Часть 3

      На остров медленно опускалась ночь, а на небе восходила яркая луна, бросая свои лучи сквозь окна башни общежития. В камине гостиной факультета Огня еле слышно потрескивали поленья. В свете пляшущих языков пламени Хао уже около двух часов сидел в большом кресле и читал книгу. Каждые полчаса заколдованный чайник подливал ему в чашку, стоящую рядом на кофейном столике, горячий зелёный чай. На удивление, здесь было тихо: время близилось к полуночи, и все студенты разошлись по своим спальням, так как завтра их ждал новый учебный день. От беспокойных мыслей Хао совсем не клонило в сон и, чтобы не мешать соседям по комнате, он спустился в общую гостиную башни.       Не желая тратить время попусту, он держал в руках книгу «Расширенный курс зельеварения» и изучал программу наперёд. Ведь завтра практический урок по Зельям, на котором он не должен облажаться. И эта пара проходит совместно с факультетами Земли и Дождя, что не сильно его радовало. Если взбалмошного дружка брата с Хоккайдо Хао ещё мог вытерпеть, то с самим Йо находиться в одном помещении будет проблематично.       Уже три дня прошло с их падения на поле для квиддича, но Асакуры ни разу не обмолвились и словом за всё это время. Он даже не ходил навещать его в больничном крыле, слышал вчера только разговоры других студентов из факультета Земли у кабинета Травологии, что младшего Асакуру быстро удалось подлечить и уже выписали из госпиталя. Но найти в себе решимость проведать Йо он так и не смог. Да и зачем? Не на смертном одре же находится. Хао был уверен, что брата можно доверить в руки такого профессионала, как Фауст.       Сам же Хао, вспомнив несколько простых лечебных заклинаний, в пятницу перед зеркалом в ванной комнате подлечил незначительные ссадины и синяки. Каким-то образом ему удалось смягчить падение стихийной магией, а вот братец даже не додумался до этого. Ну, это неудивительно, в тот день придурку мозги не выдали, очевидно же. Или же Йо нравилось таким образом привлекать к себе внимание, кто его знает. Идиот!       Все выходные Хао ловил себя на ощущении беспокойства за брата, и это было даже в некоторой степени странно. После той волны злости на уроке полётов он готов был порвать Йо на куски, испепелить, размножить на атомы… Настолько его непосредственность и легкомыслие доводили Хао. Но в то же время его привычная лёгкая улыбка и детский румянец на щеках приводили старшего Асакуру в оцепенение. Своим видом Йо никогда не отталкивал, правда, поступки бывали мерзкие, но это были лишь ответные действия. Без постоянного подначивания брата Хао уже не видел смысла в жизни, будто… Он так обращал на себя его внимание. Он делал всё, чтобы Йо как можно чаще смотрел ему в глаза с вызовом, касался запястья в попытке оттолкнуть, обдавал цитрусовым дыханием кожу.       Хао замер, уставившись взглядом в одну строчку, которую он читал уже минут пять, но никак не мог понять смысл — какой ингредиент добавлять в Умиротворяющий бальзам после сиропа чемерицы.       Йо всю жизнь вызывал у него различные эмоции. Именно поэтому Хао так себя вёл, именно поэтому уже не представлял себе ни дня без близнеца. Он понимал, что отношения между ними сложные, но именно эта сложность придавала жизни смысл. Каждый конфликт, каждое столкновение лишь укрепляли их связь, заставляя сердце биться быстрее. Хао не мог представить, каково это — быть без Йо, и это чувство страха лишь подогревало его беспокойство. Да, это стоило давно понять, но признаваться в этом самому себе было ой как не просто.       Шум шагов на верхней ступеньке лестницы резко вырвал Асакуру из мыслей. Он уже и забыл где находится и чем занят. Кинув взгляд на висящие часы на стене, Хао и подумать не мог, что просидел здесь до часу ночи. Чай в чайнике давно закончился, а поленья в камине всё так же похрустывали, ведь огонь горел в этой гостиной вечно с помощью магии. Не считая шагов, в башне стояла полная тишина — все студенты давно уже пребывали в царстве Морфея.       Тень спустившегося с последней ступеньки скользнула по противоположной стене, и Хао сразу понял кто это. Руки Аширу невесомо коснулись его плеч, а затем он услышал шёпот на ухо:       — Тебя не было в постели, я уже начал переживать, не нашёл ли ты кого-то другого на эту ночь.       Хао покрутил головой, разминая затёкшую шею. Появление Аширу оказалось как нельзя кстати. Асакура отложил учебник на стол, медленно поднялся с кресла и подошёл к лестнице под взглядом парня, который присел на подлокотник дивана и выжидающе наблюдал. Достав из кармана палочку, Хао наложил на комнату оглушающее заклинание, удостоверившись в том, что на данный момент они здесь одни.       В глазах Аширу читалось томление и долгое ожидание. Асакура резко толкнул его на диван и развязал пояс на домашнем лёгком кимоно. Без лишних предисловий. Без предварительных ласк. Аширу был хорошим мальчиком, который точно знал, чего хотел от него Хао, и точно знал, что ему нужно дать. Но Асакура никогда не позволял ему строить воздушные замки из иллюзий — только секс. И ни капли его внимания больше.

***

      Лучи всё ещё летнего солнца активно пробивались через высокие окна Большого зала, в который зашёл Йо с друзьями на завтрак. Поверх золотой мантии на руку был наложен бандаж, чтобы придерживать плечо в закреплённом положении, по совету доктора Фауста.       На самом деле Асакура был рад так быстро выписаться из госпиталя, потому что лежать на койке двое суток оказалось невыносимо скучно. А пропускать законные выходные, когда на улице было так тепло — вообще преступление! Ему уже на следующий день стало намного легче после стольких выпитых лечебный зелий, но по настоянию главного врача школы он оказался вынужден отлёживаться до понедельника.       Йо был даже рад посетить занятия в первый учебный день недели, хотя кто бы мог подумать, что отсиживание скучных уроков будет в сто раз лучше, чем отдых на больничной койке. Но всю радость момента портили мысли о брате, когда он каждый раз возвращался к нему в своей голове. Конечно же, младший Асакура и не ожидал, что Хао придёт навестить его, но надежда теплилась эти два дня. А в понедельник они даже случайно нигде не пересеклись, хотя оставалась высокая вероятность увидеть его в Большом зале, но нет. Однако Йо знал, что сегодняшний урок Зелий стоял вместе с факультетом близнеца, и там ему уж точно не отвертеться.       Йо прошёл за свой стол вместе с Умемией, который рассказывал о том, что он забыл купить дополнительные кисти к учебному году, но окончание фразы Асакура не успел дослушать. Взгляд упал на стол факультета Огня, где в привычной компании Ханагуми и необычайно счастливого Аширу сидел его брат и палочками поддевал рыбу с тарелки.       Почувствовав на себе взгляд, Хао поднял голову и увидел Йо с бандажом на левой руке. Точно, Аширу и другие студенты говорили, что у него что-то с плечом или рукой… Но раз младший выглядит вполне себе здоровым и сейчас находится здесь, а не в госпитале, то, вероятно, и с рукой ничего серьёзного.       Хао усмехнулся. Да, сегодня же практические занятия по Зельям, интересно будет посмотреть на то, как он с ними справится одной рукой. Старшему уже нравилась ситуация, что данный предмет стоит с факультетом Земли, значит ничего важного и забавного он точно не пропустит.       Йо чувствовал изучающий на себе взгляд близнеца и внутренне сжался, как будто старался спрятаться от него. Но в этом случае от тёмных глаз скрыться невозможно. Хао видел его насквозь, как и всегда. Они выжидающе смотрели друг на друга, словно играли в игру «Кто первый моргнёт», но никто не хотел уступать. Пока перед глазами не появилась рука Рю и заставила обратить на себя внимание.       — Всё в порядке, Йо-доно?       За Асакуру переживали все его друзья, даже после того, как сто раз услышали от Фауста, что с ним всё в порядке. Йо не хотел заставлять их волноваться и опекать его, у всех и так имелось много своих проблем, и младший не хотел добавлять им ещё одну.       — Да, Рю, всё нормально, — Йо слабо улыбнулся и принялся за еду.       Нужно плотно позавтракать, так как впереди три пары, одна из которых Зелья. Йо любил этот предмет, но терпеть не мог преподавателя, который за полтора часа умел выжать все соки из студентов, а особенная любовь у него была к Асакурам. Ведь с кого как не с них, чистокровных зельеваров из клана с тысячелетней историей, спрашивать в три раза больше и строже. Да, только у одного человека была такая извращённая тяга к близнецам.

***

      Профессор Марко Лассо вошёл и громко захлопнул дверь в класс смешивания зелий, который находился в подземельях нефритового дворца школы. Здесь проходили практические занятия по зельеварению для старшекурсников. Студенты, до этого переговаривающиеся за своими партами, обернулись и резко замолчали. В светлой от белого камня комнате вдруг стало значительно темнее, возможно, как ходили слухи, от угнетающей ауры Мастера зелий.       Марко, со совместительству декан факультета Грома, окинул всех учеников взглядом, с какой-то ухмылкой задерживая его на братьях. Йо от этого поёжился.       — Что ж, — очень вкрадчиво произнёс профессор, поправляя края светло-голубой мантии. — Первая в этом году практика у вашего курса. Надеюсь, вы не бездельничали всё лето и хотя бы иногда заглядывали в учебник, чтобы потренироваться в приготовлении зелий.       Хоро аж прыснул в кулак. Ага, конечно же, он всё лето «мечтал» посвятить зельеварению, чтобы окончательно угробить каникулы и отдых. Профессор Лассо кинул недовольный взгляд на заднюю парту, где сидел Усуи, и поправил на переносице очки в тонкой оправе. Остальные же сидели молча. Репутация у зельевара была устрашающая, одни отработки в его лабораториях чего стоили.       — Я всё же буду рад, Усуи, если вы своим безалаберным отношением к моему предмету не спалите класс как в прошлом году, — по велению палочки мелок на доске стал выводить название зелья.       — Эйфорийный эликсир? — Хорокей вновь издал смешок, прочитав написанное на чёрной поверхности.       — Вам он точно не понадобится, — прокомментировал Марко, отчего теперь засмеялись остальные старшекурсники. — Раз вы сегодня в ударе, может расскажете мне и всему классу что-то об этом зелье?       Усуи тут же померк и вжался в стул. Ну, вот кто его за язык тянул? Он растерянным взглядом озирался по сторонам, ища от кого-то подсказки, но все предпочли промолчать. Профессор мог дать любое наказание за такое.       — Или что-то о побочных действиях?       В помещении стало тихо. Так и не дождавшись ответа от Хоро, Лассо бегал глазами от одного студента к другому. Возможно кто-то захотел бы поднять руку и ответить, но подобной инициативы никто не проявлял.       — Может быть вы, Асакура?       Хао еле удержался от закатывания глаз. Ну, конечно, у кого бы он ещё мог это спросить. Если бы хоть раз за время обучения Марко подловил близнецов на незнании чего-либо по его предмету, он и представить себе боялся дальнейших последствий.       — Пение и дёргание каждого встречного за нос.       В комнате снова послышались смешки. У профессора Лассо нервно задёргалась бровь, отчего Хао еле заметно усмехнулся.       — Неплохо, Асакура, неплохо. Тогда, может быть, вы и нейтрализатор побочных эффектов знаете?       — А это вы увидите после того, как примете моё зелье.       Ханагуми еле сдерживали смех вместе с Аширу, которые видели, как Асакура явно издевался над преподавателем. Конечно же, это замечали и остальные, поэтому гул от перешёптываний заполонил класс зелий. Йо скрывал улыбку за здоровой рукой, но его глаза выдавали приподнятое настроение. На секунду он представил, как Марко, горланя во всю глотку песни, скачет по коридорам Махотокоро и дёргает за нос каждого студента и профессора. За колдографию этого безумия можно отдать целое состояние!       Лассо, понимая, что жёсткая дисциплина, которая всегда присутствовала на его уроках, расходится по швам, сделал взмах палочкой и резко захлопнул все учебники на столах.       — За эти полтора часа вам нужно приготовить отличного качества Эйфорийный эликсир. К концу урока у меня на столе должны стоять ваши склянки. Весь рецепт написан на доске, а пользоваться учебниками и вспомогательными материалами я запрещаю.       Старшекурсники вновь замолчали. Ну вот, доигрались? Из соседнего ряда Хао почувствовал на себе недовольные взгляды, однако себя он не считал в этом виноватым. Просто у профессора зельеварения сегодня ПМС.       — А чтобы повысить ваше чувство ответственности за свои действия, каждый студент будет готовить эликсир в паре, — произнёс Лассо, после чего парни и девушки разочарованно застонали. — Я предлагаю начать распределение с Асакур. Давайте, Хао, покажите всем высший пилотаж. Тем более помогите одной второй части вашего брата, сам он точно не справится.       Эти слова будто нож по сердцу полоснули старшего. Этого Марко и добивался, вот ублюдок. Хао шокированно посмотрел сначала на преподавателя, а затем на Йо, у которого были такие же глаза. Ещё чего не хватало — готовить зелье вместе с близнецом было настоящей пыткой. А довольный профессор Лассо прошёл за свой стол и уткнулся в личные записи, слыша, как студенты разбирают ингредиенты и звенят котелками.       Прикусив внутреннюю сторону щеки от раздражения то ли на Марко, то ли на Йо, Хао решительно встал и прошёл за свободное рабочее место. Это было наказание от зельевара до провинности: готовить вместе с калекой, да к тому же со своим братом. Но он не привык так просто опускать руки.       Йо, смирившись с неизбежным, подошёл к близнецу со спины и посмотрел на котёл, который тот наполнил водой и поставил на огонь. Щёки залил румянец, когда он вспомнил ту самую вечеринку в первый день в школе. И какое задание подкинули ему коварные магические котелки. Сейчас стоять рядом с Хао оказалось непривычно и пугающе, будто он не знал, что от него ожидать. От брата по-прежнему пахло сладковато-древесным сандалом, а от волос, завязанных в высокий хвост, почему-то костром. Прямо как тогда, только в ту ночь ещё чувствовался крепкий алкоголь.       Младший Асакура попытался незаметно восстановить дыхание, потому что последнюю минуту жадно вдыхал такой родной запах, который, казалось, присутствовал с ним на протяжении всей жизни. Он молча наблюдал за тем, как Хао уверенными движениями подготавливал ингредиенты для эликсира по списку, и боялся что-то сказать, чтобы не спугнуть.       — Если ты думаешь, что я буду делать за тебя твою же работу, то будь готов сообщить Марко, что ты остался без зелья и не смог его приготовить. Посмотрим, какую отработку он придумает на этот раз, — еле слышно проговорил Хао, не забыв добавить в голос раздражения. — А я с радостью понаблюдаю за твоими страданиями.       Хотя он прекрасно понимал, что в такой ситуации ему придётся всё делать самому, а братец будет у него в роли служанки «принеси-подай». Немного призадумавшись, старшего Асакуру могло бы и это зрелище устроить, не каждый же день выпадает такая возможность покомандовать Йо без скандалов и отпирательств.       — Я не настолько глуп в зельях, в отличие от тебя, — ощетинился младший, не отказывая себе в удовольствии приструнить брата.       — О, хочешь делать всё сам? Валяй, только отрави Марко достойно, чтобы он умер в страшных мучениях, — съязвил Хао и кинул взгляд на преподавательский стол, за которым продолжал сидеть Мастер зелий. — Я приглашу колдографа на эту вечеринку.       Упоминание вечеринки вновь смутило Йо, но сейчас не время и не место вспоминать об этом. У них уже оставалось около часа на приготовление такого сложного зелья, варить которое нужно строго по рецепту.       Младший несколько раз ловил на себе взгляд Хорокея, который проверял, не убивает ли его друга Хао прямо за рабочим столом, и нескольких других студентов. Но у них была проблема поважнее очередных выяснений отношений между близнецами, поэтому их разговор никто не слушал.       — Я… я хотел извиниться, — несмело произнёс Йо, не зная, с чего начать.       Хао вдруг резко остановился в работе и удивлённо посмотрел на брата. Что? Наверное, он впервые в жизни слышит от него искренние слова извинений. Может, он заболел? Или поднялась температура? Или кто-то опустошил склянку с Веритасерум над его зелёным чаем на завтраке? Йо, как и он сам, ни за что бы не признал свою вину, хотя в ситуации с их столкновением Хао считал виноватым именно брата.       — Это такая шутка? Берёшь уроки у Макдениела? Тогда совсем не смешно.       У старшего Асакуры даже спёрло дыхание. Брат говорил искренне, он слышал это в его голосе. И подобный разговор у них происходил впервые за несколько лет, чтобы вот так — без ругани и метания заклинаний друг в друга. Йо стоял рядом с ним, плечом к плечу, и свободной рукой подавал ему ингредиенты, сверяясь со списком на доске. От его волос пахло апельсином, а одежда пропиталась ароматами лекарственных трав как в больничном крыле. Наверное, эти два дня он ходил туда на перевязки.       — Кинуть сушёный инжир до бирюзового цвета, помешать до посинения воды, а следом добавить иглы дикобраза и варить до голубого…       Хао слушал голос брата и делал всё на автомате, но мыслями он находился точно не в классе смешивания зелий. Йо подбирал слова, стараясь вывести близнеца на контакт. Ему это давалось нелегко, особенно после стольких лет войны между ними. Хоть он и пострадал больше в прошлую пятницу, всё-таки считал себя тем, кто не убедился в манёвре на повороте между башнями и врезался в близнеца. Йо знал, что сам брат никогда не проявит инициативу, поэтому решился на этот шаг первым.       — Я серьёзно, Хао.       Хао… Как давно брат называл его по имени? Асакура уже и не помнил, когда он слышал своё имя его голосом. Оказывается, это даже приятно, какое-то обволакивающее чувство удовлетворения растеклось по внутренностям от этого.       — Но за свою ошибку я поплатился, — губы Йо тронула лёгкая улыбка. Свободной же рукой он перемешивал зелье до фиолетового цвета. — Ты не представляешь насколько больно вправлять плечо.       — Представляю… — на выдохе проговорил старший, задерживая взгляд на улыбке брата непозволительно долго. — Помнишь, когда нам было восемь лет, я упал с метлы и вывихнул руку?       Йо закивал головой, тихо посмеиваясь. Это было удивительно: они ностальгируют и смеются в диалоге, если бы кто увидел, то не поверил! Но вот все однокурсники недоумённо кидали на братьев взгляды, в особенности Хоро. Он будто бы глазами спрашивал: «Чувак, какого хрена?», но Йо этого не замечал.       Он легко касается руки Хао при передаче семян клещевины, и наконец-таки не чувствует ожога на пальцах от прикосновения. Будто бы всё нормально, будто бы между ними и не было той многолетней пропасти.       — И какой же секретный ингредиент, от которого не тянет дёргать всех за нос? — поинтересовался младший.       — Ты ещё слишком мал, чтобы тебе рассказывать такое, — Хао усмехнулся, привычно поднимая уголок губ.       — Это бесчестно с твоей стороны не посвятить меня, — Йо по-детски надулся.       — Перечная мята, — после нескольких секунд раздумий проговорил его брат.       — Мята? — младший Асакура даже не скрыл удивления в голосе. — Догадаться было бы сложно.       — Ты бы и не смог.       Хао издевался над ним, как и всегда. Уже привыкший к подначиваниям, Йо не обиделся и принёс с общего стола нужное растение.       — Его нужно добавлять в конце, — старший Асакура кинул взгляд на доску, где пошагово был выведен белым мелом рецепт зелья. — Осталось только…       Как в замедленной съёмке Хао наблюдал за рукой Йо, который был уверен, что все необходимые ингредиенты уже в котле, и кинул веточки мяты в воду.       — Нет, стой!       Его крик потонул во взорвавшемся и вспыхнувшем за мгновение зелье. Все студенты обернулись на близнецов, а варево из котла забурлило и толстой струей выплеснулось вверх. Свернувшаяся жижа от неправильного приготовления выстрелила в потолок и медленно растеклась по столу из котелка, источая отвратительный запах. Старшекурсники замерли в ожидании. Послышался звук отъезжающих ножек стула со стороны преподавательского стола.       — Сейчас что-то будет… — прошептал парень с факультета Дождя, стоявший рядом.       Грозные шаги профессора зельеварения раздавались набатом в ушах. Йо внутренне сжался. Марко только и ждал какой-нибудь ошибки близнецов, чтобы вдоволь поизмываться над ними на отработках. Хао сдержанно выдохнул, закипая от злости.       — Так-так, — довольно протянул Лассо, осматривая испачканное рабочее место и белый потолок из нефрита, с которого густыми каплями стекало неудавшееся зелье. — Асакуры.       Только в одной произнесённой его противным голосом фамилии слышался весь тот кошмар, который ожидал братьев.       — Я, конечно, ожидал, что вы допустите ошибку в приготовлении, но чтобы настолько, — голос Мастера зелий гремел словно гром перед летней грозой.       — Я… — Йо хотел что-то сказать в оправдание, но Марко резко прервал его движением руки.       — Даже не буду говорить о том, что вы должны убрать свою непозволительную ошибку. Но для вас у меня припасено уже давно особенное наказание.       Хао смотрел, как профессор зельеварения нагло скалится, и вдруг неожиданно захотелось достать палочку из кармана. Нападать на преподавателей являлось, конечно же, грубым нарушением, которое каралось исключением из школы, но он так хотел рискнуть. Однако первым делом он расправится со своим братцем, у которого руки явно не из того места растут.       — Я жду от вас на своём столе склянку противоядия по Третьему закону Голпалотта, — довольно улыбнулся профессор.       — Чего? — разъярённо зашипел Хао.       — Но оно же готовится целую вечность! — воскликнул Йо.       — Вот именно поэтому я даю вам время до конца семестра.       Студенты в классе пооткрывали рты, шокированно переводя взгляд с преподавателя на Асакур. Уж лучше драить лабораторию и собирать листья с ядовитой тентакулы, чем готовить такое сложное зелье, где можно ошибиться на любом этапе. И такая непозволительная ошибка могла дорого стоить. Как минимум особым отношением до конца обучения, а как максимум — недопуском к выпускному экзамену.       — Жду готовую работу от остальных на своём столе, а вы, Асакуры, немедленно уберите свой шедевр.       Марко довольной походкой направился к своему столу, оставляя близнецов в полнейшем шоке. Хао стрельнул недовольным взглядом в брата.       — Нет, в зельях ты в миллион раз тупее меня, кретин, — он достал палочку из внутреннего кармана мантии, пытаясь в этой неразберихе вспомнить очищающее заклинание.       Йо во второй раз почувствовал себя виноватым. Испытывать чувство вины ему совсем не нравилось, особенно перед братом, который только и ждал, когда же он накосячит, и попрекать его этим можно до скончания времён. Младший Асакура даже представить себе мог, что он натворил из-за своей оплошности. Полученное в наказание задание являлось буквально невыполнимым. Это противоядие к сложным составным ядам, у которого даже чёткого рецепта не существовало. Его могли приготовить только опытные зельевары, коими на данный момент Асакуры не являлись. И Марко знал это. Он специально назвал именно это зелье, чтобы братья провалились, а он имел возможность измываться над ними до конца года. Моральный урод.       Хао корил не столько Йо, сколько себя за беспечность. На мгновение он потерял бдительность в следовании рецепту, и всё из-за близости брата. Он уже и не помнил, как давно близнецы стояли вот так, рука об руку, и что-то делали вместе. Может быть и никогда. Но аромат апельсина, исходящий от Йо, выбивал весь воздух из лёгких Хао, заставляя чуть ли не задыхаться. Он никогда не насытится им, сколько бы минут или часов не находился рядом. И это надо прекращать, не хватало ещё одной головной боли.       Старший Асакура за время чистки рабочего стола убедил себя, что это было мимолётное помутнение рассудка. Пары от множества готовящихся на огне зелий как-то повлияли на него. И он больше не мог допустить такого посредственного отношения: ни к себе, ни к работе, ни тем более к брату.       До окончания урока Хао не сказал ему ни слова. Но Йо видел, как закипал от негодования близнец, и не хотел подливать ещё больше масла в огонь. Он попросит у него прощения снова, но не сейчас, когда Хао мог попросту взорваться и разорвать его на множество маленьких Йо, чтобы тут же затоптать. Он лишь аккуратно поставил перед ним склянку с зельем для некоматы, достав его из своей сумки, якобы в извинении. Старший Асакура, не сказав ни слова, рассерженно схватил его со стола. По звонку он первым вылетел из кабинета, не забыв прихватить свою сумку, а Аширу в сопровождении девушек прошёл мимо Йо в направлении выхода и попытался проделать в нём дыру взглядом.       Йо почувствовал тяжёлую ладонь Хоро на своём плече. Он обернулся, но Усуи промолчал, прекрасно понимая, что слова здесь будут излишни, и Асакура был ему благодарен. Северянин только поджал губы и пошёл вместе с другом к двери, не забыв оставить склянку с зельем, которое он варил вместе с однокурсником с факультета Дождя. Профессор Лассо проводил младшего Асакуру ехидным взглядом и поставил братьям неудовлетворительную оценку автоматически на лист пергамента. И это было лишь начало конца их карьеры мастеров зельеварения.