Часть 1. Приём леди Бойл

      — Ну-ну, в этом нет необходимости. Я надеялся увидеть тебя снова, Корво. Хотя, признаюсь, это последнее место, где я мог бы рассчитывать на встречу.       Корво не ожидал, что его могут здесь узнать. Он не учел Роланда, хотя должен был. Все были наслышаны об усердной работе одного аристократа из Делового квартала после ареста поверенного. Имя Уайлза Роланда было на устах у многих людей. Конечно же, он был приглашен к Бойлам.       Попытка дворянина его успокоить мало чем помогла Корво справиться с беспокойством. Один крик в сторону ассасина, и он покинет поместье под конвоем смотрителей.       — Неужели ты настолько мне не доверяешь? — расстроенное выражение на лице Роланда, возможно, было искренним. Корво всё ещё не разжимал пальцы, которыми сжимал рукоять своего клинка. — Я думал, мы друзья.       Корво не забыл их недолгий союз во время устранения Тимша, несмотря на всё остальное, что произошло в тот день. Если Роланд всё ещё считал их союзниками, то прикрытие Корво, а также прикрытие Дауда и Томаса, могло быть в надёжных руках.       Тем не менее, Роланд не был одним из них, а Корво из принципа не хотел доверять аристократу.       — У меня нет желания звать охрану, уверяю тебя.       — Ты можешь это гарантировать?       — Клянусь своей жизнью, — Роланд указал на ближайшие двери. — Если это поможет убедить тебя, мы можем продолжить в саду. Меньше свидетелей увидят, как ты забьёшь меня до смерти, если я вдруг откажусь от своего слова?       Заманчивое предложение. Корво ничего так не хотел, как ненадолго оторваться от толпы. Он чувствовал себя овцой среди знати, надев волчью шкуру, чтобы слиться с толпой. Соблазн оказаться подальше от любопытных глаз убедил его последовать за Роландом к дверям. Направляясь к выходу, Корво поймал взгляд Дауда с другой стороны от обеденного зала. Мужчина жадно наблюдал за ними, он уже знал, что что-то не так. И Корво знал, что Дауду достаточно будет малейшего сигнала, чтобы разнести поместье в щепки, чтобы уберечь его от беды.       Корво просто сделал небольшое движение за спиной, давая знак Дауду и Томасу следовать за ним наружу.       Выйдя на свежий вечерний воздух, Корво тяжело вздохнул, он и не подозревал, что всё это время задерживал дыхание. Эта передышка оказалась очень кстати — оказаться на свежем воздухе после столь долгого пребывания внутри; территория была приветливо безлюдна.       Роланд подвёл его к одному из столиков во внутреннем дворике.       — Там, — он указал на тускло освещенное и пустынное пространство. — Видишь? Всё ещё цел и невредим.       Корво вздрогнул, когда над особняком взорвался фейерверк.       — Проклятые штуки. Я побоялся спросить старого Ихавода, сколько они стоят. Держу пари, целое состояние, — Роланд поставил свой бокал с шампанским на стол и слегка поднял руки в знак внимания. — Знаешь, я всё ещё благодарен тебе за то, что ты сделал для меня в Деловом квартале. Сомневаюсь, что я был бы здесь, развлекаясь с высшим обществом, если бы не твоя помощь.       Корво не мог представить, чтобы кто-то захотел оказаться здесь по своей воле.       — Так что я не желаю тебе зла. И я, конечно, не собирался «раскрывать твое прикрытие», как говорят. Я просто был несколько удивлен, увидев тебя снова. Именно сегодня здесь, из всех мест, где мы могли бы встретиться.       Его слова были искренними: Корво легко мог в этом убедиться теперь, когда адреналин и стук в ушах от того, что его узнали, утихли.       — Я тебе верю.       Роланд просиял.       — Чудесно.       — Это не меня тебе нужно убеждать.       Улыбка аристократа исчезла так же быстро, как и появилась, когда он увидел две фигуры, выходящие из поместья. На мгновение до ушей Корво донеслась веселая болтовня и звон бокалов из обеденного зала, прежде чем двери снова захлопнулись.       — А, — Роланд съёжился, чтобы спрятаться за его плечом. — Как я вижу, ты здесь не один.       Корво шагнул вперед, чтобы удержать Дауда на небольшом расстоянии, когда мужчина приблизился, словно какой-то разъярённый волкодав. Тот уже вытащил свой меч.       — Это Роланд, — Корво крепко сжал руку с мечом: мышцы Дауда под его пальцами напряглись, и появилось крайне дурное предчувствие. — Из Делового квартала.       — Он узнал тебя? Наше прикрытие под угрозой?       Корво покачал головой в сторону Томаса.       — Он не представляет угрозы.       Дауд одним быстрым движением вырвал свою руку у Корво и устремил свой тяжёлый взгляд на аристократа.       — Сперва я хочу послушать его самого.       Корво почувствовал, как Роланд ещё больше сжался у него за спиной. То чувство нежности, которое он ощущал в Деловом квартале, вновь появилось в нём, когда Роланд, запинаясь, начал произносить заверения в своей благонадежности. Что-то о том, как приятно снова их всех увидеть. Возможно, он и был дворянином, но у Корво не было желания видеть, как его кровь пачкает аккуратно подстриженный газон Бойлов.       — Это была его идея поговорить здесь, хотя он мог бы позвать охрану. Он не представляет угрозы для нас.       Инстинкты Корво подсказывали ему рискнуть. Дауд доверял его суждениям и раньше, бесчисленное количество раз, а Томас безошибочно следовал примеру Дауда.       Дауд внимательно изучал аристократа, который в данный момент почти исчез за плечом Корво.       — Хоть одно действие, которое мне не понравится, мы поступим с ним так, как я сочту нужным.       Корво кивнул, и Дауд убрал меч обратно в ножны под плащом.       Пока Роланд смущённо отступал от его поля зрения, Томас бросил взгляд на поместье.       — Нам не следует надолго отлучаться с вечеринки. Наши работодатели могут что-то заподозрить.       — Ваши работодатели? — глаза Роланда расширились. — Во имя Бездны, вы здесь не из-за одной из дочерей Ихавода, не так ли?       — Из-за леди Бойл, — сказал Томас. — Той, которая любовница Берроуза.       — Вы здесь из-за Вейверли?       Корво коротко кивнул. Он узнал её имя в комнате наверху, где в покоях женщины были обнаружены веские доказательства, связывающие её с регентом. Флакон духов, на котором, как заметил Корво, был нанесён символ башни Дануолла. Платье, слишком тонкое, чтобы его могли сшить даже портные Ткацкого квартала. Записка без подписи, в которой Корво узнал почерк Берроуза.       — Звёзды, мы все знали, что рано или поздно у неё будут неприятности из-за этого.       Глаза Дауда сузились.       — Мы все?       Смешок вырвался из груди Роланда.       — Извините, — сказал он, махнув рукой в знак извинения, — Извините, просто я забыл, что не все посещают суд. Я сомневаюсь, что в парламенте найдется хоть одна душа, которая не знает об Вейверли и её маленьком взаимодействии с регентом. Бездна скорее исчезнет, чем дорогой Брисби позволит кому-нибудь забыть об этом.       — Пендлтон посещает суд, — сказал Корво, нахмурившись. Они с Даудом обменялись взглядами. — Почему он не назвал нам её имя?       — Тревор, само собой, знает об этом, — перебил Роланд, прежде чем Дауд успел ответить. — Я видел его прямо на прошлой неделе, хотя в последнее время он был ужасно отчужден со всеми, кроме Брисби. Все думали, что он так удалился из-за смерти своих братьев, но… — аристократ оглядел их всех. — Я полагаю, если вы с ним знакомы, это даже не вся история.       Корво и Томас ничего не ответили. Роланд начал слегка тушеваться под холодным взглядом Дауда.       — Не хочу совать нос в чужие дела, — в конце концов произнес аристократ. — Просто, говоря о Брисби, я тут кое-что вспомнил. Он искал кое-кого чуть ранее. Сказал, кто-то будет в маске с черепом. — Аристократ скорчил гримасу при виде упомянутой маски на голове Корво. — Действительно, Корво, эта штука довольно стрёмная. Но он попросил меня указать тебе на него, если я тебя вдруг увижу. И он случайно упомянул что-то о Пендлтоне. Конечно же, это не может быть совпадением?       Корво начинал терять веру в совпадения. Он посмотрел на Дауда.       — Что думаешь?       — Какую бы игру ни затеял с нами Пендлтон, я хочу побыстрее с ней покончить, — резко сказал Дауд. — Я не потерплю ещё одной тайны. Посмотрим, чего хочет Брисби. У него может быть дополнительная информация.       — Я могу показать вам его, — предложил Роланд Корво. Он нервно откашлялся, когда выражение лица Дауда потемнело. — Со мной вы все будете в полной безопасности. У меня нет желания видеть, как вы уходите отсюда в цепях.       Дауд пробормотал что-то в ответ себе под нос и направился обратно в особняк. Томас пошёл вслед за ним.       — Очаровательный мужчина, — Роланд поморщился, глядя на удаляющуюся спину Дауда. — Я уже упоминал это в нашу первую встречу?       — Было что-то такое.       — А. Я так и думал. Значит, возвращаемся внутрь?       Корво присоединился к Роланду, и они проследовали за Даудом и Томасом обратно в обеденный зал.       — Знаешь, Корво, на всякий случай, на будущее, всё, что тебе нужно было сделать — это угостить мисс Уайт бокалом игристого вина, и все секреты аристократии буквально упали бы к твоим ногам. Ты бы в мгновение ока узнал имя Вейверли.       Корво зажевал внутреннюю часть щеки, пытаясь подавить смущение. Они добивались установления личности любовницы Берроуза большую часть часа. Если бы он знал, что это так же просто, как просто посплетничать с несколькими гостями, он бы, скорее всего, уже возвращался в «Песью яму».       — Я так понимаю, это твоё первое светское мероприятие? — Корво кивнул, и Роланд усмехнулся. — Что ж, ты наемный убийца, а не придворный, так что, я полагаю, тебя стоит простить. На моей первой вечеринке я пролил немного бренди на брюки лорда Шоу. Ты и так справляешься намного лучше, чем я. — Он окинул взглядом наряд Корво. — Могу я спросить, как именно тебе удалось пройти мимо охранника на воротах?       — Я показал ему приглашение Бантинга.       — Теодора Бантинга? Что ж, я скажу, у него был определённо не лучший год. Сначала у него отобрали бизнес, а теперь и его личность, — Корво отметил, что в голосе аристократа не было особого сочувствия. — Я удивлен, что он вообще получил приглашение. А эти двое…? — Роланд указал пальцем между Даудом и Томасом, прежде чем пара исчезла внутри дома.       — Кроуфорд и Эстермонт.       — Знаешь, чуть ранее мне казалось, что Эстермонт выглядел примерно на голову ниже, чем обычно. Хотя в остальном сходство почти сверхъестественное.       Они остановились у дверей.       — Итак, по словам нашей дорогой мисс Уайт, Вейверли сегодня вечером в черном. Адель обычно не ошибается в таких вещах, она опытная сплетница. И я должен предупредить тебя, Корво, Брисби сейчас несколько раним. Если ты хочешь не высовываться, а что-то подсказывает мне, что ты этого хочешь, — добавил он, наблюдая, как Корво натягивает маску обратно на лицо. — Постарайся не устраивать сцен. Соглашайся с тем, что говорит старик, сохраняй его спокойствие. Его последнее выступление в суде обернулось скандалом, люди до сих пор говорят об этом.       — Спасибо за совет.       — Спасибо, что не проткнул меня своим мечом. Это испортило бы как минимум назревающий довольно интересный вечер, — Роланд двинулся, чтобы открыть дверь, но заколебался, держа руку на ручке. — Я действительно не хотел напугать тебя, когда поздоровался. Я просто был немного взволнован, увидев тебя снова. Вечер был немного скучноватым по сравнению с тем, что произошло после встречи с тобой и твоими… — он изо всех сил пытался подобрать подходящее слово. — Твоими коллегами-убийцами.       Корво не был уверен, что на это ответить, поэтому просто кивнул ещё раз. Он почувствовал, как жар разливается по его шее, когда Роланд снова усмехнулся ему.       — Ты всё ещё не освоился со всеми этими разговорами, не так ли? Хорошо. В первый раз мне это в тебе даже понравилось.       Роланд протянул руку, поправляя воротник Корво. Замерев, Корво позволил ему это.       — И должен признаться, мне очень нравится быть тем, кто помогает тебе на этот раз. Возможно, однажды я действительно смогу ощутить, что отплатил тебе за всю твою помощь в Деловом квартале.       — Ты нам заплатил.       — Брось, это пустое. Монета вряд ли является подходящей компенсацией за спасение будущего моего квартала. Я не хочу даже представлять себе, на что он был бы похож сегодня, если бы Тимш был всё ещё адвокатом. Предложить свою помощь и поддержку сегодня вечером — это, безусловно, меньшее, что я могу сделать в качестве компенсации.       Роланд приоткрыл дверь, просунув руку внутрь.       — После тебя, Бантинг.

***

      Пока Томас незаметно наблюдал за дверью, Корво вошёл в курительную комнату. Вечеринка продолжалась уже несколько часов, и воздух внутри был полностью пропитан сигаретным дымом. Присутствовал только один охранник, и он, казалось, был занят разговором с двумя гостями.       Корво разглядел Брисби, расхаживающего в дальнем углу комнаты. Тот держал в руках свою крысиную маску и беспокойно теребил её усы.       — Лорд Брисби.       Аристократ вздрогнул, услышав своё имя.       — Д-да, молодой человек? Чем я могу вам помочь? — Он посмотрел на Корво сквозь слой дыма, висевший вокруг них. — Я не думаю, что мы встречались раньше, не так ли?       Они встречались несколько раз, но каждый раз Корво был скрыт своей китобойной маской. В последний раз, когда они разговаривали, Корво пытался узнать что-нибудь о Делайле. Брисби же много говорил об Вейверли Бойл и совсем немного — о чём-либо другом.       Но Корво покачал головой. Лучше быть осторожным и надеяться, что Брисби не узнает его голос.       — Кое-кто сказал, что ты меня ждёшь.       Брисби застыл, краска отхлынула от его лица, оставив щёки болезненно бледными.       — Вы тот человек, которого прислал Тревор? О, слава Звездам, я нашел Вас раньше… — он оборвал себя, как только несколько гостей засуетились за спиной Корво. Брисби в отчаянии подтолкнул его. — Мы должны поговорить в другом месте, наедине. Следуйте за мной.       Корво осторожно последовал за ним, пока они не оказались перед камином в другой комнате. Относительно вдали от толп знати. Брисби явно не хотел, чтобы их подслушали.       — Пожалуйста, — начал аристократ, — не пугайтесь, я не причиню вам вреда. Я хороший друг Пендлтона.       — Он не упоминал о вас.       — Нет. Нет, я полагаю, он бы этого не сделал, — Брисби заломил руки. Его резкие движения соответствовали движениям кумира его маски. — Тревор не хотел бы, чтобы адмирал узнал об этом, я уверен.       Этот человек знал, что Пендлтон и Хевлок вступили в союз? Их дворянин, должно быть, был немногословен, сохраняя свой заговор в тайне.       Корво решил, что лучше перейти к делу.       — В чем дело?       — Адмирал хочет, чтобы её убили. Вейверли, — пояснил Брисби. — Всё из-за проклятого регента! О Звёзды, Тревор сказал мне, что она умрёт сегодня ночью, что за этим адмирал пошлёт Вас. Но он поклялся, Тревор поклялся мне, что, если я поддержу его в парламенте и проголосую против его соперников в суде, Вейверли будет жить. Что Вы не позволите ей умереть.       Корво почувствовал, как выражение его лица стало суровее.       — У нас не было такой сделки. Пендлтон не…       — Он не говорил Вам, нет. Я знаю, — перебил его Брисби. — Тревор не хотел рисковать, чтобы адмирал узнал о нашей сделке. Из того, что он мне рассказал, у них есть своя договоренность: не вовлекать никого извне в ваш заговор против регента. Но я помог! Я не питаю ни малейшей любви к Хайрему Берроузу, а мы с Тревором так далеко продвинулись в парламенте, сделали много хорошего для вашего дела!       Брисби почти лихорадочно огляделся, убеждаясь, что они всё ещё одни у камина.       — Тревор сказал мне, что Вы придёте сегодня вечером по приказу адмирала. Чтобы убить мою дорогую, милую Вейверли.       Он шагнул вперёд, чтобы взять Корво за плечи, возможно, для того, чтобы подбодрить, а возможно, чтобы помешать ему сбежать. Он передумал, когда Корво сделал шаг назад, словно сдерживаясь. Краем глаза Корво увидел, как рука Томаса медленно убирается с его запястья.       — Тревор сказал мне поговорить с Вами, молодой человек. Чтобы сообщить Вам о нашем соглашении. Я могу предложить вам альтернативу, которая даст нам обоим то, чего мы хотим.       Что б Пендлтону провалиться прямо в Бездну. Несмотря на сомнительные принципы адмирала — требовать, чтобы их цели были убиты любой ценой, чтобы избежать неясностей, — Хевлок был прав: вовлекать людей, которым они не могли полностью доверять, в заговор такого масштаба, как у них, было невероятно глупо. И невероятно опасно. Благодаря Пендлтону Брисби теперь знал о действиях лоялистов и личности тех, кто был замешан. И в своем нынешнем положении Брисби оставался бы таким же лояльным только к одному дворянину.       Если желаниями Брисби пренебречь, если он не получит того, что обещал ему Пендлтон, — того, что тот обещал, что сделает Корво, — то у него будут знания, рычаги воздействия, которые смогут разоблачить каждого из союзников Корво. Мартина. Сэмюэля. Эмили.       Вовлекая кого-то вроде Брисби, просто чтобы реализовать свои амбиции в суде… Корво мог бы перерезать Пендлтону горло. Возможно, он так и сделает, когда этот вечер наконец закончится.       — Тогда говори. Чего ты хочешь от Вейверли Бойл?       — Я люблю её. Это не её вина, вся эта неразбериха только из-за регента. У неё не было выбора, я знаю, что у неё его не было, — Корво показалось, что этот человек пытается убедить сам себя. — Она не заслуживает смерти за это! У меня есть лодка, ожидающая в подвале. Приведите её туда ко мне. Вашему заговору нужно, чтобы она исчезла, и я… Я могу это сделать, я могу забрать её. Ей не причинят вреда, я клянусь. Мы уедем далеко от Дануолла. Вы никогда больше о ней не услышите.       Корво почувствовал тошноту.       — Ты хочешь похитить её.       — Нет! Нет, не похищать, вовсе нет! Я спасаю её, разве Вы не видите? Это милосердно, так ей не придется умирать.       Корво затошнило, насколько порочными были взгляды этого человека на спасение и милосердие.       Но, глядя на искаженную крысиную маску Брисби, он снова вспомнил, что личные интересы Пендлтона не оставили Корво иного выбора, кроме как подчиниться его просьбе, если он вообще хотел обезопасить своих союзников.       Бездна, подумал Корво, соглашаясь на условия аристократа. Было бы действительно милосерднее убить её.

***

      — Ты этого не сделаешь, — это были первые слова Дауда, обращённые к нему в библиотеке Бойлов. Вырванные сквозь стиснутые зубы после того, как Корво рассказал им об идиотизме Пендлтона и сделке с ним лорда Брисби.       Дауд отвёл его в сторону, услышав нерешительность и, вероятно, отвращение в его голосе. В их уединённом уголке комнаты, где рядом были только Томас и Роланд, Дауд подошёл ближе, чем за весь вечер, и взял Корво за плечо.       — Я пойду вместо тебя, — настаивал он, его тон становился явно мягче. — Я не позволю тебе делать подобный выбор, не от имени этого идиота Пендлтона.       Это всё в очередной раз напомнило Корво, почему он так любил этого человека. Дауд никогда не навязывал своим людям ничего такого, чего бы он сначала не сделал сам. Он возлагал на себя такую ответственность перед всеми остальными, независимо от угрызений совести, которые могли последовать. И искреннее сочувствие, с которым Дауд предложил занять его место, и ужасная ситуация, в которую поставил его Пендлтон, заставили горло Корво на мгновение сжаться.       Он всё ещё качал головой.       — Нет. Я сам.       — Корво…       — Присоединиться к заговору было моим решением. Я пойду.       Дауд выдавил из себя ругательство, что-то о его упрямстве. Но рука на плече Корво сжалась, это был самый утешительный жест, на который только Дауд был сейчас способен. Затем он отошёл.       — Тогда делай то, что должен. Я знаю, тебя уже не отговорить, — затем Дауд подозвал к себе Томаса и Роланда. — Мы с Томасом присмотрим за твоим дворянином, пока не закончим здесь.       Дауд не желал выпускать Роланда из поля зрения. Корво мог бы возразить, что его враждебность излишня — в конце концов, Роланд знал об их мотивах меньше, чем Брисби, — но, если это поможет успокоить паранойю Дауда, держать аристократа под присмотром, Корво не собирался его останавливать. Да и сам Роланд, казалось, не слишком беспокоился.       — Всё в порядке, правда, — выдохнул аристократ, пренебрежительно взмахнув бокалом с шампанским. — Я полагаю, вы всё равно гораздо более интересная компания, чем большинство присутствующих здесь гостей.       Перед тем как он отправился на поиски леди Бойл, он услышал ещё один приказ Дауда, приказ, который не был слышен никому из их спутников. Дауд сказал ему быть осторожным. «Вернись ко мне, и тогда мы уйдем». Корво большего и не желал.       Он повторял слова Дауда в своей голове, как форму утешения, всё то время, что ждал возможности. У него сдавило в груди, нервы были на пределе, и казалось, что он вот-вот сорвётся. Он не ощущал себя так с тех пор, как не стало императрицы. Всё казалось таким неправильным.       Время пришло, когда Корво увидел, как Вейверли Бойл в одиночестве проскользнула в сад. Через несколько минут он последовал за ней.       Фейерверк над особняком наконец прекратился, и тишина снаружи казалась тихим, жутковатым контрастом с суматохой вечеринки. Вейверли стояла чуть дальше, её силуэт выделялся на фоне забора, окружавшего поместье. Она смотрела на улицы внизу, зажав сигарету между пальцами в перчатках. Её поза, легкое напряжение в теле…       Казалось, что она кого-то ждала. Ждала его. Корво приближался легкими шагами, но так, чтобы их было слышно.       Вейверли повернула к нему голову, когда он появился в поле её зрения.       — Тоже не любишь толпу? — Её маска была приподнята, приоткрывая только рот. — Со временем всё это становится ужасно скучным, не так ли.       Корво не ответил.       — Эта твоя маска — нечто особенное. Кажется, будто сегодня вечером мы пили с самой Смертью, — губы Вейверли растянулись в натянутой улыбке. — Ты здесь не для того, чтобы пытаться угадать моё имя, не так ли. Кажется, это всё, что кого-либо интересует сегодня вечером. Не то чтобы мои сестры возражали против внимания. — Пустые глаза под маской одарили Корво долгим выжидательным взглядом. — Ну?       — Ты Вейверли.       Она горько усмехнулась, положив одну руку поверх другой, чтобы снова поднести сигарету к губам.       — Молодец. Хотя тебе придется назвать всех нас троих, чтобы получить камею. У Эсмы довольно детское представление о развлечениях.       — Я здесь не ради камеи.       — Я знаю, — Вейверли выпустила дым между решетками в заборе. — Я знаю всех гостей на собственной вечеринке, всех, кроме тебя. Не надо держать меня за дурочку. Я знаю, почему ты здесь.       Корво не смог найти ответа, кроме молчания. Он знал, что было опрометчиво даже заговаривать с ней, особенно если она подозревала, за чем он пришёл.       Брисби попросил, чтобы он доставил её в бессознательном состоянии. Он утверждал, что так будет легче для неё, безопаснее для них, и время сейчас было самым подходящим. Они были одни. Было темно. Если бы Корво ненадолго остановил время, он смог бы отнести её в подвал меньше чем за минуту, и его бы не поймали.       Но он не мог этого сделать.       Вейверли ещё раз глубоко затянулась сигаретой и вздохнула.       — Полагаю, это было только вопросом времени. Когда же ты пройдешь следу из хлебных крошек и дойдёшь до меня, — она щелчком отправила сигарету в один из розовых кустов. — Сначала Кэмпбелл, Морган и Кастис, Соколов. А теперь я. Хайрем думает, что ты своего рода предзнаменование, Бездна, стремящаяся уничтожить его.       Она махнула рукой за спину, указывая на особняк.       — Он считал, что эти Смотрители и их ящики смогут защитить меня, потратил сотни монет, чтобы нанять их, и даже пригнал стражу на сегодняшнюю вечеринку. Но он оказался слишком труслив, чтобы прийти и защитить меня самостоятельно. Какой же он жалкий проныра.       Вейверли взялась за край своей маски и сняла её. Светлые волосы и кожа. Она была красива, хотя её глаза были будто погасшими. Как будто она давно уже сдалась. Смирилась с той судьбой, в которую втянул её Берроуз.       — Посмотри туда.       Вейверли указала на район вокруг поместья, на освещённые аллеи под поместьем. В свете уличных фонарей смутно виднелись тёмные фигуры. Трупы плакальщиков. Они были разбросаны по улицам, некоторые плавали в реке. Толлбои всё ещё патрулировали район, механический стук их ног эхом отдавался у Корво в ушах.       — Вот что стало с городом при регенте, — тихо сказала Вейверли. — Этот человек ни на что не годен, кроме как сеять смерть и страдания. Я согласилась присоединиться к нему из эгоизма. Я боялась, не буду этого отрицать. Почему бы и нет? В наши дни мало что ещё можно сделать, кроме как прикрывать свою спину, отстаивать собственные интересы, и он обещал обеспечить мою безопасность, если я буду поддерживать его. Хорошая одежда, вкусная еда. И он сдержал это своё обещание. Но остальное…       Вейверли наблюдала, как вдалеке один Толлбой раздавил ногами плакальщика.       — Это непростительно. Вот чего помогла достичь моя трусость. Я больше не хочу в этом участвовать.       Она с мягким стуком уронила маску на траву и полностью повернулась к Корво.       — Что же теперь? Ты нападёшь на меня? Я пытаюсь убежать, позову на помощь? Нет уж, ты не получишь от меня такого удовольствия. Я давно знала, что это произойдет.       Корво обнаружил, что не может лгать ей.       — Брисби попросил меня отвести тебя в подвал. Там вас ждёт лодка.       — Лорд Брисби замешан в этом? — Вейверли усмехнулась. — Боже, я никогда не думала, что он способен на такое, нанять кого-то, чтобы похитить меня. Я почти горжусь его выдержкой.       — Он не хотел, чтобы ты была в сознании, когда я тебя приведу.       — И всё же я здесь. Всё ещё не сплю и разговариваю с тобой.       Корво сдержанно кивнул. Губы Вейверли изогнулись вверх, совсем чуть-чуть.       — По крайней мере, в этом отношении ты оказал мне милость. Спасибо. — Корво видел, как дрожат её руки, хотя голос звучал достаточно ровно. — Но, боюсь, я никуда с ним не пойду, бодрствую я или нет.       Она сунула руку в нагрудный карман и вытащила оттуда что-то маленькое с золотым обрезом. Камея Бойлов.       — Пятьсот монет. Что бы тебе ни заплатил Брисби, какую бы страховку он против тебя ни застраховал, которая убедила тебя пойти на это, я даю тебе её, чтобы ты не стал выполнять этот заказ. Пусти ему пулю между глаз, если нужно. В подвале нет охраны, я могу тебя в этом заверить. Тебя не поймают, если будешь действовать быстро.       Она схватила Корво за руку и вложила камею в его ладонь.       — Возьми это и покончи с нами обоими. Я не хочу умирать, но лучше так, чем быть использованной другим одержимым, корыстолюбивым трусом. Мой покойный муж, регент, Брисби. С меня хватит.       Глаза Вейверли скользнули по его маске, изучая его. Умоляя его.       — У тебя явно есть сердце, раз ты не сделал того, о чём просил тебя Брисби. Вместо этого ты пришёл сюда, чтобы поговорить со мной. Окажи мне и эту милость. Пожалуйста.       Камея холодила Корво руку. Пятьсот монет, чтобы оборвать две жизни вместо того, чтобы спасти одну. Убить их обоих вместо того, чтобы продать её Брисби, чтобы она жила в неволе до конца своих дней. Первым и единственным человеком, которого Корво продал в плен, была Эмили. Он больше так не поступит.       Он вытащил свой меч, ещё один подарок Пьеро, и Вейверли сделала глубокий примиряющий вздох при виде него. Она стояла неподвижно, словно уже мертвая, когда он приблизился к ней.       Корво всегда находил другой выход из ситуации, когда ему было это нужно. Ротвильд и ящики, Тимш и Роланд, верховный смотритель Кэмпбелл. Такого рода решения всегда принимались на его собственных условиях. Но планы Брисби в отношении Вейверли, даже планы адмирала в отношении Вейверли…       Ни один из вариантов не был на условиях самого Корво. Поэтому он решил сделать по-другому.       Корво вложил меч в ножны и протянул.       — Смотри внимательно, — он снова потянул его, пока оно полностью не выдвинулось, затем снова вложил. — Вот как ты его достанешь. Его легко спрятать, спрячь в ботинке или рукаве, подальше от чужих глаз.       Вейверли нахмурилась, переводя взгляд с него на меч.       — Я не…       — Ты отправишься к Брисби по собственной воле. Ты скажешь ему, что решила сбежать с ним, это даст ему ложное чувство безопасности, — Корво взял её за руку и вложил оружие ей в ладонь. — Солжешь. Ты ведь сможешь это сделать?       Вейверли моргнула, прежде чем реальность внезапно вернулась к ней. Она кивнула, на её глазах выступили слезы.       — Используй Брисби, чтобы покинуть город. Если он и правда спланировал всё это, я полагаю, в доках его ждёт другой транспорт. Когда придёт время, ты достанешь вот это, — Корво постучал по мечу. — Оставайся с ним или убей его и поступай по-своему, для меня это уже не будет иметь никакого значения. Я хочу, чтобы ты убралась из Дануолла, подальше от Берроуза.       Корво натянул маску и резко встретился с ней взглядом.       — И не возвращайся. Я узнаю, если ты это сделаешь, и больше я тебя не отпущу.       — Ты никогда больше меня не увидишь, даю тебе слово. Спасибо, — её пальцы дрожали от облегчения, когда она спрятала меч под рукав и наклонилась, чтобы поднять с травы свою маску. — Спасибо.       — Иди.       Вейверли снова закрыла лицо маской и поспешила к особняку. Дойдя до дверей, она задержалась и оглянулась через плечо.       — Обещай мне, что ты убьешь его. Хайрема. Бездна знает, мир не пожалеет, увидев его хладный труп.       — Я уже дал это обещание кое-кому другому.       Вейверли поблагодарила его в последний раз и вошла внутрь.       Корво остался в саду, наблюдая за Ренхейвеном, пока не увидел, как лодка лорда Брисби исчезла вверх по реке с двумя пассажирами на борту.

***

      — Добрый вечер, господа. Бойлы надеются, что вы чудесно провели время сегодня вечером, — охранник у входа пожелал им спокойной ночи, когда они вышли, чтобы проводить Роланда до его кареты.       Вечеринка ещё не закончилась, но Дауд решил, что аристократу лучше уйти с ними. Он не хотел, чтобы после их ухода за их спинами произошли какие-нибудь нежелательные разговоры, не при том, что Роланд знал, кто они такие.       — Мне следовало прихватить немного бренди «Кингстрит», когда я уходил, — мрачно сказал Роланд. — Эта марка в наши дни большая редкость из-за чумы и всего остального.       Корво слушал лишь отстранённо. Его мысли были где-то далеко.       Вероятно, ему следовало позаботиться о реакции адмирала на его решение: позволить Вейверли Бойл остаться в живых, несмотря на его твердый приказ убить её. Пендлтону, вероятно, тоже было бы что сказать о судьбе Брисби. Маловероятно, что Вейверли оставит аристократа в живых теперь, когда в её распоряжении был меч Корво. Но Корво обнаружил, что такая перспектива волнует его ещё меньше.       Всё, что он мог чувствовать сейчас, — это усталость и облегчение. Он не смог бы смириться с собой, если бы передал Вейверли Брисби, бесчувственную и безоружную. Он принял своё решение, и он был готов смириться с любыми последствиями, которые неизбежно за ним последуют.       Они прошли по туннелю, ведущему к дороге, путь освещался рядами золотых фонарей, двери в сторону выхода были уже открыты. Хотя Корво и был скрыт под маской, он всё ещё чувствовал, как по спине ползут мурашки беспокойства, пока они находились так близко к страже.       Они подошли к экипажам, и как только скрылись из виду охранников, Корво снял маску, и тогда Роланд повернулся к ним.       — Значит, на этом всё? Должен сказать, это заняло не так много времени, как я думал. Вы всё такие же эффективные в своей работе, какими я вас помню…       — Давайте быстрее, — резко сказал Дауд, крадучись вдоль переулка, чтобы подождать возле одного из заброшенных магазинов. Томас кивнул Роланду на прощание и последовал за ним.       — Мне кажется, я им не нравлюсь, — сказал Роланд, слегка съежившись. — Хотя это вполне объяснимо. Мы практически из разных миров, вы и я.       — В этом нет ничего личного. Они тебе не доверяют, — Корво знал, что то, нравился ли он им, не имело к этому никакого отношения. Убийцы всегда по натуре осторожны.       — Но ты, я надеюсь, доверяешь.       — Я умею распознавать лжецов. Ты к ним не относишься.       — Только если в суде, от случая к случаю. И даже тогда у меня это не очень хорошо получается, — Роланд потёр свои руки от холода, а из его рта появилось облачко белого дыма. — Полагаю, настало время нам попрощаться. Это действительно было нечто — снова увидеть тебя, Корво. Я искренне надеюсь, что это была не последняя наша встреча.       Дворянин протянул свою руку, и Корво пожал её. Совсем не похоже на их предыдущее прощание, подумал Корво про себя. Он был благодарен за это. Роланд был милым, вероятно, он был единственным дворянином, которого он когда-либо мог полюбить, если бы обстоятельства сложились иначе. Но сейчас Дауд стоял всего в нескольких футах от него, и всё, чего хотел Корво, — это чтобы он, и только он, был рядом.       В глубине души, если быть честным с самим собой, это было всё, чего он хотел весь этот вечер.       — Если тебе понадобится найти меня, по какой бы то ни было причине, ты помнишь, где я живу, — Роланд скользнул в экипаж. Когда он покатил к баррикаде, он оглянулся на Корво через окно. — Береги себя, Корво.       Корво смотрел ему вслед, пока карета благополучно не въехала в соседний район города. Как только карета уехала, он вернулся к Дауду и Томасу.       — Ты правда думаешь, что он никому не расскажет? — спросил Томас.       Корво покачал головой.       — Он этого не сделает. Я уверен.       — Ты всегда такой, — проворчал Дауд. Но Корво почувствовал, как пальцы мужчины обхватили его запястье, большой палец Дауда скользнул по тыльной стороне ладони. Корво, должно быть, выглядел более измученным, чем чувствовал себя, раз он позволил себе такой жест в присутствии Томаса.       — Нам нужно вернуться к адмиралу, — сказал Томас. Он взглянул на Корво и, должно быть, тоже заметил усталость в его позе. — С тобой всё будет в порядке? Ты выглядишь немного потрясённым.       — Я в порядке.       — Корво, «Песья яма» на другом конце города. Прими эликсир.       — Со мной всё будет в порядке.       — Мы проведём на ногах, по крайней мере, весь следующий час. Не упрямься.       — Томас, — Корво попытался отмахнуться от него свирепым взглядом. — Я же сказал, что я в порядке…       — Чужой бы побрал тебя и твой «порядок»!       Корво моргнул. Томас действительно крайне редко ругался. Даже Дауд выглядел слегка ошеломленным, услышав это.       Томас достал из кармана своей куртки эликсир и ткнул его Корво прямо в грудь.       — Пей и не спорь. Меня тошнит от твоего упрямства, и я молча наблюдаю за ним уже почти десять лет. Забудь обо всем остальном в городе, Корво Аттано, единственное, что может тебя убить, — это твое проклятое грёбаной Бездной «я». Пей, — резко повторил он, и Корво не рискнул ослушаться его.       Выругавшийся один раз Томас был предзнаменованием чего-то крайне плохого, но вот второй раз... Томас, должно быть, был на взводе на протяжении всей вечеринки больше, чем казалось на первый взгляд.       — Итак, у нас у всех была дерьмовая ночь, и я не стану довершать её тем, что ты свалишься в обморок на полпути к району Старого Порта, — Томас внимательно на него смотрел, пока во флаконе не закончилась последняя капля красной жидкости, а затем забрал пустой флакон обратно. — Ну вот, неужели это было так сложно? А теперь давайте отправимся в путь.       Он сделал шаг, прежде чем взглянуть на Дауда, как будто внезапно вспомнив о своём месте.       — Если вы согласны с этим, сэр.       Выражение лица Дауда было каменным, но Корво заметил искорку веселья в его глазах, несмотря на напряжение, которое явно вызвал у них всех этот приём у Бойлов.       — Делай, как считаешь нужным. Мы идём прямо за тобой.       Китобой сделал, как ему было приказано. Корво остался рядом с Даудом, настороженно следуя за Томасом, который вёл их.       — Какие приятные изменения, — Дауд говорил тихо, чтобы слышал только Корво. — В кои-то веки услышать, как кто-то другой ругает тебя за твоё упрямство.       — Он говорил прямо как ты.       — И всё же, из него вышел бы отличный лидер.       Это была первая улыбка Корво за весь вечер.       И, скорее всего, она будет последней на ближайшее время, сухо подумал он, когда они начали свой долгий путь в паб, где адмирал ждал их новостей. Корво сильно сомневался, что ему они понравятся.