Часть 5

      Когда Хао подходил уже в сумерках к замку вместе с Аширу, то на входе в школу он с удивлением обнаружил толпу студентов, очень смутно напоминавших тупоголовых дружков брата. Друзья Йо обернулись на звук шагов, а в их глазах читалось беспокойство. И это почему-то смутило его.       — Ты не видел Йо? — с неохотой поинтересовался у него Рен, невольно осматривая Хао и растрёпанного парня за его спиной.       — Я не интересуюсь тем, где шляется этот полудурок на ночь глядя, — как обычно ответил Хао и собирался пройти мимо, но его остановил голос Хорокея.       — Несколько часов назад он ушёл искать тебя и до сих пор не вернулся.       Это заставило Асакуру обернуться.       — Мы думали, что он уже в школе, но его здесь нет. И в спальнях тоже, — добавил Умемия, который поднимался в башню общежития и оставил там пакет с ингредиентами для зелья.       — Мне-то какое дело? — Хао ловил на себе подозрительные взгляды сразу нескольких пар глаз, и это ему совершенно не нравилось. — Думаете, я где-то убил его и закопал тело? — он усмехнулся.       — О, ты-то можешь, — Рен облокотился о белую стену дворца.       — От одной мысли о том, чтобы я замарал о него руки, меня тошнит. Он этого не достоин, — Хао язвил, но эта новость выбила его из колеи. Слишком подозрительно, чтобы его брат пропал в маленьком порту, где весь день сновали студенты, местные жители и даже преподаватели. — Наверное, решил сбежать от вас кретинов.       — Да я тебя… — Тао закатал рукава и бросился в сторону Асакуры, но рядом стоявший Чоко поспешил удержать его.       — Ой, как жаль, что ваш полоумный дружок не наложил на себя руки, — подал голос Аширу, смотря за спины парней.       Они одновременно обернулись на ворота и заметили в темноте фигуру. На свет фонарей вышел Йо и удивлённо замер, завидев близнеца в компании своих друзей. Странное сочетание, конечно. Хао хмыкнул, бросив на брата взгляд, и скрылся в стенах школы вместе с Аширу. Младший Асакура подошёл к дверям и осмотрел парней.       — Ты где был? Мы уже все канавы перерыли в поисках тебя, — набросился на него Чоко.       — Я… гулял, — сказал осторожно Йо, — а что случилось?       — Случилось то, что ты ушёл к своему братцу и пропал! Мы думали, что он реально придушил тебя где-нибудь в подворотне! — Рен был как всегда эмоционален.       — Что за глупости, — Йо неловко посмеялся, чтобы разрядить обстановку. — Он бы никогда не…       Младший Асакура замолчал, понимая, что в фантазиях друзей Хао как раз-таки мог это сделать. Но на самом деле Йо знал, что он не такой маньяк, чтобы опуститься до убийства собственного брата.       — Так, давайте все выдохнем, — Усуи попытался всех успокоить, — ничего страшного не произошло. Вот он, Йо — жив, цел, орёл! — он потрепал друга за плечи. — Поэтому давайте расходиться по кроватям, уже поздно.       Согласно кивнув, парни вздохнули и стали через первый этаж школы расходиться по своим башням. Умемия, что шёл рядом с Асакурой, рассказывал о его поисках по деревне, но он слушал его вполуха. Йо было искренне приятно, что его друзья переживали за него, но он не хотел их заставлять беспокоиться. Пребывая в своих мыслях после разговора с Хао, он как-то не подумал о том, что стоило бы предупредить парней о его отсутствии вечером. Но в тот момент Йо не хотел никого видеть.       Оставшись на том же самом месте, когда его брат давно скрылся за деревянными домами, он долго всматривался в берег. Горечь вновь подступила к горлу. Йо испытывал огромный спектр эмоций, они слились в одно цветастое пятно и нахлынули на него словно лавина. Пытаясь разобраться в себе, Асакура присел на высокий камень, подтянул колени к груди, и немигающим взглядом уставился на бушующее море. Звуки волн, которые бились о скалы на берегу, помогали успокаиваться.       Сколько раз Йо убеждал себя, что ему плевать на Хао, плевать на его выходки и отношение к нему. Что у него своя жизнь, в которой он волен делать что пожелает. Но надо было давно признаться самому себе, что Йо являлся частью жизни своего близнеца, как и Хао его, и они навсегда останутся неразрывно связанными. Как две половинки единого целого. И что сердце всегда будет болеть о нём, его мысли всегда будут возвращаться к Хао, как бы Йо не хотел этого отрицать. И он не сдастся так просто, он добьётся его внимания, как бы старший брат не противился этому.       Просидев с этими мыслями на берегу острова, Йо не заметил, как наступили сумерки. У моря ощутимо похолодало, поэтому он не спеша направился вглубь деревни, где успел заскочить в полупустой идзакая и перехватить пару онигири, потому что на ужин в Махотокоро он явно опоздал. А когда уже совсем стемнело, он ускорил шаг, чтобы успеть в школу до отбоя. Йо не хотел заработать себе ещё одну проблему, помимо тех, которые в десятки раз сильнее земного притяжения давили на него последний месяц.       Устало рухнув на свою кровать в спальне общежития, младший Асакура засыпал с мыслью, что с завтрашнего дня всё изменится. И не только в его работе над противоядием, но и в отношении к Хао.

***

      Новая учебная неделя началась тяжело. Йо с волнением начал приготовления к варке супер-сложного зелья, которое братьям поручил профессор Лассо. После изматывающих уроков он получил разрешение посещать класс для смешивания зелий во внеурочное время, чтобы там в тишине кропотливо работать над котелком.       Йо предусмотрительно составил несколько свитков с поэтапными рецептами противоядий, а ещё придумал расписание посещения близнецами этого класса, чтобы Хао тоже участвовал в приготовлении. К такому порядку их приучила мать, и младший ей был сейчас за это благодарен. На уроке Прорицания брат явно выразил своё нежелание работать вместе над противоядием. Что ж, Йо прислушался к нему. Но учебные недели были насыщены на события в жизни студентов, поэтому пересечения братьев оставались в определённые дни. Например, у них различалось время факультетских тренировок по квиддичу и время окончания уроков в некоторые дни, но в остальные же они были загружены полностью.       Взмахнув палочкой и невербально произнеся заклинание левитации, Йо расположил свиток пергамента в воздухе перед глазами, чтобы не отрываться от рецепта. Он натянул на руки перчатки из драконьей кожи для работы с ядами и принялся за дело.       Вечером понедельника в подземельях, где находился класс смешивания зелий, было пугающе тихо. Но Йо отгонял от себя дурацкие мысли до того момента, пока рядом через стену не прошёл призрак самурая.       — Здравствуй, Йо.       Асакура от страха чуть склянку со слизью бундимунов не выронил. Он облегчённо вздохнул и поприветствовал Амидамару, не отрывая взгляда от бурлящего котла.       — Наконец-таки начал работу над противоядием?       Призрак поднялся над парнем, заглядывая в повисший в воздухе свиток.       — Да, уже давно надо было начать. У нас осталось не так много времени, — проговорил Йо, помешивая воду против часовой стрелки.       — И где же твой брат? — самурай осмотрел взглядом комнату.       — Он мне не докладывает о своих похождениях.       Дверь в класс отворилась и громко ударилась о стену. Как по волшебству, на пороге появился Хао, который грозно направился к рабочим столам. Опять не в настроении.       — Скройся, — шикнул он на самурая. Амидамару неуверенно посмотрел на младшего Асакуру и, встретившись с ним взглядом, пожал плечами.       — Удачи, — лишь напоследок сказал он и растворился в воздухе.       — Надо быть повежливее к людям, даже если они уже умерли, — приструнил брата Йо и пипеткой капнул несколько капель экстракта цикуты в котелок.       — У тебя не спросил, — Хао смотрел в левитирующий список, который сам зачёркивал пункты, когда нужное действие с зельем было выполнено, — и какого чёрта я узнаю в самую последнюю очередь, что ты начал варить зелье. Ещё и издевательски послал своего филина с письмом ко мне.       Йо обречённо вздохнул:       — На перемены в твоём настроении у меня уже началась аллергия.       — Чего? — старший в недоумении поднял бровь. Его брат, прикрыв глаза, ответил после паузы.       — Ты ясно дал понять, что не хочешь меня видеть. Как ещё я должен был это сделать?       — Телесный патронус? — как само собой разумеющееся спросил Хао.       — Я не умею его вызывать, — Йо внутренне приготовился к граду обзывательств.       — Ты безнадёжен, — лишь вздохнул его брат, — ну, и где уже успел накосячить?       Младший Асакура фыркнул на его фразу. Он знал, что после его провала на уроке у Марко доверия к нему никакого не будет, но мать их учила зельеварению одинаково, а Йо не считал себя глупее брата. Он правильно воспользовался присланными книгами из библиотеки Изумо, и теперь точно не совершит ошибку.       — Отойди, — Хао пихнул его в бок и натянул вторую пару перчаток из кожи дракона. — Я не позволю тебе испортить и это задание.       Нервы Йо оголились. Он кинул раздражённый взгляд на брата, но тот только и делал вид, что не замечает его. Будто в этой комнате он находился один.       — Я же тебе отправил расписание нашего посещения. Сегодня мой день.       — За тобой нужен глаз да глаз. Точнее, за твоими руками. Вдруг ты опять что-то не то кинешь в котёл, — Хао будто наслаждался тем, что бесил своего брата.       — Сва-ли от-сю-да, — по слогам выговорил Йо.       Старший Асакура довольно посмотрел на него и увидел в глазах близнеца неподдельное раздражение. Что, нравится? Нравится вызывать такие яркие эмоции? Да, Хао безумно нравилось наблюдать за тем, как Йо реагирует на него. Значит, он что-то чувствует к нему. Значит, он ему небезразличен.       — А то что?       Цвет воды в котле сменился на розовый, и младший Асакура отвлёкся, чтобы кинуть следующий ингредиент по списку. Когда по рецепту надо было ждать кипения зелья, Йо снял перчатки и потянулся к карману кофты. Ураган внутри всё так же бушевал.       — О, ты же знаешь, что это не поможет, — усмехнулся Хао, когда понял, что брат захотел достать свою палочку.       — Ну, жалящее заклинание, например, поможет сбить с тебя спесь, — оправдался Йо, но древко так и не вытянул из кармана.       — Ты этого не сделаешь, — старший оказался слишком уверенным, — ты же меня любишь.       Йо замер, никак не ожидая услышать этих слов. В его глазах пронеслось миллион эмоций от шока до растерянности, а Хао именно этого и добивался. Под его взглядом щёки предательски запылали.       — Н-не люблю, — голос младшего дрогнул.       — Я по глазам вижу, что ты врёшь. А ты никогда не умел врать.       Старший Асакура вновь проворачивал с ним это. Он заметил, как Йо нервничал, когда становился к нему слишком близко. Настолько, что чувствовал его дыхание на своей коже. Снова вдыхал его запах, возвращаясь к тем моментам, когда братья оказывались непозволительно близко друг к другу.       Задохнувшись от беспомощности, Йо развернулся и вылетел из класса смешивания зелий, чувствуя, как волна жара поднимается к голове. Хао засмеялся ему вслед, и его голос эхом отдавался от стен подземелья, преследуя младшего по пятам. И в одном он был прав: Йо не умел врать ни ему, ни себе, ни кому-либо ещё. И от этого осознания его накрыло, стало нечем дышать.       Младший Асакура бежал по коридорам Махотокоро и желал избавиться от слов брата в голове. Но они набатом стучали в ушах и не было возможности их заглушить. Любит? Действительно любит? Но как? Как брата или…       Он прислонился лбом к прохладной стене из нефрита и постарался унять бешено стучащее сердце. Ему нужно срочно охладиться. Такую температуру может выдержать только Хао, который был вечно горячим, обжигающим. Йо зашёл в свою спальню, где находился только один его сосед по комнате, а остальные сидели в гостиной факультета, и нырнул в ванную комнату. Благо она оказалась свободна. Под холодными струями воды он, тяжело дыша, пытался смыть с себя запах сандала, чуть ли не царапая кожу. Но это оказалось бесполезно.       Сегодня был очень тяжёлый день, который основательно его вымотал. И Йо ещё долго успокаивался в своей постели, ворочаясь с бока на бок, но уснуть смог только к рассвету.

***

      К концу следующей недели старшекурсники оказались выжаты как лимон. Программа последнего курса явно рассчитана на тех, кто не спит и не ест, к коим Йо себя не причислял. Мало того, что необходимо ходить на уроки и делать домашние задания, так ещё и противоядие варить, и не забывать тренироваться на поле для квиддича для поддержания формы. Когда всё успеть? Когда отдыхать, высыпаться, развлекаться в конце-то концов?       Поэтому младший Асакура обречённо застонал, когда зашёл с одногруппниками в класс Защиты от Тёмных искусств и увидел сдвинутые к стенам парты. Посреди большого помещения было пусто, а за своим столом их ожидал профессор Силва, который по совместительству являлся деканом факультета Земли. Йо надеялся, что ему удастся вздремнуть на уроке, но очередное практическое занятие лишило его этой возможности.       Следом за ним в класс вошёл Хао, который, осмотрев обстановку, еле заметно улыбнулся. Он обожал практику на ЗОТИ с факультетом брата, можно было хорошенько поиздеваться над ним и его тупологовыми однокурсниками. Фыркнув на его самодовольную улыбку, Йо прошёл к стене и кинул на парту свою сумку. Всё то время, пока шло приготовление зелья, он старался избегать встречи с Хао в подземелье школы. Оно не было готово даже на пятую часть, а младший Асакура уже готов был выть от досады на весь мир. Ну почему всё так? Хао не следовал составленному расписанию и приходил тогда, когда ему вздумается. Хотя стоило отдать ему должное — в свои законные дни он контролировал приготовление противоядия, но ничто не мешало это сделать и в те моменты, когда у котелка стоял Йо.       Ещё младший был ему благодарен за то, что брат не забывал накладывать чары на зелье, чтобы никто не мог подсыпать туда лишнего, и скрывал его в специальном шкафу от посторонних глаз других студентов. Ну, хоть эти знания отложились в его мозгу, которые Кейко так заботливо вкладывала на своих уроках.       — Добрый день, — поздоровался Силва с учениками, когда все заполнили помещение класса. Те в разнобой поприветствовали его. — Как вы уже заметили, сегодня у нас урок практики. Вы будете тренировать атакующие и защитные заклинания. В любой их форме и любом проявлении. Законных, разумеется, — уточнил он. — Приготовьте свои палочки.       Йо снова обречённо вздохнул. Только этого не хватало. Силва что-то говорил о прошедших годах обучения, какие они выучили заклинания, но насмешливый взгляд Хао перебивал любые звуки. Он смотрел на него с пожирающим огнём в глазах, так хотелось старшему развлечься сегодня. Но Йо был совершенно не настроен на это. Он мыслями уже находился в конце этого дня и сладко спал в своей постели.       — Студенты Огня и Земли, встаньте в две линии друг напротив друга, — голос профессора прервал мечты младшего Асакуры о долгожданном сне, — каждый атакующий использует по три заклинания, а защищающийся должен их отразить. Потом меняетесь. Как только вы выполните упражнение, переходите к следующему оппоненту. Используйте все знания, полученные на моих уроках за семь лет обучения Защите от Тёмных искусств. Только я прошу вас быть осторожными, не пораньте друг друга.       Декан факультета Земли прошёл за свой стол на возвышении над классом, чтобы понаблюдать за тренировками студентов. Взъерошив волосы, Йо лениво поравнялся со студентами из своего факультета и поднял глаза. Первым его оппонентом оказалась Канна Бисмарк. Она держалась довольно уверенно, несмотря на то, что напротив неё стоял брат-близнец её обожаемого Хао. Уж Канна должна знать, что по уровню магии они были одинаково сильны.       — Дамы вперёд, — Йо учтиво поклонился, позволяя девушке атаковать первой.       Не медля, Бисмарк запустила в него удушающее заклятие Инкарцеро, но Асакура вовремя выставил щит. Следом из тоненькой палочки, как сама Канна, посыпались красные искры воспламеняющих заклинаний, отбиться от которых не составило труда. Свои три попытки девушка исчерпала.       — Чего ты ждёшь? — резко спросила она, когда Асакура замер, что-то обдумывая.       — Я не хочу нападать на девушку, не в моих правилах.       — Ты издеваешься? — Канна подняла одну бровь вверх.       — Если тебе так будет проще, я могу применить заклинание левитации. Полетаешь под потолком, — пожал плечами Йо.       — На твоё усмотрение, — усмехнулась она, — если успеешь до того, как я отражу его.       Стоит сказать, что с первыми двумя попытками Бисмарк справилась блестяще, однако последнее Вингардиум Левиоса она пропустила, из-за чего действительно поднялась в воздух. Остальные студенты в рядах даже подняли глаза вверх и засмеялись. Пропустить такое элементарное заклинание являлось недопустимым для старшекурсника, но ей всё же удалось.       Опустив девушку вниз, которая сдержанно поправила на себе золотую мантию и хмыкнула, Йо крепко сжал палочку в руке, так как следующим его оппонентом был Аширу.       В классе ЗОТИ стоял гам от разговоров учеников, выкрикиваемых заклинаний и потрескивания искр из палочек. Профессор Силва наблюдал за происходящим, сидя за стопкой книг и пергаментов, которые требовали проверки после предыдущего урока.       Когда ученики в ряду огненных сместились влево, напротив себя Асакура увидел презренный взгляд парня, которому вроде бы он ничего плохого не делал. Но ненависть Аширу к близнецу Хао была у него в подкорке чуть ли не с первого курса.       — Что, Асакура, коленки уже дрожат? — ехидно поинтересовался он.       — Не перед таким, как ты, — Йо перехватил древко поудобнее, — не забудь потом поскулить своему хозяину о том, что ты проиграл мне. Он будет недоволен.       Асакура видел в глазах Аширу настоящую ярость, которая появилась после его слов.       — У меня для тебя припасено три особенных заклинания, с которыми я точно останусь в выигрыше. Конфундус!       — Протего, — Йо еле успел поставить щит, на секунду задумавшись об этих трёх заклинаниях. Какая-то тактика? — Ты думал сначала дезориентировать меня? — догадался он и спросил у него с усмешкой.       Аширу, не ожидавший, что Асакура так быстро разгадает его план, рыкнул и занёс в воздухе палочку вновь. Пришлось изменить второе заклинание, так как спутать чувства этого недомерка ему не удалось.       — Фульгари!       Йо кинул удивлённый взгляд на парня, когда не успел контратаковать, и его руки и ноги связали светящиеся верёвки. Аширу довольно улыбнулся, переводя взгляд на стоящего рядом Хао. Наверное, чтобы получить от того одобрение, но старший Асакура даже не посмотрел на него. Отвлёкшись от издевательств над грязнокровкой Умемией, кашляющего от дыма заклинания, он взглянул на брата. Йо рухнул на пол, не удержав равновесия, и натянул верёвки на руках, пытаясь перехватить свою палочку. Вид связанного близнеца распалил огонь внутри Хао, но внешне он этого никак не показал.       Не удостоив Аширу взглядом, Асакура вернулся к атакующим заклинаниям для своего оппонента. Парень нахмурился, но проглотил обиду, решив добить близнеца Хао третьей попыткой.       — Эманципаре! — Йо быстро освободился от пут и поднялся на ноги.       — Как ты?.. — Аширу недоумённо уставился на него. — От этого заклинания может помочь только…       — Другой волшебник, да. Но если маг силён, то он может освободиться и сам. Смекаешь? — Йо усмехнулся и, не дав Аширу сделать последний взмах палочкой, сказал, — Петрификус тоталус!       Он и не сомневался, что парень словит это заклятие, так как скорости атаки ему точно не хватало. Аширу замер, скованный по рукам и ногам, не удержался в положении стоя и плашмя упал на пол. От грохота рядом с собой Хао посмотрел вниз и скривил губы. Ну, какое же ничтожество. Проиграть его брату — это всё равно, что опуститься в глазах Хао ниже плинтуса.       — И напоследок, — Йо подошёл к застывшему телу и направил свою палочку прямо тому в лицо, — Обезъяз.       Кроме того, что Аширу не мог пошевелиться и даже сказать пару ласковых в сторону младшего Асакуры, он почувствовал, что язык прирос к нёбу и не мог им пошевелить.       — Чтобы больше я не слышал из твоего поганого рта ни слова в мой адрес, — слишком тихо проговорил Йо, присев рядом с Аширу. Действие заморозки скоро пройдёт, а вот язык вряд ли быстро вернётся в норму. Возможно, придётся использовать контрзаклятие, но это было уже не его дело.       Поднявшись, Йо лицом к лицу столкнулся с Хао. Ряд снова сместился влево. Теперь его противником являлся собственный близнец. Младший отступил на пару шагов назад и потёр запястья, которые ещё помнили удавку светящихся верёвок.       — Это слишком скучно: метать друг в друга разноцветные молнии и отбиваться Протего, — Хао постарался добавить в голос скуку, но Йо знал, что за ним прячется очередная подстава, — у меня есть предложение поинтереснее.       — Не хочу этого знать. Ты же знаешь, что мы равны по силе, — младший сложил руки на груди, недоверчиво осматривая брата. — Предлагаю просто дождаться смены оппонентов.       — Нет, так не интересно, — Хао покачал головой и заправил длинную прядь волос за ухо. — Ты же слышал Силву: нам надо отточить атаку и защиту, по три раза на каждую позицию.       — Я не собираюсь потакать твоим прихотям, для этого у тебя есть он, — Йо кивнул на недалеко лежащего Аширу, у которого уже чуть-чуть двигались пальцы на руке. Ничего, отойдёт.       — Я предлагаю потренировать заклинания легилименции и окклюменции, всего лишь, — Хао так легко это произнёс, будто настолько был уверен в своих силах, что младший подавился воздухом от такого.       — Чего? — ему совершенно не хотелось впускать брата в свою голову. Только не сейчас.       — Ты в себе сомневаешься? У нас же был самый лучший учитель клана, — от Хао повеяло издёвкой, ведь он знал как бабушка Кино, мастерски владевшая способностью проникновения в сознание, годами заставляла их оттачивать это мастерство. И братья совсем не уступали в этом, но никогда не применяли это заклинание друг на друге. — Я нападаю, ты защищаешься.       — Нет, — чётко ответил Йо, добавив в это слово всю свою решимость.       — Значит, боишься меня, — старший Асакура выводил его на своеобразную дуэль, Йо это прекрасно понимал. Но сердце под натиском сдалось быстрее, чем разум, который ещё надо было укрепить перед заклинанием.       — Достань свою палочку, — сквозь зубы проговорил младший и поднял древко на уровне своей груди.       Хао усмехнулся. Провокация сработала. Но в искусстве окклюменции среди студентов ему не было равных. И он точно не пустит в своё сознание брата, лишь узнает его мысли, не более.       Но Хао в задумке не учёл только одного. Он был уверен, что Йо будет защищаться от проникания в свой разум, однако тот крепче сжал палочку, когда старший начал произносить заклинание.       — Легилименс!       — Легилименс!       Асакуры озвучили его одновременно. Направленные друг на друга палочки завибрировали, после чего не выдержали напряжения и оттолкнули двух волшебников друг от друга в разные стороны.       Прошло лишь пару секунд, как показалось Йо, когда он летел снова на пол. Но по ощущениям они растянулись на часы, которые позволили ему показать воспоминания брата. Хао явно не рассчитывал защищаться окклюменцией, и перед глазами замелькали картинки из его прошлого.       Тик. Вот одиннадцатилетний Хао смотрит непонимающим взглядом на брата, которого распределили на другой факультет в Махотокоро.       Так. Вот момент, когда Йо на третьем курсе играет на заднем дворе школы под деревьями сакуры со своими друзьями, а Хао одиноко наблюдает за всем этим из окна пустого коридора.       Тик. Ещё одно воспоминание, где Йо заколдовал волосы брата, чтобы они заплелись во множество косичек, и Хао гонялся за ним по двору их особняка. Ему удалось догнать близнеца, повалить на спину и победно усесться тому на пояс, прижимая к траве. Конечно же, попытка задушить его была шутливой, но после этого прикосновения что-то изменилось.       Так. И, наконец, последнее, самое волнительное воспоминание, которое произошло совсем недавно. Йо видел его глазами брата. Он находился в какой-то неприметной комнате, больше похожую на гостиничный номер. Хао навис над кроватью, на которой лежал Йо без одежды. Тот стонал от прикосновений к острой ключице, которую прикусил старший брат, и дрожал от лёгкой щекотки, вызванной упавшими на грудь волосами Хао. Стоп. Что? Такого же не было!       А старший Асакура как в замедленной съёмке видел воспоминания брата.       На первом из них Йо тринадцать лет, и он дулся на близнеца за то, что тот не взял его полетать на метле в Изумо вместе со старшими детьми из других чистокровных кланов.       На втором он украдкой подсматривал за Хао, который в свои пятнадцать смело общался с парнями, состоявших в золотой молодёжи их магического общества. Это происходило в летнем коттедже на берегу моря в южной части Японии, куда их семья выезжала отдыхать на каникулы. Хао тогда первый раз поцеловался.       В третьем же воспоминании Йо с болью в глазах смотрел на их перешёптывания с Аширу, который в очередной раз был довольнее, чем обычно, но глотал лишь горечь, отведя взгляд. Он всё замечал. Но молчал.       Последнее четвёртое воспоминание было самым запоминающимся. Тогда, на краю Иводзимы у моря, Йо дрожал от близости брата так сильно, что боялся выдать себя. Он задержал дыхание, когда горячий шёпот Хао обжёг ухо. И наблюдая рассеянным взглядом за людьми вдалеке, Йо лишь на мгновение представил себе, как его губы опускаются ниже и касаются шеи, вызывая мурашки по всему телу.       Звон в ушах прошёл только тогда, когда братья приземлились на пол в пяти метрах друг от друга и приподнялись на локтях. Студенты в ужасе расступились, когда из-за своего стола встал Силва и кинулся в центр класса. Только услышав крик заклинания знакомыми голосами, он уже не представлял себе ничего хорошего. Однако когда декан увидел Асакур, лежащих на полу, но вполне себе здоровых, то у него от сердца сразу отлегло.       Братья смотрели друг на друга округлёнными глазами. Нет. Нет, нет, нет, нет, не может этого быть. Хао готов был поклясться, что младший не смог бы применить к нему легилименцию, он же умеет выстраивать барьеры в своём сознании. Но именно в ту секунду он был не готов к этому. И Хао не знал, что Йо увидел там, только мог догадываться. Однако мысли и чувства близнеца он увидел довольно чётко. Кто бы мог подумать…       Младший Асакура был готов к чему угодно, но не к тому, что увидел глазами брата. Этого не могло быть на самом деле. Его не было в той комнате вместе с ним. Но в воспоминании Йо слишком явно прочувствовал жгучее желание Хао, который наблюдал его под собой. Не Аширу. А его. Какого чёрта?!       — Хао Асакура! Потрудитесь объяснить, что здесь происходит? — Силва стоял ближе к старшему, поэтому первым делом он обратился к нему. Хао поднялся на ноги, не отрывая взгляда от близнеца.       — Ничего серьёзного, профессор. Всё в порядке, — прочистив пересохшее горло, проговорил он.       — Нет, не в порядке. По какому праву вы двое использовали заклинание легилименции? Разве я учил вас этому? Точно нет.       — Мы… — Йо встал, на автомате отряхнул мантию и выдавил из себя улыбку для декана, — просто прикалывались.       — Что, простите? — Силва перевёл на него взгляд. — Я, конечно, понимаю, что ваша мать и бабушка обучили вас многому, но в стенах школы я прошу использовать только те заклинания, которые мы изучали на уроках. На общих основаниях, — он с нажимом выговорил последние слова.       Асакуры молча кивнули, не в силах оторвать глаз друг от друга. Их ответы звучали так, будто за них говорил кто-то другой, потому что в голове творился полный бардак, и братья совершенно не соображали. Аширу и Ханагуми подошли к Хао после того, как Силва строгим голосом сообщил, что на сегодня урок окончен. Они подозрительно осматривали старшего и кидали недовольные взгляды на его близнеца, к которому также с беспокойством подошёл Рю, что иногда посещал некоторые занятия с остальными старшекурсниками из факультета Земли.       Удивлённые студенты выходили из класса ЗОТИ, переговариваясь и оглядываясь на близнецов. Профессор Силва из-за преподавательского стола поглядывал на них с недоверием, вдруг Асакуры придумают ещё способ, как изощрённее убить друг друга. Но они уже долгое время стояли неподвижно, и кто знает, что такого могли увидеть в головах друг друга. Декану факультета Земли ещё надо подумать о том, доносить ли этот случай до их родителей или нет. Однако профессор Лассо уже подпортил им репутацию, и Силва не хотел добавлять братьям проблем. Всё же для него они ещё дети.       Йо, не выдержав этого колоссального напряжения, схватил свою сумку с парты и выбежал из класса. Что ж, Хао его в этом желании прекрасно понимал.