозрительно напоминало профессора Снейпа — только седого, вдвое более недовольного и, возможно, вдвое более живого, чем их настоящий преподаватель. — Пароль, — рявкнул тот.  — Салазар Слизерин, — выпалила она наугад, мысленно истово молясь всем доступным волшебным силам, чтобы это вдруг оказалось верным. Портрет молчал. Грозно. Долго.  — Верно, — наконец произнёс он.  Гермиона выдохнула так, будто этот старик только что вынес ей приговор. Стена дрогнула. Из камня, словно выплывая из глубин замка, начала появляться дверь — движение напомнило ей Выручай-комнату, только значительно более… слизеринское. Холодное, скользкое и не особо приветливое. Когда дверь полностью оформилась, Гермиона вновь натянула на себя мантию и вошла в гостиную Слизерина. Место было тёмным, суровым, как будто само гордилось своей мрачностью. Не теряя ни секунды, она направилась к коридору, ведущему в мужскую спальню.  Она осторожно нажала на ручку, вошла внутрь и так же тихо закрыла дверь за собой, чувствуя, как сердце колотится где-то на уровне горла. Повернувшись, она сразу же закрыла рот рукой, подавив свой удивленный вскрик. Прямо напротив неё на кровати, раскинувшись звездочкой, мирно спал Малфой. Нет, сам по себе спящий Малфой — это ещё терпимо. Пугающим было другое: он был абсолютно голым. К счастью, причинные места скрывала небрежно сбившаяся простыня. Видимо, у кое-кого вечер действительно удался. Девушку он, скорее всего, уже выгнал — Гермиона и раньше замечала, как из его комнаты то и дело вылетали заплаканные однокурсницы. Все прекрасно знали, чем грозит связь с Малфоем, но всё равно умудрялись буквально вешаться ему на шею. То ли сама идея иметь «плохиша»-парня так их манила, то ли сам факт, что ты переспала с Малфоем, казался им чем-то вроде трофея — было непонятно, да и неважно. При всём этом природная харизма у Драко действительно имелась. Убавить бы в нём ядовитости — и они вполне могли бы общаться. Да и объективно он был симпатичным, несмотря на свою вечную холодность и не совсем удачную прическу. Сейчас же его светлые волосы хаотично разметались по подушке, а бледная кожа выглядела почти светящейся на фоне тёмной простыни. Ни единого пятнышка, ни родинки на этой коже цвета слоновой кости. Лишь вишнёвый засос резко выделялся на шее, побагровев по краям. И черты лица — тонкие, правильные, почти мраморные… Так. Хватит. Гермиона резко выдохнула, вытащила палочку и шёпотом произнесла: — Акцио, зеркало. В её руках тут же оказалось маленькое зеркало, и Гермиона поднесла его к лицу Малфоя — так близко, что предмет едва не выскользнул из её влажной от пота ладони. Сердце колотилось так сильно, что казалось, будто вот-вот вырвется наружу. Не давая себе времени на раздумья, она развернулась и быстрым шагом вышла из комнаты, пытаясь унять рваное, сбивчивое дыхание. В коридоре воздух был прохладным, и Гермиона жадно вдохнула его, наконец позволив себе маленькую, почти незаметную улыбку. У неё получилось. Самая опасная часть позади. Теперь осталось совсем немного, убеждала она себя, почти бегом направляясь в сторону школьного туалета. Дойдя до нужной двери, Гермиона огляделась, убедилась, что коридор пуст, и только после этого вошла внутрь. Она сняла с себя мантию, небрежно бросив на кафель, а затем достала из кармана сложенный листок, исписанный аккуратным почерком. — Люмос, — прошептала она. На кончике палочки вспыхнуло слабое белёсое свечение, и буквы на бумажке стали отчётливо видимыми. «Для установления ментальной связи вам понадобится зеркало того, с кем вы хотите её установить, а также капля вашей крови. Капните её на поверхность и произнесите заклинание». — Так, ладно, Гермиона… всё получится. Главное — чтобы Малфой ничего не понял. Иначе всё рухнет, — шептала она себе, пытаясь подавить дрожь в голосе. Из кармана она достала маленький серебристый ножик. Глубоко вздохнула — и аккуратно надрезала подушечку пальца. Острая боль мгновенно пронзила руку до самого предплечья и отступила, оставив после себя дрожь. Гермиона поднесла палец к зеркалу и выдавила одну-единственную, ярко-алую каплю. Залечив порез простым заклинанием, она сосредоточилась, крепче сжала палочку и произнесла: — Mentis Conectere. Она не успела договорить последнее слово — мир вокруг резко поплыл, осел и провалился во тьму. Гермиона рухнула на холодный кафельный пол, потеряв сознание.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!