Глава первая. 10 лет назад.

Небо было чисто и сияло как-то слишком ярко и радужно, не разделяя настроения черноглазого подростка, что сидел на берегу реки и дожидался друга. Дожидался, чтобы навсегда разрушить то хрупкое и трогательно теплое, что выстроилось между ними за эти пару лет. Сегодня из разговора отца он случайно услышал имя старшего сына врага и пазлы в его голове сложились сами. Хаширама Сенджу. Старший сын Буцумо Сенджу. Его гордость и разочарование, как сказал со смехом отец им с братьями утром. Человек невероятно талантливый , но настолько же и сердобольный. По словам шпионов, этот Хаширама до сих пор в свои 14 не смог убить ни одного из членов вражеского клана. Не потому что слаб, а потому что грезит о невозможном. О мире. Мадара не был глупым ребенком. Более того, его считали гением клана в его поколении. От осознания, что единственный друг является его кровным врагом, в груди поселилась дыра. Глаза жгли непрошенные, совершенно непозволительные их фамилии, слезы. Мир вокруг начинал терять краски, как только в голове всплывали все новые и новые детали, которые юный наследник клана Учиха предпочитал не замечать, но которые отчётливо намекали ему о том, что Хаширама, этот непосредственный, странный, чудаковатый, мечтательный мальчишка с постоянными перепадами настроения... родом из враждебного клана. – Эй, Мадара! Я такое тебе расскажу, обалдеешь! Я тебе что-то принес! Мадара..? – раздался весёлый голос друга, но улыбка на глуповатом, но симпатичном личике выглядела чересчур фальшиво и натянуто. Мадара усмехнулся. Ещё бы. Не только у клана Учиха были шпионы во вражеском тылу. Естественно, его отец не смог поймать всех шпионов из клана Сенджу, и кто-то из них все же донес информацию о наследниках клана Учиха. Хаширама уже все знал. – Ты же уже все знаешь, да? Знаешь, кто я, как и я знаю, кто ты, Сенджу. – выдохнул Мадара, откидываясь назад себя и опираясь на локти, дабы взглянуть пустыми глазами в раздражающе ясное небо. Ни облачка, ни капельки дождя. Ничего, что предвещало бы беду, кроме совершенно ясного, словно насмехающегося над мрачной ситуацией, солнца. Иронично. В такой ужасный день и такая великолепная погода. Слишком иронично... Ведь в день их знакомства они попали в бурную грозу и были вынуждены прятаться вместе в пещере. Хаширама громко сглотнул и сел на ближайший камень, уставившись пустым взглядом в землю. В руках его с громким треском раздавилась ракушка, что он нес для друга в подарок на три года их дружбы. Как же было прекрасно не знать. Не подозревать. Верить... Во что? В то, что несмотря ни на что, несмотря на войну, на смерти, на многолетнюю вражду в мире шиноби, у него все же появился истинно близкий человек.. Мадара был для Хаширамы непросто другом. Мадара был для него тем, кто не высмеял его мечту о мире, как сделали это сверстники в родном клане. Тем, кто наивно поддержал идею создания деревни, одной большой семьи и такой системы, в которой детям уготована другая участь. Не смерть в бою, но светлое детство, радости, шалости и дружба.. Где маленьким детям не придется умирать из-за взрослых проблем... – Да. Я знаю.. Но это ведь не значит, что мы должны продолжать эту никчемную вражду! Мы ведь знаем, что это бессмысленно! Мадара, мы ведь можем все изменить! – воскликнул жарко мальчишка, вставая с насиженного места и азартно сверкая шоколадным оттенком добрых глаз. Мадара всегда нравился этот оптимизм в чужих глазах, этот теплый добрый свет, но не сейчас... Сейчас эта вера в светлое будущее лишь бесила своей нереальностью. Словно насмешка над всей его жизнью.. – Изменить что, болван? Как ты изменишь тот факт, что твои сородичи убили моих братьев? Или то, что твои братья погибли от рук моей семьи? Как изменишь тот факт, что ежедневно наши люди убивают друг друга, ненавидя всем сердцем каждого с фамилией Сенджу или Учиха? Не будь наивным идиотом, Хаширама! В этом мире крови ты не изменишь ничего! Не будь так наивен и добр! Ты будущий глава клана, тот, кто должен любой ценой защитить своих людей! Даже если эта цена - моя или твоя жизнь! – закричал Мадара, кидая камень за камнем в спокойную воду реки. Злость, разочарование и безысходность жгли в груди, заставляя кричать и рвать на себе волосы. Как? Почему? За что богиня так над ним поиздевалась, сделав врага самым близким другом на планете? Что ему теперь делать? Как он сможет поднять меч против того, с кем мечтал о светлом будущем? Как он сможет убить того, кто стал единственной отдушиной в этой войне? Убить..? – Ма.. Мадара... Твои глаза.. – выдохнул поражённо Хаширама и прикрыл рот, видя, как преобразуется оникс чужих глаз в кроваво красный, звериный, нечеловеческий. Видел, как три черных томое отчетливо возникают на алой радужке, после сливаясь в причудливый узор и сверкая опасной мощью. Мадара пробудил Мангекье-шаринган... Сейчас... Лишь представив смерть близкого друга от своей руки, его сердце затопили ужас и ненависть к себе. Он ненавидел себя лишь за мысль о том, что он сможет... Убить друга... Юный Учиха прижал руки к лицу, силясь спрятать опасный блеск своих глазах. Неосознанно навредить другу своей новой силой он не хотел. Боль в груди ответно жгла новой силой в глазах. Этот кровный дар, это родовое проклятье кровавой ненависти. Он мечтал и страшился получить такую силу. А сейчас больше всего мечтал вырвать себе глаза и отдать эту чудовищную силу кому угодно, лишь бы не пришлось использовать ее против него. – Мадара, стой... Не уходи! – закричал Хаширама вслед убегающему парню, но тот лишь из-за плеча сверкнул опасно злым взглядом и выдохнул злое, болезненное, пустое, безликое.. – Больше мы не друзья, Хаширама Сенджу. В следующий раз я встречу тебя лишь на поле битвы. И моли богиню, чтобы не столкнуться со мной бою. Мы с тобой - кровные враги. После этих слов мальчишка скрылся в листве, стремглав покидая долину, в которой несколько лет был счастлив в обществе друга. Хаширама лишь с дрожью протянул руку вслед убежавшему другу, а после обессиленно сел на землю и сжался в комок, сминая ладонями кожу на собственных плечах. Сердце разрывалось от беспомощности и неожиданно чересчур острой боли. Пусть он наследник великого клана, пусть один из сильнейших шиноби своего поколения, пусть он хоть тысячу раз одаренный мальчик. Он был не в силах победить многолетнюю ненависть в одиночку. А единственный, кто поддерживал его в этом стремлении, кого Хаширама с уверенностью видел в будущем рядом, сейчас разорвал все нити связи между ними. Разорвал в клочки все розовые мечты о совместном будущем.. О дружбе, или быть может.. о чем-то большем... Мадара незаметно за эти несколько лет поселился в сердце юного Сенджу. Душа мальчика парила от предвкушения очередной встречи с колючим, словно ежик, мальчиком, который тем не менее с ним звонко смеялся и с теплом рассказывал о единственном выжившем брате. Хаширама мечтал познакомиться с юным Изуной однажды. Мечтал познакомить собственных братьев с Мадарой и его младшим братиком. Мечтал однажды открыться другу, рассказать правду о себе, но.. не сейчас и не так! Перед глазами разбитого подростка пролетали моменты. Первое знакомство, шутливое соревнование в запуске "блинчиков", шутки Мадары над его прической, первое прикосновение рук, первое откровение, первая несерьезная ссора.. Мадара стал для Хаширамы первым настоящим другом, первой не кровной привязанностью и первой любовью...

***

Изуна сидел тихонько в кустах, вслушиваясь в разговор старшего брата и незнакомого мальчика. Поведение Мадары утром, когда они узнали ценные сведения о вражеском клане, мальчишку озадачило, и он решил проследить за любимым братом. Но узнать то, что братик водит дружбу с вражеским наследником... Это оказалось неожиданно для него. Младший Учиха хотел бросится вслед за братом прочь с этого места, догнать, расспросить и помочь справиться с этим. Пусть сам Изуна и был ещё совсем ребенком, но он прекрасно понимал, насколько тяжело довериться кому-то в их время и как же тяжело потерять это хрупкое доверие. – А ну стоять! Куда бежишь, Учиха? – раздался чужой голос, заставляя отползающего назад мальчика замереть и медленно развернуться. Перед ним стоял такой же маленький мальчик, примерно его возраста. Белые лохматые волосы непослушно спадали на карие глаза, что под светом полуденного солнца отливали вишнево-красным. В руках мальчика блеснул кунай и Изуна широко распахнул свои глаза, в страхе дергаясь в сторону. – Не убивай! – прошептал испуганно ребенок, которого Мадара всеми правдами и неправдами старался уберечь от жестокости этой межклановой войны. – С чего бы? Зачем следишь за моим братом? – Я не за твоим.. Я... Я за своим следил... – Изуна дернулся в сторону, надеясь быстро ускользнуть от юного шиноби, но мальчишка поймал его за тонкую лодыжку, а после уселся сверху на спину, хватая цепкими пальчиками за длинные волосы. – Пустиииии! Больно! Изуна застучал кулаками по траве и почти закричал, но теплая ладошка прикрыла его рот и чужое бледное лицо оказалось совсем рядом с его. – Не ори ты, глупый Учиха! Не буду я тебя убивать! – фыркнул белобрысый и слез с мальчишки, позволяя тому сесть и обиженно поправить растрёпанные чужой хваткой волосы. – Зачем тогда так больно хватать!? – Потому что ты глупый! Тебя не учили не надевать клановые одежды, выходя за территорию лагеря? – хмыкнул мальчишка и вздохнул, доставая из широкого кармана штанов небольшую салфетку. – Как тебя хоть зовут, горе-Учиха? – Изуна. А тебя? – Младший из наследников значит. Как и я. Я Тобирама. На вот, ещё теплые. – вздохнул Тобирама и протянул мальчику небольшую лепешку, отправляя вторую к себе в рот. – Что будем делать с новыми сведениями? Изуна с опаской, но принял угощение, аккуратно откусывая кусочек и вздохнул. Если бы он знал, что делать с полученной информацией, сидел бы он тут сейчас в компании врага? Сдать Мадару отцу, значит предать и подставить любимого старшего брата. А также подвергнуть опасности и Хашираму с Тобирамой. Как-то не хотелось ни того, ни другого. Не рассказать, значит ли это предать клан? Если Изуна попробует обсудить это с самим Мадарой, не оттолкнет ли это старшего брата? – Я не знаю... – Мой брат плачет. Из-за твоего! – указал Тобирама головой в сторону реки, откуда раздавались глухие рыдания брошенного подростка. Изуна кинул туда взгляд и с сожалением вздохнул. – Я не знаю, что делать. Аники... Редко кому доверяет настолько.. А ему доверился. И сейчас не навредил. Наверное, Хаширама-сан ему дорог..? – Прислушайся и поймёшь, насколько твой брат Хашираме дорог. – хмыкнул Тобирама и вздохнул, откладывая остатки лепешки. – Если сможешь, поговори со своим братом. А я поговорю со своим. Встретимся завтра? Только не здесь. Чуть выше по течению очень красивая заводь есть.. Изуна вскинул удивлённо черные глаза и Тобирама легко улыбнулся, встал и протянул ему руку. – Почему? Мы же враги... – спросил все таки Изуна, пока шел рука об руку с Тобирамой. – Какой из тебя враг? Ты даже на шиноби не похож! – фыркнул юный Сенджу. – Я шиноби! – воскликнул обиженно Изуна, встал перед Тобирамой и стукнул того кулачком в живот. – вот тебе, Тобирама-дуракама! Изуна помчался в сторону лагеря, весело смеясь собственной проказе и сверкая черными длинными волосами на солнце. Тобирама согнулся от боли в животе и лишь тихонько фыркнул, крикнув мальчишке напоследок. – Завтра! На закате! Не забудь..