Часть 11

      Проснувшись на следующее утро, а точнее ближе к обеду, Йо обнаружил себя лежащим на груди брата, и недоумённо оглянулся. Они были вдвоём. В его комнате. В его постели.       Мысли яркой стрелой пронеслись в сознании, возвращая ему память о том, что произошло этой ночью. Приём, гости, они, сбежавшие с праздника и укрывшиеся в комнате Йо, где Хао выбивал все идиотские мысли из его головы. Да так, что старший Асакура в момент наивысшей точки наслаждения стихийной магией сломал спинку кровати, ребро которой хрустнуло от силы сжатой руки.       Йо резко поднялся в кровати и осмотрелся. Хао мирно спал, наверное, во сне переложив длинные волосы на одно плечо, так как не смог собрать в хвост. На полу валялись их вещи, где-то россыпью лежали ни в чём не повинные пуговицы с его рубашки, которые сдались под натиском старшего брата.       Интересно, искал ли близнецов кто-нибудь ночью после того, как они ушли с приёма? Возможно, их родителям было не до этого, но можно начать волноваться уже сейчас. Йо встал и подошёл к окну, удивлённо смотря на внутреннюю территорию особняка и сад камней.       — Хао, проснись! Там снег выпал! — радостно, словно ребёнок, воскликнул младший, раздвигая пошире шторы.       Хао заворочался на кровати, спросонья не совсем понимая, что ему только что сказали. Он сонным взглядом посмотрел сначала на окно, а после обнаружил нагого близнеца, который, ойкнув, скрылся опять под одеялом.       — Полетаем? Там так красиво!       Подумав, что его брат чересчур шумный с утра пораньше, Хао придвинул его к себе и сжал в крепких объятиях, подминая под себя. Но так ничего и не ответил.       — Мне нечем дышать, — прохрипел Йо, и руки немного ослабили хватку.       Несколько минут они пролежали в молчании, пока Хао резко не приподнялся на локте.       — Кто-нибудь стучался сюда? — он осмотрел обстановку, ровно также понимая, где он сейчас находится и что случилось этой ночью.       — Я не знаю, — выдохнул Йо, — даже выходить теперь страшно. Вдруг нас искали?       Прогнав от себя сон, Хао встал с постели и стал с пола подбирать свои вещи.       — Давай сделаем так. Ты выйдешь первым и разведаешь обстановку, а я за тобой, — придумал старший Асакура план, пока одевался.       Йо взволнованно выдохнул и подошёл к шкафу, чтобы достать домашние штаны и какую-нибудь футболку. Когда братья оделись, младший взял со стола свою палочку и снял заклинания, следом приоткрывая дверь и просовывая в коридор голову. На втором этаже было тихо, только откуда-то снизу доносилось копошение, возможно, это домовики, которые уже подготавливали столовую к обеду. Не обнаружив никакой опасности, Йо пропустил брата вперёд. Хао коротко поцеловал его в висок и направился в другое крыло особняка, стараясь не шуметь у лестницы, ведущей на первый этаж.       Младший Асакура с облегчённым вздохом закрыл на ним дверь и прислонился к ней спиной. Что ж, пока что можно принять душ. Но, осмотрев комнату, Йо подумал о том, что действительно неплохо было бы тут прибраться. А ещё починить кровать. Исправив все последствия бурной ночи взмахом палочки и заклинанием Репаро, Йо с неспокойным сердцем отправился в ванную комнату.       Через час он спустился в большую гостиную, где совсем недавно пребывала толпа приглашённых их родителями гостей, но не обнаружил даже следов прошедшего приёма — эльфы прекрасно постарались в плане уборки дома. Он дрожащей рукой открыл дверь в столовую, где уже чинно за чашкой зелёного чая сидел его брат вместе с родителями.       — О, солнышко, уже проснулся? Даже для тебя поздновато, — проговорила мать, зная, как младший сын любит поспать, особенно на каникулах.       Йо кинул взволнованный взгляд на Хао, но тот спокойно читал газету, где на колдографиях переливалась огнями красивая ель, установленная в каком-то магическом городке Японии. Он прошёл за стол и, что-то пролепетав в ответ, опустился на стул, а домовик магией отлевитировал ему чашку. Если его брат так спокоен, то значит, что они остались незамеченными прошлой ночью, да и мама смотрит без укора в глазах, пододвигая ему тарелку оладий на завтрак, который по сути начался только в обед.       — Чем сегодня займётесь? — в пространство поинтересовался Микихиса, также не отрываясь от своего «Вестника» и изредка делая глотки кофе из рядом стоящей кружки.       Странно, что родители не обсуждают вчерашний приём, наверное, они уже это сделали до его появления здесь. Йо собрался ответить, но вовремя закрыл рот, потому что хотел сказать: «Мы полетаем на мётлах». Мы. Это слово являлось недоступным в их доме, поэтому младший Асакура уткнулся в кружку, бросая взгляд на близнеца. Хао, почувствовав это, поднял голову от газеты.       — Да так, ничем особенным, — отмахнулся он, но после недолгого молчания добавил, — может быть, полетаю.       — О, отличная идея, и брата возьми с собой, — Кейко всегда хотела, чтобы сыновья проводили больше времени друг с другом, может только так они поладят.       — Не дорос ещё, — усмехнулся старший, переводя взгляд с матери на близнеца.       — Хао, — в голосе отца слышалось предупреждение. Ну вот, опять.       — Если он отстанет и где-нибудь потеряется, я скажу, что так и было, — засмеялся Хао, наблюдая за тем, как краснеет Йо. То ли от негодования, то ли от смущения. — Ладно, пошли, мелюзга. Покажу тебе пару приёмов на метле. А то прошлогодний Чемпионат по квиддичу вы, кажется, выиграли лишь чудом.       Йо не успел даже притронуться к завтраку, как брат поднялся и направился к выходу из столовой. Кейко провожала их довольным взглядом, надеясь на то, что сыновья когда-нибудь сдружатся. В сердце матери всегда теплилась эта надежда, ведь ей было больно наблюдать за тем, как близнецы ссорятся.       Закрыв за собой дверь столовой, младший Асакура, надув щёки, громко выдохнул. Хао тихо рассмеялся и, сказав, что он будет ждать его с метлой на заднем дворе, пошёл в свою комнату переодеваться. Но Йо даже обрадовался такому повороту событий, потому что объясниться сейчас перед родителями он бы не смог, как бы ни старался. Хорошо, что их не хватились прошлой ночью, это уже являлось удачей.       Через десять минут он вышел во двор, где брат уже стоял в полётной мантии и завязывал волосы в хвост. Из подсобного помещения они достали домашние мётла, запылившиеся за время их отсутствия. Да, нужно сказать домовикам, чтобы следили за ними лучше.       Йо не просто так позвал Хао полетать по окрестностям Изумо: он любил, когда снег, столь редкий в их краях, мягко ложился на кое-где ещё зелёную траву, красиво обрамлял голые деревья, и вообще всё вокруг становилось похоже на сказку. На улице светило солнце, и, возможно, после обеда снег уже растает, поэтому нужно успеть насладиться этой красотой. Близнецы взмыли в небо, ощущая потоки холодного воздуха и слабое тепло солнечных лучей. Йо с высоты осматривал покрытые снегом холмы и горы, а Хао умчал далеко вперёд, исполняя какие-то трюки на метле. Вот показушник!       Младший Асакура внезапно почувствовал прилив тепла, так как он никогда ещё не ощущал себя настолько… счастливым? Наверное, это происходило впервые, его захлестнуло чувство умиротворения за всё происходящее сейчас. Вот они дома, за столько лет не грызутся друг с другом, вместе летают по родным краям… Это ли не счастье? Йо хотелось, чтобы это продлилось как можно дольше, ведь кто знает, что их ждёт там, за поворотом. Судьба же бывает очень коварной.

***

      В последний день каникул перед отправлением в школу, когда Асакуры налетались вдоволь, отдохнули и понежились в своих кроватях, семья собралась на прощальный ужин в столовой особняка. Йо за обе щёки уплетал домашнюю еду, так как теперь попробует её нескоро, а Хао поддерживал непринуждённую беседу с отцом. До того момента, как родители замолчали, переглядываясь между собой. Младший Асакура даже перестал бесконтрольно поглощать праздничные моти, осознав, что за столом стало как-то слишком тихо.       Кейко набрала в лёгкие воздух, чтобы что-то сказать, но не могла придумать, с чего начать разговор.       — Дети, — наконец выдохнула она. Близнецы обернулись на неё, — нам с отцом нужно кое-что вам рассказать.       Хао нахмурился: начало уже недоброе. Он кинул быстрый взгляд на оцепеневшего брата, у которого в глазах читалась паника. Ну, нет, не может такого быть. Они же нигде не могли проколоться.       — Да, это очень важно, — Микихиса поправил очки на переносице. — Мне через министерские связи поступила информация, что в этом году школа Махотокоро участвует в международном Чемпионате по зельям. Он проводится каждые семь лет, и в нём могут участвовать только совершеннолетние студенты. В прошлый раз вы были совсем маленькие, но теперь достаточно взрослые для возможности представлять не только свою школу, но и наш клан.       До Йо от шока медленно доходил смысл сказанного отцом, но Хао быстро уловил ход его мыслей, внутренне закипая. Он знал, что сейчас скажет глава семьи. Он слышал это слово миллион раз.       — Вы должны подать заявку на участие в Чемпионате.       Должны. Должны!       — Вы должны защитить честь клана Асакура как способных и опытных зельеваров…       Микихиса не успел договорить. Хао встал, резко отодвинув стул, отчего ножки со скрипом прошлись по полу. В его глазах плескалась не столько ненависть к его долгу, сколько к участию в глупых конкурсах, на которых заставляет плясать под его дудку отец. А ещё раздражение, да, огромная волна раздражения захлестнула Хао.       Йо вжался в спинку стула, зная, что за этим последует. Какой, к чёрту, Чемпионат по зельям? Они только что кое-как разделались с этим дурацким заданием Марко, который вообще не имел права наказывать их таким сложным противоядием не из школьной программы. И что значит им двоим подать заявку на участие?       — Хао Асакура! Сядь на место, — Кейко знала, как отреагирует её старший сын на эту новость, но выхода не было.       — Да какого… — уже начал возмущаться Хао, но строгий голос отца перебил его.       — Не смей этого произносить. Вы — наследники великого клана. Вы обязаны делать всё на благо семьи, в том числе показывать свои способности на Чемпионатах. Квиддич? Пожалуйста, вам никто не запрещает в нём участвовать, но турнир зельеваров…       — Дай угадаю. Обязаны? — Хао бросил на отца взгляд с вызовом. — Должны?       — Да, и я не потерплю препирательств, — чётко выговорил Мик, посмотрев сначала на старшего сына, а затем на всё ещё молчащего Йо. — У меня есть немного информации о Чемпионате, которая вам должна помочь. Традиционно он проводится в каком-либо магическом лесу, на этот раз выбрали место в Японии. Целью турнира, конечно же, является приготовление зелья. Одного, но какого! На каждом Чемпионате выбирают одно зелье, которое является сложным в приготовлении и поиске ингредиентов.       Йо словно через подушку слушал отца, практически не разбирая его слов от осознания, что вот он — тот момент, который может добавить ложку дёгтя в его бочку с мёдом. Как только они избавились от одной проблемы, тут же появилась новая, ещё более серьёзная, чем предыдущая. А он так хотел спокойно доучиться эти полгода. Совсем недавно головной болью являлся Чемпионат школы по квиддичу и выпускные экзамены, но теперь…       — И вам нужно знать кое-что ещё: в лесу много опасных магических существ, которых вам необходимо будет победить и добыть ингредиенты для зелья. Это может быть рискованно…       — Может быть? Рискованно? — со злобой усмехнувшись, перебил Хао. — Ты слышишь, что сейчас говоришь? Ты добровольно отправляешь нас участие в опасном турнире?       — Я считаю вас способными волшебниками. И мама вас хорошо обучила зельеварению. Поэтому никаких трудностей возникнуть не должно, — Микихиса был непреклонен в своих убеждениях, Хао не раз замечал это.       — А ты у нас спросил, хотим мы этого или нет? Да тебе плевать на нас и наши желания! Ты лишь хочешь похвастаться потом нами перед министерскими крысами, вот и всё!       — Хао! Как ты разговариваешь с отцом? — вклинилась в перепалку Кейко.       Он замолчал, кинув раздражённый взгляд сначала на одного, потом на другого родителя. Ясно, значит, узнать мнение у братьев обо всём этом они не потрудились, всё уже решили без них.       — Прекрасно! — раздражённо воскликнул Хао и быстрым шагом вылетел из столовой, с силой оттолкнув от себя дверь, которая чуть не слетела с петель.       Женщина проводила сына расстроенным взглядом и глубоко вздохнула. Микихиса был явно недоволен получившимся разговором, но меньшего он и не ожидал. Кейко посмотрела на младшего сына, который всё это время сидел молча и осознавал услышанное. Реакция брата ему была понятна, но родители выбрали точно не тот тон разговора, чтобы сообщать такое. Да и весь этот турнир… Йо до последнего думал, что это какая-то шутка, но отец оказался серьёзен, как никогда раньше.       Младший Асакура, не сказав ни слова, только посмотрев на родителей влажными глазами, вышел из столовой и без зазрения совести отправился в комнату брата.       — Ничего, переспят с этой мыслью, обдумают и согласятся, — Микихиса был убеждён в своих словах. Его жена только кивнула. Она не хотела завтра прощаться с мальчиками на такой плохой ноте, но получилось так, как получилось.       Йо аккуратно постучался в дверь и опустил ручку — оказалось не заперто. Он прошёл в комнату и обнаружил Хао, который, словно успокаиваясь, гладил Матамуне на кровати. Коту было явно приятно, поэтому он не убежал даже тогда, когда рядом присел младший Асакура и с вопросом заглянул в глаза брату. Он понимал, что Хао сейчас не захочет разговаривать даже с ним, поэтому не смел нарушить тишину до того момента, пока близнец не заговорит сам.       В чёрных зрачках старшего, кажется, бесконечным огнём горела ненависть. Йо не раз видел его, но не знал, как успокоить бушующее пламя внутри Хао. Он мог лишь обнять брата и заставить лечь с ним на кровать. Матамуне вырвался из рук и спрыгнул на пол, что позволило Хао заключить в объятия близнеца, для своего спокойствия вдыхая запах цитрусов с его волос. Не менее часа ему понадобилось, чтобы угомонить ураган внутри, возможно, Йо поспособствовал этому, за что старший был благодарен.       — Я ничего другого от них и не ожидал, — наконец прервал тишину Хао, с удивлением замечая, что даже из голоса исчезло раздражение.       Йо молчал, не зная, что на это ответить. С одной стороны, он понимал брата — на них всегда оказывал давление тот факт, что они являлись наследниками великого клана в магическом мире. С другой стороны, а что могли сделать в такой ситуации родители? Чемпионат по зельям — это именно тот случай, когда кому как не им принимать в нём участие от Махотокоро. Но что означали слова отца: «вам нужно подать заявки»? Каким образом происходит выбор того, на кого возложат честь представлять их школу?       — Хао, — выдохнул младший и привстал, опираясь на локоть, — если хочешь, то я…       — Нет, даже не вздумай, — резко ответил Хао, поднимаясь на кровати, — я не хочу даже слышать о твоём самопожертвовании.       — Но…       — Замолчи, — в голосе старшего Асакуры не было злобы, только сталь, — если всё так, то участником этого дурацкого конкурса буду я.       Йо смотрел на него влажными глазами, но молчал. Он подумал о том, что сейчас не время об этом разговаривать. Они обсудят ситуацию немного позже, когда уляжется вся эта буря, ведь отрицательные эмоции мешают рассуждать здраво. Но Хао будто бы для себя всё решил. Нет, всё не должно закончиться подобным образом. Йо просто так это не оставит.       — Я не знаю, правда ли то, что сказал отец, но подвергать тебя опасности я не имею права, — отчеканил Хао.       — А себя можешь? — почти одними губами прошептал младший.       Хао долго тянул с ответом, смотря в глаза брату и обдумывая в голове варианты исхода событий. Он уже успел представить себе раненного близнеца, истекающего кровью, вообразить, что кто-то заставит выпить его опасное зелье, чтобы устранить конкурента. Там может произойти что угодно, и он не мог этого допустить!       — Я справлюсь, — уверенно ответил старший Асакура, не до конца понимая, что он только что сказал.       — А я, значит, нет? — с горькой усмешкой на выдохе уточнил у него Йо.       — Я не это хотел сказать. Чёрт! Стой!       Йо успел вскочить с кровати, чтобы покинуть комнату, но брат схватил за руку, останавливая. Он всегда знал, что Хао его недооценивал, так было всю жизнь: Йо младше, а значит, слабее. Но это не так. На грани сознания он понимал, что близнец пытается его тем самым защитить, но слова сильно ударили по чувствам. И тело отреагировало быстрее, чем разум.       — Пойми меня, Йо, — почти с мольбой произнёс Хао, — я не могу рисковать тобой, потому что люблю тебя. И всегда любил. Ты дороже мне всех людей на планете, поэтому услышь меня, пожалуйста.       Младший Асакура замер, уставившись в глаза брата. Он не верил своим ушам: Хао признался ему в любви? Всё остальное вдруг стало таким незначительным по сравнению с одним лишь словом, которое они не могли сказать друг другу уже столько времени. Йо боялся его, боялся произносить, ведь оно значит так много для них. Это слово имеет совершенно другой смысл для близнецов.       — Я тоже тебя люблю, — тихо произнёс на выдохе младший и сам поддался вперёд, чтобы впиться в горячие губы брата.       Он целовал его без отчаяния, без сожаления, по-настоящему чувственно. Йо притянул к себе брата за шею, а на глазах выступили предательские слёзы. Хао, почувствовав соль на губах, прижал к себе близнеца сильнее, будто старался оградить ото всех опасностей в мире. Но как бы он не пытался это сделать, Йо ему не позволит, ведь был таким же упрямым, как и он сам.       Младший Асакура, отстранивший, глубоко дышал от переполнявших эмоций. Это признание произошло так внезапно, и, казалось, он был готов к нему, и одновременно не готов. Йо с вызовом посмотрел брату в глаза:       — А турнир мы обсудим в другой раз.       Хао не успел ничего ответить, как его обратно утянули на кровать, и сопротивляться этому он уже не мог. Лишь улыбнувшись в поцелуй, он на мгновение подумал, что и обсуждать здесь нечего. Но близнецу Хао об этом не скажет.

***

      Утро перед отправлением в школу получилось напряжённым. Кейко с болью в глазах провожала сыновей, которые не горели желанием что-либо комментировать по поводу вчерашнего разговора. В помощь им она собрала чуть ли не половину книг из домашней библиотеки, чтобы братья подготовились к предстоящему Чемпионату. Использовав заклинание незримого расширения на небольшом чемодане, она передала его Йо, который молча принял его. Он чмокнул на прощание мать в щёчку, ведь от этой привычки уже не мог отказаться.       Микихиса смотрел на сыновей с гордо поднятой головой, потому что знал, что воспитал из них достойных волшебников. И они последуют по пути, который начертан у них на роду. Хоть Хао был с этим не согласен, решать всё же явно не ему. Глава семьи твёрдо убеждён в том, что всё запланированное сбудется, и его сыновья не пойдут против родителей.       Асакуры через минуту исчезли с хлопком трансгрессии. Перед глазами поплыла картинка их родного дома, а спустя секунду она сменилась на дворец Махотокоро, над которым по небу неслись тёмные тучи. Хао ощутил тугой ветер с моря, что ударил в спину и бросил вперёд волосы. Однако его брат почувствовал совсем другое: он скривился от подступившей к горлу тошноты.       — Да когда это уже закончится, — сдавленно проговорил Йо, пытаясь не уронить чемоданы и клетку с филином.       — Локомотор, — достав палочку, Хао произнёс заклинание и заставил весь их багаж подняться в воздух, так как унести всё уже было невозможно. Особенно Йо, который аж позеленел после трансгрессии. — Тебе помочь?       Младший покачал головой, замечая, что у входа в школу они находились не одни, так как многие студенты прибывали на учёбу одновременно вместе с ними.       — Давай хотя бы до общежитий дойдём, — предложил Хао и сделал шаг в сторону дворца, палочкой левитируя вещи за собой.       Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, Йо собрался с силами дойти до спальни и прошествовал за братом, пока не наблюдая повышенного внимания к ним. Однако у входа в башню Земли он столкнулся с Рю, который удивлённо посмотрел на Хао, заметив, что тот ему помогает. Старший Асакура был не в настроении, поэтому без лишних слов он опустил багаж брата на пол и направился в сторону своего общежития.       — Йо-доно, что-то случилось? — настороженно поинтересовался Умемия, на что тот покачал головой и молча проследовал в гостиную, не забыв прихватить вещи.       Как видится, настроение у обоих близнецов было паршивым. И причину этому скоро узнает вся школа.       Тем же вечером, когда в Большом зале снова стало не протолкнуться от количества студентов, Хао почувствовал себя с удавкой на шее — настолько было душно, будто стены давили на него со всех сторон. Он молча сел за стол огненных неподалёку от Ханагуми, которые удивлённо переглянулись между собой, но ничего по этому поводу не сказали. Откуда-то с дальнего угла он ловил на себе взгляды Аширу и Дитела, но было так плевать на них.       Йо сидел за столом факультета Земли в своих мыслях. На входе он на автомате поздоровался с друзьями и прошёл в зал, оставляя парней в недоумении. И сейчас не замечал их взглядов, которые бросали на него Рен и Хоро с разных факультетских столов. С их другом явно что-то произошло, интересно, мог ли стать этому причиной старший Асакура? Он ведь также присутствовал на ужине и выглядел не менее скверно.       Но поразмышлять об этом не дал директор Голдва, который вновь выступал с приветственной речью перед учениками после каникул. Асакуры слушали его вполуха, смотря куда-то в деревянную столешницу, ведь они уже догадывались, о чём будет это выступление.       — А теперь перейдём к важному объявлению, — старик говорил с приподнятым настроением. — В этом году Махотокоро удостоена чести стать одной из четырёх школ, участвующих в международном Чемпионате по зельям, о чём я с превеликим удовольствием вам сообщаю. Призываю студентов, готовых проявить смелость и отвагу, к участию в этом турнире. Махотокоро стояла у истоков Чемпионата с самого его зарождения, поэтому не упустите шанс прикоснуться к истории. Поскольку участие разрешено только студентам, достигшим совершеннолетия, прошу учеников последних курсов хорошо обдумать возможность показать свои навыки. О критериях отбора и правилах проведения Чемпионата мы сообщим дополнительно, — директор сделал паузу. — А теперь — приятного аппетита.       Голдва по своему обыкновению взмахнул рукой, и на столах появилось множество блюд, но большинство студентов к ним не притронулись. Всё ещё пребывая в некотором шоке от услышанного, ученики, как заговорённые, стали оборачиваться на Асакур, которые ловили на себе взгляды множества пар глаз. Ведь кому как не наследникам клана зельеваров было участвовать в этом состязании. И уже можно сказать наверняка, кого отберут на Чемпионат по зельям. Друзья Йо переглянулись между собой: так вот что означало сегодняшнее их поведение — они знали. Знали о турнире ещё до прибытия в школу.       Но братья не хотели замечать всеобщего внимания. Йо поднял голову и пересёкся с Хао взглядами. Здесь всё понятно без слов. Обратной дороги нет, именно сейчас близнецы это явно ощутили, когда во всеуслышание объявили о Чемпионате. И это было начало конца.